Путь мертвеца (H𐌄N𐌕 𐌀N Ɗ𐌄N 𐌑𐌀𐌓𐌖)

Песня не по смыслу, но по атмосфере: Gallowdance (Lebanon Hanover) https://music.yandex.ru/album/6752948/track/49256346?utm_medium=copy_link&ref_id=14a24bd9-4a77-40fe-8d7f-a955857785d1 День начался как обычно. С Альхены. Маленького фейерверка со светлыми косичками, который в данную секунду настойчиво барабанил в дверь комнаты, пытаясь, видимо, приобщить её к почившим родственникам, имена которых они вдвоём когда-то читали в невообразимой длины свитке с фамильным древом. Ригель кое-как открыл глаза, отметив мимоходом, что потолок слишком уж светлый, аж глаза режет, и скатился с кровати. Оправил пижаму, взлохматил практически белые пряди волос и поплелся к двери, пока сестрица и правда не выбила ненароком. ‎- Йель! Открывай! - послышался из-за резной деревяшки требовательный девичий голос. Хена отказывалась произносить его имя нормально, используя странное сокращение, которое придумала сама. ‎- Открываю-открываю ‎Его голос, в сравнении с голосом девочки звучал сонно и несколько ворчливо. Ещё бы, у него заслуженный выходной, ещё и день рождения. Да не абы какой, а четырнадцатилетие - возраст официального вступления в чародейское сообщество! Последняя мысль, едва образовавшись в голове согнала остатки сна, и Хену, моментально скользнувшую в приоткрытую дверь парень встретил лучезарной улыбкой. ‎Сестра важно прошествовала до центра комнаты, развернулась к Ригелю, разгладив несуществующие складки на подоле, и необычайно серьёзным тоном "маленькой леди" очень прямо и сходу заявила: ‎- Во- первых, с днём рождения! А во-вторых, матушка сказала, чтобы ты спускался на завтрак. И ещё про какой-то приём, тебя туда по-любому потащат, там ритуалы. Я хочу подробности! А ещё я знаю, что ты вчера снова ходил в закрытую библиотеку! ‎ ‎Да уж, шантаж, ультиматум, не сестрица - маленький диктатор. Парень улыбнулся, глядя на светящуюся от любопытства и надежды на удачную аферу девочку, подошёл ближе и погладил по белобрысой макушке: ‎- Непременно, моя леди - церемонно ответил Ригель, после чего подмигнул надувшейся от гордости Альхене и продолжил тоном веселой обреченности - Будут тебе подробности. А теперь брысь! Да скажи матушке, что я сейчас спущусь. ‎ ‎Милейшее порождение хаоса тут же испарилось из комнаты, взмахнув на прощание косичками. Ригель вздохнул - проснулся настолько, что даже потолок уже не бесит - и принялся за утреннюю рутину: заправить постель, умыться, сменить пижаму на нормальную одежду, попытаться уложить волосы - благо те немного отросли из-за чего стали более послушными. И зачем вот этот весь пафос? Обычный завтрак, гостей не планируется, а заморочек - ужас! ‎Впрочем своим внешним видом Моретт-средний был вполне доволен. Ещё года три назад он умудрился отбить себе право на ношение других цветов помимо оттенков голубого и синего - традиционных для чародеев Разума, которыми и являлись члены его семейства, и сейчас на него из зеркала в дверце шкафа смотрела серо-зелёными глазами его копия, тонкая и длинная как палка, в белой рубашке, оливкового цвета брюках и пиджаке. Галстуки он предпочитал игнорировать как класс, но вот самодельный оберег с вырезанной руной защиты нацепил и с чистой душой отправился в столовую. ⋅•⋅⊰∙∘☽༓☾∘∙⊱⋅•⋅ Семейство Моретт нельзя было назвать богачами, однако и в средствах они тоже не были стеснены. Жили в пригороде в небольшом особняке на частной территории, плюс имели собственную специализацию и очень даже хорошую репутацию среди чародейского сообщества, а потому приходилось соответствовать: ходить по приёмам, следить за одеждой и манерами и хорошо учиться. Впрочем Ригель не то чтобы страдал - их не тиранили, не заставляли делать что-то из ряда вон, как некоторых из аристократии. Вон, сестрица какая, и ничего, не прилетает ей. Ну по крайней мере не за характер. А учиться ему даже нравится. В Академии Рун помимо всяких обычных предметов вроде математики, истории и искусства были занятия - очевидно - по рунологии, созданию оберегов и всякого такого и ритуалистике. Ритуалы занимали в сердце юноши особое место. Такое, что матушка запретила ему брать книги сложнее, чем справочники по основам, опасаясь, что очередное исследование - хотя он даже обещал не устраивать практику! - заведет его не туда. Ригель был более оптимистичен - он хорошо разбирался в значениях и сочетаниях рун, преподаватель по ритуалам тоже его хвалила, поэтому в своих силах он был вполне уверен. Не то, чтобы считал, что знает всё лучше всех, но уж точно не был абсолютным несмышленышем, каким, видимо, считала его матушка. Она, кстати, сейчас стояла посреди столовой, наблюдая за тем, как горничная - милая девушка по имени Жанетт - накрывает на стол. По воздуху плыли тарелки, чашки и столовые приобры, повинуясь лёгким движениям рук. Простые чары левитации, но для того, чтобы творить их так, не вычерчивая перед этим на каждой посудине круговую символьную вязь, необходимо было использовать специальные руны-проводники, связывающие душу человека с энергией Первой Грани, которые наносятся прямо на тело с помощью специального ритуала. Как раз того, который предстоит сегодня пережить Ригелю, потому что к четырнадцатилетнему возрасту завершает формироваться система энергетических каналов организма, с помощью которых чародеи используют силу Кёнтан Рибль напрямую. Именно поэтому парень чувствовал, что настроение скоро пробьет крышу их особняка. Он подошёл к матери и пожелал доброго утра, все еще ощущая движение силы от применения бытовых чар. Кларисса Моретт - высокая темноволосая женщина с аристократическими чертами, в изящном домашнем платье глубокого синего цвета - тоже пребывала в прекрасном расположении духа. Она обернулась к сыну, расплывшись в улыбке, и, получив ответную, аккуратно убрала уже успевшие выбиться из подобия прически на голове Ригеля светлые пряди: ‎- Милый, с днём рождения! Подумать только, казалось, недавно в Академию приняли, а уже четырнадцать! Как ты, волнуешься? Несмотря на эмоциональность, Кларисса умудрялась выглядеть элегантно, даже внушительно. И сразу было понятно, кого пытается копировать его маленькая сестра. Ригель почувствовал, что настроение снова ползет вверх. Нет, сегодняшний день просто обязан быть чудесным! ‎Этими мыслями он поделился с матушкой, пока они усаживались за стол. Она же, тем временем, напомнила о мероприятии, предшествующем ритуалу. Сегодня по счастливой случайности, а если быть точнее потому, что день рождения Моретта-среднего был в конце учебного года, в Академии Рун проводился традиционный торжественный приём, приуроченный к окончанию учёбы и тому, что студенты ещё одного шестого курса в этом году станут полноценными чародеями. ‎В общем, дел на сегодня было навалом - вечером праздник, а сразу после спешить в волшебный лес к Сердцу для проведения ритуала. ‎Тут на кухню влетела счастливая Альхена, остановилась, глянув на матушку, и уже спокойнее продефелировала к своему месту за столом, пожелала членам семьи приятного аппетита и уткнулась в тарелку с её любимой творожной запеканкой. Следом, возникнув из ниоткуда, к ним присоединился глава семейства и по совместительству один из трёх сильнейших чародеев Разума в городе Доминик Моретт. Средний и младшая дети светлые волосы унаследовали именно от него, а Хена, в отличие от пошедшего в матушку брата, - обзавелась к тому же голубыми как небо глазами. Ригель же от отца перенял любовь к исследованиям и спокойный характер. Их старший брат Альгебар, который должен был стать следующим главой семьи, пошёл полностью в Клариссу, однако четыре года назад, он пытался провести сложный, оказавшийся неудачным ритуал, который повредил его разум и энергетические каналы. Сейчас он находился на лечении, матушка всё ещё не оставляла надежды на то, что старший сын хотя бы очнётся. Ригель и Альхена, как и отец уже смирились с тем, что это вряд ли произойдет, положительной динамики не наблюдалось, поэтому - а также потому, что восстановить каналы, в отличие от рассудка, не представлялось возможным в принципе - спустя некоторое время после инцидента наследником сделался средний сын. ‎ ‎Нынешний глава семьи потрепал сына по голове и устроился рядом с женой: ‎- В лесу неспокойно, недавно видели неизвестную тварь. Поднятую. Напугала чародейский круг новичков гильдии Душ и исчезла - начал он. Ригель успел испугаться за запланированный ритуал. Ещё бы, своего четырнадцатилетия и официального дозволения на использование неритуальных чар все дети чародейских семей ждали с нетерпением! Ожившая нечисть означает только то, что поблизости ошивается Идущий за Смертью, а это верная причина отменить ритуал. Некроманты хоть и не находились вне закона, но в чародейском сообществе их не любили и побаивались. Среди связавшихся со Второй было много не самых приятных личностей и считалось, что ставшие на этот путь не зря не были избраны магией Первой. Но, прежде чем он, справляясь с легкой паникой, задал интересующий его вопрос, отец ободряюще улыбнулся и продолжил, будто прочитав его мысли: ‎- Ритуал проводим без изменений, защита хорошая, да и в Сердце это существо вряд ли сунется как и его хозяин. Не любит их Первая. Но вот другим стоит поостеречься. Кларисса, лилия моя, предупреди свой девичий кружок тоже, вы вроде под конец весны тоже чаровать уходите? ‎Матушка, тоже несколько встревоженная новостями, кивнула. Альхена же, как и всякий любопытный ребенок, прислушивалась к разговору, ковыряя запеканку. Некроманты вызывали у неё интерес. Да и Ригель тоже этим интересом грешил, все же слишком загадочные эти последователи Смерти. Кларисса повела плечами, как будто хотела укутаться в шаль и ответила: ‎-Предупрежу. Но и вы, мальчишки, будьте осторожны. ⋅•⋅⊰∙∘☽༓☾∘∙⊱⋅•⋅ После завтрака Ригель, все ещё размышляя о лесной твари, поднялся к себе в комнату для того, чтобы разобрать книги, наброски и записи, оставленные вчера на столе и подоконнике в полном хаосе. Его комната представляла собой что-то среднее между мастерской художника и берлогой сектанта: мольберт в углу комнаты, заваленный книгами, тетрадями и различными материалами для оберегов стол, рунный алфавит, несколько наиболее известных ритуальных кругов на стенах и один - связующий - на полу под ковром, платяной шкаф, снаружи расписанный мрачного вида разводами - кажется он тогда вдохновлялся какой-то зловещей сказкой. В общем в комнате стоял настоящий бедлам. Впрочем, бедлам этот появлялся с завидной регулярностью, а потому большая часть личных вещей парня уже обзавелась рунными цепочками, связанными с напольным кругом. Подросток сдвинул ковёр и уселся в центр, улыбаясь. Он гордился этой системой, изначально простой, но переработанной под нужды владельца комнаты им же практически в одиночку, но все же не без помощи преподавательницы по ритуалистике. Вообще, особняк, построенный Мореттами ещё несколько поколений тому назад был пронизан сетью переплетающихся рун, призванных облегчить уход за домом, но парень настоял на том, чтобы "перенастроить" систему в своей комнате самостоятельно. ‎Ригель уколол палец, уронив пару капель крови - пока на теле нет проводящих рун необходима была связь с нарисованными символами - на ритуальный круг, тут же отозвавшийся всплеском энергии, закрыл глаза, концентрируясь на окружающем пространстве и выметая из головы и лесное чудище и его хозяина и предстоящий праздник. В воздухе можно было практически почуять предгрозовой запах магии - самой сути чар и основы Первой Грани, готовой ответить по первому же зову. Ему нравилось чувствовать магию на кончиках пальцев, ощущать, как чуть заметно колышутся волосы и видеть, как в процессе ритуала её потоки извиваются вокруг, чётко следуя указаниям рунного плетения, изменяя реальность волей чародея. ‎Тем временем запах озона в комнате стал ярче, а едва заметные колыхания энергии, усиленные кровью и рунами окончательно растрепали шевелюру юного чародея, преобразуясь в призрачные голубовато-зеленые потоки и растекаясь по комнате. Большая часть разбросанных предметов оказалась подхвачена ими и зависла в воздухе. Ригель открыл глаза и начертил пальцем новый знак поверх ритуального круга. Кровь тут же впиталась в ровные линии, а вещи неохотно разлетелась на свои места. Выполнив свою работу энергетический вихрь в последний раз обвился вокруг парня и рассеялся, оставив после себя покалывание на коже и свежесть предгрозового воздуха. Теперь осталось только собрать оставшееся и можно смело бежать в сад, прихватив тетрадь с набросками. На ритуал ушло значительное количество сил, все же он хоть и несложен по сути, является достаточно масштабным. Ригель устало откинулся на спину, некоторое время лежал, уставившись в потолок, после чего все же поднялся, завершил начатую уборку и действительно сбежал в сад. ⋅•⋅⊰∙∘☽༓☾∘∙⊱⋅•⋅ ‎Приём грозил затянуться надолго, Ригель уже сбился со счету, сколько раз он обошёл зал, перебрасываясь парой фраз со всеми, кто хотел и не хотел. Нет, ему нравилась Академия - величественный слегка мрачноватый особняк, можно сказать, замок, переплетения коридоров, оранжереи и залы которого насквозь пропитаны магией, исчерчены символами чар и отметинами истории, находящийся чуть поодаль от города в безопасной части волшебного леса. В любое другое время он с радостью бы воспользовался возможностью и умотал бы куда-нибудь, но поскольку сегодня день ритуала, парень опасался отходить далеко от основного места проведения мероприятия и в данную минуту сидел в небольшом зимнем саду прямо напротив дверей главного зала. Компания приятелей, в лице одноклассников: такого же светловолосого, однако менее бледного Кристиана, миниатюрного шатена и заучки-авантюриста Арно - и знакомой Криса Изольды - очаровательной рыжей девочки из параллельного класса - сейчас уже разбежалась по своим делам, а потому Ригель восседал среди цветущего розария в гордом одиночестве, раскрыв тетрадь и рассеянно чиркая в ней нечто не очень осмысленное. Его снедало смутное беспокойство, свернувшееся где-то под рёбрами маленькой змейкой. Кажется всё же что-то снилось сегодня - набросок заснеженной лесной поляны с ровным кругом в центре сам пришёл в голову. Однако подумать об этом получше парень не успел, ему на плечо приземлилась рука и тут же послышался звонкий голос: ‎- Приветствую страдающих художников! - Изольда весело ухмыльнулась на закатившего глаза Моретта - Ну а что? Сидишь, пялишься в пустоту с блокнотом своим, а тут между прочим наш невидимка объявился! Пронесся по коридорам и закрылся с профессором Шевалье в классе артефакторики! ‎Ригель нахмурился, пытаясь припомнить, о ком говорила подруга: ‎- Марв что-ли? - девочка подтвердила кивком. В голове возник образ парнишки-одноклассника Изольды: обычная школьная форма, чёрные длинные волосы и слава самого загадочного учащегося параллели. На занятия не ходит - единственный на курсе заочник, в городе никто не видел, но учится хорошо и ведёт какие-то дела с преподавателем факультатива по артефактам. Ещё и не общается ни с кем кроме парочки мелких из класса Хены - она как-то рассказывала, что таинственный Марв дождался их после занятий и, выхватив знакомых младших, утащил их за собой. ‎Лезть в загадочные дела однокурсника не очень хотелось - своих забот хватает. А потому, парень, закрыв тетрадь, поднявшись со скамьи и галантно подставив локоть подруге ответил: ‎ ‎- Да ну этого вашего скрытника, за весь год ничего не узнали и сейчас тоже вряд ли. Леди, пойдёмте лучше в зал - потанцуем? - изображая истинного кавалера промурлыкал Ригель. Из дверей напротив были слышны мотивы менуэта. Изольда некоторое время подумала, а потом аккуратно уцепилась за предложенную руку, сверкнув белозубой улыбкой. ‎Она иногда напоминала Моретту сестру - такая же неумолимая придумщица. Вместе они смешались с довольно многочисленной толпой танцующих, покружились, старательно выписывая сложные фигуры и, замучившись, отошли к шведскому столу, где наткнулись на Арно и Кристиана: ‎- О, вы как раз вовремя! - ухмыльнулся Крис, подзывая их поближе - Мы тут как раз обсуждаем последние новости. Про некроманта и тварь его слышали? ‎Ригель картинно скривился, попутно ухватив себе пару канапе и бокал с соком: ‎- Ой, не начинай, я боялся, что из-за этих новоостей мне ритуал отменят - пробурчал он. Иза же наоборот заинтересовалась: ‎- Откуда знаешь? Может просто интересная зверушка у кого из коллекционеров сбежала, а он в известность не поставил, так как забрать могут. ‎- Слышали, как моя мать с подругами из их круга обсуждала, вроде как леди Кларисса предупредила - вступил в разговор Арно, ехидно глядя на Моретта - Так что если кому и объясняться, то нашему господину будущему чародею. Будущий чародей вздохнул и пересказал сказанное отцом утром: ‎- Вот уж не знаю, откуда они вообще взяли что тварь поднятая, если ее даже не видел никто толком кроме этих, которые на неё наткнулись - из-за тревожных мыслей обрисовавшихся где-то на подкорке ещё с самого утра, настроение, ранее витавшее где-то вместе с облаками, грозило покатиться вниз по наклонной, оттого парень принялся язвить, пытаясь выгнать негатив словами. Друзья его понимали - парни уже проходили через ритуал, а Изольде предстояло вскоре после него - а потому Арно ответил тем же тоном, нагло стащив одну канапе с тарелки среднего Моретта: ‎- Гильдия Душ да? Ну тогда понятно, этим только дай повод, любое происшествие на Идущих повесят, параноики. ‎Изольда согласно покивала, а Кристиан подхватил: ‎- Моя мама тоже говорила, что бред это всё. Да и если бы правда ожившая была - ритуал отменили бы, с ней же никому кроме некроманта не сладить будет. ‎- Спасибо - благодарно улыбнулся Ригель, чувствуя, что грызущее волнение уходит - А гильдия Душ реально параноики. ‎- Ещё бы! - подхватили все трое, окружив друга, а Арно мечтательно добавил - Чур завтра у тебя собираемся, будешь хвастать! У тебя в комнате вон система какая, а уж что без ритуалов творить сможешь.. ‎Моретт окончательно успокоился, все еще ощущая дикую благодарность. Знали, что сегодня он нервный будет, и насмехаться не стали. Он не обиделся бы, но вот равновесие душевное вряд ли вернул. Юноша чмокнул Изольду в щёку, обхватил парней за плечи и потащил за собой ‎- Все. Хватит о некромантах и прочих страшилках, пойдёмте лучше отца моего найдем, скоро уже в лес ‎И компания, перебрасываясь шутками, отправилась в ещё один тур по залу. ⋅•⋅⊰∙∘☽༓☾∘∙⊱⋅•⋅ ‎В лесу было тихо. Даже слишком, если бы кто-то спросил Ригеля. Но отец и трое чародеев из рунотворцев в тёмно-серых, переливающихся серебряными нитями плащах с капюшонами - служителей этой гильдии всегда приглашали проводить ритуалы посвящения - вели себя как ни в чём не бывало, тихо переговариваясь между собой о свойствах разных ритуальных кругов. Даже его мнение пару раз выслушали. Правда парень всерьёз подозревал что только для того, чтобы отвлечь его от накручивания себя. Волнение вновь вернулось и безмолвный вечерний лес, освещаемый только Лунами да зеленоватым светом зачарованных фонарей в руках взрослых, не способствовал восстановлению душевного равновесия. Но несмотря на это Ригель вовсю крутил головой, вдыхая хвойно-озоновый воздух, рассматривая высоченные сосны с практически красной корой, слабо светящиеся шляпки грибов и кривые ветви кустарников. Ему не доводилось бывать в волшебном лесу дальше, чем на ближайшей опушке, куда их водили преподаватели, и сейчас он с лихвой закрывал пробелы в знаниях. Лес был пронизан чарующей энергией Первой Грани. Казалось, будто за каждым деревом творились чары, однако на этой узкой тропинке были только они. Это была особенность леса, он сам был своего рода ритуальным кругом, усиливающим чародеев и волшебных существ. Всё, что можно было найти в этом лесу, изменялось под действием магии, обладало мощным магическим фоном и использовалось в отварах, ритуалах и артефактах - такое влияние оказывало на весь лес его Сердце. Сердце Леса представляло собой аномалию - "воронку", в которой задерживалась и концентрировалась энергия. Никто пока так и не выяснил, образовалась ли воронка сама или же это было следствие многократных ритуалов, проводимых в лесу на протяжении множества поколений чародеев. Но именно это место превращало обычную территорию в громадный усилитель чар, чем беззастенчиво пользовались все чародеи города и окрестных деревень. В самом лесу люди не жили - его можно было считать полуразумным организмом, потому чародеи резонно опасались длительного воздействия, а редкие люди, не владеющие чарами в принципе и вовсе могли зайти и не выйти. ‎ ‎Вскоре их процессия замедлилась и Ригель, которому почудилось движение где-то в чаще, впечатался в прикрытую светло-голубым, таким же как у него самого, плащом спину отца. Тот добродушно усмехнулся и чуть отошёл, открывая парню вид на поляну. ‎ ‎Поляна была фантастическая. Если бы Ригеля попросили описать её, он счёл бы любые слова недостаточно передающими всю атмосферу этого места. На поляне было значительно светлее, чем в остальном лесу, в воздухе, подобно светлячкам, крутились травянисто зелёные огоньки - сгустки энергии, отбрасывая пляшущие тени. Высокая изумрудная трава вместе с ветвями деревьев чуть колыхалась без ветра, щекоча ноги, потревоженная магическими потоками. Волосы тоже мгновенно растрепались, а запах грозы и хвои, казалось, можно было потрогать руками. В центре недвижно, уравновешивая колышущиеся растения и беспокойные сгустки света, двумя кругами стояли высокие каменные тотемы, покрытые вырезанными и начерченными рунами. За границей первого круга трава заканчивалась, открывая темную землю, пригодную для рисования ритуальных кругов. Ригель восторженно замер на краю поляны, впитывая окружение в себя и пытаясь запечатлеть его у себя на сетчатке глаз. Как жаль, что с собой нет тетради и времени на наброски! Подобное он ощущал только пару раз, когда отец или матушка брали их с Альхеной поглядеть на чары хорошего ритуального круга мастеров. Спровождающе рунотворцы и даже отец тоже притихли, некоторое время впитывая в себя энергию Сердца. Но момент подошел к концу и чародееи принялись раскладывать свои вещи, а отец, мягко пригладив Ригелевы разлетевшиеся волосы, подтолкнул его к кругу. ‎ ‎Пока четверо взрослых занимались подготовкой, парень в каком-то трансе бродил туда-сюда между столпами, пытаясь поймать зелёные огоньки, утопая в траве, касаясь руками твёрдого камня и прослеживая пальцами контуры рун. Ему снова почудилось какое-то движение, однако, очарованный Сердцем, он не придал этому никакого значения. А если бы увидел сразу после праздника - мгновенно впал бы в панику. Забавно. ‎ ‎Долго ждать не пришлось, его подозвал один из чародеев и показал сложную схему плетения, состоящую из множества рунных цепочек, разделённую на части так, чтобы было удобно нанести на тело, после чего Ригеля заставили снять большую часть одежды - благо начиналось лето и ночью было тепло. Подросток остался только в брюках, закатанных до колен и окончательно сдался на милость старших, пытаясь не сильно дергаться, когда отец, то и дело сверяясь со схемой вырисовывал специальным составом на запястьях, предплечьях, шее, груди и щиколотках знакомые и незнакомые символы. По мнению Моретта-среднего, да и многих других детей его возраста, деле рунные знаки на теле смотрелись очень внушительно и стильно. Однако так считали не все, а потому состав, который впечатывался в кожу был смешан таким образом, чтобы при должной тренировке чародей или чаровница могли скрыть символы мороком. ‎ ‎Как смог, оглядев себя - тело ощущалось каким-то тяжёлым и как будто не его - подросток пришёл к выводу, что аккуратно переплетающаяся вязь его абсолютно устраивает - хотя на деле никто ничего переделывать не стал бы, расположение рун зависело от важнейших точек системы энергетических каналов. ‎Его попросили встать в центре ритуального круга - и когда только начертить успели? - и принялись возиться с дополнительными приготовлениями - травы для сожжения, стабилизирующие амулеты и прочее. Нервозность так и не вернулась, однако вместе с ней ушло радостное предвкушение, все ещё оставляя парня в загипнотизированном состоянии. Отец аккуратно, не наступая на знаки круга подошел ближе. Юноше внезапно стало любопытно: ‎ ‎- А в Сердце у всех эмоции притупляются? Ощущаю себя как будто во сне.. ‎ ‎Доминик Моретт улыбнулся и чуть запоздало кивнул: ‎ ‎- Это специальный ритуал. Вокруг сердца нарисован контур, воздействующий на разум. Здесь слишком высокая концентрация энергии, любому чародею, как любит выражаться молодежь, крышу снесёт. Помнишь же, что испытывал, когда мы с Клариссой тебя в круг брали - Ригель кивнул. Действительно, крышу сносило. - А тут во много раз сильнее, вот и поставили заглушку. Ещё пару-тройку сотен лет назад, сейчас только обновляем. Ладно, любитель исследований, сейчас начнём - отец снова потрепал сына по макушке, успокаивающе поцеловал туда же и отошёл. ‎ - Может быть неприятно, состав в кожу впитывается намертво - предостерег один из рунотворцев. Ригель сглотнул. Он конечно не неженка, но боль это страшно. ‎ ‎Отец в ритуале участия не принимал - не его профиль - а потому отошёл к краю поляны, внимательно наблюдая за действом. Чародеи, действуя до жути синхронно, расселись вокруг Ригеля треугольником и как один сложили руки в замысловатом жесте. Где-то на окраине разума вновь вспыхнуло любопытство. Ритуалы с применением подобных жестов были редки. Однако в следующую секунду хаотичные потоки энергии, неохотно, словно потревоженные во сне, сместились, завиваясь вокруг них в едином ритме. Ритуальный круг вспыхнул ядовито-зелёным, ветви деревьев, в которых пытались разнесённые в разные стороны огоньки, заколыхались сильнее, а Ригель, находившийся в эпицентре энергетического вихря, поблагодарил неизвестных древних чародеев за таинственный ритуал. Оцепенение спало, сменившись нахлынувшей волной эйфорией и если бы не заглушка, то парень вполне мог бы отключиться от переизбытка эмоций. Спустя ещё пару секунд слабо засветились знаки на его собственном теле, а кожу обожгло холодом и болью, будто кто-то выгнал его босыми ногами на лёд в лютый мороз. Он закрыл глаза, стиснул зубы - орать не хотелось - и попытался дышать ровно. Ригель чувстовал, как энергия Сердца кружится и обвивает конечности, проникает внутрь организма и покидает его вновь. Попытался сконцентрироваться на этом ощущении и взять движение магии по каналам под контроль. Спустя, кажется, вечность, у него получилось и боль ослабла. Даже хватило смелости приоткрыть глаза и найти взглядом фигуру отца в светлом плаще. Вдруг, рядом с ним шевельнулось что-то тёмное и парень резко вспомнил о странном движении в чаще, виденном по дороге. Иррациональный, усиленный Сердцем страх затопил разум, однако подросток осознавал, что стоит прервать ритуал и он может спокойно прощаться с жизнью, поэтому, все ещё снедаемый тревогой, он вновь сконцентрировался на движении магии. Вскоре боль отступила окончательно, ядовито-зеленый свет ритуального круга померк, а руны на теле потемнели, делая и так бледную кожу практически белой. Парень чуть не рухнул на землю, однако его успел подхватить один из рунотворцев, похлопав по спине: ‎ ‎- Не пытайся чаровать, плетение ещё нестабильно и должно полностью срастись с организмом. Попробуешь - рискуешь остаться без чар вовсе. А то и без конечностей - предостерег он ровным тоном. Подошел второй и подхватил с другой стороны, одобрительно произнеся: ‎ ‎- Однако, силен будешь, энергию под контроль взял, пусть ненадолго и потратился в ноль, но всё же. ‎Ригель устало улыбнулся ему и подошедшему отцу. И тут же снова вспомнил про тёмный силуэт. Страх даже заставил стоять ровнее: ‎- Я.. Когда глаза открыл глаза, видел странную фигуру у тебя за спиной. И раньше ещё, когда на поляну вышли.. ‎Чародеи переглянулись. Отец начертил в воздухе пару знаков и одним движением разослал их в разные стороны. Вокруг прокатилась волна энергии, а Доминик Моретт внезапно нахмурился: ‎- Есть тут кто-то. Один, по ощущениям не очень сильный. Если с ним ещё кто, значит либо щиты хорошие, либо этот кто-то не относится к живым.. Сигнальные чары не сработали, защитные тоже. - видимо мужчина вспомнил про слухи о некроманте. Хрустнула ветка. Все четверо насторожилась. Чародей, поддерживающий Ригеля, перетащил его обратно в центр каменных кругов к главному столпу. ‎- Так безопаснее - тихо выдохнул он - Если что, прячься за тотем. На некоторое время повисла мертвая тишина, даже трава не колыхалась, энергетические потоки почти замерли. Ригель почувствовал нарастающую панику и тут движение магии резко усилилось, будто прорвало трубу, застав врасплох даже отца и рунотворцев. Вот только теперь потоки подчинялись не им, давили, не давая сдвинуться с места. Парень начал задыхаться, захлебываясь затопившей поляну энергией. Запах озона перебил всё остальное, глаза заслезились, а к горлу подкатил кашель. Еле-еле удерживаясь на ногах он перевёл глаза на взрослых. Отцу и другим, явно не готовым к подобным выходкам, досталось сильнее: истощение после ритуала, попытки вместе с противостоянием найти и обезвредить виновника и тот факт, что ни один из присутствующих не был хорош в защите или бою - они, спустя ещё несколько минут молчаливого сражения одновременно свалились на землю, а магия придавила ещё сильнее. Уничтожить кого-то чистой энергией - очень грубый способ, требующий огромной силы и контроля, а оттого, смотревшийся сейчас ещё ужаснее. А Ригель даже не знал, где злоумышленник! Полностью прижавшись к холодному камню он лихорадочно соображал. Паника душила не хуже магии, заставляя путаться мысли, руки и ноги тряслись, тело знобило от усталости и юноша все же осел на землю. Что он, с истощением, запретом на чары и отсутствием опыта вообще может сделать?! И почему вообще на них напали?! Разрываясь между удушьем, страхом за себя и недвижными, но ещё живыми фигурами, распластавшимися на земле, Ригель пару раз приложился лбом о каменный столп. Все происходило в тишине, Луны скрылись за облаками, а зелёные огоньки почти погасли. ‎Жутко и тревожно. Страшно так, как никогда не было и наверное уже не будет. ‎ ‎Мокрые от пола волосы неприятно липли к голове. В голове почему-то возник образ брата, молча сидевшего на больничной койке и смотревшего неизвестно куда пустым взглядом. Спустя секунду он все же принял решение. Плевать на чары, главное, спасти отца! Хотя бы немного перетянуть силу на себя, он сегодня уже это делал! Подросток опять полностью привалился к камню и закрыл глаза, воскрешая в памяти недавнее чувство. Магия поддавалась неохотно, чувство удушья не отпускало, с новой силой вспыхнул ледяной огонь боли на коже - вычерченные руны засветились, показывая, что план худо-бедно работает. Движение потоков и правда перетекло на него, словно бы сработал мощный магнит. Вот только к силе этих потоков парень явно готов не был - его прошило энергией насквозь, болью вспыхнули не только руны, но и весь организм в целом, из носа потекла кровь, сознание уплывало, он ощущал себя игольницей или засохшим приколотым к холсту насекомым в коллекции какого-нибудь чудика. Отец так и не пошевелился, а давление ничуть не ослабло. Ригель обреченно понял, что его не хватит: он не знал, сколько ещё продолжится атака, точно ли это в принципе атака или просто аномалия, и кто вообще может помочь им в такой ситуации. Страх и отчаяние притупили боль, однако контроль сопротивления ослаб и его чуть не разорвало пополам. Парень интуитивно дернул руками, пытаясь закрыться, боль снова вспыхнула сильнее чем прежде, но тут же утихла. Уплывающим сознанием он ощутил изменения - энергия разошлась от него кругами, все огни потухли, оставив поляну в темноте. Кто-то вскрикнул - странный голос, незнакомый - а потом давление резко прекратилось. Последнее, что запомнил Ригель - фигуру отца, все ещё лежащую на земле и темную фигуру с фонарём, мерцающим странным синим светом. ______________________________________ P. S. Очень надеюсь, что удалось передать атмосферу ‎