Туман и дождь

В этом месте всегда так тихо… так пусто… так туманно… так одиноко. Но не сейчас. Чёрная ткань плаща касается безликой земли, а снежный капюшон, скрывающий большую часть лица, задумчиво колыхается, словно вторя мыслям хозяина. Пара сверкающих глаз воззрела на клетчатый шарфик гостя. Кажется, тот не совсем понял, где оказался. Но стоило пареньку увидеть знакомую чёрную молчаливую фигуру, как недоумение в его взгляде заменилось новыми вопросами. — Эмм, Смотрящий… Где это я? Это… вневременная пустошь? Но зачем я здесь? Это твоих рук дело? Скажи мне, пожалуйста! Несмотря на все попытки Лололошки разговорить бога времени, тот молча буравил его взглядом. Раз Смотрящий не хочет отвечать — пожалуйста. От нечего делать мироходец начал ходить, исследуя это место. Парень смотрел вдаль, пытаясь разглядеть, что там — за туманом, — когда до него донёсся хриплый, но отчётливо слышимый голос. Он пробирался в душу холодным, безразличным ветром, обнажая все тайные мысли. — А ты сам разве не знаешь? Ло тут же обернулся. — Нет, — растерянно прозвучал голос. — Ничего не бывает просто так… — Он, как обычно, был немногословным. Мироходец в недоумении склонил голову набок, прося: — Объясни, пожалуйста. Подойдя ближе на пару метров, так, что теперь мог внимательнее разглядеть эти пронзительные белые очи, резко контрастирующие с чёрным как смоль лицом, он с удивлением заметил, что Смотрящий не исчез, как делал это всегда. Почему? Он ведь не фанат прикосновений и прочего. — Подумай сам. Что заставило тебя появиться здесь? Ло вздрогнул, уже не ожидая ответа и неожиданно получая его. — Я… Я хотел, чтобы меня никто не трогал, — тихо произнёс Лололошка. Это правда: в последнее время мироходца порядком достали. Раз уж даже всегда спокойный и не жалующийся Первый поведал кому‑то о своих чувствах, значит, это уже превысило все степени его терпения. — В‑вот… — Ты можешь находиться здесь столько, сколько необходимо, — слова прозвучали с лёгким шипением, и Ло, возможно, лишь вообразил, но в глазах Смотрящего на мгновение мелькнуло понимание. Слабая улыбка коснулась губ. — Спасибо. Лололошка тихо сидел, всматриваясь вдаль. Изредка он что‑то говорил — себе или Смотрящему, неважно. Последний каменным изваянием стоял сзади, не мешая мироходцу отдохнуть от наполненных событиями будней, молчаливо внимая каждому слову. Здесь было хорошо. Здесь было спокойно. Спустя какое‑то время — хотя, по сути, время тут и не двигалось, ведь здесь оно преобразовано в само пространство — Лололошка лёг на тёмную поверхность земли, положив руки под голову и закрыв глаза. Туман усилился, а на земле стали появляться первые, ещё незаметные, мокрые следы. Мироходец со временем исчез, и его место тут же заполнил туман. Дождь постепенно крепчал, и вскоре — впервые за существование этого места — глухие капли упали на землю, беззвучно проваливаясь, будто сквозь неё. Во вневременной пустоши остался лишь бог времени, молча наблюдая за разворачивающейся погодой.