Глаза с падающими звездами

      Иногда Феликсу снился один и тот же сон.       Яркие зеленые глаза, в которых прихотливо играли блики света. Будто в этих глазах всегда падали звезды. Нежный голос, говорящий о любви так, что внутри все сладко сжималось. Смутное желание получить… доказательства своей исключительности, наверное. Глупое, очень глупое, но непреодолимое. Возмущение из-за того, что желаемого не дают сразу. Укол волнения за кого-то важного. А потом вид ночного неба, от края до края расчерченного падающими звездами и захлестывающий с головой восторг. Сбивающая с ног волна нежности, любви, обожания и непонимания, как это вообще возможно. Ожидание. И горечь от понимания, что что-то важное из жизни исчезло и больше не вернется. Боль от понимания, что вина лежит не на ком-то, а на нем самом.       С годами Феликс запоминал все больше деталей этого сна. Когда в средней школе он понял, что девчонки, в отличии от парней, его не привлекают, в следующем же сне он различил, что голос во сне был мужским. И говорил этот голос на явно американском английским, понял Феликс, когда приехал в Сеул в свои шестнадцать, и шум аэропорта почему-то слишком сильно ударил по ушам. Достать звезду — вот что должен был сделать тот, чьи зеленые глаза околдовали так, что Феликс еще в десять лет возненавидел свои веснушки, которые окружающие называли звездами, упавшими на его лицо. Чтобы достать звезду — нужно отдать свою жизнь. Это Феликс узнал в ночь после того, как его исключили из группы на преддебютном шоу. Невиданный звездопад был выполненным обещанием достать звезду с неба ради любви, узнал Феликс, когда задремал в машине по пути с вручения первой в их карьере награды. Ради того звездопада зеленые глаза из сна закрылись навсегда. Феликс понял это после того, как ушел Уджин.       Был лишь один день в году, когда этот сон приходил каждый раз. Ночь с двенадцатого на тринадцатое ноября. И Феликс долго не мог понять, почему. Пока как-то раз, просто от скуки, в ожидании своей очереди на укладку к очередному шоу, он не загуглил. Очень простой запрос, который он, почему-то, ни разу не печатал в поисковиках. «Звездопад» и «12-13 ноября». И гугл выдал ответ: 1833 год. Самый мощный из известных метеоритный поток под названием «Леониды» десять часов осыпал огненным дождем всю восточную часть США. Невиданное небесное явление, которое Феликс мог бы описать до секунды, ведь часто видел его во сне. — За такое и жизнь отдать не жалко, — раздался над ухом незнакомый голос.       Или знакомый? Феликс дернулся и обернулся. Лицо парня, глядящего на фото метеоритного дождя через плечо Феликса тоже незнакомо. Или знакомо? А карие глаза? Знакомы или нет? Феликс не мог вымолвить ни слова, разглядывая прихотливо играющие на карих радужках блики от ламп. Казалось, что в этих глазах падают звезды. — Ох, прости, сонбэ, это было грубо с моей стороны. Но ты не сильно скрывался, а фото метеоритного дождя и правда красивое.       Карие глаза с падающими звездами скрылись за черной челкой.       Лишь потом, сидя на трибуне и глядя на выступление группы Ateez, Феликс понял, что шоу «Kingdom: Legendary War» разделит его жизнь на «до» и «после». Потому что он не мог оторвать взгляд от карих глаз с падающими звездами. Их обладатель перед началом съемок заходил в гримерку к Stray Kids вместе с Уёном, которого его старшие просто не отпустили в закулисье одного, чтобы не заболтался и не опоздал к выступлению. Феликс слушал голос, который что-то агрессивно пел, но слышалось только «Люблю». Феликс знал, что сегодня он увидит свой сон. И знал, на чьем лице в этот раз будут зеленые глаза с падающими звездами.       Феликс понял, что сходит с ума, когда увидел карие глаза с падающими звездами в свете ламп танцевального зала. Зала, в котором мемберам трех групп нужно было подготовить совместное выступление. — Юнхо, подойди!       Феликс поймал себя на том, что начинает ненавидеть Минхо, на которого теперь смотрят карие глаза с падающими звездами. Не важно, что Юнхо, чуть прикрывший звезды в своих глазах ресницами, здесь ради работы. Не важно, что он смотрит на Феликса так же, как и на остальных. Все это не важно. Важно лишь то, что, подойдя к Минхо, Юнхо оказался спиной к Феликсу. Важно, что звезды в карих глазах сверкали так, что Феликс их не видел.       Феликс понимал, что все это — абсолютно нездоровая фигня. Что нужно как-то выбираться из этого болота, в которое его загоняют карие глаза со звездами, что падали, казалось, всегда.       Феликс пытался дистанцироваться от Юнхо, но получалось у него плохо. Все же совместное шоу не давало слишком большого простора для пряток. Карие глаза с падающими звездами натягивали нервы так, что, казалось, звон их скоро услышат и окружающие. Феликсу казалось, что он скоро сорвется.       Stray Kids победили в шоу, но Феликс чувствовал себя проигравшим, потому что больше не было поводов видеть глаза с падающими звездами. Ведь, если подумать, они с Ateez конкуренты. Хотя вон Чанбину с Уёном это дружить не мешало. Однако, хотел этого Феликс или нет, но он слишком хорошо узнал Юнхо. Добрый, веселый и дурашливый с друзьями, но строгий профессионал на работе. Щедрый, но знающий цену деньгам. Тактильный и тактичный. Феликс тонул в Юнхо и не знал, что с этим делать, ведь звезды в этих глазах, казалось, падали вовсе не для него.       Феликс не знал, зачем он вышел на улицу. Наверное, чтобы подышать свежим воздухом. Наверное, чтобы посмотреть в небо. Но Сеул — слишком большой город, чтобы в его небесах было видно звезды. Феликс вскинул голову вверх и зачем-то повторил свои слова из сна, что снова приснился ему этой ночью: — Если любишь — докажи. Принеси мне звезду. — Я люблю, — ответил вдруг ему знакомый голос словами из того же сна. — И звезду принести могу. Но тогда мне придется отдать свою жизнь. — Одного раза мне хватило, — дрожащим голосом ответил Феликс. — В этот раз у тебя и так есть звезды, — хмыкнул Юнхо, подходя к нему и замирая в каких-то сантиметрах от спины Феликса. — Они рассыпались веснушками по твоему лицу. — Я возненавидел их, когда понял, что ради звезд ушел тот, кто любил меня, — Феликс резко развернулся и утонул взглядом в глазах с падающими звездами. — А ты его? — И я его. — А сейчас? — И сейчас люблю. — Докажешь? — Докажу, — голос Феликса не дрогнул. — Дай мне прикоснуться к твоим веснушкам… Любимый.       Глядя в карие глаза с падающими звездами Феликс кивнул.