Восставший из ада.

Как обычно прозвенел будильник. Выходные окончились, дав зелёный свет началу рабочей недели. Я уже давным давно привык к этому громкому звону. К скрипящей кровати, к дому в целом. Выключив будильник и поднявшись с кровати, я поплёлся в ванную с целью хоть чуть-чуть взбодриться от 5-ти часового сна, к слову, давно вошедшего в привычку. Открыв кран я быстро плеснул холодной водой себе в лицо. Эх, хорошо! По крайней мере на пару часов будет. Вздохнув, я взглянул в зеркало. Да... Знатно меня, конечно, меня потрепала жизнь. Нет, с моим телом все было очень даже хорошо. Даже лучше чем раньше. В тринадцать лет я начал активно заниматься спортом (ничего особенного, обычные упражнения: отжимания, приседания, турник, планка и иногда утренняя пробежка по выходным, чаще всего летом). И не потому что это было круто, а потому что я видел в этом один из способов отвлечься от произошедшего. Самое главное, что это работало и мне удалось убить двух зайцев одним выстрелом. А именно укрепить свое тело и не думать так часто о том, что происходит в посёлке. Как итог это сыграло роль к тому, что я не сошел с ума, да и к тому же обзавелся атлетическим телосложением, вызвав уважение от Ромы, Бяши и других одноклассников. Ну ладно, не время раздумывать. Я начал постепенно собираться в школу. Привычка собирать портфель перед сном исчезла у меня, наверное, в классе седьмом. Были дела и поважнее в конце концов. Наспех закинув несколько тетрадей и учебников в портфель, я принялся одеваться. Футболка, серый свитер с горлом и черные джинсы. Мама раньше иногда ворчала, мол простынешь, но на самом деле зря. Я редко замерзал, только если не валялся в снегу, промокнув насквозь. Я вышел из комнаты. Дом встретил проснувшегося меня своей музыкой. Тихим скрипом и свистом от ветра снаружи. Я, словно на автопилоте, быстро прошёл по не скрипящим дощечкам деревянного паркета, давно выученным мной, чтобы не потревожить родителей и дать им нормально выспаться в их последний день отпуска. Да, мама тоже вышла на работу, когда... когда пропала потребность сидеть дома и присматривать за Олей... По образованию она как Отец — экономист. Собственно в университете они и познакомились. Устроилась бухгалтером где-то в городе при поддержке отца. Куда точно не помню, да это и не так важно. Главное, что платили нормально, да и условия были вполне приемлемыми, а на остальное уже по большей части плевать. Спустившись вниз в кромешной темноте я, даже не зайдя на кухню, зашнуровал берцы, накинул кожаную куртку и вышел из дома, не забыв тихо запереть за собой дверь. Каждый раз выходя из дома моему взору представлялась темная чаща. Эти зловещие кроны кедров-великанов, никак не отпускающих мой разум и постоянно залезающие в него по самые верхушки. Уверен, что они засели там очень надолго, если не на всю жизнь. Как и весь поселок в целом. Двигаясь по улице на меня нахлынывали воспоминания, впрочем как и каждый раз. Вон там то дерево, с которого я когда то сорвал варежку пропавшего и до сих пор не найденного Вовы. Вот проселочная дорога, где я впервые встретил Алису. А вот и двор школы, двери которой вселяли в меня ужас от моих догадок по поводу нового класса. От части эти страхи оправдались, но к счастью ненадолго. Единственное кого мне, наверное, было не жалко среди пропавших, так это Бабурина. До сих пор с отвращением вспоминаю то прыщавое свибло, на котором не было никаких эмоций кроме ненависти ко всему живому, ту вонь, тот противный голос. Фу... В общем на мой взгляд этот боров получил по заслугам. Не найдут и хрен с ним, какое мне дело? Тем временем я уже оказался в гардеробе. Учащихся не было видно, однако большинство крючков были заняты верхней одеждой. Неужто опоздал? Пробежавшись глазами по раздевалке я обнаружил свободный крючок, на который и определил куртку. Пока я проверял рюкзак чья-то рука упала на мое плечо. — И с каких это пор мы опаздываем? Я обернулся на голос. Передо мной стоял Ромка, которого я видимо не заметил, когда заходил в раздевалку. — Здоро́во, Ромыч. Да нет, я вроде вовремя. А ты чего не за партой? За прошедшие четыре года Рома нехило так изменился и на удивление в лучшую сторону. Подтянул успеваемость, практически перестал опаздывать и хамить учителям, хулиганство тоже почти полностью исчезло в виде отжатия мелочи, сигарет у ребят помладше и так далее. Вроде изменений немного, но какой же сейчас был контраст между нынешним Ромкой и тем, кем он был в классе седьмом-восьмом. Если б я не был с ним знаком достаточно, я бы однозначно пришел к выводу, что настоящего Ромку похитили, а на замену прислали двойника. Грубо говоря, лучшую версию его самого. — Сегодня, так-то уроки на двадцать минут раньше начинаются. Забыл что-ли? Нас же в пятницу предупреждали. - продолжал Рома. Я недоуменно поправил очки и поммасировал виски, пытаясь вспомнить. В последнее время я не так внимательно усваивал материал, да и в целом слушал учителей на уроках. Это, конечно, не сильно повлияло на мою успеваемость, ибо оценки оставались прежними (4,5) и только иногда в мой журнал закрадывались удовлетворительные оценки, которых, к слову, прежде не было совсем. Я предпочитал ставить в приоритет свою личную жизнь со своей целью, установленную мной ещё три года назад. — Э-эй, Тоха, приём! - щёлкая пальцами перед моим лицом, позвал Рома. — А? — Опять в облаках витаешь? — А... Да. Не выспался. - протирая лицо ответил я. — Ладно, пошли уже. Сегодня сокращённый день хотя бы. Четыре урока и домой. — Ага. Мы заковыляли по коридорам школы, паралельно завязывая новый разговор. — А ты сам чего опаздываешь? Ромка махнул рукой. — Будильник неправильно завел, вот и проспал. Зато выспался хотя бы. Я одобрительно хмыкнул. Ну хоть кто-то. — А ты давай, лучше, режим восстанавливай. С таким сном и все мышцы испарятся, которые ты три года наращивал! - улыбаясь съязвил Рома, ущипнув меня за плечо. — Отвали от меня! Я позволил себе чутка хихикнуть и подтолкнуть пятифана в бок на его, так сказать рекомендации. — Ладно-ладно, расход. - в ответ посмеялся Рома. Тем временем мы уже подошли к классу. Я уже представил этот монотонный голос Лилии Павловны, рассказывающей нам о поэтах прошлых веков. Длинные конспекты на несколько страниц и каждый об одном и том же. Вот вроде десятый класс, а толком ничего не изменилось, ну... может и к лучшему. Я и не заметил, как мы уже оказались за порогом кабинета. Голос Ромы окончательно вывел меня из раздумий. — Войти можно? Учительница, тяжело вздохнув и оторвавшись от стола, на котором она что-то писала в журнале, раздражённо покосила взгляд на нас. — Пятифанов, Петров. Почему опаздываем? На мое удивление Рома замешкался, думая, какую отмазку придумать на этот раз. Спустя несколько секунд молчания с его стороны я решил взять эту инициативу на себя, зная, что мы так и останемся стоять здесь, пока хоть что-нибудь не скажем. — Лилия Павловна, нас трудовик попросил перетаскать старые тиски в подвал. Мы тогда только пришли, поэтому не предупредили. Извините. Судя по ее уставшему выражению лица, ей было совсем не охота разбираться в этом, даже если это звучало неубедительно. Лилия Павловна просто отвернувшись и махнув рукой, отчеканила. — Садитесь уже. Конечно же она была в курсе о нашем совместном спасении ее дочери, поэтому она, разумеется не без ворчиливости, но все же прощала нам очень много косяков (а их было ох как немало). В общем если бы не тот поход в гараж и обнаружение Кати с последующим освобождением, то, вероятно, нам были бы недоступны все эти милости. Впрочем мы с Ромкой все равно не так давно сошлись на мысли, что лучше сильно не наглеть, иначе все эти привилегии со временем могут обнулиться, даже несмотря на то, что случилось. Нервы у Павловны после многих лет работы в школе все таки не железные даже для нас. Мы прошли вглубь кабинета и уселись по своим местам. Я сел рядом с Катей. Привычка сидеть с ней у меня выработалась ещё давно. Мы были хорошими друзьями. Мы начали общаться незадолго до того, как она попала в черный гараж. Впрочем это было шокирующе для меня, но все же приятно для обоих. Почему шокирующе? Потому что Катя начала очень быстро меняться в моих глазах, и на удивление только со мной. Перестала язвить и морально душить, словно гадюка. Я уже тогда начинал видеть в ней нечто большее... Доброго, честного, понимающего человека и хорошего друга, конечно же. Собственно так и случилось. Когда мы спасли её, наша с ней дружба только укрепилась и теперь мы не разлей вода. Мы часто гуляли, ездили в город, ходили по домам друг другу, занимаясь всякой всячиной. Даже на ночёвках оставались друг у друга. Катя старалась меня отвлекать как могла после смерти Оли, также старалась помочь мне справиться с этим, за что я ей бесконечно благодарен. — Где тебя носит? Пол урока уже прошло. - Даже не поздоровавшись проворчала Катя. Ну как же без ее колкости... — Я проспал. На время так и не посмотрел, когда проснулся. — Опять спишь по пять часов? Я вздохнул. Да уж, вот что значит дружить почти пять лет. Ничего никогда не скроешь. — Типа того... Катя закатила глаза. — Давай заканчивай, ни к чему хорошему не приведёт, уж поверь. — Знаю, Кать, знаю... Мы замолчали, пока каждый из нас думал, о чем же поговорить теперь. — Что нового? - решил начать я. — Тош, за те часы, что мы с тобой не виделись ничего не изменилось. Все как обычно. Слушай, вздремни-ка лучше после школы. Будет лучше, поверь. Я накрыл лицо ладонью и от усталости, и от неловкости одновременно. Мы ведь с ней буквально вчера виделись. Ездили в город, гуляли там. А я опять все забыл. Да... Поднять — подняли, а разбудить забыли. — Так и сделаю, что-то я совсем расклеился... Оставшийся учебный день прошел без происшествий. Скучно и нудно, да и черт с ним. После уроков я проводил Катю до дома и сам направился к себе, желая лишь одного. Теплой и мягкой кровати. Спать. Все потом, а сейчас домой и спать. То ли я слишком быстро дошёл, то ли уже просто засыпал на ходу, но так или иначе я очень быстро оказался возле дома. "Вот, что значит быть дылдой" - подумал я тогда. Недолго думая, я быстро зашёл в дом. На кухне жужжал телевизор голосом ведущего новостей и что-то скворчало. Видимо Мама готовила обед. Едва я успел снять куртку и разуться, так оттуда же, с кухни, раздался голос. — Антон, ты? Чёрт, я же не сказал ей о сокращённом дне. Придется как то выкручиваться. — Я, Мам! Я услышал стремительные шаги в свою сторону, а потом и Маму, с ее классическим, орлиным взглядом, пробивающим насквозь. Должен сказать, что все следователи на допросах должны обладать такими же взглядами, чтобы говнюки, совершившие преступление выдавали все свои грехи. Так бы с нарушениями законов проблем уж точно бы не было. — Ты почему так рано? - быстро начала она. — У нас сегодня сокращённый день. У учителей совещание сегодня после уроков, всех отпустили раньше. Потихоньку строгий, даже нет, грозный взгляд Мамы стал спадать. Сейчас она стояла, лишь слегка прищурившись. — А почему не сказал? — Когда я проснулся вы с папой ещё спали. А до этого, что уж оправдываться... Забыл я в общем. Мама отвела взгляд, буркнув себе под нос что-то вроде: — Рассеянный с улицы бассейной. Вздохнув с нее окончательно слетела маска строгости и она, поправив фартук, вернулась к своему прежнему состоянию. — Ладно уж. Кушать будешь? Я отмахнулся. Есть совсем не хотелось, даже не смотря на то, что из пачки не исчезла ни одна сигарета. Подсел я где то год назад, надо бы бросать, а то дыхалки и так не было, а теперь значение ресурсов моих лёгких уже наверняка отрицательное. — Не, Мам, спасибо. Я с утра поел. Ложь, ну а что? По другому не отстанет. Спать страшно хочется, куда уж тут. Не хотелось бы уснуть головой в тарелке супа. — Ну как хочешь. Серьезно? Эх, зря отмазку вставил, но да ладно. Быстрее в кровать и спать. Зайдя в комнату, я откинул рюкзак к столу. Быстро, насколько это возможно, переоделся в шорты с футболкой и плюхнулся на кровать. Отрубился я моментально. *** Меня разбудил Отец. Судя по ощущениям он стоял перед моей кроватью и тормошил меня за плечо. Вставать очень не хотелось, голова словно весила тонну, хотя была пустой. Веки закрывались сами по себе, а сонливость никуда не пропала. Напротив: сильно усилилась, пытаясь заставить меня вновь погрузиться в сон, однако отец посчитал иначе. — Анто-он, вставай! Я нехотя открыл глаза и привстал, автоматически положив руку на тумбочку, пытаясь нащупать очки. Надев их и сев на кровати, я спросил. — Да, пап? Что случилось? — Тебя к телефону. Кому это я вдруг понадобился? Наверняка Катька или Ромка. Больше вроде некому. — Хорошо, сейчас спущусь. Нехотя встав с кровати я поплёлся вниз. Подойдя к столу, с лежащей на нем трубкой я поднес ее к уху. — Слушаю. — Антон, это Константин Владимирович. Что? Кэп? Неужели что-то случилось? — Здравия желаю, товарищ капитан. Чему обязан? Помнится мы раньше часто созванивались по поводу дела под номером 131, которое решили расследовать вместе. Вернее он решил разрешить мне, пусть скрытно и неофициально, но все же работать с ним. Последний звонок от него был, если мне не изменяет память, около года назад. После этого мы неоднократно виделись в поселке и я не упускал возможность спрашивать его о возможном поступлении новой информации, но к моему же сожалению я всегда получал отрицательный ответ. Я уже почти потерял надежду, что однажды он расскажет мне что-то, касающееся дела, но как бы не так. Капитан по пустякам не звонил никогда, а значит что-то да всплыло. — Появились новые сведения насчёт дела 131, которые тебя, вероятно, заинтересуют. Да! Наконец-то! Ещё один шаг к этим ублюдкам! Как же я рад это услышать... — Итак... - протянул я. — Извини, Антон, но это не телефонный разговор. Давай-ка бегом в участок и ко мне в кабинет. Тогда всё узнаешь. Впрочем неудивительно. Когда капитан звонил, то он никогда не обсуждал что-то серьезное. Поначалу меня это слегка раздражало, но сейчас я уже привык. К тому же так долго все было тихо, что я бы наверняка не обратил на это внимание, и был бы готов перейти пешком пол тайги, голыми руками разорвав медведя по пути, лишь бы узнать, так долго ожидаемую мной, новую информацию. — Вас понял. Скоро буду. — Жду. И пушку взять не забудь на всякий случай. - напомнил он. — Так точно. - коротко ответил я, повесив трубку. Сбоку я заметил силуэт отца, подходившего ко мне. Он был в курсе о нашей совместной деятельности с Константином. Сначала ворчания с его стороны, конечно, было немало, однако позже он начал поддерживать меня и периодически отмазывать перед мамой, вместе с этим помогая мне сохранять все в тайне от нее. Ох, если узнает, крику будет... Мало не покажется... И мне, и бате. Отец одарил меня суровым, но все же слегка беспокойным взглядом, спрашивая. — Из участка звонили? - пробасил он. Я кивнул, не оборачиваясь. — Да, капитан говорит, что есть новые сведения. Попросил прийти. — Тихонов который? — Он самый. - на выдохе ответил я. Отец вздохнул и отвёл взгляд, уперев руки в бока. Судя по его виду, ему совсем не хотелось меня отпускать, но вместе с этим он знал, что меня вряд-ли сможет кто-то или что-то остановить. Боюсь выбора у него не было. — Хорошо, иди. Мама спит, если проснется, что нибудь придумаю. — А что тут думать? Скажи, что Катька позвонила, гулять позвала. Делов то... — Ну да... Ладно, давай топай. Кивнув вместо ответа, я поднялся в спальню и залез под кровать. Под ней была сломанная дощечка, под которой находилось пустое пространство. Что-то вроде небольшой коробки под полом. Впрочем данное место я, в последствии, превратил в небольшой тайник. В нем лежали мои дневники, к которым я не прикасался уже несколько месяцев. 6 тетрадей по 96 листов, полностью мной исписанных. Я старался учитывать все возможные варианты по поводу, так называемой, природы тех "людей", напрямую причастных к исчезновению детей в посёлке. Одна из тетрадей, к слову, была полностью посвящена "Хозяину Леса". По видимому главарю этих уродов (и в прямом, и в переносном смысле, учитывая то, что я видел в гараже перед смертью Оли). Все мои предположения, рассуждения, зарисовки и так далее можно было найти в этих тетрадях. Совсем скоро, возможно, придется начать новую, ибо Тихонов может мне доложить что-то весьма интересное. Впрочем ладно. Помимо дневников в тайнике лежал фонарик и пистолет Макарова с двумя магазинами к нему с боевыми патронами. До сих пор помню, как будучи ещё в 14 лет мы с Тихоновым выезжали в лес, где он тренировал меня. Обучал многому: рукопашный бой, владение оружием, включая стрельбу, тесты и тренировка реакции, выработка новых рефлексов для самообороны и даже самбо. Было ли это законно? Вот ВООБЩЕ нет, но все же я за это ему очень благодарен. Ведь он рисковал не то что своей работой, но и своей свободой, потому что выдача БОЕВОГО стрелкового оружия с возможностью хранить его дома, извиняюсь за выражение, пиздюку, вполне могла стоить ему нескольких лет на нарах. Но благо, что нам удалось сохранить все в секрете, даже несмотря на то, что мой папка обо всем был в курсе. Мягко говоря, недовольных комментариев с его стороны было немало, однако, вопреки всему, он понимал зачем это все нужно. Конечно, когда все закончится и дело будет закрыто, мне придется все вернуть, но это меня, честно говоря не особо волнует. Главное завершить начатое, а потом уже можно продолжать жить по закону. Немного зла ради большого добра. В любом случае иначе из этой ситуации никак не выйти. Взяв пистолет, я проверил его. Так, магазин вставлен, предохранитель не снят. Хорошо. Я достал фонарик, ещё один магазин из тайника и положил его в задний карман джинс. Сам пистолет определил во внутренний карман, ранее надетой мной куртки. Спустившись вниз и обувшись я вышел из дома. Времени было где-то начало седьмого. Уже успело стемнеть и тени уже выползли из под деревьев и нор, погрузив округу во мрак. Весной и осенью здесь было темнее всего. Особенно в ноябре, когда снег ещё не выпал, или же во второй половине марта, когда все оттаивает. Лес и поселок в целом в это время суток казались совсем другими. Иногда казалось, что ветви могучих кедров тянулись ко мне. Что дикие звери смотрят на меня своими хищными взглядами где-то из глубин чащи. В основном я старался не думать об этом. Но... Все таки мне казалось, что этот лес — не просто точка на карте. Это единый живой организм, с неизвестными намерениями к людям. Он дышит, видит каждого кто по нему бродит и наверняка готов похоронить под корнями деревьев любого, кто навредит ему, или же просто любого, кого сочтет слабым или недостойным бороздить его просторы. Мне часто снились кошмары насчёт этого места. Как лес, буквально оживал, показывая свое животное нутро. Кедры обращались в гигантских древесных великанов, так и норовящих схватить тебя своими корнями и впить тебе в глотку свои острые ветви, чтобы потом унести под землю. Однако лес не отбирает жизнь. Он лишь перевоплощает тебя. Твое тело под землёй начнет разлагаться, а после из под холодной толщи земли прорастет росток, ознаменовав начало новой жизни. Только вот воспоминаний о тебе не останется. Лес беспощадно сотрет все, оставив лишь пустоту. Эх... Да... Шагая по тропинке, я внезапно услышал шелест кустов справа от себя. "Что за чёрт?" На меня тотчас нахлынули воспоминания об Алисе. Когда то она также следила за мной из-за кустов, как будто даже намеренно издавая шелест, пользуясь моим любопытством, чтобы я подошёл и проверил. А после эта плутовка выпрыгивала на меня из кустов с криком "Попался, зайчик?!". Ох... Если это она, то ей крайне не повезло. Сейчас я был готов голыми руками содрать ей скальп с черепа, отдав ей всю свою ненависть, накопившуюся во мне за все эти годы. Недолго думая я достал пистолет. Снял с предохранителя и взвел затвор. Потом я достал фонарик и положив его в левую руку скрестил левую руку с правой, параллельно включив его. Пока я ничего не видел. Я стал медленно продвигаться к кустам, прислушавшись. Не доносилось ни звука. Может мне просто показалось? — Кто здесь? - повысив голос спросил я. Не показалось... снова шелест. Ещё правее. Реакция не подводила. Я быстро повернулся к источнику звука, сделав пару шагов вперёд. Я понял, что тот, кто издавал эти звуки прямо сейчас сидит за стволом дерева. Кто бы это ни был я находился в готовности. — Давай выходи, и смотри мне без резких движений! - грозно крикнул я. Мой голос эхом разнёсся по лесу. Ну что ж... Он меня слышал. Из-за дерева показались руки, указательный палец лег на спусковой крючок. Мгновение спустя моему взору показался пацан моих лет, которого я сначала не узнал, но стоило ему поднять голову, так я сразу распознал Ромку. — И часто ты так перед кентами стволом махаешь? - с глазами по пять копеек спросил он. Со вздохом я опустил пистолет. Что он тут забыл в это время, мать его? И какого черта он творит? — Рома, ты совсем двинутый?! Ты же знаешь, что я в такое время без пушки на улицу не выхожу! А если бы я выстрелил?! Не тебе ведь потом жопу на зоне морозить! Рома потупил взгляд, видимо осознав свою выходку. Я же продолжал яростно отчитывать его. — Какого хрена вообще?! Тебе экстрима в жизни мало, или что, я не пойму?! Как дитя малое, честное слово! Набрав в грудь воздуха, Рома попытался извиниться. — Ладно, Тох, сорян. Что-то я и вправду заигрался. Я просто тебя напугать думал, чисто по дружески. Поймав нервный смешок, я в полголоса произнес. — Ничему жизнь не учит... — Чего? - переспросил Рома. — Ты не помнишь, как в прошлый раз было? Я ж тебе с разворота локтем в висок заехал на рефлексе. Потом полчаса тебя в чувство приводил, пока ты рожей в траве лежал. - рассмеялся я. Рома, ухмыльнувшись и отведя взгляд подметил. — Было дело... Да, херня вышла. — Короче не делай так больше. В ответ Ромка кивнул, облокотившись на ствол кедра, пока я убирал пистолет с фонариком. — Ты чего хотел то? — Да так, пройтись просто. А то дома совсем делать нехер. — Справедливо... Ну пошли. Молчат дома — На дне Мы зашагали по тропинке. Я удивился, почему Рома не спросил меня куда это я направился в таких потёмках. Не к нему же навстречу. Он конечно вел себя чсвешно, но не до такой степени. — А ты сам то далеко намылился? Мда... Вспомнишь солнце — вот и лучик. — В ментовку. Кэп вызвал, говорит, есть что-то важное. Внезапно Рома остановился. Обернувшись на товарища, я увидел, что глаза Ромы буквально загорелись. Видимо, он не ожидал этого услышать, однако все же рад. — Да ну нахуй... Я лишь усмехнулся. Никогда не перестану дивиться его реакции. — Чё, внатуре? - продолжал Ромка. — Ромыч, да я сам ахуел, когда он позвонил. Уж думал не дождусь никогда в жизни больше. Короче готовься к движу. - не без энтузиазма поделился я. Ромка моментально расплылся в улыбке оскалив острые, как у хорька, зубы. — Всегда готов, брат. Ты же знаешь. С ухмылкой я хлопнул Ромку по плечу. — Ну и супер. Выйдя на дорогу, мы продолжили разговор. — Ну ты это тогда расскажи, чё он там тебе доложит. — Ясен-красен, Ромыч. А как иначе то? Только ты сам язык не распускай, лады? Рома поднял обе руки, прикрыв глаза. — Могила, Тох. Чем хочешь клянусь. В ответ я усмехнулся. Никогда себе не изменяет... Оно и хорошо! — Хех, не сомневаюсь... Перекинувшись ещё парой фраз, мы продолжили путь. Совсем скоро мы вышли к центральной улице. Здесь пусть и небольшое, но все же напряжение спало окончательно. До участка оставалось совсем немного. В окнах домов справа и слева от нас горел свет, было слышно музыку из магнитофонов, жужжание радио и телевизоров, а иногда на глаза попадались люди, меланхолично курящие на крыльце. Наверняка они даже не догадываются, что за чертовщина здесь происходит. Никто не подозревает, что здесь, раз в несколько лет, из подполья вылезает тайная секта каннибалов, похищая детей и заставляя их умирать, вероятно, крайне мучительными смертями. Больные ублюдки... Ведь на их счету уже пять человек, сколько ещё это будет продолжаться? Сколько ещё людей должно пропасть, чтобы наконец уталить их звериный голод?! Мне хотелось посетить каждый дом. Схватить каждого жителя поселка за шиворот и сказать, чтобы они ни в коем случае не расслаблялись, а были готовы к новой атаке. Чтобы они были готовы отстаивать свою жизнь, и жизни своих детей. В конце-концов я единственный, кто узнал правду и при этом выжил. Только я знаю, что будет, если просто сидеть в углу, слепо веря, что тебя не заметят и не тронут. Все будут обречены на гибель... От этих мыслей я до хруста костей и побеления костяшек сжал кулаки. Рома недоуменно посмотрел на меня, пытаясь понять, что со мной такое, прежде чем задать вопрос. — Тох... Все нормально? Сперва я его не услышал, а лишь продолжил с тем же темпом шагать по колее. — Эй, Тоха! - громче повторил он. Внезапно Ромкина рука легла на мое плечо, резко меня остановив. Вырвавшись из потока своих мыслей я остановился, бросив взгляд на товарища. — Я опять отключился? Рома пожал плечами. — Походу. О чем задумался хоть? А вот так сходу и не ответишь... — Долго объяснять, если честно, а времени у нас немного, так что пойдём. Я уж было хотел развернуться, но Рома резко схватил меня за рукав, заставив вновь обернуться на него. — Да погоди ты, ну. Мы так то уже на месте. Я приподнял бровь и отвёл взгляд в сторону. Действительно... Перед нами ярким светом сверкал вход в полицейский участок. Да уж. Надо бы поменьше об этом думать, а то бы сейчас до Китая дошёл, ей Богу... — Ладно, пошли. Мы засеменили к входным дверям. Рома, пусть и нехотя, но все же шел за мной. Вероятно он все ещё в точности помнил то, что происходило здесь с ним несколько лет назад. Даже после того, как его сняли с учёта, было видно, что ему не совсем хочется появляться там вновь. Однако он пересилил себя. И зашёл внутрь вместе со мной. Зайдя внутрь нашему взору предстал скромный холл отделения. Доска с пропавшими, на которых все ещё находились объявления о пропажах Семёна и Вовы, несмотря на то, что прошло уже больше четырех лет. Справа, слегка отдавая бликами от яркого освещения, блестела решетка камеры с находящимся внутри неизвестным мне спящим на скамейке мужиком бомжеватого вида, стол с органайзером и какими то бумажками. Мда. Практически ничего не изменилось, впрочем ладно. Это было не так важно. Мы ведь пришли к Тихонову, так? Недолго думая, мы прошли в дверь слева. В коридоре с несколькими дверьми в кабинеты перегорело несколько ламп, из-за чего было достаточно темно. Рома шел за мной по пятам, пока я жестом не указал на потрепанную скамейку возле двери. Хмыкнув, Рома опустился на неё, закинув ногу на ногу. Я же, глубоко вздохнув, постучался в дверь с табличкой на ней "Начальник отдела Тихонов К. В.". Благо капитан не заставил себя долго ждать. — Войдите! - послышалось за дверью. Слегка дрожащими от предвкушения руками, я дёрнул ручку двери. В кабинете было не очень светло. Только лишь яркая, и то недостаточно, настольная лампа тускло освещала кабинет. Внутри пахло табаком и старой мебелью. На столе был полный бардак из различных документов и папок, среди которых, будто по натюрморту, сильно выделялись полупустой бокал с пачкой сигарет рядом. На стенах висели благодарности и почетные грамоты, принадлежащие Тихонову и которые я перечитал уже миллион раз за все это время. — Здравия желаю, товарищ капитан! Курсант Петров по вашему приказанию прибыл! Тихонов смотрел на меня исподлобья, и могло показаться, что он был чем то недоволен. Однако я очень хорошо знал этот взгляд. Вся эта история, работа в целом его изрядно измотала. В его глазах отражалась лишь бесконечная усталость от буквально всего, что связано с работой. Эти дети, типа маньяк в лесу и... Ещё что-то... Нечто похожее на старые воспоминания... — Вольно, Антон. Присаживайся. Я послушно прошел к столу и опустился на стул, вонзив взгляд в капитана. Но почему-то не решался начинать диалог. Возможно из-за гнетущей атмосферы, пронизывающей кабинет наряду с тиканьем часов, которые за все время, вероятно, уже звучат в голове Тихонова как удары кувалдой по наковальне. — Ну как ты, Антон? Как школа? После вопроса я слегка вздрогнул, выходя из раздумий. Несколько раз моргнул, уставившись на кэпа, прежде чем ответить. — Да потихоньку. Оценки вроде ничего, в классе все достаточно мирно, ничего заурядного... - скучно ответил я. Тихонов внимательно посмотрел мне в глаза, чуть сощурившись, словно пытаясь понять, не хочу ли я что-либо скрыть, но, увидев мою невозмутимость, он быстро ретировался. — А как в семье обстановка? Мать с отцом больше не ссорятся? — Да вроде все как обычно. Без скандалов и криков. На удивление... Кивнув и опустив глаза на стол, Тихонов откинулся к спинке стула. Я понял, что вопросов не по теме с его стороны больше не возникнет. Ну и ладно. В любом случае я пришел сюда не за этим. — Ну ладно, тогда приступим к делу. Как я говорил появились новые сведения насчёт дела. Так вот: недавно в участок приезжал один из бывших сотрудников, который перевелся в город лет шесть назад. Принес несколько фотографий, весьма интересных. Капитан пододвинул ко мне фотки, ранее, почему то, незамеченные мной. По видимому, они были сделаны на полароид и судя по качеству явно галимый. На них было видно нескольких людей, стоящих напротив одного старика. Всего их было пятеро. Я сразу узнал кто это, даже несмотря на то, что на них не было масок. Они держали их в руках. Волк, лиса, медведь и сова. Это точно наши, что также и подтверждало наличие небольшой постройки на заднем плане, являющейся ничем иным, как черным гаражом. Как бы я не пытался всмотреться, я не мог различить лиц, в силу плохого качества фоток. На одной из фотографий я заметил у старика в руках какой-то прут. Неужели это... Флейта? Так я был прав? Значит этот ублюдок управляет ими с помощью этой проклятой флейты? —Ну так что, Петров? Есть какие то мысли? Голос капитана, резко возвративший меня из просторов собственного разума, заставил меня вздрогнуть. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы дать ответ. И не краткий. Я придал особое значение флейте, поскольку в лесу она уже была найдена и даже доставлена в участок, однако она необъяснимым образом пропала оттуда той же ночью. Даже на экспертизу не успели отправить, чтобы понять как она устроена и из чего сделана, поскольку были подозрения, что материал является органическим, ибо своим видом и мерзотным запахом напоминал кость. Чью неизвестно, но держу пари, что это человеческая кость. — Есть, Константин Владимирович. Это, конечно, не факт, но моя теория, смотря на эти фотки, такова: Здесь, - Я взял первую фотку в руки. - показаны подозреваемые, которые наверняка причастны к исчезновению детей. Виден также их лидер. Этот старик, который на следующей фотке держит нечто напоминающее флейту. Не поймите неправильно, но я считаю, что он способен ими управлять, однако только при условии, что они сами позволяют помыкать ими. То есть, если бы они не хотели помогать ему, то флейта бы не работала. Вероятно таким способом он может чётко координировать их действия и, так сказать, "подравнивать" их, позволяя выполнять их грязную работу без изъянов, по которым мы бы, вероятно, могли быстро выйти на их след. Но... наверняка неизвестно. Капитан задумался над моими словами. Молчал минуту, две, прищурив взгляд и смотря куда то мимо меня, погрузившись в раздумия. В целом я не видел того, что он принял мои слова за бред сумасшедшего. Во всяком случае я не утверждал сказанное, а лишь предполагал, рассуждая здраво и основываясь на том, что видел в лесу. Капитан все это время пока я с ним работал мне верил, но почему, я не до конца понимал. — А гараж? Я перевел взгляд на капитана, не расслышав. — М? — Черный гараж. - Повторил Тихонов. - Помнишь, я тебе рассказывал, как мы его нашли? Гараж не был заперт, а внутри не находилось ничего примечательного, за исключением следов в виде царапин на полу, говорящих о том, что там находилось что-то массивное. Возможно та самая мясорубка, из которой вы с Пятифановым когда то спасли Смирнову. А в остальном обычный гараж, если не учитывать, что его постоянно кто-то перевозит с места на место в лесу. Я вновь задумался. Вспомнил наш тогдашний разговор и действительно... Внутри не было ничего странного, как он рассказывал, однако у меня все же было предположение. — Скорее всего там они держали жертв до их убийства, чтобы не привлекали внимания. А после, они расправлялись с ними где-нибудь в лесу и полагаю закапывали тела под землю. Слушайте, товарищ капитан, вы извините, но я не думаю, что кто-то из пропавших жив. Прошло уже много времени и если мы кого то из них каким то чудом все же найдем, то только ветхие останки. Вы, эх... помните, что эти твари сделали с Олей... Капитан опустил глаза, вероятно вспоминая тот злополучный день, слабо кивая. — Тогда вполне возможно, Антон. Звучит логично. Хм... Капитан вновь погрузился в раздумия, нахмурившись и потирая подбородок указательным пальцем. Наверняка сейчас продумывает план дальнейших действий. — Но в любом случае это лишь теории. - продолжил Тихонов. - Нам необходимы подтверждения твоих слов. Хоть какие-то. Давай сделаем так: завтра в школу не пойдешь, я оповещу Лилию Павловну. Вместо этого езжай в город, в центральную библиотеку, где хранятся наши старые архивы, да и не только наши. Чуть ли не со всей области... Попытайся найти что-то, что касается новых сведений, поскольку подобное могло случиться не в первый раз, и что, возможно, может подтвердить твои теории помимо этой. Здесь искать бесполезно, и так все вдоль и поперек тысячу раз просматривали. Все понял? — Так точно. - кивнул я. - Вот только кто меня туда пустит? — Об этом не переживай, у меня есть определенные связи. - махнул рукой капитан. Тихонов взглянул на время на своих наручных часах. — Часа в 3 удобно будет? — Конечно, Константин Владимирович. — Хорошо, электричка завтра в 13:43, даже чуть раньше прибудешь в библиотеку. Я сейчас наберу твоему классному руководителю и подруге, что работает в той библиотеке. Не боись, пройдешь незаметно. Тихонов ещё раз взглянул на свои наручные часы, слегка прищурившись. — Ну получается всё. Свободен, Петров, благодарю за визит. Кивнув я поднялся со стула и направился ко входу, попрощавшись с капитаном. — Спасибо за вызов, товарищ капитан. До свидания. Я уже развернулся и хотел было дёрнуть ручку двери, но меня остановил голос капитана за спиной. — Петров и ещё. Звякни мне, если найдешь что-то путное. Придёшь ко мне домой на выходных, пообщаемся. Здесь тебе так часто лучше не появляться, ладно? — Хорошо, Константин Владимирович, как скажете. — Давай, до встречи, спокойной ночи. Отцу привет. — Обязательно, до свидания. Я неспешно покинул кабинет. Когда я открыл дверь, Рома, терпеливо ждущий меня на скамейке встрепенулся и уже хотел засыпать меня вопросами, но я вовремя остановил его. — Не сейчас, Ром. На улице расскажу. — Окей, без бэ. Молча мы вышли из здания. Я потянулся во внутренней карман куртки за пачкой Marlboro и спичками. Уже вставив сигарету я попытался зажечь спичку, но сломав несколько штук и после тихонько брошенного "бляха" сдался. Намокли что ли? — Ром, дай прикурить. Пятифан тоже не отставал. Бросив взгляд на него, я увидел как у него в зубах уже торчала сигарета. Рома уже достал зажигалку и жестом попросил меня обождать. Пару секунд спустя, Рома, уже с подоженной сигаретой, протянул зажигалку мне. Ещё пара секунд и табачный дым от наших сигарет полетел по улице. Рома первый начал разговор. — Ну так... что узнал? Не поворачиваясь к товарищу, я дал краткий ответ, и, если честно, довольно пугающий. — Эти сукины дети вернулись... - тихо ответил я, параллельно осознавая, что теперь может ждать посёлок. — Вашу ж мать, я то думал, что они наконец оставили это захолустье... И что теперь делать? - немного помолчав, ответил он. В целом понятно, почему он не особо удивился. Раз меня вызвали, то стоило ожидать подобного. — Муравью хуй приделать, Ром. - огрызнулся я, испытывая гнев и ненависть к этим тварям внутри себя, которую неосознанно выместил на друге, из-за чего мне мгновенно стало стыдно. Рома ничего не сказал. Только лишь затянулся тлеющей между его пальцами, сигаретой. Сделав очередную затяжку, я стыдливо выдохнул. Зря я так, Рома ведь совершенно не при чём. Надо бы извиниться. — Сорян, Ром. На нервах просто от всего этого. Заколебала уже вся эта история... — Все норм, чел. Я понимаю. - отмахнулся пятифан. - Ну так? — Помнишь об условии? — Да помню-помню, рот на замок. - буркнул Рома. — Чтоб так оно и было. Я пересказал Роме наш разговор в кабинете. Рома почти не перебивал, только иногда задавал вопросы, на которые, впрочем в моем пересказе и можно было найти ответы. — Завтра в Красноярск поеду, в библиотеку просматривать архивы. Не хочешь со мной? - закончил я. — Когда? — В пол второго дня на платформу подойти сможешь? — Без проблем, Тох, я только за прогулять ради такого. — Отлично, значит забились. — Слушай, а бяшка? Я замялся после вопроса. Игоря, конечно, нехорошо бросать, но нас и так уже двое, что изначально не планировалось, а с третьим попасть в ментовские архивы беспалево будет уже не так просто. Ромка то, когда надо, тот ещё змей, но с бяшей другой случай. Плюсом Игоря вся эта тема иногда пугает довольно жёстко. Мало-ли найдет что-то, из-за чего потом придется его в чувство приводить под вопли и блеянья. Да и к тому же та особа в библиотеке может предъявить, мол, какого хрена мы сюда припёрлись такой толпой. Ну его короче. Сейчас это нам точно не нужно. — Ром, ты извини конечно, но Бяша нам там ни к чему. Сам знаешь как он к этой теме в последнее время относится. В общем и ему будет не айс читать про всю эту ебанину, и нам от библиотекарши. Докапываться ведь будет наверняка по поводу того, что мы туда втроём припёрлись. Вдвоем пройдем, думаю, но вот втроём — уже вряд-ли. — Это то да, но вот с чего ты взял, что он там что-то найдет раньше нас? — Ну а мало ли? Парень он вроде не глупый, авось и найдет чего. В общем я это не особо хочу проверять. Досадно вздохнув, Рома неохотно согласился. — Ладно-ладно. Ты здесь штурман. Под конец разговора мы уже шли по дороге и пришла пора расходится по домам. — Ладно, Тох, я погнал. Давай до завтра тогда. — Пока, Ром. До встречи. Попрощавшись и пожав руки наши пути разделились. Пока я шел до дома, меня не покидали мысли насчёт будущих событий. В голове то и дело вертелись вопросы. "Кто следующий?" "Что завтра мы найдем в архивах?" "Удастся ли нам это предотвратить?" Я не знал ответов. Или боялся их... Сам факт того, что звери вернулись уже дал мне много сил, а главное надежду на скорую месть. Их долгое отсутствие, длительностью в 4 года показало, насколько же я ждал этого. Теперь я был готов на все, чтобы остановить их. Чтобы прекратить их зверские похождения в этом поселке. Чтобы уничтожить их раз и навсегда, тем самым обезопасив посёлок и его жителей. Делал ли я этого для того, чтобы потом получить статус героя среди местных? Нет, это было моей личной целью, которой я достигну, чего бы это не стоило. Тем временем я уже подошёл к дому. Я подумывал после разговора с капитаном сделать ещё пару записей в своих дневниках, но было как то неохота. Решил перенести это дело на завтра, после того, как съезжу в архивы. Мда... Отвык я уже от этого дела. Открыв дверь, я вошёл в дом. — Я дома! - крикнул я, но ответа не последовало. Родителей не было видно. Дом встретил меня тишиной. Пожав плечами я снял куртку с берцами, после чего направился наверх. Поднявшись на второй этаж я услышал телевизор, работающий за дверью родительской. А, ну да. Сейчас ведь пол восьмого вечера. Обычно в это время сидят телевизор смотрят вместе. Ну и ладно. Зайдя в комнату я переоделся в домашнюю одежду. Хотелось бы поесть, о чем меня также просил мой желудок, жалобно урча. Спустившись на кухню, я заглянул в холодильник. Выбора среди еды особо не было. Да и хрен с ним, я не привередливый. Гречка с котлетой вполне устроит. Разогрев еду и уже усевшись за стол, с целью приступить к трапезе, я услышал шаги, доносившиеся с лестницы. На кухню спустились и родители, видимо услышав, как я вернулся. — Привет, Антош. Где был то? - начала мама. — Да так, с Катей прогуляться решил. А тебе разве папа не говорил? - спросил я, переведя взгляд на него. — Да у меня как то из головы вылетело. Извини, Карин. — Да ладно, ничего страшного. Все ведь нормально. Мама подошла к шкафчику, где хранились лекарства. Молча достала оттуда пачку снотворного и закинула себе в рот пару таблеток. Все ещё плохо спит после случившегося. Ну ещё бы... — Борь, ты есть будешь? — Не, Карин, спасибо. — Ну ладненько, тогда я спать. Вы тоже долго не сидите, завтра на работу всем. Антон, будильник поставь, не забудь. — Хорошо, мам. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, мальчики. Мама ушла с кухни под наши с отцом взгляды. Родителям пришлось тяжелее всего тогда, как я думаю. Ведь нет ничего хуже, чем хоронить своих же детей, ещё и такими маленькими. Было очень тяжело потерять Олю и одновременно смотреть, как страдают родители. Ну ладно, не будем о грустном. Ещё успеется... Отец, тем временем сел за стол напротив меня и по видимому ожидал от меня вестей, что я узнал в участке. Я же ожидал, пока звуки со второго этажа полностью не стихнут. — От Тихонова привет. - сказал я, когда все затихло. Отец кивнул, мол, спасибо. — Ну так что происходит? После вопроса я ненадолго замер, отложив ложку. Прожевав еду, я сложил руки домиком и опустил на них подбородок, параллельно собираясь с мыслями. — Ну... они вернулись. - наконец разлепив губы и заглянув в глаза отцу начал я. Отец в ответ глубоко вздохнул, отведя взгляд на окно. Его рука тяжело упала на стол, от чего я чуть не выронил ложку из рук. Одно лишь слово донеслось с его стороны. — Когда? — Пару дней назад их заметили в лесу. Удалось сделать фотографии, доказывающие их возвращение. Повернув голову на меня, Папа направил глаза в стол, стуча по нему пальцем, раздумывая. Я догадывался, что за мысли проносились у него в голове в этот момент. "Что теперь будет? Новая череда людей, пропавших без вести?" и так далее. Самое интересное, что он даже не скрывал страха. Своеобразного, индивидуального, но все же страха. За меня и за маму в первую очередь, как и подобает ответственным отцам. — Кто-то уже пропал? - серьезно спросил он, исподлобья смотря мне в глаза. Уже готовится к худшему, не оптимистично, но реалистично. Только трезвый взгляд и может спасти в такой ситуации. На вопрос я пожал плечами, не зная наверняка. Но если они вернулись недавно, то не думаю. Сейчас наверное только определяются с жертвой, пусть у меня и не было стойкой уверенности в том, что они будут и дальше похищать людей. Может готовят что-то более "грандиозное". — Не думаю, пап. Они ведь совсем недавно объявились. — Ладно. - выдохнув ответил он. Далее последовал рассказ о том, что я узнал в участке и о том, что попросил сделать меня Тихонов. Отец слушал и не перебивал, внимательно следя за каждым моим словом. После того, как я закончил я ожидал услышать жесткое "нет", в связи с вышесказанной новостью о возвращении этих уродов, но вопреки ожиданиям он дал добро на наши ответные меры. — Ну... Я вряд-ли здесь играю роль, даже учитывая тот факт, что я твой отец. Просто вряд-ли это была просьба, нежели приказ. Не проронив ни слова, я кивнул, подтверждая его догадку. Да, прости, пап, но тут уже не отвертишься, к тому же все уже спланировано. — Антон, только прошу тебя. Будь осторожен и не лезь на рожон, Христа ради. - чуть ли не умоляя, попросил он. — Конечно, пап. Клянусь маминым сердцем. Я прижал свой кулак к груди, показывая клятву. Этому жесту я когда то научил Олю, ещё в 4 годика, после чего она всегда при клятвах, даже самых незначительных пользовалась им. Сердце в груди слегка дрогнуло, словно прося мозг не воспроизводить воспоминания с ней. Это сейчас совсем не то, что нужно. Негативные эмоции плохие союзники в моих грядущих делах. — Ладно, сынок, я пойду. Спокойной ночи, и да, матери не проболтайся. — Не дай Бог, пап. Спокойной ночи. Кивнув, отец покинул меня, оставив в гордом одиночестве. Что-то заставило меня всмотреться в окно, где все было черным-черно. Фонари за 4 года тут так и не удосужились поставить, из-за чего людям приходилось ночью наблюдать за древним лесом. Помню, ещё бабушка рассказывала, что бесы, обитающие где то в его недрах, выходят из нор преисподней как раз ночью в связи с чем строго настрого наказывала мне не ходить туда в темное время суток. Несмотря на то, что я родился в городе и прожил там большую часть своей жизни, я верил в это, особенно эта вера укрепилась, после моей жизни здесь на протяжении почти пяти лет. И после того, что я здесь видел. Сейчас лес выглядел на удивление спокойно. Ветер тихонько перебирал ветви деревьев и срывал с них оставшиеся жёлтые листья, словно недовольный своей работой поэт, выдирающий исписанные листы бумаги из своей тетради. Небо было безоблачным, над которым возвышалась полная луна, тускло освещая лес бледным сиянием, отраженным от солнца, что сейчас освещает другую сторону планеты. Атмосфера была одновременно и зловещей, и безмятежной. Холодной, не несущей ничего хорошего. Это было затишье перед бурей, что вот вот начнется, но, надеюсь, не продлиться долго и не так сильно отразится на посёлке, как в прошлый раз. Доев и прибравшись, я направился в комнату. Думаю сегодня вполне можно лечь пораньше, о чем сигнализировала и моя сонливость даже несмотря на то, что я неплохо так поспал днем и уже успел взбодриться после вечернего пробуждения. Не знаю что со мной, но выспаться не помешает уж точно. Я старался не подпускать мысли насчёт будущего близко к себе, чтобы не проворочаться в раздумьях всю ночь, что иногда бывало и о чем я потом сильно жалел. Будь, что будет, но я должен быть готов. Но я и так был готов. Не так, как тогда, а по настоящему. 4 года даром не прошли в чем я был уверен. Им не удалось сломить меня даже после того, какую боль они причинили мне и моей семье. И они вряд-ли ожидают увидеть на их мерзком, построенном на крови и чужих судьб пути увидеть меня, восставшего из пепла горечи и отчаяния. Не знаю, что будет потом, пока не знаю как я и те, кто встанет на мою сторону расправимся с ними, но в настоящий момент я знаю одно. Если они хотят крови — они ее получат...