Часть 4. «Искусство бессмертия...»
24 февраля 2026 г., 22:40
— Вот… — он протянул Тому страницу. —
«Закон о регистрации потенциально
опасных магов, 1692 год.
Предусматривал учёт всех, кто практиковал магию крови, некромантию или иные запретные искусства.
Нарушители подлежали лишению палочки и заключению в Азкабан».
Том пробежал глазами текст.
— 1692… — повторил он. — Тогда это уже было. И что с ними стало?
Когтевранец перевернул страницу.
— «Закон был отменён через 17 лет из‑за массовых побегов и саботажа.
Многие маги скрылись в континентальной Европе, основав тайные сообщества»
Том усмехнулся.
— Значит, история повторяется. И если Министерство снова возьмётся за старое… нам стоит быть готовыми.
Он закрыл книгу и посмотрел на когтевранца.
— Спасибо. Ты был полезен.
— И… что теперь? — спросил тот.
— Теперь мы ждём, — ответил Том, пряча пергамент в карман. — И наблюдаем.
— Потому что, когда они начнут действовать, у нас уже будет план.
***
Том Реддл замер, глядя на фолиант в своих руках. «Крестражи: искусство бессмертия» — золотые буквы мерцали в свете его палочки, словно предупреждая: остановись. Но он не остановился. Он осторожно открыл книгу. Страницы были сделаны из тончайшей пергаментной кожи, а чернила — не чёрные, а тёмно‑красные, будто застывшая кровь. Первые строки гласили: «Тот, кто желает обмануть смерть, должен расколоть свою душу. Но помни: душа — не камень, её нельзя разбить без боли. И чем больше осколков, тем слабее станет твоё отражение в зеркале…» Том пробежал глазами дальше. Ритуалы, ингредиенты, условия… Всё было описано с пугающей точностью. «Значит, это правда, — подумал он. — Бессмертие возможно. Но какой ценой?» Внезапно за дверью библиотеки раздался шорох. Том резко захлопнул книгу, спрятав её под мантию. В коридор вышли два силуэта — мадам Пинс и профессор Флитвик, их палочки светились мягким голубым светом. — … И всё же, я уверена, что кто‑то был здесь, — говорила хранительница библиотеки. — Защита нарушена. — Возможно, это просто сбой чар, — успокаивал её Флитвик. — После вчерашнего инцидента с перьями многие заклинания в школе нестабильны. Том прижался к стене, затаив дыхание. Если его поймают с книгой… Они прошли мимо, не заметив его тени в углу. На следующее утро Том сидел в подземельях Слизерина, изучая книгу под защитным куполом тишины. Он уже успел скопировать несколько ключевых страниц, но теперь его мучил новый вопрос: «Почему именно сейчас Министерство заинтересовалось запретными знаниями? Кто‑то знает о моих поисках?». В зал вошёл когтевранец — тот самый, чтоустроил отвлекающий манёвр. Он выглядел измождённым, но в глазах горела решимость. — Я узнал кое‑что, — прошептал он, присаживаясь рядом. — Вчера в Министерстве был секретный совет. Они не просто ищут запретные книги… Они ищут того, кто их читает. Том медленно поднял взгляд. — Кто тебе это сказал? — Мой дядя. Он слышал, как старший аврор говорил: «Мы знаем, что в Хогвартсе есть ученик, который изучает крестражи. Нужно взять его с поличным». Внутри у Тома всё сжалось, но внешне он остался невозмутим. — Интересно, — произнёс он спокойно. — Значит, они уже знают, что я на верном пути. — «Ты?!» — когтевранец побледнел. — Так это правда? Ты… ты хочешь… — Бессмертия? — Том усмехнулся. — А почему нет? Если магия позволяет обмануть смерть, глупо ею не воспользоваться. — Но цена… — прошептал тот. — Расколоть душу… — Цена — это то, что платят слабые, — отрезал Том. — Сильные берут своё без извинений. Когтевранец замолчал, но в его взгляде читалось: «Ты уже не просто амбициозный студент. Ты — угроза». Вечером Том отправился в заброшенную часть подземелий — туда, где стены хранили эхо древних заклинаний. Ему нужно было проверить одну теорию. Он достал из кармана осколок зеркала и каплю своей крови. Согласно книге, первый шаг к созданию крестража — это ритуал привязки. Шаг к созданию крестража — это ритуал привязки . «Душа — это отражение в зеркале, — вспоминал он строки фолианта. — Чтобы расколоть её, нужно сначала увидеть её целиком». Он положил осколок на пол, капнул на него кровью и произнёс: — Revealatus anima! Зеркало вспыхнуло алым светом. На его поверхности появилось отражение… но не его лицо. Вместо этого он увидел вихрь тьмы, пронизанный золотыми нитями — его душа. И в самом центре этого вихря… трещина. «Уже? — подумал Том с холодным удивлением. — Моя душа уже повреждена?» Трещина была тонкой, едва заметной, но она была. «Магия, которую я использовал… амбиции, которые я питал… — осознал он. — Они уже начали раскалывать меня. И это только начало». Внезапно зеркало треснуло с громким звоном. Осколки разлетелись по каменному полу, а в воздухе повисло ощущение чужого присутствия Кто‑то наблюдал за ним. Том резко обернулся, выхватывая палочку. В тени арки стоял человек в чёрном плаще. Лицо его было скрыто капюшоном, но голос звучал глухо и властно: — Ты играешь с огнём, мальчик. — Кто вы? — холодно спросил Том, не опуская палочки. Незнакомец медленно поднял руку, и капюшон откинулся. Перед ним стоял пожилой мужчина с резкими чертами лица и глазами цвета стали. — Меня зовут Арктур Блэк, — произнёс тот. — И я знаю, что ты ищешь. — И что же? — Не бессмертие. Власть. — Арктур сделал шаг вперёд. — Но помни: те, кто хочет владеть миром, часто теряют себя. Том прищурился. — Вы из Министерства? — Нет. Я из тех, кто видел, как подобные тебе сгорали в своём же пламени. — Арктур достал из‑под плаща старинный медальон. — Это был крестраж моего предка. Он думал, что обрёл бессмертие… но стал лишь тенью. Том сжал кулаки. — Значит, Вы здесь, чтобы остановить меня? — Нет, — усмехнулся Арктур. — Я здесь, чтобы предложить сделку. Позже, в своей комнате, Том размышлял над услышанным. «Блэки… древняя семья, связанная с тёмными искусствами, — думал он. — Если они знают о крестражах, значит, у них есть опыт… и ресурсы». Он открыл книгу на странице с ритуалом раскола души. Там, в углу, была приписка, сделанная другим почерком: «Чтобы сохранить контроль, нужен сосуд. Но сосуд должен быть чистым. И… преданным». «Преданным, — повторил про себя Том. — Как верный пёс. Или… друг?» Его взгляд невольно скользнул к двери — туда, где недавно стоял когтевранец. «Возможно, мне понадобится помощник. Кто‑то, кто не задаёт лишних вопросов… И не боится последствий». Он закрыл книгу и улыбнулся План обретал чёткие очертания.
