Вороново крыло

      Как взрослый и ответственный человек, Гарри решил проспать все свои неожиданные выходные.       Из амёбного состояния, между сном и явью, его выдернул патронус Брана. Серебристая гиена влетела в комнату, пробежалась по одеялу и уставилась на моргающего Гарри со злой мордой.       — Поттер! — зарычала она голосом напарника. — Крути кольцо и в бар, иначе я соберу всех, кто придёт, и приведу к тебе!              Гиена порычала напоследок и растворилась. Гарри резко сел в кровати, пытаясь включить мозг.              «Крути кольцо». У них это значило: меняй личность. Новый артефакт Аврората — это кольцо не просто меняло внешность, оно меняло внешнюю структуру магии, так что человек действительно становился другим. Полностью.              Вот бы ещё и мысли с проблемами улетучивались так же легко.              Гарри расправил на плечах чёрную атласную рубашку, ему она не шла, а вот его второй личности…              Бланшу Кальтеру — идеально.              Он поправил длинные чёрные волосы. Тяжело вздохнул. Улыбнулся себе в зеркало. Оттуда на него смотрел привлекательный молодой юноша. Блекло-голубые глаза, спокойное лицо, ни следа лохматости и вечно разбитых очков.              Гарри поёжился.              Не от холода, в квартире было тепло. Просто иногда его собственное отражение пугало. Ему казалось, что глаза у этого юноши — совершенно пустые.       Он выпрямился, надел пальто и вышел.              Бар «Слепая сова» был в двух кварталах.              Мокрая улица пахла озоном и жареными каштанами — магловский лоток у метро работал даже в такую погоду.              Бланш шёл не спеша. Пальто расстегнулось на ходу, но он не стал застёгивать. Холод бодрил, выгонял из головы остатки сна.              Фонари отражались в лужах размытыми жёлтыми пятнами. Кто-то наступал в них, не глядя под ноги, чертыхался, ускорял шаг. Бланш обходил.              Он вообще много обходил в этом городе.              Бланш.              Имя уложилось в голове ровно, без зазоров. Уже не надо было напоминать себе, что это он. Волосы касались плеч, атлас скользил по коже, пальцы в кармане пальто сжимали чужую палочку — и она отзывалась.              Вяз. Перо феникса. Одиннадцать дюймов.              Палочка, которая выбрала его. Не Гарри Поттера — Бланша Кальтера.       Он завернул за угол. Вывеска «Слепой совы» мерцала впереди тусклым зелёным.       Бланш улыбнулся — и сам не понял, кому или зачем. Себе в отражении витрины, которую проходил мимо? Или тому, кто остался в пустой квартире, прислонившись лбом к двери?       Он толкнул дверь бара.              Бар назывался «Слепая сова» и Гарри никогда не понимал, почему Бран его любит. Здесь пахло старым деревом и дешёвым виски, а пол был липким даже после уборки.              Бланш вошёл и сразу стало легче, не потому что здесь было хорошо, а потому что здесь не было дома.       — О, явился! — Бран уже сидел в углу, развалившись на диване так, будто купил его.        Рядом маячили двое из отдела — Гарри знал их в лицо, но имена вылетали из головы, как только он выходил из Министерства.       — Ты угрожал мне гиеной, — Бланш снял пальто, повесил на спинку стула. Движение выверенное, не его. — Я воспринял как приглашение.       — Восприми как спасение твоей задницы от овощного состояния.       Бран пододвинул к нему стакан. Тёмная, вязкая жидкость плеснулась о гранённые стенки.       Бланш выпил. Обожгло горло.       Хорошо.       Через час, когда разговор перетёк к стойке, кто-то из отдела — фамилия на «Г»? — хлопнул ладонью по ней:       — Бармен! «Огденский огонь»! Три!       Бран дёрнулся, будто его резко полоснули режущим.       — Идиоты, я своё уже отпил.       — В детстве? — лениво уточнил тот же голос.       — На прошлой неделе.       Смех. Бланш смеялся тоже. Звук доносился откуда-то издалека, будто не он смеялся, а кто-то другой внутри него — тот, кому ещё было смешно.       — Эй, Кальтер, — позвали из-за спины. Женщина из отдела, фамилия на «М»? — Ты в прошлый раз обещал рассказать про Францию. Про какой-то ритуал с эльфами.              Бланш улыбнулся. Улыбка легла на лицо плавной, заготовленной маской.       — В другой раз. Это долгая история.       — А у нас есть время.       — У меня — нет.       Он не грубил, просто ставил границу. Бланш умел и это.              Бран смотрел на него поверх стакана. Не спрашивал. Просто смотрел. Когда стакан опустел, Бран налил ещё, когда опустел второй, кто-то сказал:       — Слышали, в Доме Удовольствий новый зал открыли? Восточное крыло. Говорят, интерьеры — закачаешься.       — И цены — тоже, — хмыкнул Бран в ответ.       — А мы не в Министерстве, Огден, расслабься.       Снова смех. Ещё тост. Ещё никому не нужная история.              Бланш сидел, сжимая в пальцах пустой стакан, и смотрел, как в нём тает лёд.       — Ты как? — тихо спросил Бран, когда шум сместился к дальнему концу стойки.       — Нормально, — голос всё ещё был чужим.       — Врёшь.       — Знаю, — он не отрицал очевидного, не было смысла.       Возникла затяжная пауза. Бран не уходил. Всё ещё смотрел: долго, мутно, но остро.       — Не надо, — сказал он вдруг.       Гарри сделал вид, что не понимает.       — Чего не надо?       — Туда не надо.       Бланш смотрел на его пальцы — Бран положил руку ему на плечо, тяжело, почти по-свойски, потом поднял глаза.       — Я просто посмотрю интерьеры, — тихо ответил Гарри, не своим, абсолютно «снобским» голосом.       — Врёшь.       — Знаю.       Бран не убирал руку, нерешительно оставив её на пару секунд.       Но вздохнув — сдался, руку убрал.       — Можешь остаться у меня сегодня, — сказал он уже обычным голосом, будто ничего не было. — Диван раскладной.       — Я не сбегаю, Бран, — иногда, Гарри ненавидел, как легко читает и понимает его Огден.       — Я знаю. — Бран допил одним глотком то, что оставалось в стакане. — Просто предлагаю.       Бланш покачал головой. Улыбнулся — той самой пустой улыбкой, которая ничего не значила.       — Я справлюсь.       Через полчаса, когда компания начала растекаться по выходам, Бран остался у стойки. У него был недопитый стакан, или принципы, или просто усталость.       — Ты идёшь? — спросил он, глядя не на Бланша, а в тёмное стекло бара, уже заранее зная точный ответ.       — Нет.       Кивок. Бран не обернулся, услышав очередную ложь.       Бланш накинул пальто. Волосы упали на лицо — длинные, чужие, лоснящиеся в тусклом свете. Он откинул их привычным жестом, которому никто его не учил.              На улице моросил дождь.              Он шёл последним. Смотрел под ноги, на мокрый асфальт, на отражения фонарей в лужах.              Впереди смеялись. Кто-то курил — дым тянулся к небу, которого не было видно.       Бланш Кальтер шёл в Дом Удовольствий.              Он просто посмотрит интерьеры.