Энигма

🌌 Мираж 🌌 Он обернулся. Лорд Кассиан Агрос. Мой дядя. Мой тюремщик. Мой... В какой то мере призрачный отец. Он почти не изменился. Та же безупречная осанка, тот же пронзительный взгляд, от которого когда-то хотелось спрятаться. Почти. Виски тронула седина, тонкие, как иней. Не возраст. Усталость? Сожаления? Нет. Не для него. Скорее, напряжение от постоянного удержания всей этой империи на своих плечах. Смотри-ка, и у богов бывают седые волосы, - мелькнула ядовитая мысль. Он начал говорить. Тёплый, почти радушный тон. Игру в счастливое воссоединение. Как будто между нами не лежали годы, труп нашей семьи и моё собственное, чуть не ставшее реальным, самоубийство. Внутри меня не было ни ярости, ни боли. Только ледяное, насмешливое спокойствие. Он хочет играть? По его правилам? Нет уж. Я пришёл со своими. Я не сел. Я прошёл мимо предложенного кресла и прислонился к краю массивного стола, скрестив руки на груди. Расслабленно. Как будто зашёл на чай. На моих губах расплылась широкая, хитрая и надменная улыбка. М - Дядюшка Кассиан, — начал я, и мой голос звучал непринуждённо, почти лениво. М - Какая трогательная встреча. Я, признаться, думал, повесишь мой портрет в траурной рамке, а ты вот… даже постарел от переживаний. Я тронут. Я позволил паузе повиснуть, наслаждаясь микроскопическим подёргиванием века под его левым глазом. М - Что касается того, «где я был»... - я сделал легкий, пренебрежительный жест рукой, будто отмахиваясь от надоедливой мухи. М - В гостях. У реального мира. Того, что за твоими сияющими стенами. Поучительное место, должен сказать. Там, знаешь ли, не паролями «Светом и Сталью» хлеб добывают. Я оттолкнулся от стола и сделал пару неспешных шагов по ковру, разглядывая безделушки на полках, как любопытный турист. М - Но я прекрасно понимаю, зачем ты меня сюда позвал. Не для семейных объятий. У нас с тобой, дядя, это как-то не заладилось. - Я обернулся к нему, улыбка стала ещё шире, но глаза оставались ледяными. М - Ты, вероятно, хочешь понять, что за инструмент вернулся в твою мастерскую. Испорчен ли? Можно ли его снова заточить? Или… пора выбросить, пока он не порезал мастера?) Я подошёл чуть ближе, но не нарушая его личное пространство. Достаточно, чтобы он почувствовал давление. М - Так вот, изволь выслушать. Я больше не тот мальчик, которого можно было запирать в библиотеке или подкупать дорогими игрушками. Я вырос. Я всё видел. И теперь… мне смертельно интересно. Интересно услышать любые твои… предложения. Любые уговоры. А ещё лучше - глубокие, искренние раскаяния по поводу всей той... неловкой ситуации, что когда-то между нами произошла. Я произнёс последние слова с преувеличенной, сладковатой вежливостью, как будто обсуждал разлитое за обедом вино, а не своё бегство и моральную гибель. М - так что, дорогой дядя, — я закончил, снова прислонившись к столешнице и подняв на него брови. М - Я весь во внимании. Удиви меня. Развлеки. Покажи, на что ещё способна твоя безупречная система. Потому что, должен признаться, после всего, что я пережил… твои спектакли кажутся мне ужасно старомодными. 👑 Кассиан 👑 Слова Легиона обрушились на него, как град острых камней, обёрнутых в бархат насмешки. Каждая фраза была ударом, и каждый удар… был точным. Не крик обиженного ребёнка, а холодный, расчётливый сарказм взрослого, который видит тебя насквозь. «Постарел от переживаний». «В гостях у реального мира». «Неловкая ситуация». Это было не просто дерзостью. Это было презрением. И это презрение жгло сильнее любой ярости. Сначала - ледяной гнев. Как смеет он? Как смеет этот… этот бродяга, вернувшийся с помойки, так говорить с ним, с Верховным Главнокомандующим? Но гнев тут же схлопнулся, сжатый тисками восхищения. Чёрт возьми. Он вырос. Не просто вырос - он закалился. Эта расслабленная поза, этот насмешливый взгляд, эта способность говорить колкости, не повышая голоса... Это был не беглец. Это был... оппонент. Достойный оппонент. Кассиан мысленно отметил ширину плеч, уверенность в каждом движении, ту скрытую силу, что чувствовалась даже в его безразличии. Гордость, тёплая и запретная, на миг согрела его изнутри. Вот он. Настоящий Агрос. Не сломленный, а выкованный в чужих землях. Мой наследник. Таким я его и хотел видеть... И тут же - ледяной душ реальности. Таким... но не против меня. Вспомнилась причина его бегства. Тот ужасный выбор, который Кассиан сделал тогда, предпочтя интересы системы... интересам племянника. Ту пропасть, которую он сам и вырыл между ними. И когда Легион, с той же сладковатой вежливостью, обронил фразу о своём «самоубийстве», с Кассианом случилось нечто. Не внешне. Внутри. Что-то оборвалось. Взгляд его на секунду стал пустым, стеклянным. Он знал. Он всегда знал, на какую грань тогда поставил мальчика. Но слышать это из его уст, в таком тоне... Это было как получить ножом в незажившую, десятилетиями гноящуюся рану. Внутри всё сжалось от ужаса и вины, такой острой, что её почти физически тошнило. Он мог умереть. По-настоящему. Из-за меня. Из-за «системы». Но признаться в этом? Выказать слабость? Никогда. Гордость и привычка к абсолютному контролю сомкнулись, как панцирь. Он не закричал. Не оправдывался. Он медленно, с театральной легкостью, прошёл к своему креслу за столом и сел. Его движения были выверены, но в них появилась какая-то новая, тяжёлая усталость. К - «Неловкая ситуация», - повторил он слова Легиона, его голос стал тихим, почти задумчивым, но от этого только опаснее. К - Да. Это... удачное определение. Трагедии всегда кажутся неловкостью, если смотреть на них со стороны. Он сложил руки перед собой на столе, его взгляд снова стал пронзительным, аналитическим, но теперь в глубине его что-то тлело. Не гнев. Боль. К - Ты вырос, Легион. И окреп. Это… заметно. Ты научился носить маску безразличия. Довольно искусно, надо признать. Но не обманывай себя - это всё ещё маска. Он сделал паузу, давая словам повиснуть в воздухе. К - Ты хочешь раскаяний? Публичной исповеди? Ты хочешь, чтобы я, лорд Кассиан Аргос, упал на колени и сожалел о том, что случилось с мальчишкой, которого я растил? - В его голосе впервые прозвучала горечь. К - Этого не будет. Мир, который ты так «познал», не прощает слабости. А я... я несу ответственность не перед тобой. Не перед своими... чувствами. Я несу ответственность перед наследием. Перед тем, что строили наши предки. Он поднялся, и его тень снова накрыла комнату. К - Ты говоришь,что не хочешь подчиняться системе. Но ты часть её, Легион. Твоя кровь, твой ум, твоя ярость - всё это продукт этой системы. Ты можешь ненавидеть её, но ты от неё неотделим. Кассиан подошёл к окну, глядя на свой город. К - Так что оставь эти детские игры в обиженного принца.Ты пришёл сюда не за извинениями. Ты пришёл за чем-то. За властью? За местью? За... пониманием? Назови свою цену. Но не трать моё время на дешёвый сарказм. Ты Агрос. Агросы не ноют о прошлом. Они... диктуют будущее. Он обернулся, и в его глазах горел уже не холодный расчёт, а вызов. Вызов, брошенный тому, кого он всё ещё, вопреки всему, считал своим единственным наследником. Он предлагал не любовь. Не прощение. Он предлагал сделку. Самую опасную сделку в их жизни. Потому что признать свою вину он не мог. Но признать в Легионе силу, достойную того, чтобы с ней считаться - это он сделать был готов. __________________________________________________ Йоу, сегодня неожиданно сходила на стрижку. Да я парикмахеру руки целовала👆👆🌸🌸 как же Обалденно это выглядит😍😍 Всех обняла🌸💕