Мои пальцы в твоих кудрях.

До концерта, приуроченного ко Дню Святого Валентина, Фазбер находился в своей гримерке и наносил привычный для Глэм-рок-группы грим. Голубая форма в виде бабочки была нарисована вокруг его глаз и переходила на щеки острыми концами, что обрамлялись ярко-красным контуром. Голубые глаза смотрели в отражение, подмечая полученный результат – идеально отточенный вид. Послышался звук открытой двери, откуда заходил кто-то очень знакомый солисту. Один из гитаристов. Бонни спокойно сел на колени к Фредди, спиной к зеркалу. Они сидели так близко, что могли слышать сердца друг друга, стучавшие практически в унисон. "Кролик" протянул руку сзади, чтобы взять со стола голубую неоновую помаду, пока его "медведь" сидел тихо и с интересом смотрел на того, следя за каждым действием. Синеволосый раскрыл помаду легким движением руки и взял того за подбородок, чуть приподнимая для собственного удобства и для того, чтобы рассмотреть в очередной раз все такие знакомые черты. Его светлое лицо приблизилось к нему, дыша учащенно при одной только мысли о том, что он собирался сделать сейчас. И ведь мечтал об этом еще давно, как только гитарист впервые увидел, как его партнер прихорашивался здесь перед зеркалом. Стик от помады чувственно и медленно, дразняще прошелся по пухлым губам солиста, раскрашивая каждый сантиметр в нужный цвет, тем самым помечая, оставляя собственный след. Тот затаил дыхание, смотря тому прям в подведенные черной кошачьей стрелкой алые глаза, что цепляли к себе, накрепко закрепились в его памяти. Пальцы Бонни невесомо касались его подбородка, а затем прошёлся помадой по середине от нижних губ до подбородка, и вниз... — Ты прекрасен... — Бон... — хрипло выдавил тот из себя. — Там нас ждут дети, а у меня из-за тебя стояк... Гитарист засмеялся, глядя на смущённо-возмутительное лицо его кумира, солиста и парня. — Сделаем это быстро, а то детское шоу в Мега пицца-плексе точно прикроют из-за меня. А я не хочу, чтобы ты лишился своей работы. Не должное это дело фанату – доводить кумира до такой степени ~

***

Когда Фредди и Бонни остались наедине после концерта, гитарист смог заполучить еще один шанс побыть со своим солистом. — А теперь, пожалуйста, присядь, хорошо? — Ладно, Бон, все, что угодно для тебя, — сказал он, послушно сев и откинувшись на спинку кресла. Синеволосый устроился сзади. Цепкие, длинные и тонкие пальцы Бонни спутались в шикарных кудрях Фредди, отливавшие на свету ореховым, неспеша откидывая его голову назад. Горячее дыхание синеволосого обжигало смуглую кожу солиста, но тот не сопротивлялся, лишь давал полную свободу действий для своего партнера, доверял. И нравилось ощущать его прикосновения на себе, на коже и в волосах. Гитарист нежно массировал кожу головы подушечками пальцев, тот аж прикрыл свои голубые глаза, отдаваясь ему полностью и расслабляясь, приоткрывая рот в легком стоне. То, что нужно было после целого насыщенного дня. Тонкие губы Бонни нежно коснулись того, инициируя поцелуй. И он был чувственным, обоюдным и даже горячим. — Бон, — выдохнул Фазбер, когда тот слегка отстранился. Но лишь для того, чтобы поцеловать того в шею. — Ах, Бон, — вновь простонал Фредди, почувствовав, что поцелуй его "кролика" становится уже более интимным, даже собственническим – засос, любовный укус, называйте это как угодно. — Только подумай, о чем подумают наши ребята, когда увидят это, — хихикнул Бонни, ни грамма вины в его голосе, но его пальцы нежно поглаживали то место, что начинало багроветь. — Ты это специально, да, Бон? — усмехнулся «медведь», хватая того за руку и проводя вниз по ключице, груди… — Хитрый кролик, помнишь? — подмигнул тот. — Это точно. — Но я думаю, что ребята будут в восторге. Особенно, Чика. Она всегда у нас была свахой. — посмеялся синеволосый, — Хотя, ты можешь сказать, что обжегся плойкой, пока делал свои шикарные кудри, от которых я просто без ума. — Они не поверят... — Не поверят. В этом и прелесть! — тот протянул свободную руку, снова зарываясь в кудрях Фредди. — Но фанаты будут разочарованы, когда увидят, что их любимый солист... занят. — ...одним самым прекрасным кроликом, который украл моё медвежье сердце. — Растопил его мёдом и любовью? — приблизился «кролик» ближе к кумиру. — Сам ведь знаешь... — Знаю. Любовью, медом и музыкой.

***

После окончания их целого рабочего дня, уставшие, но все еще держащиеся из последних сил после такого драйва, ребята переносили музыкальные инструменты обратно в репетиционный зал. — Это что, засос? — изумленно спросила Чика, когда, наконец, заметила подозрительную отметину на шее их солиста, и Монти, услышав об этом, тут же присвистнул. Темнокожий подошел поближе к Фредди, чтобы нахально оттянуть его воротник ярко-оранжевого пиджака, покрытого полностью пайетками. Пятно уже выглядывало из-под стершегося слоя тонального крема за все это время. — Точняк засос. Колись давай, откуда. От Бонни, не так ли? — тут же потребовал подробностей Монтгомери, когда сам убедился в этом, но Фредди небрежно откинул его руку от своей шеи. Не любил чужие прикасания, тем более, от того, кто метил на место главного в их группе «Глэм-рок». Тот отпрянул, вскинув руки в знак сдачи, но ухмыляться не перестал. Чтоб его, этого аллигатора. — Да не от него, просто… — неловко пробурчал солист, отводя взгляд в сторону, — …да плойкой обжегся я, плойкой. Рокси тут же засмеялась, прикрыв ладонью рот, услышав это до смешного, самое чудное и нелепое признание для такой очевидной вещи как это. Остальные тоже подхватили, хихикнув заговорщицки. — Типичный Фазбер. Но Фредди нахмурился, поставив микрофон на стол. Ему нравилось внимание, но не до такой степени. И уж точно не от его друзей и команды по группе, которые были готовы подколоть его по любому поводу, даже из-за любовного укуса, и особенно из-за «кролика», прекрасно зная об их отношениях. — Кстати, о валентинках, Фред, — внезапно решил сменить тему Монтгомери, подходя к столу и показывая стопку валентинок, что раздарили им фанаты: от малых до постарше. — Знаешь, сколько я заработал в этом году? Ровно на пять валентинок больше, чем ты. Я считал. Фредди что-то неразборчиво пробурчал, не любивший такое бахвальство со стороны второго гитариста в их группе. Но Роксана подошла к «аллигатору» и легонько схватила того за ухо, чуть оттянув и прислонившись поближе. — Это все благодаря мне. Я решила в этот раз пожалеть тебя и подкинуть еще парочку валентинок, так что… — Что?! — возмутился «аллигатор», глянув на клавишницу, искренне расстроившись, — Но я думал, что… соревновался честно-- «Волчица» усмехнулась и заткнула его своими губами, отпуская его чуть покрасневшее ухо и нежно поглаживая того по щеке. Монтгомери не сопротивлялся, даже ответил на это сначала с удивлением, затем уже более решительно и пылко, дерзко. В их стиле… да и Монти, кажется, уже не дулся из-за этого, когда получал внимание от самой любимой. Фазбер удивился и тут же глянул на рядом стоявшую Чики со взглядом «Ты это видишь?», что тоже лицезрела эту дивную сцену. Она тихо сложила ладони вместе, ближе к своим губам, так сильно про себя радуясь за них. Да, гитаристка это видит. Бонни удачно зашел в их репетиционный зал. Заметив Роксану с Монтгомери, что так и не отлипались друг от друга, рукой подозвал своего парня к себе. Тот поймал этот манящий жест глазами, и, кивнув, тихонько вышел под шумок к своему. Но и «курочка» тоже не стала наглеть с нежеланным лишним вниманием, подмигнув тем обоим, и покинула помещение.

***

— Ты меня сегодня целый день дразнишь, балуешь… — легонько обнимая Бонни, заговорил Фазбер, и невесомо тукнулся ему носом в шею, выдыхая любимый аромат одеколона. — У меня для тебя тоже есть валентинка, Фред, — проговорил «кролик», щурясь дразняще, и поглаживая того по волосам. Тот отстранился слегка, чтобы посмотреть на подарок. — С Днем влюбленных, мой милый Валентин. Это действительно самая простая валентинка, но чувствовалось, что жест был от всей души. Вручную. С маленьким стихотворением, что заставило трепетать сердце «медведя». «Один богач стал мне совсем родным: Взяв мои проблемы все за поводок, Обуздать помог, и стал я неотразим. И лишь любовь крепчала словно дом» — Бонни, — на эмоциях произнес тот и спешно поцеловал «кролика» в губы, благодарно и трепетно, на что гитарист улыбнулся. Следом последовал еще один поцелуй, но уже неспеша и наслаждаясь еще больше. Жилистые руки Фредди вновь обвили тонкую талию Бонни, притягивая его к себе ближе, все теснее и теснее, что теперь они оба могли чувствовать тепло друг друга и сердцебиение в такт. День Святого Валентина прошел на «ура». И это ведь еще не совсем конец…