Корень солодки

Когда в доме раздается такой громкий кашель, что, казалось бы, трясутся стены, не приходится думать долго, чтобы понять, что здесь происходит. — Заболел? — блондин прикладывает к его лбу руку, а потом внезапно одёргивает и вскакивает с места, прежде чем отбежать за аптечкой. — Да ты горишь весь! Да, он уже прекрасно знает, что сейчас будет.. а ведь мог и коснуться родными, нежными губами, нежели ладонью на температуру пробовать. На столе перед Мораном огромная коробка с лекарствами. Склянки с сиропами, таблетки, мокрая тряпка.. он болеет изредка, но когда болеет, то нехудо так. И Бонд этот урок уже усвоил. Поэтому сейчас в его приоритете предельно быстро и эффективно вылечить его всеми доступными средствами. Только вот полковник, судя по всему, так не думает. — Не буду я это пить. — он воротит нос, словно маленький ребенок, склонив голову в сторону, смощрившись и нахмурившись, пока Джеймс подносит к нему ложку с сиропом от кашля. Сироп солодки – вещь, на самом деле, не столь гадкая, как куркума, которую по индийскому народному рецепту замешивают с молоком и топленым маслом, но тем не менее.. — Будешь. Так выздоровеешь быстрее. — Как мне это поможет? Я взрослый человек, сам с простудой справлюсь. — Мм.. — блондин закатил глаза и тяжело вздохнул. Потом понял, что придётся брать на слабо. Он убрал ложку, будто сдаваясь, а потом улыбнулся. — А слабо выпить все лекарства, которые я тебе дам? Ты же, всё-таки, настоящий взрослый мужчина. Как ни странно, это сработало. Долго уговаривать не пришлось. Похмурившись пару секунд, побеждённый полковник всё же сдался, а потом выпил всё что нужно, – включая имбирный чай, ненавистную солодку, еще какие-то, в глазах Себастьяна, ужасно отвратительные лекарства, – под предлогом «только ради тебя». Следующий этап – уложить его в кровать, да еще и под одеяло. Задача не из легких. Не знаю, что можно назвать большим ребячеством – то, что он без конца встает с кровати, лишь бы не соблюдать постельный режим, или то, что он отказывается лежать под одеялом и всё стонет, что ему жарко.. С другой стороны, не с каждым человеком он может вести себя так открыто. И минуты не прошло, как Джеймс ворвался в комнату с охапкой мягких пледов и сразу же стал укрывать ими недовольного Себастьяна. — Не рыпайся, тебе нужно хотя бы пропотеть, — пригрозил Бонд, пресекая попытку встать с кровати. — А я знаю хороший способ пропотеть. Две бутылки свежего тёмного пива сварить с тремя желтками яйца и сахаром.. — не успел договорить военный, как уже был осёдлан в области груди и прижат к матрасу. Захвачен в плен, теперь точно не убежит. — Еще пива тебе не хватало. — и ухмыльнулся. Пробрало до самых костей. Лисьи ухмылки, солнечные улыбки, игривые подмигивания и еле заметный румянец на щеках – лучшее лекарство из тех, которые только могут быть. Или, быть может, это болезнь? Тогда никакой корень солодки его не вылечит. К лицу невольно прилила кровь, когда губы робко дрогнули в попытке что-то ответить, а слова не хотели слезать с языка. — Смотри, ты весь красный, а еще и лечиться не хочешь. Следующим движением Бонд оказался уже под одеялом. Утыкаясь макушкой в подбородок своего "пациента", он пригрелся к его широкой груди и издал довольный вздох. И ведь не согнать же. Как с котом. Пару минут в тишине, еще же недолго Себастьян что-то бубнел про то, что он может сам спокойно вылечиться, что он самостоятельный.. А потом дошло, что бубнел самому себе, когда заметил, как вздымается и опускается тело на нем, размеренно дышит и держится за его рубашку. Уснул. Прижав к себе спящего, полковник и сам прикрыл глаза, постепенно проваливаясь в сон. А утром чихать и кашлять будут уже двое.