14 июня 2019 года — 2 июля 2019 года
20 февраля 2026 г., 12:00
Несмотря на тёплый летний день, солнце не удостаивало Чикаго своим светом, прячась за тучами. От того спальня одного из домов в районе Кенвуд казалась мрачнее. Благо серебряные люстра с лампочками в виде свеч на белом потолке и бра-канделябры, висящие над прикроватными тумбочками, позволяли рассмотреть убранство комнаты. Вся мебель из массива дуба была создана в классическом стиле. Молдинги и картины с обнажёнными женщинами в деревянных рамках украшали тёмно-серые стены. Большую кровать с мягким изголовьем покрывало чёрное шёлковое постельное бельё. Напротив стоял широкий шкаф с резьбой, в середину которого было вмонтировано зеркало, позволяющее оценить себя во весь рост. Пушистый ковёр, будто окрашенный углём, лежал на тёмно-коричневом паркете. Несколько растений в керамических горшках располагались на прикроватных тумбочках и у панорамного окна, слегка прикрытого чёрными шторами с еле заметными цветочными узорами. Всё свидетельствовало о статусе и предпочтениях хозяина.
С такой же серьёзностью, с которой был выбран интерьер, Пол Коннолли подходил и к своей внешности. Тёмная шевелюра хоть и казалась слегка небрежной, но в сочетании с чёрными джинсами и серебряным кулоном-пулей составляла цельный образ плохого, но обаятельного парня. Оставалось только выбрать верх, чем он и занимался, попутно беседуя на смеси из английского и ирландского с навестившей его матерью.
— Ты собираешься дольше меня, — заметила Риган Коннолли.
— Я собираюсь на охоту, — продолжал перебирать рубашки Пол. — Так что я должен убедиться в идеальности каждой своей… приманки.
— Ну хорошо, мой маленький охотник, — беззлобно усмехнулась женщина, на что её сын недовольно закатил глаза. — Где сегодня будет твоя «охота»?
— В Starbucks, — серьёзно ответил Пол.
Риган понимающе угукнула и от скуки принялась осматривать спальню. На одной из прикроватных тумбочек, что располагалась близко к двери, лежала книга. Обложка казалась одновременно мрачной и привлекательной: на чёрном фоне росли цветы, а над ними парила бабочка, имевшая вместо туловища кинжал. Название, напечатанное белыми буквами, соответствовало лишь жуткой части картинки — «Охота на Джека-потрошителя». Женщина задумчиво повертела книгу в руках, то ли удивляясь тому, что читает её сын, то ли пытаясь понять, когда он вообще находит время на все свои увлечения. Внезапно покоящийся между страничек клочок бумаги, как оказалось служивший закладкой, выпал. Подняв его, Риган заметила, что это фотография юной незнакомки.
— Кто это?
Пол, оценивающий свой образ в зеркале, не обернулся, но перевёл взгляд с выбранной тёмно-синей рубашки с короткими рукавами на отражение того, что ему показывала мама. Это было изображение, которое мужчина нашёл на сайте полиции Чикаго и распечатал себе в качестве напоминания о цели. Ею была молодая детективесса в красной кожаной куртке и с суровым взглядом. Однако то ли искажённый вид из-за зеркала, то ли расстояние, а то ли что-то ещё смягчали лицо служительницы порядка, вопреки демонстративно выставленной кобуре с пистолетом и нахмуренным тёмным бровям над пронзительными карими глазами. Пол даже подумал, что полицейская чем-то напоминает ему женскую версию Иисуса Христа.
— Агнес Флейм. Новенькая детективесса в убойном отделе, — серьёзно произнёс мужчина. — Я как раз собираюсь сегодня встретиться с ней.
— Зачем она тебе? — напряглась Риган, внимательно рассматривая фотографию.
— Я подумал, что нам не хватает своих людей в убойном отделе, — уже беззаботно ответил Пол.
— Ты думаешь, что сможешь её купить? — в голосе женщины послышались нотки скепсиса.
— Мама, ты что, во мне сомневаешься? — наигранно обиделся мужчина.
— Ну что ты, малыш? Конечно, нет! — перешла на ласковый тон Риган, чем вызвала уже неподдельное раздражение сына. — Дело не в тебе. Просто есть копы, которых нельзя купить. Не продаются они, понимаешь? Даже здесь, в Чикаго, такие есть. И поверь маме, эта Агнес явно из них.
— С чего ты это взяла? — недовольно спросил Пол. — Ты же её не видела даже. А я несколько дней следил за Агнес.
— У меня хорошая интуиция, — спокойно парировала женщина.
— Что ж, посмотрим, что выиграет: твоя интуиция или моё обаяние, — уже с вызовом заключил мужчина и продолжил собираться на «охоту».
***
Светлое помещение Starbucks контрастировало с тучами, висящими над Чикаго. Ароматы кофе и выпечки пробуждали аппетит. Однако уют всё равно не ощущался. Всему виной толпа, как будто сговорившаяся именно сейчас пообедать здесь. Агнес Флейм чувствовала, как сильнее растёт раздражение из-за людей, посмевших испортить ей выходной в любимом месте, но продолжала уже напряжённо пить капучино, закусывая сэндвичем с курицей. — Привет. Здесь все столики заняты, а ты сидишь одна. Не против, если я присяду? — ещё и какой-то наглец рискнул заговорить с несчастной полицейской. — Против, — строго сказала она, даже не взглянув на спрашивающего. — Не будь такой злюкой, — слегка усмехнулся мужчина и, наплевав на отказ, сел напротив. — Я недолго. Хотя был бы рад познакомиться с тобой, — он протянул руку: — Я Пол Коннолли. Пол Коннолли. Это имя казалось знакомым, как и его лицо, на которое Агнес наконец посмотрела. — Мне плевать. Уходите, — голос полицейской стал ещё более жёстким, а взгляд суровым. Хотя где-то внутри зарождалась тревога. Что-то подсказывало — этот «незнакомец» не просто мимо проходящий человек. — К чему быть такой грубой? — звучал обиженно Пол, но тут же посерьёзнел. — Быть может у меня есть к тебе дело. Прибыльное. — Меня не интересуют никакие дела с сомнительными личностями, — не меняла тона Агнес. Она внимательнее осмотрела собеседника: льдисто-голубые глаза на светлом лице, чёрные небрежно уложенные волосы. Полицейская точно где-то его видела. Пол Коннолли. Это итальянская фамилия? Нет, ирландская. Коннолли. Ирландцы. Мафия. Мафия? Точно! Это же сын Риган Коннолли — главы ирландской мафии в Чикаго. Напарник Агнес — детектив Джесси Риз — говорил о ней, даже показывал фотографии некоторых участников, включая криминального принца. Теперь полицейской стало по-настоящему страшно, но она старалась, как могла, сохранять спокойствие. — А откуда ты знаешь, что я сомнительная личность? — ухмыльнулся Пол. — У тебя на роже написано, — вопреки нарастающей панике, не смогла удержаться от колкости Агнес. К тому же её раздражала нахальность мужчины. — А знаешь, что написано на твоём лице? — продолжал Пол выводить из себя собеседницу. — Что ты, детективесса полиции Чикаго в отделе убийств, работаешь и живёшь здесь, в Саус Лупе. Верно, Агнес? Или лучше мисс Флейм? Внутри Агнес всё похолодело от страха, во рту появился неприятный кисловато-горький привкус, а тело всё сжалось и будто пыталось сростись с креслом. Полицейская в ужасе смотрела на негодяя и не знала, что сказать или сделать. Перед ней ведь сидел не обычный человек — настоящий мафиози. Одно неверное действие — и её может уже не быть. — Расслабься, — Пол будто заметил состояние Агнес и принял деловой вид. — Я не собираюсь делать тебе что-то плохое. Всего лишь предложить работу. И поверь мне: лучше это сделаю я, чем другие. У меня и... моей семьи хотя бы есть честь. Мы отличаемся. — Я не работаю с... такими, как вы, — кое-как нашла в себе силы ответить полицейская, но голос вышел тихим и неуверенным. — Зря. Мы хорошо платим и обеспечиваем защиту, — хоть мужчина звучал мягче, но лицо оставалось серьёзным. — А ещё оказываем любую необходимую помощь. Всё, что захочешь. Что думаешь, Агнес? — Я уже сказала нет. И я не передумаю. Мне не нужна помощь сомнительных личностей, — наконец Агнес обрела твёрдость и храбрость. — И я тоже кое-что о тебе знаю, Канолли. Ты — бандит, как и твоя мать, — шёпотом добавила она, оставаясь строгой. — Я Коннолли, — недовольно поправил Пол. — И советую тебе передумать. — вдруг он принял добродушный вид: — Давай, Агнес. Мы же не предлагаем что-то сложное или мерзкое. Ты всего лишь должна делать так, чтобы твои люди не вмешивались в дела моих людей. — Во-первых, у меня нет никаких людей. А во-вторых, если кто-то собирается вмешиваться в ваши сомнительные дела, значит так и должно быть, — оставалась непримиримой полицейская. — Во-первых, я имел в виду твоих коллег, — пародировал её речь мужчина. — А во-вторых, нет, не должно быть. Считай, что мы не виноваты в гибели невинных. А если что-то случилось с виновными, то... — он сделал паузу. — Это несчастный случай. Или суицид. В общем, причина, по которой дело должно быть закрыто в связи с отсутствием состава преступления. У вас ведь так это называют? — Это называется подлог, — недовольно ответила Агнес. — Я не собираюсь покрывать преступления, называя их несчастными случаями. — Что если я тебе скажу, что эти люди заслужили смерти? — Пол перешёл на шёпот, но так, чтобы собеседница, несмотря на шум толпы, могла его слышать. — Насильники. Педофилы. Убийцы невинных. Сутенёры и их покупатели. Разве те, кто очищает город от таких, заслуживают гнить в тюрьме? Агнес тяжело вздохнула и, закрыв глаза, опустила голову. Этот разговор и без того выматывал, а теперь ещё и задевал её мораль. Но она — охранница закона, а не карательница и не пособница лже-мстителей. — Кем бы они ни были, ни у кого нет права отнимать их жизнь, — с нотками сожаления произнесла полицейская, глядя на мужчину. — Смертная казнь давно отменена в Иллинойсе. — Это несправедливо, — загадочно протянул Пол. Через мгновение он выудил что-то из нагрудного кармана рубашки и положил это перед Агнес: — Если ты согласна, позвони мне. Для тебя я буду свободен в любое время, — с похабной улыбкой заключил мужчина. Полицейская хотела кинуть в наглеца визитку и злобно прошипеть: «Да пошёл ты!». Но вместо этого лишь недовольно проводила его взглядом. Самое ужасное, что Агнес действительно была в чём-то согласна с Полом: насильники, педофилы, убийцы, сутенёры, их клиенты не должны существовать. Но ведь ни у кого нет права лишать их жизни. И нельзя закрывать глаза на любое преступление, даже если оно якобы было сделано из лучших побуждений.***
Пол Коннолли верил, что Агнес Флейм примет его предложение. Он настолько упивался этой мыслью и воспоминанием их разговора, что забыл главное. Полу нужна была Агнес не только для «работы». Однако воображать её святой мужчине понравилось больше, чем фантазировать об интимной близости с полицейской. Принципиальной полицейской. Шли дни, и Пол сильнее убеждался: Агнес не согласится. Но сдаваться не собирался. Он чувствовал какую-то жизненную необходимость добиться её. Видеть. Слушать. Даже помогать ей. Пол не понимал, как спустя неделю стал информатором Агнес, как допустил это. Словно наслаждение от общения со строгой полицейской, затуманивало разум мужчины, заставляло забыть о собственном происхождении. Но как быть с мамой? — Как твои дела с полицейской? — в очередной раз поинтересовалась Риган Коннолли у сына. — Без изменений, — напряжённо ответил Пол, но уже увереннее добавил: — Но это пока. Скоро Агнес перейдёт на нашу сторону. — Может ты всё-таки оставишь её в покое? — ласково говорила Риган. — Я понимаю, тебе обидно, что она тебя отвергла. Но ведь это не в первый раз. Поищи себе другую любовницу. — Мне не обидно! — резко воскликнул мужчина. — И дело не в сексе. Мне нужна Агнес. Она... — он запнулся, подбирая слова. — Я не знаю, как это объяснить, хотя у меня большой багаж знаний. Просто нужна. — Нужна... — задумчиво протянула женщина. — Скажи, мой малыш, насколько сильно тебе нужна эта... Агнес? Тебя притягивает к ней, будто магнитом? Ты постоянно ищешь с ней встречи? Много думаешь о ней? Твоё сердце бешено стучит, когда ты видишь её или думаешь о ней? Ты не просто хочешь её тело, но и жаждешь познать её душу? — Да, — отчаянно выдохнул Пол. — Ты влюбился в неё, — грустно подытожила Риган. — Что за глупости? Я не верю в эти сказки, — нахмурился мужчина. — По-твоему моя история с Паулиной — это сказка? — женщина впервые посмотрела на сына с недовольством. — Прости, — Пол виновато взглянул на маму и, что было редкостью, обнял её. — Я хотел сказать, что... Я не такой, как ты. Я как папа. Я не могу любить. — Мой малыш, не обманывайся. Ты всегда был похож на меня, — Риган слегка взъерошила волосы сына и тепло улыбнулась ему, но тут же помрачнела. — Так что прислушайся ко мне: тебе лучше забыть об Агнес, пока ты не увяз в этих чувствах. Такие, как мы, не должны любить таких, как она. Мужчина ничего не сказал, размышляя над каждым словом матери. Вдруг она права? Неужели Пол впервые влюбился? Но больше мужчину волновало другое. Последствия этих новых, но абсолютно неправильных чувств. Пол уже начал помогать Агнес в работе, предоставляя информацию об известных ему преступниках и бандах. Как далеко мужчина зайдёт в этом? Начнёт сдавать своих? Окажется разоблачённым и поплатится жизнью за предательство? Или будет вынужден убить возлюбленную, чтобы восстановить репутацию в глазах семьи? Пожалуй это пугало Пола больше всего.
