Следы на снегу

      Посреди бескрайнего заснеженного пространства стояли несколько маленьких домиков, в одном из которых жила Муська.       Вообще-то эти домики были полярной станцией, а местность вокруг была ледовым щитом Антарктиды. Но Муська не знала таких умных слов — ведь она была просто маленькой рыжей кошкой. Родилась она в обычной городской квартире, там и прожила целых два года. И, конечно, она не знала, что ее хозяин, молодой веселый механик Вася, подал заявку на то, чтобы на целый год отправиться работать в Антарктиду. Муська не понимала, зачем и куда ее долго-долго везли в переноске — впрочем, она не слишком волновалась, ведь любимый хозяин был рядом, и она ему доверяла…       Так и вышло, что Муська из городского пятиэтажного дома вдруг попала в маленький домик, и в окно теперь она видела не другие дома, и деревья, и машины — а только снег и лед, и немного моря. Впрочем, что эта холодная серая вода называется морем, она тоже не знала.       Кошечка быстро привыкла к новой жизни. Домик был невелик, но намного больше, чем квартира, в которой она жила раньше, там было много разных комнат и разных людей. Почти во все комнаты ей разрешали заходить, и все люди любили ее, гладили и угощали всякой вкусной едой.       И к виду за окном Муська тоже привыкла. Правда, первое время ее удивляло, что там все время день и день. Она привыкла, чтобы был сначала день, а потом ночь. И непонятно, когда людям работать, а когда ложиться спать… Впрочем, сами они как-то разбирались. А мир вокруг вовсе не был таким уж скучным и одинаковым, как показалось ей сначала. Иногда погода стояла солнечная, и тогда снег сверкал так, что смотреть было больно. Иногда небо закрывали тучи, и так странно было видеть серое небо над белой землей, как будто они переменились местами. Иногда дул ветер, поднимал с поверхности снег, и вокруг станции кружилась поземка, как будто призрачные белые кошки скользили по земле, а море шумело, и волны бились о берег. А порой случался настоящий буран, и тогда Муське казалось, будто их домик уже полностью замело — потому что в окно не было видно ничего, кроме снега.       Кроме людей, тут, как и в городе, жили разные птицы. Некоторые из них были в общем похожи на голубей и ворон, а другие выглядели совсем странно — они ходили стоймя, так, что издалека напоминали людей.       В хорошую погоду хозяин выпускал Муську из домика погулять. Снег холодил лапки, и ветер порой пронизывал шерстку, но зато это было интересно — гулять не по узким коридорам и маленьким комнатам, а по бескрайнему простору. Если встать спиной к домикам, то казалось, будто она совсем одна в целом мире, от этого становилось жутко и в то же время весело.       Иногда Вася брал Муську с собой в машину, и они ездили кататься по округе. То есть это Муська каталась, а Вася, кажется, занимался каким-то непонятным делом. Время от времени он останавливал машину, вытаскивал какие-то приборы и что-то с ними делал. Муська терпеливо ждала, пока он закончит и вернётся, потом они ехали дальше и дальше… Как-то к Муське подошла одна из тех странных птиц, которые стоймя. То есть не сразу подошла, конечно. Сначала держалась в стороне, посматривала на Муську с любопытством, потом стала словно незаметно подходить все ближе… Муська заговорила с ней первая:       — Кто ты? Как тебя зовут?       — Я Лола, пингвинка, — ответила птица и склонила голову набок, разглядывая Муську, словно какую-то диковинку. — А ты кто?       — Я Муська, кошка. А что значит пингвинка?       Лола задумалась.       — Ну как это объяснить… Вот, видишь, все наши толпятся? Вот это и есть мы, пингвины. Птицы такие. А что значит кошка?       — Я знаю всех птиц, — уверенно ответила Муська, — я знаю голубей, и воробьев, и галок, и ворон. А про пингвинов я не знаю. И все те птицы умеют летать, а вы вроде как не летаете. А кошка… ну, вот я кошка. Зверь такой.       — Я знаю много зверей, — проговорила Лола, — я знаю тюленей, морских леопардов, морских слонов, еще китов и косаток. А кошек я не знаю. И они все умеют плавать, некоторые только и умеют, что плавать. А чтобы ходить на ногах, как мы — я таких не знаю.       — Как интересно! — это Лола и Муська сказали прямо хором.       С этой поры Муська и Лола стали дружить. Если Вася не выпускал Муську погулять, то она садилась на окошко и так ждала, пока Лола подойдёт и постучит клювом в стекло.       Другие пингвины, кажется, не одобряли эту дружбу, они смотрели на двух подруг издалека и сердито клекотали. Но ни Лолу, ни тем более Муську это не огорчило.       Как-то Муська заметила, что среди пингвинов началась какая-то суматоха — они беспокойно размахивали крылышками и громко галдели, возбужденно что-то обсуждая. Муська наблюдала за этим с какой-то тревогой. И едва дождалась возможности встретиться со своей подругой.       — Что у вас там за шум? — спросила она с любопытством.       — Мы уходим отсюда, — вздохнув, ответила Лола.       — Куда? Зачем? А как же мы? — не поняла кошка. Лола опять вздохнула:       — Я тоже не хочу расставаться с тобой, но так надо. Вода становится холоднее, течение меняется, и тут теперь будет мало рыбы. Так что нам надо перейти в другое место, там, где мы сможем прокормиться. Так бывает каждый год.       — Но как же мы? — повторила Муська. — Как же я без тебя? Не уходи! Останься здесь, я буду приносить тебе свою еду! Или попрошу Васю, чтобы он тебя кормил!       — А как же я без своей стаи? — Лола растерянно смотрела на подругу. — Мы же стайные, я всю жизнь живу со стаей. Без тебя я буду скучать, но без стаи я не выживу!       — Но потом, когда снова потеплеет, ты вернешься назад? — сообразила Муська. — Значит, я буду тебя ждать!       — А я буду ждать нашей встречи! Ни Муська, ни даже Лола не знали, что пингвины вернутся в эти места только через несколько месяцев. Мысль о скорой встрече приободрила обеих, и скоро они играли и болтали, как и прежде…       А на следующий день Муська обнаружила, что пингвины ушли. Теперь побережье было пустым и тихим, не было привычного гомона, и черно-белые птицы не мельтешили перед глазами… Даже люди скучали без шумных, веселых соседей, что уж говорить про кошку! Несколько дней она грустила — не играла, не гуляла, и даже вкусная еда ее не радовала. Но так уж устроена жизнь, что в ней бывают не только встречи, но и расставания — и понемногу Муська успокоилась, стала прежней веселой и жизнерадостной кошкой. Только одно изменилось в ее характере — теперь она старалась не отходить от Васи, как будто боялась, что он тоже куда-то уйдет.       Между тем погода и правда испортилась. Все холоднее становилось снаружи, все чаще случалась пурга, не унимаясь порой по несколько дней. В такие дни Муську не выпускали со станции — да она и сама понимала, что маленькой кошечке нечего делать там, где ветер сбивает с ног даже людей. Сидеть в четырех стенах было спокойно и безопасно, но скучно.       И когда Вася в очередной раз поехал куда-то на своем вездеходе, Муська для разнообразия жизни отправилась вместе с ним.       Несколько раз Вася останавливался, выходил с какими-то приборами в руках, что-то с ними делал. Муська наблюдала за ним из кабины. Потом метель утихла (как вскоре выяснилось, ненадолго), и Муська решила тоже немного размяться. Она выскочила на снег, немного прошлась, поиграла сама с собой, будто охотится на снежных мышей… И не заметила, как отошла довольно далеко от машины. А Васе, конечно, не пришло в голову проверить, на месте ли его пассажирка.       Когда она услышала рев двигателя, было уже поздно.        Муська долго — сколько ей хватило сил — бежала вслед за вездеходом. Потом маленькие лапки подкосились от усталости, и она упала на снег, плача от страха. Снег был мягкий, как подушка, но холодный, а сверху пушистую шерстку трепал холодный ветер. И Муська поняла, что оставаться на месте нельзя, надо идти. Она встала и пошла назад по следам вездехода.       И, наверное, она смогла бы потихоньку дойти, если бы не ветер. Он поднимал поземку, заметал следы — и очень скоро все следы на белом снегу исчезли, как будто тут и вовсе никогда не было ни людей, ни машин, ни кошек. Усталая, замерзшая, голодная Муська совсем отчаялась. Идти наугад? Куда, зачем? Она не знала, где находится, далеко ли до базы, в какую сторону… Оставалось только плакать. А снег все шел и шел, и понемногу заметал ее. Муська приподнималась, отряхивалась, но потом даже и на это ей перестало хватать сил. И, должно быть, очень скоро маленькая кошечка исчезла бы под снежным холмиком…       — Муська! — окликнул ее знакомый голос. — Муська, почему ты здесь?       Должно быть, это был сон. Кто мог звать ее здесь, среди снежной пустыни?       — Муська, проснись! Я тебе рыбы принесла!       Муська открыла глаза. И увидела Лолу. — Я услышала, как ты плачешь и зовешь, и пошла на голос, — пояснила Лола. — Правда, потом ты замолчала, и найти тебя было трудно… Вот рыба, ешь!       Проголодавшаяся Муська тотчас набросилась на угощение. От еды ей стало теплее, и даже сил прибавилось.       — Спасибо, ты меня спасла! — проговорила Муська. — А что мне дальше делать? Ты проводишь меня на базу?       — Нет, это далеко, — возразила Лола, — ты не дойдешь. Мы же шли оттуда несколько дней. Пойдем к нашей стае! Я буду кормить тебя рыбой.       — Пойдем, — согласилась Муська. А что ей было делать? Не оставаться же снова одной.       Она встала, и они двинулись вперед.       — У меня лапки замерзли, — пожаловалась Муська.       — А ты иди на двух, как я, — посоветовала Лола, — тогда у тебя по крайней мере передние лапки не будут мерзнуть.       Муська попробовала. У нее не сразу получилось идти на задних лапах, пару раз она упала, но Лола помогала ей, поддерживала за переднюю лапу. И скоро Муська зашагала уверено, как будто всегда так ходила. К этому времени и снегопад закончился, утих ветер, показалось солнце. И Муська совсем приободрилась, повеселела.       Перед ними лежал ковер чистого, нетронутого снега. Рядом со станцией он таким не бывает — там все истоптано людьми, исчерчено машинами. Муська оглянулась и увидела, что от них остаются две цепочки следов, красивые и ровные.       — Смотри, как красиво! — окликнула она Лолу. — Мы уйдем, а наши следы останутся!       — Ненадолго, — возразила Лола. — Начнется снегопад или просто ветер, и все заметёт.       — Жалко, — вздохнула Муська.       Впереди возвышались какие-то скалы, укрытые снегом. Черные камни среди снега и льда казались какими-то ненастоящими, как будто их люди принесли.       — Давай подойдем поближе к этой скале! — предложила Муська. — Она прикроет наши следы, и они не исчезнут так быстро!       Лола не стала спорить, ей тоже нравилось видеть их с Муськой следы на белом снегу. Им пришлось сделать небольшой крюк, чтобы подойти к скалам, зато теперь над их следами нависала скала, защищая их от снегопада.       Потом они свернули и опять шли по открытому месту, но теперь Муська была уверена, что хотя бы где-то там, позади останутся их следы…       Стаю пингвинов кошка сначала услышала и только потом увидела. Они шумно галдели, смешно топтались, ныряли в воду и снова выбирались на берег. Это выглядело так привычно, что Муська невольно оглянулась, ожидая увидеть рядом знакомые домики. И с грустью вспомнила, что станция осталась где-то далеко.       Другие пингвины не очень-то обрадовались появлению кошки. Она им и там, рядом со станцией, не нравилась, а здесь тем более ни к чему. Впрочем, Муська и сама не собиралась навязываться. Она держалась в стороне, грелась на солнце, пока его не закрыли облака. Приходила Лола, приносила рыбу, они вместе ее съедали. И так шло время. Муська не знала, много ли его прошло. На станции кошка отличала ночь от дня по тому, что люди закрывали окна занавесками и ложились спать. Здесь людей не было, и занавесок тоже. И не было теплой подстилки. И любимого хозяина Васи тоже. Кошка скучала по Васе и верила, что он ее найдет. И ждала. А между тем становилось все холоднее. Кошачья шерстка слабо защищала от ветра и мороза, и лапки зябли на снегу. Муська слабела, ее все больше клонило в сон. Она чувствовала, что этот сон был какой-то странный, неправильный, но не могла ничего сделать. Лола с тревогой смотрела на подругу, пыталась разбудить ее, предлагала покушать…       И тут к ним подошел старый пингвин. Внимательно посмотрел на кошку, вздохнул. И сказал:       — Ты ей не поможешь, она замерзает.       — Так что же делать? — чуть не плача, спросила Лола. Старый пингвин еще подумал. А потом вернулся к стае и стал что-то объяснять всем остальным. С ним не соглашались, спорили, но он был настойчив… И тогда все пингвины дружно подошли к Муське, встали кольцом вокруг нее, защищая от ветра, прижались со всех сторон. Теперь Муське стало по-настоящему тепло и хорошо.       Исчезновение Муськи люди заметили не сразу. А когда заметили — всполошились, кинулись искать. Кошечка была всеобщей любимицей, напоминанием о доме.       О том, как и где она потерялась, люди догадались тоже не сразу. Сначала ее искали в домиках, потом подумали, что она выскочила в пургу за дверь и заблудилась где-то поблизости… И только потом вспомнили, что последний раз ее видели около Васиной машины.       Маршрут, по которому Вася ехал в тот день, был известен. И поначалу люди надеялись, что кошка сидит и ждет их там, где выскочила из машины. Но все усилия были напрасны. Потом начался снегопад, а когда он закончился, всем стало ясно, что дальнейшие поиски бессмысленны. Все понимали, что маленькая беззащитная кошечка, привыкшая к теплой лежанке и корму в миске, никак не могла выжить одна в холодной снежной пустыне.       Один только Вася не хотел признавать то, с чем согласились все его товарищи. Он больше всех любил Муську, и притом это он привез ее в Антарктиду, он не заметил, как она выскочила из машины — значит, он был виноват, что она попала в беду. И теперь он наугад бороздил снежные просторы, сам не зная, на что надеясь.       Он не помнил, сколько часов сидел за рулем, глядя на белый снег и надеясь увидеть на нем рыжее пятнышко. И уже готов был повернуть на базу, когда заметил впереди что-то необычное. Остановил машину, выскочил, подбежал… Под черной скалой, чуть наклонившейся вперед, на снегу были видны две дорожки следов. Еще немного, и их бы совсем замело, но пока еще можно было разглядеть идущие рядом широкие следы пингвиньих лап и рядом с ними аккуратную цепочку кошачьих следов. Не веря своим глазам, Вася присел на корточки, зачем-то потрогал пальцами отпечатки на снегу. А потом опять кинулся в машину и поехал туда, куда вели эти следы…       Муська первая услышала шум мотора. Встрепенулась, радостно мяукнула:       — Это за мной! Меня нашли! Я знала, что меня найдут!       Пингвины не сразу поверили ей, ведь слух у них был не такой острый, как у кошки.       — Ну подумай сама, как тебя могут найти! — убеждала ее Лола. — Мы с тобой ушли далеко, и откуда люди могут знать, в какую сторону мы пошли?       Но скоро уже все услышали приближение машины. А потом пингвины расступились, и Муська увидела, как бежит к ней ее любимый Вася. И она тоже рванулась к нему навстречу, с отчаянным мявом бросилась на грудь, вцепилась всеми коготками в куртку… и стала, плача, рассказывать ему, как ей было одной плохо, страшно и холодно, как её спасла сначала Лола, а потом все остальные пингвины, как она ждала и верила, что Вася её найдёт…       Муська знала, что люди плохо понимают кошачий язык, но не сомневалась, что сейчас он все поймёт правильно. И он действительно все понял. И когда она замолчала, он повернулся к пингвинам и сказал:       — Спасибо вам всем! Большое спасибо, просто огромное!       Сказать по правде, пингвины тоже не очень хорошо понимают человеческий язык. Но тут они все поняли правильно…       Муська была совершенно счастлива вернуться домой. Первое время она даже подходить к выходу боялась, чтобы снова не потеряться. А когда начинался буран, Муська садилась у окна, внимательно всматриваясь в белую круговерть. А потом запрыгивала Васе на плечо и что-то шептала ему на ухо. И надеялась, что он поймёт.       В тот раз буран был особенно сильным. Пингвины стояли, крепко прижавшись друг к другу, чтобы сохранить тепло. Они давно проголодались, но в такую погоду и думать нечего про рыбалку.       И тут сквозь рев ветра донесся уже знакомый пингвинам шум мотора, темноту прорезал свет фар. Машина остановилась, на снег выпрыгнул человек со здоровенным мешком. Подошел к стае, поздоровался, а потом высыпал из мешка на снег целую гору рыбы.       Не дожидаясь, пока он уедет, пингвины с радостью набросились на угощение. Приятно было получить такой подарок, и то, что кошка про них не забыла, тоже радовало. И только одно было немного непонятно — как Муська своими лапками смогла столько наловить?