Разные

Простыни свежие и белоснежные, мягкие на ощупь. Элиз с нежностью поправляет их, проглаживает ладонями, убирая складочки. Они так приятно пахнут, что запах чистого хлопка заполнил комнату, а рыжая наслаждается им, прикрыв глаза. Кровать устлана небольшими подушками. А сами подушки - комфортной мягкости, каждая на своем законном месте. Расслабленно и комфортно, хочется уже прильнуть к этому облаку и забыть обо всём на свете... Элиз опускается на край кровати, пальцы вжимаются в мягкую поверхность. Она глубоко вдыхает этот свежий, домашний аромат белья и улыбается. Девушка запрокидывает голову назад, позволяя рыжим локонам рассыпаться на постели. Глаза закрываются на мгновение, а губы шепчут: "Совершенство..." Встаёт, аккуратно ставит на прикроватную тумбочку стакан воды, чтобы не бегать на кухню ночью и поправляет абажур ночника, чтобы свет был уютным. Ну-с, можно укутаться в это маленькое облако спокойствия и... Зевок. — Спокойной ночи, мир... – шепчет она, вновь утопая в мягкости постели. Тут же в их спальню заходит Майк, который только-только вышел из душа. На нем один лишь шелковый халат. — Любимая, я закончил... – улыбается, а она сразу же прячет глаза. Парень счастлив, его жена выглядит такой милой. Он подходит к кровати, садится слева от неё, не слишком близко. Майк трогает локон её рыжих волос, чувствуя пальцами текстуру. — Ты теперь вкусно пахнешь, – признается Элиз. — Это только из-за геля для душа, — с улыбкой ответил он, заправляя ей прядь волос за ухо. Видит небольшую россыпь веснушек на её щеках, длинные ресницы, блестящие синие глаза. В ней прекрасно всё... — Ты сегодня выглядишь особенно красиво, любовь моя, — добавляет. Его пальцы скользят по её скуле, очерчивая контур лица. Майк пристально следит за её реакцией, за тем, как расширяются её зрачки, как румянец медленно расползается по щёкам. Это выглядит восхитительно. Элиз тут же притягивает его к себе, нависая над ним. Ооо, получается, под алым халатом совсем ничего нет, даже белья... Майк стыдится, в животе поселяется трепетное волнение, от смущения отводит глаза в сторону. — Прости, я... еще не привык, – бормочет он. Да, они стали супругами совсем недавно и Майку очень сложно с этим свыкнуться, даже если он её безумно любит. Элиз всегда нравилось наблюдать за этими мимолётными проявлениями уязвимости Майка. — Ничего страшного, дорогой, — успокаивает она и целомудренно целует Майка в щеку. — У нас впереди целая ночь, чтобы привыкнуть. Её пальцы развязывают пояс халата, но не спешат его снимать. Вместо этого Элиз прижимает ладонь к его груди, ощущая под шелком быстрое биение сердца. — Какое же у тебя сердце громкое сегодня... — замечает она, приподнимая бровь с игривым намёком. — Это... Это потому что ты рядом, — смущённо признаётся он, готовый свалиться в обморок от неожиданности всего происходящего. Хотя они и занимались этим много раз, но каждый раз - как первый. — Правда? — Да, — выдыхает Майк, от её близости по телу разливается жар, заставляя кожу покрываться мурашками. Майк старается держать себя в руках, но это оказывается сложнее, чем кажется - её прикосновения сводят его с ума! Элиз замечает этот едва уловимый трепет и решает подразнить мужа ещё больше. Она проводит кончиком носа вдоль его шеи, вдыхая смесь аромата геля для душа и его естественного, тёплого запаха. — Такой чудесный, красивый, прекрасный, — шепчет она ему в ухо, специально делая голос чуть хрипловатым, прежде чем лёгким укусом за мочку заставить его вздрогнуть. Майк вдыхает, пальцы непроизвольно впиваются в её талию. Он пытается что-то сказать, но получается только сдавленное: — Э-Элиз... Скулит... А она уже безбожно смеётся, пряча лицо в его плече, её рыжие локоны рассыпаются по его груди. — Что, Палмер? Разве не этого ты хотел? — поднимает глаза, полные озорного блеска. Майк глупо моргает, полностью сбитый с толку её внезапной игривостью... Ох, Элиз... Элиз... — Я... — Майк облизывает пересохшие губы, пытаясь собраться с мыслями, но Элиз уже не даёт ему опомниться - её пальцы скользят под развязавшийся халат, и наконец-то она чувствует его кожу. Девушка тут же принимается целовать его грудь, кусая за бусины сосков. Майк томно дышит. Он прикрывает глаза, вслушиваясь в звуки, доносящиеся от Элиз: её едва слышный вздох, тихие причмокивания губ… Это сводит с ума. Элиз присосалась к его груди, как пиявка, отчего он ахает и сжимает её волосы. Палмер задыхается от эйфории. Каждое её прикосновение посылает по телу электрические разряды, кожа покрывается вспышками жара. Всецело отдался... Она улавливает его реакцию и усмехается, ей ооочень нравилось оказывать такое влияние на Майка, наблюдать, как он теряется, как поддаётся её желаниям. Майку очень нравится, когда Элиз целует его, когда целует шею, грудь, живот... Он тает, как мороженое, стоит ей что-то подобное сделать. О-о, она ещё ни разу не видела Майка настолько распущенным! У него расширены зрачки, губы плотно сжаты, и, как она догадалась, он старается не стонать в голос! — Так нечестно. Ты тихий. Глаза Майка распахиваются, и он смотрит на нее, как котенок. — Я-я просто... пытаюсь держать себя в руках, — взгляд его скользит по её губам, и он невольно облизывает свои. Не успел он что-то сделать, как вдруг Элиз наклоняется и впивается в его рот горячим, влажным поцелуем, толкая внутрь язык. Майк вздрагивает, его руки рефлекторно впиваются в простыни, а сам он жалобно мычит. — А теперь перестань держать себя, — шепчет она между пылкими поцелуями, чувствуя, как его тело тут же подчиняется. Халат окончательно спадает, и он сдаётся. Его сильные руки, дрожащие и очень нетерпеливые, наконец скользят под её ночной рубашкой. Он целует её горячо, отчаянно, словно тонущий хватается за соломинку. Майк старается быть нежнее, контролировать себя, но его тело само отвечает на природные призывы. Его ладони скользят по её телу под тоненькой тканью ночной сорочки, жадно ощупывая кожу. — Моя, только моя.. — Твоя, дорогой, только твоя, — эхом повторяет Элиз, запрокидывая голову. — Ты так красива… Ты невероятна… Элиз ощущает, что у неё кружится голова, но вовсе не потому что ей плохо или неприятно, как раз таки потому что ей очень и очень хорошо. Элиз скользит рукой к его паху, поглаживая его. Тело Палмера мгновенно напрягается, мышцы пресса непроизвольно сокращаются под её ладонью. — Элиз... — этот низкий голос, полный смеси мольбы и предвкушения... Элиз обожает то, как дрожат его бёдра. Майк превосходен. Каждое движение руки заставляет его глубже вжиматься в подушку, глаза то закрываются, то снова открываются, так, точно он боится пропустить хоть миг этого. Рыжуле очень льстит, что выдающийся футболист с сочным телом - такой послушный в постели. И это, надо бы заметить, только для неё одной. Майк бы ни за что не позволил кому-либо другому такое с ним делать. Элиз приподнимается, чтобы поймать его взгляд. Видит в нём всё. И обожание, и уязвимость, и ту самую родную искру, которая когда-то давно зажгла их чувства. — Я люблю тебя, — шепчет Вудворд, целуя его в потный лоб. Их дыхание сплетается воедино, смешивается с шорохом простыней. Майк прикрывает глаза, всецело отдавая себя ощущениям. Ему очень приятно. — И я тебя люблю, — выдыхает в ответ, притягивая её ближе.