BROKEN || СЛОМЛЕННЫЙ

I am phenomenal However long that it takes I'll go to whatever lengths It's gonna make me a monster though I am phenomenal But I'll never say, "Oh, it's impossible" 'Cause I'm born to be phenomenal Eminem — «Phenomenal»

      Каждый день Влада заканчивался боями, из-за чего работу пришлось отложить. Принимая документы и проводя встречи онлайн, он нередко прикасался к шипящему ребру, проверял чуть искривлённый вправо нос, ни разу не воспользовавшись медицинской помощью. Он справлялся самостоятельно.       Яркое зимнее солнце оправдывало солнечные очки, которые мужчине пришлось надеть. Фингал под левым глазом едва виднелся, но травму могли заметить репортёры в выставочном комплексе, куда направлялся Соколов. Он, конечно, мог работать дома, но проверку оборудования доверял только себе.       Тихая музыка, льющаяся из магнитолы, теперь не расслабляла, а напоминала о светловолосой девушке. Её испуганный голос, трясущиеся руки, опущенные плечи — Лиза была слишком громкой. Простые вопросы вывели её из страха, и потом она посмотрела на брюнета как-то иначе, отчего ему становилось не по себе, но и уходить он не хотел. Соколов хотел проверить, что ещё блондинка могла сделать, рассказать ему, но та очень торопилась домой.       Остановив машину у главного входа, он прошёл к новому выставочному комплексу. Журналисты скопились неподалёку от бизнесмена: «Владислав, можно парочку вопросов?» «Можете вы как-то подтвердить или опровергнуть ваше сотрудничество с “Кропом”?». Вопросы были однотипными, но один заставил оглянуться на источник звука.       «Владислав, в сети набирают популярность Ваши фотографии с таинственной блондинкой… Как Вы можете это прокомментировать?»       Мужчина приостановился, солнечные очки скрыли прищуренные тёмные глаза, разглядывающие одного из сотрудников прессы. В интернет просочилась информация о Лизе, из-за чего интерес к бизнесу и Владу возрастал. Сжав челюсти, он просочился сквозь толпу и вошёл в здание.       Помещение казалось невесомым из-за светлого потолка, представляющего собой множество панорамных окон. В первый день выставки скопились любители искусства, словно для этого не будет другого дня. Живопись Соколову была чужда — его целью была проверка видеозаписывающих устройств.       — Добрый день, — окликнул его парень, который дотягивался лишь до плеча мужчины. — Вы Владислав Кириллович?       Юношеская неловкость помогла расправить плечи — парень не питал интереса к делам брюнета, личной жизни, в отличие от других.       — Добрый день. Я проверю оборудование и пойду.       — Я Вас провожу… — тихо произнёс волонтёр. — Не хотите ли Вы посетить выставку? Мне сказали после провести Вас…       — Нет, спасибо, — помотал головой Соколов. — Не питаю тяги к искусству.       Парень кивнул, показывая рукой в направлении начала выставочного зала. В поле зрения мужчины не попадали посетители, интерьер, картины. Он осматривал лишь площадь помещений, ракурс камеры, их работоспособность. Какофония звуков записывалась каждую секунду. Все, даже малейшие движения оказывались в облачном хранилище.       — С нашей стороны всё исправно, — Влад достал ручку из кармана кожаной куртки.       Расписавшись на паре бумаг, он вернул планшет волонтёру, который попытался доброжелательно улыбнуться, но влажный лоб выдавал его волнение.       — Я провожу Вас к выходу.       — Не стоит беспокоиться, — мужчина провёл рукой по плечу парня, чтобы тот мог ровно дышать. — Я помню, как дойти до выхода. Беги по своим делам.       Волонтёр удалился за считанные секунды. Соколов проглядывал залы на пути ко входу, но один заставил его остановиться. Здесь пахло иначе: яркие сладкие ноты тряслись в воздухе, сочный аромат нёсся с дальнего угла. Влад остановился.       Картина не могла приворожить его так, как девушка — как она смотрела на неё. Рисунок был незамысловатым, но девушка не двигалась, рассматривая полотно. Из-за небольшого роста голубые глаза смотрели ввысь так же, как и героиня на картине. Лиза стояла, плечи не вздымались от дыхания, в отличие от других посетителей. Неуклюжий мужчина задел Соколова, и тот вздрогнул. Что эта блондинка делала с ним? Он не мог ответить себе, ускоряя шаг, покидая выставочный центр.       В машине было тесно, когда Влад открыл салон и сел на водительское сиденье. Он заводил мотор, поправлял и так идеально выверенные зеркала, оглядывался по сторонам. Цвет снега становился только ярче, ослепляя роговицу через солнечные очки.       В течение нескольких часов должен начаться его девятый бой. Оставшиеся два поединка должны стать последними, и правила те же — либо он одержит десятую победу, либо первое и последнее поражение. В перерывах между боями и работой Влад мог только спать, отказываясь от очередного предложения друга. Сны не беспокоили его с детства, но за эту неделю всё изменилось. Каждую ночь мужчина погружался во тьму и слышал лишь тонкий голос, от которого непонятно быстро бьётся сердце.       «Неужели ты меня не помнишь?» — от шёпота в голове руки сжались на руле.       Несломленный до сих пор не понимал, кого он должен помнить. Сны были словно вспышки, поэтому мужчина скидывал их на выбросы адреналина, которые обычный человек получает вследствие драк. Он знал, что многие прибегают к убийству, физическому насилию, чтобы почувствовать адреналин, получить эмоции. Влад же делает это, чтобы выполнить договор. Как только завтрашний день кончится, он забудет об этом, продолжая работать. Забудет о ней.       В голове всплывали образы голубых глаз, и Влад не мог объяснить это логически. Влад не видел девушку в толпе зрителей, когда рассматривал второй этаж с высоты ринга. Но каждый выигрыш знаменовался немного приоткрытой дверью, за которой стояла она, и только тогда Влад мог понять, что происходит — он выиграл, он вновь убил. В груди всегда неприятно жгло от взгляда блондинки.       «За эту неделю я оказался убийцей восьми людей. Восьми людей. И каждый бой заканчивался тем, что ее глаза влекли меня в ловушку. С каждым днем в них скапливалось всё больше слёз. Что другой человек почувствовал бы в такой ситуации?», — стрелка спидометра перешагнула порог ста пятидесяти километров в час.       Когда дверь закрывалась, рациональность брала верх — он лишь выполняет условия договора. Её появления были быстрыми, неощутимыми, что Несломленный уже стал подозревать, что сходит с ума, что она его галлюцинация, но Олег вечно вспоминает о ней, опровергая доводы мужчины.       Автомобиль выехал за пределы города, и дорога сменялась крутыми поворотами. Брюнет лавировал между машинами, выплывая из своих мыслей, но те, как нефть, засасывали обратно — поближе к ней и голубым глазам.       У резкого обрыва Влад затормозил и хлопнул дверью машины, высвободившись из вакуума. Холодное море обжигало кожу, но мужчина уселся на капот, смотря вперёд.       Воспоминания о Лизе пробивали на дрожь, но за этой дрожью скрывалось что-то другое, уже давно забытое. Нехватка воздуха. Обгорелая кожа. Седые волосы и кривые яркие губы.       Машина, изобретённая Владом, выходила из строя, поэтому он достал пачку сигарет, запрятанную в бардачке, и закурил.              Нет, так будет хуже. тт/тг канал и сообщество вк: ffallenloverr. 🤍 жду ваших реакций, комментариев и 🌟