Энигма

🌌Мираж🌌 Сознание возвращалось обрывками. Пахло дымом, потом и чем-то горьким, лекарственным. Я лежал на чем-то жестком. Надо мной склонилось чужое лицо — не Диса, не кого из своих. Холодное, с жесткими глазами. Голос прозвучал как удар грома: «Ты среди... союзников». Ложь. Сквозь туман в голове это пронзило с абсолютной ясностью. Никакие мы не союзники. Броня этого человека, его взгляд, звуки за пределами палатки — все кричало о военном лагере. Враждебном. Я был в плену. М-Дис... — выдохнул я, и в ответ услышал самое страшное: Дискорд знает. Дискорд выдвигается. Нет. Только не это.Он шел в ловушку. Из-за меня. Живот скрутило спазмом не только от слабости, но и от ужаса. Я попытался приподняться — тело не слушалось, будто налитое свинцом. Каждая мышца горела, в висках стучало. Лесные скитания, голод, раны — все это навалилось сейчас, когда адреналин отчаяния сменился леденящим осознанием плена. Меня оставили одного. У входа стоял часовой, его силуэт отбрасывал длинную тень. Я был слаб, как ребенок. Но мысль, что из-за меня гибнут свои, жгла изнутри сильнее любой лихорадки. Первый побег был отчаянным и жалким. Когда лекарь принес воду, я из последних сил рванулся к выходу, снося его самого с миской. Не добежал и трех шагов. Часовой даже не обнажил меч — просто грубо подмял меня под себя и швырнул обратно на походную койку. Унижение и бессилие душили сильнее его рук. Ко мне вошел Он. Их... Главарь? Он не кричал. Он смотрел с холодным, почти научным интересом, будто наблюдал за дергающейся в паутине мухой. 🌟-Твоя жизнь сейчас — наш самый ценный актив, капитан, — сказал он тихо. 🌟— Не обесценивай ее своими глупостями. Каждая твоя попытка сбежать будет стоить жизни одному из твоих людей, когда они придут. Начнем с твоего друга Дискорда? Его слова подействовали сильнее цепей. Я сжал кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Он не просто угрожал. Он заключал меня в тюрьму, стены которой были сделаны из моей же ответственности за своих людей. Но смириться я не мог. Буйная, свободолюбивая кровь требовала действия. Ночью, притворившись спящим, я попытался развязать ремни, скреплявшие мои запястья. Руки дрожали, в глазах стояла пелена. Я почти освободил одну руку, когда из темноты раздался спокойный голос: 🌟-Продолжай. Мне интересно, как далеко ты уползешь на четвереньках, прежде чем рухнешь. Я замер. Это был не часовой. Это был Главарь. Он сидел в углу палатки, в кресле, наблюдая за мной. Он ждал этого. Он изучал меня. Чувство полнейшей, тотальной несвободы охватило меня. Мое тело было тюрьмой. Моя забота о своих людях — цепями. А мой тюремщик был умнее, хладнокровнее и безжалостнее любого, с кем я имел дело. Отчаяние подступало к горлу комом. Я был орудием в его руках. И самое ужасное — я не мог позволить себе сломаться, чтобы это орудие не было обращено против моего города. Конец пов 🌌Мираж🌌 🌟Свет🌟 Его попытки были предсказуемы. Жалки. И в то же время — по-своему восхитительны. В нем горел дух, который я ценил в своих воинах. Жаль, что он был моим врагом. После первой же выходки я приказал привязать его к койке ремнями. Не из жестокости. Из предусмотрительности. Ценный ресурс нельзя терять. Но я запретил причинять ему боль без нужды. Синяки и сломанные ребра уменьшали его ценность как символа и переговорной фигуры. Его буйство было лишь доказательством его силы духа. И это было мне на руку. Чем больше он боролся, тем больше истощал себя физически. А изможденный, обессиленный пленник — сговорчивый пленник. Когда привезут его друга, вид полуживого командира сломит волю его людей быстрее любого допроса. Я лично наблюдал за ним по ночам. Мне было интересно. Как долго продержится этот огонь? Когда отчаяние окончательно его поглотит? Его ненависть ко мне была почти осязаемой. И я ею наслаждался. Это была власть. Не просто над телом, а над волей. Когда я поймал его на попытке развязать ремни, я не стал его наказывать. Мое спокойное замечание из темноты подействовало на него сильнее крика или удара. Я видел, как он замер, как по его спине пробежала дрожь осознания собственной беспомощности. Это был важный урок. Он понял, что его бунт бессмыслен. Что каждое его движение просчитано. Теперь, когда он лежал, побежденный не ремнями, но осознанием тотального контроля, можно было переходить к следующей фазе. Скоро прибудет Дискорд. И тогда я сведу их вместе. И станет ясно, что настоящие цепи — это не кожаные ремни, а узы товарищества. И что ради спасения друга гордый капитан Мираж согласится на что угодно. Даже на предательство своего города. Я улыбнулся в темноте. Все шло по плану. __________________________________________________ Новая глава есть...) ухожу писать вторую либо в закат, либо в тильт, либо.... Сами узнаете) Всех обняла💞💫