Пока не закончится война

Фадиме вышла из своей комнаты и оглядела дом, где они временно остановились. Небольшой, с одной спальней и кухней, совмещённой с гостиной, он казался скромным, но вид на город был завораживающий — словами его не описать. Слышно было шорох на кухне, и Фадиме направилась туда. Там во всю колдовал Исо, мужчина не сразу заметил её присутствие, аккуратно вмешивая сыр в куймак. Фадиме затаила дыхание — она привыкла к Кочари, где еду готовили помощницы, брат или вся родня сразу, а здесь… Фуртунчик готовил только для них двоих. Это было так непривычно, что ей стало немного неловко. Она слегка кашлянула, чтобы привлечь его внимание. — Ммм… куймак… — сказала она, разглядывая блюдо. — Я думала, это будет что-то вроде омлета. — Если хочешь, могу приготовить омлет, — улыбнулся Исо. Он отставил тарелку в сторону и посмотрел на Фадиме. Она куталась в кардиган, натягивая его почти до кончиков пальцев. От этого движения ему захотелось притянуть её к себе и согреть, но он сдержался, сжав руки в кулаки на столешнице, наблюдая за её реакцией. — Да нет, — сказала Фадиме, слегка смущаясь, — я просто не думала, что ты умеешь готовить… Чай нальёшь или будем есть прямо так? Она стояла, не отводя глаз. Хоть на Исо был спортивный костюм, он выглядел невероятно. — Да, конечно, проходи. Я думал позавтракать во дворе, — сказал он, разливая чай, — но, глядя на тебя, понимаю, что ты там замёрзнешь. По этому, покушаем здесь. Фадиме подошла, взяла стакан, поднесла к губам и сделала глоток. Исо наблюдал за ней, и его губы сами собой облизнулись. Она просто пила чай, а у него уже трясло колени. Чтобы отвлечься, он отломил кусочек хлеба, набрал куймака и положил в рот. Фадиме смотрела на него, словно в замедленной съёмке: как он прикрывает глаза от наслаждения. Девушка потрясла головой, стараясь сосредоточиться. — Ты теперь виноват в убийстве Балы, — сказала она резко. — Точнее, комиссар так считает. Доказать, что это не твои руки, мы не можем. — Почему не можем? — спросил он, глядя прямо в её глаза. — Если комиссар узнает точное время смерти, мы сможем доказать, что я не убивал Балы. — Нет, мой дорогой, — Фадиме встряхнула головой. — Не можем. Потому что тогда, когда убили Балы, ты был в моём плену. Забыл? Она внимательно следила за его реакцией. В тот день она не смогла ответить на его простой вопрос, и теперь ей хотелось всё исправить. — А это когда я спросил: «Ты когда-нибудь влюблялась?» Ну что, готова дать ответ на этот вопрос? Исо смотрел ей прямо в глаза, стараясь уловить хоть намёк на чувства. Ведь если бы она ничего не чувствовала, она бы не поехала с ним. Фадиме нахмурилась, перестала есть. — Исо, мы говорим о серьёзных вещах! — голос её дрожал от злости. — Тебя обвиняют в убийстве, а ты мне про влюблённость. Уф, Фуртунчик… Я всю ночь думала, как тебя спасти, а ты… про что? Исо замер, понимая: это первые признаки её волнения за него. Она думает, переживает. Он улыбнулся, тихо довольный этим открытием. Фадиме, видя его улыбку, просто закипела. Она ударила его несколько раз по плечу и заговорила громче: — Фортуна, думай! Как мы можем тебя спасти, или я лично сдам тебя полиции! — Не горячись, жёнушка, я думаю, — спокойно ответил он. — Если мы не можем говорить о похищении, скажем, что у вас двоих была тайная встреча в подземелье. Для всех мы влюблённые, тайно встречались. Ты там была, ваши с Кочари могут подтвердить. А что я был в плену… это умолчим. Он наклонился и прошептал ей на ухо: — Ещё можем сказать, что тогда кое-что произошло, если спросят, почему мы были вместе всю ночь и утро. Его забавляло, как Фадиме посмотрела на него с огнём в глазах. Она поднялась на носочки и прошептала прямо ему в губы: — Фуртунчик, ты слишком много о себе думаешь. Я в жизни не скажу такую чушь. Резко развернувшись, она ушла в свою комнату, хлопнув дверью. — Тогда я придумаю новый план! — крикнул Исо на весь дом, улыбаясь и продолжая завтрак с довольной ухмылкой.