Redacted Fate

Леви Аккерман пристально наблюдал за тем, как Эрен делает чай. Жесты юноши стали мягче, как будто эта процедура была ему знакома и доставляла удовольствие. Бесцельный взгляд изумрудных глаз смягчился и сосредоточился на действиях. Леви не был уверен, как и где, но движения и сама процедура... были идентичны его собственным. Капитан редко встречал других, кто интересовался искусством заваривания чая. Многие предпочитали алкоголь или кофе. Даже среди аристократов, которых он избегал как чумы, все, что было хоть сколько-нибудь пригодным для питья, считалось благословением. Перед ним поставили блюдце с чашкой, и Леви снова обратил внимание на Эрена, который наливал его любимый черный чай. Затем он завершил ритуал, наполнив свою чашку и отставив чайник в сторону. Капитан наклонил голову и насмешливо фыркнул. — Не предложишь сахар или молоко? Эрен поднял взгляд своих красивых глаз, чтобы посмотреть ему в лицо, прежде чем послушно предложить. Однако его голос был ровным, и Леви выпрямился. — Ты знаешь, что я так не пью, — обвинил он, слегка нахмурившись. Эрен поднял чашку и вдохнул аромат, его выражение лица снова стало осторожным: — Вы решили сказать командиру, что я титан? Что? — Мой отряд знает. Эрен, какого черта ты делаешь? Я спрашиваю тебя о чем-то, а ты уклоняешься. Я действительно не заслуживаю твоего доверия? Эрен вздрогнул и посмотрел на Леви с потрясенным выражением лица: — Конечно, заслуживаете! — Но ты ведешь себя так, как будто я не заслуживаю, и я это ненавижу. — Капитан… — эти широкие зеленые глаза выражали ужасную внутреннюю борьбу. — Почему ты не можешь просто сказать мне?! — потребовал он, а Эрен отвернулся от него, стиснув зубы. Они были на грани конфликта. Он чувствовал, что юноша поднимает щиты, и Леви не хотел этого. Он откинулся на спинку кресла и уставился на загадочного титана-перевертыша. Капитан не хотел, чтобы они отдалились друг от друга, не тогда, когда его инстинкты кричали о молодом человеке. Близость Эрена казалась просто... правильной. — Как насчет компромисса? — предложил он в тишине дома. — Какого рода компромисса? — спросил в ответ Эрен, его голос был тихим и сдержанным. Что же, действительно...? Леви не ожидал, что альтернатива будет так легко принята. По крайней мере, так быстро. Если бы он предложил вопрос за вопрос, Эрен, скорее всего, отказался бы. Столько вещей было запрещено, даже если они казались тривиальными. Он также не мог приказать Эрену ответить как его начальник. На самом деле, Леви не имел власти над этим человеком, даже если тот настаивал на этом. — Ты не можешь рассказать мне свои секреты, потому что не доверяешь мне, нет, ты действительно не доверяешь мне. Твои действия говорят громче, чем любые слова, — Леви наблюдал, как Эрен стиснул зубы в знак несогласия и отвернулся в разочаровании. — Тогда как мы можем прийти к компромиссу? Леви задумчиво хмыкнул, скользнув взглядом серебристых глаз по чертам лица шатена: — ...Если ты не можешь довериться мне со своими секретами, покажи свое доверие другим способом. Способом, на который мне указали, и который тебе, возможно, все равно придется сначала отработать. Эрен нахмурился: — Я не понимаю, капитан. Капитан знал, что, возможно, собирается наступить на медвежий капкан. Юноша уже был настороже, и его решимость заслуживала уважения. Леви даже не был уверен, что Эрен согласится на такое. Это было не ортодоксально и делалось в Подземном Городе, когда все возможности доказать себя были исчерпаны. — Ты вздрагиваешь и уклоняешься от прикосновений. Тебя так ранили? Не смей мне лгать, — спросил низкий мужчина, стараясь говорить ровным и спокойным голосом. Эрен поставил чашку с чаем и отвернулся, нахмурив брови. Наступила долгая пауза, настолько долгая, что Леви подумал, что юноша не собирается отвечать. — Это уже не имеет значения. Сдерживая ярость от того, что кто-то прикоснулся к Эрену, Леви продолжил: — Это имеет значение. Я хочу, чтобы ты был моим. Те великолепные глаза резко посмотрели на него, в них читалось недоумение: — Что это значит? Быть твоим? Нежно... Он должен быть осторожным. Проявлять такт, даже если он все еще был зол на неизвестных нападавших. — Обмен. Ты не можешь говорить со мной откровенно, поэтому я хочу, чтобы ты посвятил мне свое сердце. Я не буду выпытывать у тебя секреты. Я буду уважать твои границы. Но твое сердце и твое тело будут принадлежать мне. Эрен был явно шокирован, он замер с широко раскрытыми глазами, слушая предложение Леви. — Тебе причинили боль. Я не причиню тебе вреда и буду действовать в твоем темпе. Я хочу тебя, Эрен. Ты можешь довериться мне хотя бы в этом? — его серебристые глаза были спокойны и терпеливы, когда он наблюдал за игрой смятения и некоторого страха. — ... Я не знаю, смогу ли я это сделать, капитан. Я никогда... Я никогда раньше не интересовался такими вещами. У меня не было времени или... и это было больно... — Это не обязательно должно доходить до этого. Шатен, казалось, только еще больше запутался: — Ты просишь секса, да? — Нет, Эрен. Как я уже сказал, дело не дойдет до этого. Я хочу, чтобы ты был моим. Твое сердце и тело. Поверь мне, я не буду продолжать, если ты скажешь «стоп», и пойду только так далеко, как ты захочешь. Даже если это будет минимум. — ... И что такое минимум? — Спи рядом со мной каждую ночь. Позволь мне прикасаться к тебе, пока ты не сможешь терпеть это, не отстраняясь. Ласки, объятия и тому подобное. Ты будешь контролировать, станет ли это чем-то большим, и можешь остановить это в любой момент. Эрен посмотрел на остывающий чай: — ...Могу я подумать об этом? Леви расслабился, радуясь, что это не было категорическим отказом. — Конечно, Эрен. Не торопись. Я уйду на ночь и сообщу остальным, что тебе нужно пространство. Ты согласен? Эрен молча кивнул, и темноволосый мужчина удалился. Если Эрен сможет отдать себя Леви, то он будет каждый день, каждое мгновение доказывать, что достоин полного доверия Эрена. Их чай остался нетронутым и остыл.

***

В течение следующих нескольких дней Эрен либо работал над чертежами, либо смотрел в пространство. Он даже не смотрел в Пути, когда делал это. Нет, он думал о предложении Леви. Однако он был отвлечен от обеих задач, когда Имир получила имена сто четвертого отряда. К его облегчению, Криста Ленц была в списке. Значит, события, которые привели к этому решению, должны быть примерно такими же. Королевская семья была под угрозой, достаточной, чтобы привлечь внимание фальшивого короля и дворян. Достаточной, чтобы Род Рейсс попытался собрать свою внебрачную дочь и отправить ее в армию, чтобы спасти ее. Эрен должен был бы подтвердить смерть Гриши Йегера, если тот вообще к этому причастен. Тем не менее, было странно, что это произошло без участия титанов. Гриша не имел бы Атакующего титана, Эрен не стал бы настаивать... Если только это не произошло раньше, когда Гриша впервые их обнаружил. Он не стал бы сомневаться, не имея сына. Еще столько всего он не знал. Но среди всех незнакомых имен были два, от которых его сердце забилось чаще. Микаса... Армин... Они оба живы и здоровы. Хотя Эрен не знал, почему они вступили в армию без него, который был для них движущей силой. В конечном итоге это не имело значения. Криста, Микаса и Армин были в безопасности, тренируясь под руководством Шадиса. Он был так благодарен. Хотя его история с ними утрачена, то, что они живы... этого для него достаточно. Отложив пергамент с готовыми инструкциями по железнодорожным переключениям, Эрен неизбежно вернулся мыслями к Леви и его предложению. Это было странно для него. Капитан говорил прямо и попросил Эрена стать его... Хотел бы Леви Аккерман из его старой временной линии того же самого? Он не уверен. Всегда было ощущение, что Леви хочет сказать ему много невысказанных слов. Многое осталось невысказанным. Разум потрясен последствиями проклятого громового копья. Эрен тяжело вздохнул и схватился за волосы. Он дернул их и отбросил образ своего разбитого и окровавленного капитана, над телом которого склонилась Ханджи под проливным дождем. Проклятый Зик. Он уже потерял Сашу, и эта потеря была болезненной. Потерять Леви... — Он в порядке. Он в порядке и просит меня о странных вещах. Успокойся и попробуй понять это, прежде чем отвечать. Леви хотел его сердце и тело. Эрен был очень хорошо знаком с тем, как отдавать свое сердце. По разным причинам. Он никогда не сомневался в своем сердце и так любил своих дорогих людей, что был готов уничтожить мир. Кроме защиты элдийцев и своих близких. Кроме защиты Парадиза. Чему еще он мог посвятить свое сердце? Леви специально попросил его сердце. Он не мог знать, что это означало, когда Эрен предложил ему нечто подобное. Эрен мог это сделать. Он мог предложить свое сердце Леви, особенно если тот перестанет искать невозможные ответы. Но его тело... Шатен не был уверен в этом деле. В прошлый раз он был довольно наивен. Флирт и сексуальные шутки пролетали мимо его ушей. Слишком поглощенный своими целями, Эрен не был этим заинтересован. Он никогда не делал этого выбора, пока кто-то не решил отнять его у него. Это было больно, но он должен был терпеть, иначе его прикрытие в Марли было бы раскрыто. Эрен Йегер нахмурился, осознав, что думает по кругу. Что с ним не так? Леви ясно дал понять, чего он хочет, и сказал, что все зависит от Эрена. Даже если он был не уверен во всем остальном, он точно знал, что его капитан никогда бы не причинил ему вреда намеренно. Шатен обратил внимание на время. Солнце уже низко стояло над горизонтом, и разведчики собирались устраиваться на ночь. Сохраняя спокойствие и дыша ровно, Эрен покинул помещение для слуг и прошел через штаб-квартиру. Он остановился перед знакомой дверью, ведущей в кабинет и комнату Леви, прежде чем решительно постучать.