Искра В Сердце Тьмы & Тени На Стекле

Vinsent Avton

Искра В Сердце & Тени На Стекле.

Глаз за глаз – Мир ослеп.

Нет.

Скажите, что видите Вы во Мне? – Безумный взгляд, а в нём лишь крах мечты...

Того, кто так настойчиво зовёт Меня из Пустоты!?

И ведь это даже не игра.

Это...

Общий цикл/серия/сборник Историй:

«Путь Домой»

И

«Кровавый Путь К Свободе»

Тьма, Хаос, Агония и Гроб С Гвоздями...

[Пролог¡]

Мир/Вселенная: S-715. Мир/Вселенная: S-715. (Здесь, и далее указание миров).

💀 I 💔

      Сентябрь 2003 года. Неделя выдалась дождливой и холодной. Температура мала. Впрочем, это вовсе и не удивительно. Проуверс всегда славился частыми и сильными ливнями, когда их ждёшь меньше всего. Воздух был настолько сырым, что казалось, можно пить его ложкой, как сироп от боли в горле. Как вы понимаете, у него ужасный привкус. Листья на деревьях почернели и прилипали к асфальту, как обвинения. Содрать их с кожи без крови с ощущенияем боли не получится. И дело не только в свежих шрамах с порезами.       Но сегодня давление было особо напряжённым. Вечер только начался, но чёрные грозовые тучи уже поглотили свет, затянув янтарное небо и горячее Солнце. Тьма явилась. Сверкали вспышки молний и барабанный марш грома. Каждый удар отдавался в грудной клетке, заставляя сердца прохожих биться чаще. Но один человек не чувствовал ничего, кроме пустоты. Она тёмная, холодная и необъятная.       Тёмный силуэт худого человека, подобно густой тени, плавно передвигается по улицам мегаполиса. Редкие прохожие шарахаются этого существа, а машины стараются избегать озёр из луж рядом с ним. Они не знали, кто он. Но их животный страх подсказывал: Держаться подальше. Избежать даже косого взгляда этого существа любым возможным способом! Этот человек – Ужасающая и кошмарная угроза.       Его путь лежит к сердцу этого мегаполиса. К зданию Министерства и его Генератору. – Прямиком на сто тридцать седьмой этаж, где находиться пульт управления Вездесущей Машины. Он поднимался туда не ради власти, а потому что больше некуда было идти. Это была его последняя надежда, ставшая часть одного кошмарного плана. Больше никаких полумер. Слова, которые он повторял про себя уже сотни раз. Сегодня они обрели плоть. Сегодня именно работа над плотью и сознанием приведёт к началу конца. Раны болезненно кровоточат, но бинтов у него много.       Предчувствие, что некто из пустоты снова следит за ним, посетило чертоги истощённого разума. Кожа горит, кости трещат, а пред глазами плывут странные образы. – Фиолетовые нити причиняют страшную боль. «Лучше бы попал под лопасти комбайна» – Думает человек про себя, вспоминая шутки своей половинки. Тогда он считал её сумасшедшей. Ну!? И кто сумасшедший теперь!? И эти нити... Эти нити были везде: Они тянулись из прошлого, опутывали настоящее и уходили в будущее, которого он уже не хотел. Мечты разбились на мелкие кусочки о жестокую и несправедливую реальность.

💀 II 💔

      Добрался до здания Министерства легко и без каких-либо неприятностей, как, собственно, и на самый последний этаж. В здании пусто. – Человек с непроницаемым лицом и пепельными волосами сдержал своё слово. Они встретились взглядами всего на секунду. Этого хватило, чтобы понять: Пути назад нет. – Они оба стоят на краю обрыва, готовые прыгнуть. И вопрос лишь один – Кто первый долетит до бетона? Сделка – Есть сделка. Ты дал мне время и шанс. Нужно торопиться. Время текло сквозь пальцы, как ртуть – Тяжело и неумолимо. С камерами наблюдения и датчиками движения он разобрался самостоятельно. Это не доставило неприятностей, а потому его ждал парадных вход и лифт со знаком VIP над ним. Карточка доступа всё ещё работает...? Это не логично. Но он перестал искать логику в этом мире давно. Или она перестала искать его? – Хотел бы человек получить этот ответ, но на незначительные пустяки больше нельзя тратить драгоценные минуты.

***

      Поднявшись на самый верх, человек столкнулся с тем, кому когда-то подчинялся, помогая в исследованиях. С тех пор многое изменилось и сейчас они были чужими. Тем не менее, это не помешало вырвать его. «Вырвать» – Грубое слово. Скорее, забрать то, что и так принадлежало ему по праву крови и боли. – Она, Слеза, это чувствует и с большой жадностью поглощает плоды его деяний. – Остаётся напитать его хаосом и безумием, что он только начинает нести в эти миры. Сердце… Он не договорил, или не захотел. В любом случае, мир вокруг сжался до одной точки. В недалеком будущем, не только этот будет дрожать под его несокрушимой волей. Всё падёт... Это только начало. ...Подключить независимые констукты сбора... ...Запустить процедуру... ...Изолировать до... Был скачок энергии и весь Проуверс на долю секунды погрузился во Тьму. Но очень скоро свет вернулся и холодный металлический женский голос «Хэймдалля» вернулся, в последний раз перед анабиозом произнеся:

«…Принято…»

Голос звучал так, будто его обладательница улыбалась. Но у машин нет улыбок. Или всё-таки есть? Считаешься ли ты машиной, если не способен на простую улыбку, или примитивные чувства?

💀 III 💔

      Он сидит в пока ещё своей «Мастерской». Нельзя больше это место назвать квартирой – Домашнего порядка не было и раньше, а сейчас это буквально Хаос из разнообразных деталей, чертежей и груд конструктов.       Каждая вещь здесь имела своё место. Но это место было внутри другого хаоса. Как осколки зеркала, которые складываются в чудовищную картину. – Идеальное образ того, во что он превращается.       Тысячи книг, запретные и считающиеся потерянными временем, заполняли редкое пустое пространство, заменяя собой всякую мебель. Она здесь лишняя. Одного стола более чем достаточно. На нём различные инструменты и механизмы. Кипы бумаг с практически нечитаемыми записями. А в центре всего этого сосредоточения хаоса находиться она – «Слеза Эллиррии» – Ромбический Кристалл, обещающий самое сокровенное. Только накорми...!       Но человек не обращает внимание на этот голос, этот зов, никакого внимания. Его взгляд прикован к единственному выделяющемуся объекту во всей этой мешанине из технологий, железа и бесчисленных бинтов. Бинты – Это тоже память. О каждой сломанной детали, о каждой разбитой надежде. Несбыточной мечте и воли к жизни! Но вещица...       Это простенькая деревянная рамочка за треснувшим стеклом которой находилась фотография. На ней двое: Парень и девушка, солнечное небо, золотистый песок, а неподалёку волны, омывающие пляж и сцену. Они смеялись. Или ему только казалось? Время стирает лица, но оставляет улыбки.       Счастливые мгновения запечатлены на этом незначительном и таком хрупком клочке. Больно на это смотреть, но и не смотреть он не может. Она заставляет сердце рваться на части, а чертоги разума трепетать.       Сердце – Гупый орган. Оно бьётся даже тогда, когда ему давно пора остановиться. Но одной остановки мало. Нужно покрыть его непроницаемым льдом, чтобы оно не имела шанса на последний запуск. Как ты могла так легко принести столько боли? - Разбито молвит Создатель, протягивая дрожащие пальцы руки к фото в рамке. Берёт в руку. – Оно приносит боль. Не только ментальную. Пальцы дрожали не от холода, а от невозможности забыть. - Подобные паттерны не должны быть свойственны этому непорочному цветку… - Он сжимает другую руку в кулак и замахивается, чтобы окончательно сломать этот предмет. Не получается. Замахивается рамкой, намереваясь выкинуть её в единственное окно. Снова провал. Эмоции и чувства не дают этого свершить, как бы он не пытался. Эмоции – Это рудимент. Но именно они мешают ему стать тем, кем он должен стать. Холод и безразличие нужны для успешного выполнения цели. - Но ты всё же поиграла на моих слабостях, предав мою веру и любовь… Всё не должно было закончиться именно так… Я… Не могу перестать думать о тебе, L’amour De Ma Vie… Французские слова звучали как молитва. И как проклятие одновременно. Быть может, так оно и было. Только теперь он сам накладывалось на себя это проклятие, погружаюсь во Тьму, дабы справиться с иным злом. Он осторожно ставит рамку на стол, небрежно отбрасывая неиспользованные сервоприводы, шестерёнки и прочие элементы в сторону. Они гремят на полу. Мусора тут нет. Мусор – Это то, что больше не нужно. Здесь всё ещё было нужно. Кроме него самого.       Усталое тело упирается в стол, а тяжёлый взгляд направлен в окно. – Ночь. Темно. Сотня огней в окнах домов и рекламных щитках не дают в полной мере насладиться красивым звёздным небом.       Огни города – Это ложь. Они кричат: «Ты не один», но он был один. Всегда. Только в сладких грёзах дурмана ему видилось, что он не один... Но спать больше нельзя... А ведь очень хочется! Тело стягивает и болит. Голова кружится, в глазах двоиться, а в горле пересохло. Сколько он уже не спит? – Не имеет значение. Сон всё равно не поможет, но сделает только хуже. Любовь… Чувства… Эмоции… Мораль… Испытывать боль и страдание от столь примитивных слабостей. Это не логично. Не целесообразно. Не поддаётся здравому смыслу. - Веки его тяжелеют и человек, смахивая проступившие слёзы с глаз, открывает окно, чтобы впустить холодный ночной воздух. Пахнет свежестью после долгого осеннего ливня. Он смотрит на небо, высматривая звёзды и думаю о космосе. О свободе и мечтах. - Стоит удалить эти мешающие новообразования. Бессмысленные рудименты не должны существовать. Всё должно пойти на достижение цели… Любой ценой! Любой ценой. Даже ценой собственной души. Особенно ею. Звёзды вдруг начинают казаться всё ближе и ближе, ярче и прекраснее, чем когда-либо. Где-то там есть необъятный океан из того само счастья, где прекрасные «Дети Звёзд» танцуют в унисон с загадочными Умбрами. Он почти видел их. Почти слышал их песни. Но не мог дотянуться. Свобода, любовь и счастье! – Такое бывает только в необъятном и безграничном Космосе! Такое бывает только во сне... Это и был сон. Впервые за долгое время он счастливый. Не явление Самого Кошмара. Потому что в нём была она, L’amour De Ma Vie. Хотелось плыть по этим водам вместе вечность. Туда, где есть всё. Там возможно всё... Нет никаких глупых ограничений, рамок или законов. Туда, где живёт Луна. Куда угодно, в конце концов, но именно туда, где будет ждать его она... – Неуклюжая, порой вспыльчивая, но такая прекрасная... Луна – Единственный свидетель его снов. Она ничего не расскажет потому, что ей всё равно. Не осудит за страшные преступления – Ей всё равно. Но и не даст второго шанса. – Ей всё равно.

***

      Кажется, этот сон продолжался целую вечность. Но вечности для простого человека слишком много. За бесчисленные века сновидений это любому надоест. Ему это надоело (Быстрее, чем любому другосюму существу обладающим разумом), и он отправился на поиски ответов.       И найдя их, он нашёл его... Того, кого невозможно описать или представить человеческому разуму, но того, кто дал ответы на вопросы… Подобно отражению безумного зеркала, он взглянул на самого себя.       Зеркало треснуло, но осколки отражали правду. И она была уродливее любой лжи.

А потом всё оборвалось и… Этот… Кошмар… Подошёл к концу…

      Или только начался? Он уже не различал. И, на самом деле, ему уже не было до этого никакого дела. Не было дела ни до чего. Была только цель и путь к её исполнению. И неважно каким будет заключение судьи. Я знаю, что мне нужно делать. Ты, L’amour De Ma Vie, лишь должна немного подождать… И… Всё… Будтет… Он не договорил потому, что сам не знал, что будет. Но надежда – Последнее, что умирает. Она живёт вместе с ним, немного после кончины, пока полностью не раствориться в океане историй...       За окном светло. Уже давно не утро. Холодные Солнечные лучи окрашивают мрачные стены в причудливые узоры, отражающиеся от металла и сосредотачиваясь на кристалле – «Слезе Эллиррии».       Кристалл мерцал, переливаясь всеми возможными (И не очень¡) цветами и реальности. И в этом мерцании было всё: Его прошлое, настоящее и то будущее, которое он выбирал сам. Даже если оно было проклятое.......