В перепутьях мыслей

***

      Шум ударов заглушал разговоры прохожих и его собственные мысли. Если кто-то ему что-то и говорил, Суо этого не слышал. Шаг вправо, шаг влево. Он переводил нападки у удары противников легкими, почти рефлекторными движениями рук. Патрулируя город, они наткнулись на какую-то шайку, которая уже долгое время кошмарит улицы Макочи. Они грабят, как магазины, угрожая продавцам, как и обычных людей на улицах. Ничем непримечательная банда преступников, с которыми участники Бофурина быстро бы справились, да только с каждым пораженным противником из этой шайки приходило еще два на их замену. Раз за разом, как будто их люди не кончались. Они не отличались силой, но их количество утомляло. Чужая кровь на бетоном полу мешалась с кровью Сакуры и Кирю, которые получили незначительные удары в бою. В глазах рябило от кровавых пятен и бессознательных тел на полу, а уши плотно заложило, как будто в них напихали вату. Даже так Суо, все еще держался на ногах, уклоняясь, чтобы не получать удары. Неприкасаемый участник Бофурина. Никто никогда не видел его раненым, и он бы не за что не позволил другим увидеть свою слабость. Уложив еще одного противника, парень отряхнул одежду, заметив, что на него никто не нападает. Неужели их люди закончились? До этого на него за считанную секунду летело по два-три человека, а сейчас лишь пустая улица усыпанная телами. Его взгляд скользил по улице в поисках противников или товарищей. Но было тихо и пусто, как будто после апокалипсиса. — С… Суо! Юноша слегка вздрогнул от знакомого голоса. Резким разворотом ему чудом удалось увернуться от нападавшего на него мужчины. В какой момент он отключился, что даже не заметил нападавшего? От усталости конечности ощущались слишком тяжелыми, когда Суо встал в стойку для удара. Лёгкий взмах руки – и перед глазом юноши блеснула сталь складного ножа. Его собственный удар прошёл мимо цели. Пытаясь удержать равновесие и не рухнуть на пол, Суо сделал шаг в сторону, намереваясь плавным движением проскользнуть за спину противника. Но мужчина оказался быстрее. Лезвие резко вошло в ногу, обрывая манёвр. Острая боль вспыхнула в бедре, полностью накрывая парня с повязкой на глазу. Он лишь раздражённо выдохнул, и лицо исказилось недовольной гримасой. Суо не успел нанести ответный удар – перед ним внезапно мелькнула чёрно‑белая макушка, и в следующую секунду противнику врезали в лицо так, что тот рухнул без сознания. Сакура был в ярости, разноцветные глаза буквально вспыхивали, когда он снова и снова наносил удары по мужчине, уже давно лежавшему без сознания. — Сакура, хватит, — собственный скрипучий голос неприятно резанул по ушам Суо. Чтобы сохранить спокойное выражение лица, ему пришлось приложить усилие. Он звучал слишком жалко. – Этот был последним? — Да, — спокойно ответил Кирю, всё это время стоявший рядом. — Суо, ты как? — Сакура резко сменил тон и обеспокоенно подбежал к раненому, быстро оглядывая его с головы до ног. — Нормально. Ничего серьёзного, — отмахнулся Суо. — Говорит человек с ножом в ноге, – ответ послышался чуть ближе, когда розово-волосый парень наклонился ближе. Как бы сильно Кирю не пытался казаться спокойным, в его нахмуренных бровях читалось беспокойство когда он пытался придумать дальнейший план действий. — Тут недалеко Потос. Нирей и остальные должны были уже вернутся с патруля. Сможешь потерпеть чуть-чуть? — Да, без проблем, — Суо мельком осмотрел ногу и уже собирался сделать шаг, когда его остановила рука товарища. — Стой! — Сакура выглядел растерянным, обеспокоенным и даже немного напуганным. Все эти эмоции смешивались так, что было трудно понять, что именно он чувствует. — Нужно зафиксировать нож. – Не переживай, рана неглубокая… — Не смеши, — черно‑белые брови Сакуры ещё сильнее сдвинулись к переносице, и на лбу юноши проступило всё больше тревожных морщин. Его лицо выглядит так неестественно. Он не должен переживать так сильно за нож в ноге у неприкасаемого члена Бофурина. Он молча протягивает Кирю свою куртку с логотипом школы, зная, что тот лучше разбирается в первой помощи. Рукава чужой куртки плотно прилегают к его бедру, фиксируя нож. Этого не должно было произойти. Они не должны так переживать за него. От всех мыслей у Суо сводит живот, но все равно продолжает держать спокойное лицо, хотя его привычная легкая улыбка еле держится на губах. Все что он мог делать, это не приносить им больше хлопот. Он чувствует, как чужие руки берут его под плечи и помогают ему идти вперед. Вскоре они добрались до кафе Котохи, и оттуда сразу выбежал Нирей. Видимо, он заметил их через окно и поспешил навстречу. Светловолосый парнишка тут же засыпал всех вопросами о том, что произошло, одновременно придерживая дверь и метаясь за аптечкой. Кирю отвечал спокойно и чётко, тогда как Сакура лишь переминался с ноги на ногу. Ему всегда было трудно выражать эмоции, и он неизменно чувствовал вину за каждого раненого. Но он точно не ожидал, что этим раненым окажется его вице-президент. Суо усадили на стул, вытянув раненую ногу вперёд. Нирей аккуратными движениями вынул нож из бедра и быстро закатал штанину, чтобы кровь не впиталась в ткань и её потом не пришлось отдирать. Как Суо и предполагал, рана оказалась неглубокой, но стоило лезвию покинуть ногу, как кровь хлынула, пачкая деревянный пол. Чужие руки как можно увереннее обрабатывали и перебинтовывали рану. Скорее всего, он бы мог и сам все обработать. Еще в детстве он получил навык первой медицинской помощи. Не было никого, кто бы мог ему помочь, так что в выборе истекать кровью или пытаться наложить бинты он всегда склонялся ко второму. Суо мог сделать все сам, не беспокоя окружающих. Но мысли тревожно жужжали в его черепушке, не давая сконцентрироваться ни на чем. Он чувствовал, как его лицо давно потеряло былую улыбку, уголки его губ болели от того, под каким углом они искривились. Со стороны это выглядело, наверное, странно и жалко, но он не мог убрать эту улыбку с лица. Как будто потеряв ее, маска, которую он носил, разобьется в мгновение. Он не готов пасть еще ниже. Он должен быть опорой для себя и окружающих. Если он не в состоянии победить в простой битве с ворами, как он собирается спасать слабых жителей? Быть сильнее, быть лучше это слова, которые парень повторял каждый раз, в каждой битве и на тренировке. Что с этими словами? Где они сегодня? В момент, когда Суо так жалко проиграл какому-то мужику с ножом. — Суо, — мягкий и теплый голос вырвал юношу к которому обращались из мыслей. Котоха перед ним мягко улыбалась, хотя в каждом ее движении читалась тревога. Девушка аккуратно придвинула чашку с чаем, от которой все еще исходил пар. – Чай с сахаром, попей пожалуйста. Юноша лишь кивнул и взял горячий напиток в руки. Приятный сладкий запах сразу заполнил его легкие. Голова все еще болела, а желудок сводило от тревоги, что даже пить не хотелось. Несмотря на это, он все равно сделал глоток, чтобы не вызывать еще больше беспокойства у других. Суо понял, что был прав, когда услышал едва заметный вздох облегчения от девушки рядом – её плечи заметно опустились, расслабляясь. Только теперь он начал по‑настоящему осознавать, где находится. Он сидел на стуле, а раненая нога была уложена на другой, подложенная подушка должна была уменьшить кровопотерю. Одноклассников вокруг почти не осталось. Вероятно, они ушли ещё до их прихода. Сакура, Кирю и Нирей расположились за крайним столиком, тем самым, за которым их компания обычно собиралась. Рядом сидели Сугишита и Умемия. Все они ели, время от времени бросая на Суо обеспокоенные взгляды. От этих взглядов юноша неловко отвел глаза и уставился на чашку, в которой медленно остывал чай. — Извините, что так вышло, — произнёс он в пустоту, слегка покачивая чашку и наблюдая, как жидкость внутри колышется, будто маленькие волны. — Тебе не нужно извинятся, Суо, — мягко откликнулась Котоха, услышав его тихие слова. — Никто не держит на тебя зла. Все просто переживали и ты просто должен дать им возможность помочь. Ты не один. — Мне нужно было быть внимательнее… тогда этого бы не случилось. — Возможно, но все мы люди. Что произошло – то произошло, ничего уже не поделаешь, — девушка слегка улыбнулась, хотя беспокойство все еще не покидало ее плеч. — Как ты себя чувствуешь? Может все-таки к врачу? Рана не то что глубокая, вряд-ли ее придется зашивать, но нагрузку и патрулирование необходимо сократить. — Не стоит, мне уже лучше, — глаз неприкрытый повязкой изогнулся полумесяцем в попытке изобразить искреннюю улыбку. Он старался не обращать внимания на то, как закружилась голова, когда он повернулся к Котохе. — Ты уверен? — голос Нирея прозвучал так близко, что Суо вздрогнул. Он даже не заметил, как тот подошёл. Возможно, потому что при каждом движении головы в глазах рябило, а в ушах стоял глухой шум, будто он смотрел на мир через старый телевизор. — Абсолютно, — хотя он совершенно не был в этом уверен, но как бы там ни было ему и так придется как-то дойти до дому. Опираясь на край стола, Суо стягивает раненую ногу с кресла и ставит её на пол. Он убирает руку, которая ещё секунду назад служила ему опорой. В голове всё кружится, к горлу подступает легкая тошнота от боли. Все эти симптомы юноша упрямо игнорирует, делая шаг. Вот только он совершенно не чувствует, что продвинулся хоть на метр. Вместо этого он ощущает, как теряет равновесие, а пол становится всё ближе и ближе в его поле зрения. В тот миг, когда его лицо должно было коснуться холодного пола, он чувствует лишь крепкую хватку под плечами. Суо поднимает взгляд и замечает раздраженное лицо Сакуры. Губы того быстро шевелятся, но слов не разобрать, всё что он слышит это удары своего собственного сердца. Парень с гетерохромией сразу понимает, что друг смотрит на него пустым, расфокусированным взглядом, будто не в состоянии уловить ни одного слова. Он что-то говорит остальным, и через секунду с другой стороны появляется Сугишита. Теперь они вдвоём берут Суо под руки и медленно ведут к выходу. «Что ж, это унизительно», — первая мысль, мелькнувшая у Суо. Он бы ни за что не осудил другого, окажись тот в подобной ситуации. И он прекрасно знает, что члены Бофурина не пытаются его унизить. Но это не уменьшает собственной тревоги. Он потерял много крови, да ещё и пропустил утренний приём пищи. Так что это целиком его вина, что организм ослаб настолько, что тело отказывается сотрудничать. Всё, что он может сейчас, это хоть как-то переставлять ноги, чтобы друзьям не пришлось тащить его по полу. Хорошо хоть Нирей помнит дорогу к его дому. Тогда, во время сильной бури, Суо предложил укрыться у себя, потому что жил ближе всех. Если бы была возможность, он бы, конечно, не раскрывал свое место проживания. Но тогда была чрезвычайная ситуация. Да и сейчас ему не нужно ничего объяснять. В данный момент Суо не в том состоянии, чтобы что-то говорить. Его обыденные шутки или попытки успокоить друзей ничем бы не помогли. Они не слепые и прекрасно видят, в каком он положении. Что уж говорить, если он до сих пор не слышит, о чём они разговаривают. Так что он не сможет поддержать беседу, даже если попытается. За то время, пока они шли, к Суо вернулись более четкие зрение и слух. Так что к моменту, когда они пришли к его дому, он наконец-то ответил им. Это снизило чужую тревогу, которую он заметил только сейчас. — Твой учитель дома? — Нирей обеспокоенно спрашивает, ближе подходя к юноше с повязкой, которого до сих пор придерживает Сакура. — Он должен сегодня вернуться, не переживать так. Я просто сейчас лягу отдохнуть и завтра буду бодрячком. — На самом деле Суо не знал, когда учитель приедет. Тот никогда не предупреждал о своих возвращениях. Но другим знать это было ни к чему, только лишнее беспокойство. — Я могу остаться с тобой и помочь тебе, пока твой учитель не придет, — настаивал Нирей. — Я тоже, — согласно кивнул Сакура, наклоняя голову так, чтоб попасть в поле зрение Суо. — В этом нет необходимости. Вы только потратите время, наблюдая, как я сплю, — он отмахнулся, продолжая уверять, что всё в порядке. — Это не проблема! Мне совсем не сложно. Главное, чтобы с тобой всё было в порядке! — светловолосый юноша продолжал настаивать с прежней энергией. — Со мной и так все будет хорошо, обещаю. — Обещаешь? — вопрос прозвучал почти жалобно. Янтарные глаза внимательно следили за выражением его лица, ожидая подтверждения. Хаято кивнул и попытался выдавить из себя одобрительную улыбку. — Хорошо, тогда не забудь поесть, тебе это как никогда необходимо. И если что то случится, или тебе что-то понадобится, позвони мне, ну или кому нибудь из нас. Пожалуйста, Суо. — Ты так говоришь как будто я сейчас умру, — от этих слов лицо Нирея ещё сильнее исказилось от беспокойства, а Сакура слегка толкнул его локтем, явно недовольный такой формулировкой. Суо тихо усмехнулся. — Все будет нормально. Но если что я позвоню. На этом они сошлись, решив оставить раненого юношу в покое. Они помахали друг другу, обменялись короткими пожеланиями хорошего дня и вскоре разошлись, оставив его одного. Опираясь на стену, Суо открыл дверь и, наконец, оказался внутри. Друзья были правы: ему действительно нужно было поесть. И как бы он ни ненавидел это дело, организм требовал топлива, чтобы продолжать функционировать. И он правда планировал приготовить себе немного еды. Но всё, что он успел сделать, это прихрамывая дойти до дивана и тут же на него рухнуть. Усталость легла на плечи тяжёлым одеялом, мгновенно накрывая его и погружая в глубокий сон.

***

Проснулся он только через час, почувствовав сильные покалывания в ноге. Из‑за неудобной позы его и без того раненая нога затекла и начала болеть ещё сильнее. Пришлось полностью проснуться, чтобы размять её. Смысла снова засыпать не было. Он не собирался тратить ещё больше времени на сон и сбивать свой режим. Чтобы быстрее прийти в себя, Суо решил наконец приготовить себе поесть. Он потянулся, протер глаза и одновременно поправил кожаную повязку. Повязка была не всегда удобной. Например, в жару глаз под ней сильно потел, вызывая неприятный дискомфорт. Но, несмотря на это, даже дома он предпочитал носить её, чувствуя себя странно без вещи, которая будто стала частью его самого. Только перед сном он менял её на медицинскую, хотя та всё равно закрывала глаз. Ему повезло, что в холодильнике осталось немного риса с прошлого раза и несколько пирожных, которые привёз его учитель. Значит, позже он мог бы выпить чай с ними. Высыпав остатки риса, он разогрел всё в микроволновке. Вскоре еда была готова. Взяв палочки, он начал есть. Живот слегка ныл, когда он пережевывал рис. Сам того не замечая, он был ужасно голоден. Всё-таки не ел весь день. Как только он, закончив с рисом, сделал себе чай и взял пирожное, ему стало значительно лучше. Голова больше не болела, и в ушах не пульсировало. Хаято даже чувствовал, что был бы в состоянии провести тренировку. Хотя его друзья явно были бы недовольны этой идеей. Но он должен. Особенно после сегодняшнего случая. Этого не должно было произойти, если бы он старался и тренировался больше. Так что сразу после еды и чая Суо отправился в додзё. Они с учителем занимались тут каждый день, а также медитировали перед сном. Когда учитель был в разъездах, Хаято всё так же продолжал приходить сюда для тренировок и вечерних медитаций. Он представлял, что где бы ни был его учитель, он всё так же тренируется и становится сильнее, так что и он не спешил отставать от него. В этот раз его движения были не такими плавными. Рана на бедре не позволяла сделать легкий выпад или удар ногой. Каждый раз он чувствовал боль при резком движении, но всё так же продолжал. Ему нравилось чувствовать, как его мышцы напрягались. Хоть его учитель часто говорил ему не перенапрягаться, так как это плохо для мышц. Иногда Суо просто не мог остановиться, тренируясь до изнеможения. Ту усталость, которую он испытывал, всегда помогала ему быстро уснуть, не давая мозгу погрузиться в мысли. Так и сейчас, когда рядом не было человека, который мог бы его остановить, Суо продолжал тренироваться. В какой-то момент это даже перестало быть похоже на тренировку. Казалось, что юноша был настолько погружен в мысли, что просто бездумно наносил удары ногами и ладонями, которые он иногда сжимал в кулак, чтобы нанести особо сильный удар по груше для битья. В настоящем бою он никогда не использовал кулаки, придерживаясь элегантного стиля битвы, которого он почетно унаследовал у своего мастера. И только когда он был сам на сам в тренировочном зале, его искусственный противник получал удары, полные злости. Это помогало юноше успокоить эмоции и мысли, перенаправляя всю злость, которую он испытывал к себе, на другой объект. Удары продолжались, несмотря на всю боль в конечностях и то, что раненую ногу было всё труднее и труднее поднимать. Это всё было не важно. Стать сильнее и быть в состоянии защитить себя – вот что важно. Он уже давно не маленький ребёнок, и такие проступки, как сегодняшний, непоправимы. Никто не спасет его, как в прошлый раз. Эти мысли только сильнее злили Суо, заставляя наносить удары всё яростнее. Он бы продолжал и дальше, если бы вдруг не почувствовал, как по ноге что-то стекает. Это явно был не пот, слишком липкое и густое. Ощущение мгновенно привело его в себя. Он поспешно закатал штанину своих широких брюк, которые так и не снял после возвращения домой. Теперь он мог видеть, что вся его нога залита кровью. Несколько секунд Суо просто смотрел, как кровь стекает по бедру, пропитывая носок. Лишь когда тёплая жидкость начала затекать внутрь, он окончательно пришёл в себя. Нужно было что-то делать. Он быстро пересек комнату и через коридор добрался до ванной напротив. Сразу же стянул носок. — Вот чёрт… — Суо ощутимо занервничал, глядя на рану. Из-за чрезмерного усердия во время тренировки он только сильнее открыл рану. Он мог бы попытаться перевязать ногу заново, но не было никакой гарантии, что кровь быстро остановится и не пойдет снова. Было бы крайне неприятно завтра, во время обычной ходьбы, снова истечь кровью и перепугать всех вокруг. Оставался только один надежный вариант – зашить рану. Конечно, этот вариант вообще не радовал Суо. Он бы хотел оттянуть этот момент на как можно дольше. Вот только иного выхода придумать не смог. Он быстро ощупал свои штаны в поисках телефона, вспомнив, что оставил его на кухне, когда пил чай. Хорошо, это не важно. Он был в состоянии сам с этим справится. Не то что у него был большой опыт в зашивании ран, но однажды парень видел, как врач это делал. Плюс навык зашивания одежды. Главное, об этом много не думать. Поэтому Суо сразу достал аптечку в надежде, что там вообще будут медицинские нити и иголка. К его большому удивлению, он сразу же их нашел. Итак, вот он сел на пол, закинув ногу на закрытый туалет, пытаясь минимизировать количество крови. Ещё минута потрачена на то, чтобы попасть ниткой в игольное ушко. Из-за потери глаза его восприятие глубины сильно ухудшилось. Если к ситуации в бою юноша привык и почти не допускал ошибок, то в ситуации с иголкой то и дело, что вечно промахивался, не в состоянии понять, как близко ушко находится к его глазам. С горем пополам нитка оказалась в иголке. Суо еще раз протер ногу туалетной бумагой, впитывая лишнюю кровь и очищая место. Без промедлений парень приступил к работе. Поначалу ощущения были неприятными. Чувство, как что-то инородное прокалывает и стягивает кожу, вызывало мурашки. Боль тоже была сильной, так что Суо слегка прикусил язык. Стежок за стежком, он всё-таки приловчился, тем самым быстрее закончив. Без понятия, как завязать нить, он просто сделал то же, что и при обычной вышивке. Осматривая рану, Хаято убедился, что всё не так плохо. Стежки выглядели аккуратно и не мешались. Да, возможно, им далеко до хирургических, но на данный момент это лучшее, что он может позволить. Суо облокотился о холодный кафель в ванне, запрокинув голову. В глазах слегка темнело, когда юноша издал сдавленный смех: "Сегодня просто неудачный день." Плечи подрагивали от нервного смеха, когда он почувствовал, как по щеке медленно скатывается холодная капля. Дрожащими от стресса руками Суо поспешно стер влагу. Глаза жгло. Слезы, которые он больше не мог сдерживать, подступали слишком быстро. Всё, что ему оставалось, это позволить себе плакать. Он снял повязку и сжал её в руке так сильно, будто она могла удержать его от падения. Солёные капли стекали по его лицу, пока он тихо всхлипывал. Казалось, что спокойная жизнь, которую он так долго собирал по кусочкам, рухнула из-за одной-единственной ошибки. И вот он снова сидит и рыдает в ванной, как несколько лет назад, когда родители бесконечно ссорились и срывались на нём. Ему хотелось снова быть ребенком. Просто обнять своего учителя, того самого, кто когда-то вытащил его из той жизни, и спокойно уснуть. Но сейчас он чувствовал только одиночество и безнадежность, которые сам же и создал. Все его тело ныло от усталости, а раненая нога неприятно жгла и покалывала. Суо было тошно даже смотреть на нее. Одной мысли о том, что ему пришлось сделать, хватало, чтобы подступила новая волна тошноты. Рукава танчжуана промокли от слёз, которые он безуспешно пытался вытереть. Этого бы не случилось, если бы он тренировал выносливость. Тогда он не выдохся бы в тридцатиминутном бою. Всё было бы нормально, если бы утром он сделал себе кофе, а не чай, когда с самого начала дня чувствовал себя разбитым и уставшим. Он настолько подстроил свою жизнь под организованный план, что такие неожиданные события полностью выбили его из колеи, превращая все вокруг в хаос. Так что, когда Суо принял теплую ванну, чтобы успокоиться, помедитировал ровно столько, сколько и обычно, он попытался вернуть себе хоть какое-то ощущение привычного распорядка – пусть даже в конце дня. В момент, когда он лег в постель, сон так и не пришел. И это стало последней каплей для Суо. Кровать казалась неудобной, а потолок будто давил на него. Смирившись с тем, что уснуть не получится, юноша взял телефон с полки и проверил уведомления. В общем чате несколько сообщений, где одноклассники обсуждали всякий бред и новую планировку завтрашнего патруля. Причину изменений капитан и вице-капитан объяснять не стали, за что Суо был им искренне благодарен. Ему также пришли личные сообщения от Сакуры и Нирея, интересующихся его самочувствием, вдобавок с двумя пропущенными звонками от них же. Открыв чат с Сакурой, Суо некоторое время просто смотрел на их переписку. Палец на мгновение завис над клавиатурой. Написать, что всё хорошо? Пожаловаться на бессонницу? Или спросить, как он сам? Ведь Сакуре тоже досталось в этой битве. Мысли метались одна за другой, пока Суо не выключил телефон и не положил его обратно на тумбу. Сильное чувство вины сжало грудь. Было уже поздно. Друг, скорее всего, спит, и ему не стоит снова переживать из-за него. Суо был уверен: он этого не заслужил. Холодный пол вызывал мурашки по коже, когда юноша босиком ступал в сторону додзе. Тренировка в данном случае либо поможет ему устать настолько, чтобы отрубиться, либо, по крайней мере, улучшить его навыки и выносливость. В конечном счете, он и так был в плюсе. На сей раз Суо не перетруждался. Его движения были менее резкими и более отчетливыми, а также он пытался вообще не задействовать раненую ногу. Усталость чувствовалась на кончиках пальцев, но юноша продолжал, понимая, что этого не достаточно, чтобы уснуть. Уклонение, удары, повороты и снова уклонение. Так прошли несколько часов тренировок. На улице стоял мрак. Ни одной живой души. Даже преступные банды предпочитали остаться по домам и отдыхать, в отличие от Суо. Сейчас он завидовал каждому, кто спал. Стрелка настенных часов перевалила за четыре утра, когда парень наконец решил сделать перерыв. Открутив крышку бутылки с водой, которая всегда стояла в этой комнате, он сел у стены и жадно сделал несколько глотков. Вскоре бутылка была полностью опустошена. Он прикрыл глаза, откинув голову к стене. Свет от лампочки был достаточно тусклым, чтобы не резать глаза. И только тогда он впервые за ночь почувствовал спокойствие. Прислонившись плечами к стене, он позволил мозгу отключиться и провалиться в сон, несмотря на неудобную позу.

***

Суо резко распахнул глаза от ощущения падения. Сразу же он почувствовал солнечные лучи, бьющие в лицо и заставляющие его хмуриться. Его взгляд тут же упал на настенные часы. Было уже шесть утра. Он проспал всего на тридцать минут больше обычного. Хотя, похоже, внутренние часы всё равно не позволили бы ему спать дольше. Подниматься с пола было тяжело. Болело всё тело, особенно шея после неудобной позы. Насколько бы уставшим он ни бывал после тренировок, это был первый раз, когда он заснул прямо на полу. Как бы то ни было, Суо пришлось добавить быструю утреннюю разминку, чтобы разогреть мышцы перед медитацией. Затем всё пошло по привычному распорядку: банные процедуры, чай с остатком пирожного, которое он заставил себя доесть перед школой, и выбор одежды, ведь штаны и танчжуан были в стирке после вчерашнего. Поправляя повязку на глазу, Суо услышал вибрацию телефона. Он всё так же лежал на тумбочке, где его оставили прошлой ночью. Подойдя ближе, Суо сразу узнал номер и имя Нирея, после чего снял трубку. — Алло? — Привет, Суо. Как ты? — голос Нирея звучал бодро, несмотря на раннее утро и к ветер в динамике, который слегка искажал его голос. — А да, все хорошо. Вот собирался выходить, — Суо сразу переводит взгляд к углу дисплея на телефоне, замечая что по времени он опаздывает на десять минут от их обычной встречи около дома Сакуры. — Ох…, я видимо немного опаздываю. Извините. — Все нормально, мы уже подходим к твоему дому, — легко ответил Нирей. Теперь Суо мог расслышать голос Сакуры на заднем плане. Тот что‑то говорил, но ветер заглушал слова. — Да не стоило, — отвечает юноша, сильнее сжимая телефон в руке от странного чувства в груди. — Скажи ему что уже поздно и пусть выходит! — крикнул Сакура на фоне, явно раздраженный тем что его прошлые слова не были услышаны. — Думаю, ты слышал Сакуру, — мягко смеется Нирей, под недовольный бубнеж второго друга, — Выходи и одень что нибудь плотное под ветровку, сегодня ветрено. — Угу. Спасибо, Нирей, — Суо посмотрел на свой новый белый танчжуан, чуть плотнее обычного, удовлетворительно кивая. Светловолосый парень быстро проговорил что-то в трубку, прежде чем сбросить. Теплое чувство в груди согревает, заставляя парня улыбаться. Возможно он не заслужил таких друзей и отношения к себе, но он всё ещё рад и безмерно благодарен за их заботу. Он быстро убрал телефон в карман широких штанов и направился к выходу. Закрыв дверь, юноша сразу заметил две фигуры, приближающиеся к его дому. Холодный порыв ветра приятно коснулся его лица, принося с собой спокойствие. Суо увидел, как Нирей машет ему рукой, и машинально поднял руку в ответ. Путь к школе прошёл как обычно. Нирей и Сакура старались не обращать внимания на то, как темп ходьбы замедлился, а их друг слегка прихрамывает. Вероятно, они просто и так знали, что Суо им ничего не расскажет и продолжит настаивать, что ему не нужна помощь. Так что лучше не давить и просто позволить ему спокойно идти в своём темпе, будучи всегда наготове, чтобы помочь. По дороге они успели заглянуть к Котохе, которая очень переживала и явно почувствовала облегчение, когда их увидела. Девушка передала несколько булочек и приглашала помочь ей немного после школы. В конце концов, парни без происшествий добрались до школы. И ступеньки стали новой проблемой. Хоть вчера Суо был даже в состоянии тренироваться, из-за чего только ухудшил свое состояние. Чувство усталости от недосыпа и боль в ноге превращали ступеньки на второй этаж в седьмой круг ада. Держать спокойное лицо было трудно, но Суо продолжал, несмотря на обеспокоенные лица друзей и случайных учеников. Он чувствовал, как взгляд каждого останавливается на нём больше обычного и с каким любопытством они смотрят на него, заметив хоть одну лишнюю морщинку на всегда спокойном лице. Эта атмосфера давила чуть сильнее, чем он думал. Стоило им открыть дверь класса, как весь шум, который они слышали еще в коридоре, сразу утих. — Привет, ребята, — спасителем этой неловкой ситуации стал Кирю, который сразу же появился перед ними. — Как дорога? — Привет, все в порядке. Улица чиста. Уверен так продлится до обеда, — прямо отчитывается Сакура, как капитан класса. — Хорошо, — Розовые волосы стекали по плечу, стоило парню наклонить голову сторону Суо. — А ты как? — Все хорошо, я полон сил и энергии. Могу даже идти на патрулирование, — старшеклассник к которому обращались, проговорил это настолько бодро, насколько смог, натягивая на лицо свою обычную улыбку. На последнюю свою фразу он получил лишь недоверчивый взгляд Кирю. Только слепой не заметил бы его синяков под глазами и то как трясутся его руки которые он поспешно убрал за спину. — Рад это слышать, но боюсь на сегодняшнее патрулирование все места заняты, так что тебе придется отдохнуть, — последняя фраза звучала более уверенно, подчеркивая то что это неизменное решение. Суо лишь кивнул, продвигаясь дальше в класс. Не было смысла брыкаться, так что он просто позволил своим друзьям обсуждать новое расписание. Он чувствовал каждый взгляд, устремленный на него. Без понятия, знают ли его одноклассники, что произошло вчера, или нет. Даже так, разговор, который был только что, звучал очень подозрительно. Чувство того, что ты просто маленький ребенок, на которого жалобно смотрят, боясь произнести неправильное слово, начинало раздражать. Но Суо просто продолжал держать руки за ровной спиной. В каждом своем шаге он старался оставить ту же уверенность, а в своей улыбке на лице – непоколебимое спокойствие. Уроки проходили обычно. По крайней мере, так было в самом начале. Он внимательно слушал учителей, записывая нужную информацию в тетрадь. Но чем дольше он сидел в школе, тем сильнее накатывали усталость и головная боль. На переменах юноша почти всё время молчал. Сил хватало лишь на то, чтобы держать глаза открытыми, не говоря уже о том, чтобы выдать саркастическое замечание или поддержать разговор. Даже смысл происходящего он улавливал лишь обрывками, периодически выпадая из реальности. По крайней мере, оставался последний урок. Хотя даже просто держать глаза открытыми казалось испытанием. Шорох переворачиваемых страниц, тихие поскрипывания ручек по бумаге и спокойный голос учителя убаюкивали его. Юноша несколько раз вздрагивал, чувствуя, как проваливается в сон и его голова начинает медленно опускаться. Это повторилось ещё несколько раз, прежде чем Суо окончательно уронил голову на руки и погрузился в сон. Парень спал так крепко, что не услышал звонка с урока и то, как остальные ученики прощаются между собой, отправляясь либо домой, либо на патрулирование. А также своих друзей, которые стояли вокруг его парты. — Суо…? — прошептал Нирей, слегка наклонившись он пытался разглядеть лицо Суо, которое тот спрятал в своих руках. — И мы собираемся все так и оставить? — хмыкнул Сакура, скрестив руки на груди. — Мы просто продолжим делать вид что все нормально, когда это не так? — Мы не можем давить на него, но в какой-то степени Сакура прав, — согласно кивнул Кирю наблюдая за спящим другом. — Он выглядит хуже чем вчера. — Сегодня он был совсем тихим, а потом уснул на уроке. Вообще на него не похоже, — светловолосый парень нервно перебирал руки, переживая за своего друга. — Мы просто должны с ним поговорить, а не сидеть то и дело думая что делать. — уверенно решил юноша с черно-белыми волосами. — Или по крайней мере сказать что он может с нами поговорить. — Говорит человек который сам только недавно начал что-то рассказывать, — саркастически подметил Кирю, на что получил толчок в плечо от другого парня. — Заткнись! — возмущенно прокричал старшеклассник, смущаясь и заметно краснея от этого факта. Нирей лишь наблюдал за этим, тихо посмеиваясь, прежде чем сказать: — Сакура прав. Сегодня мы всё равно не на патруле, так что думаю, мы сможем поговорить по дороге к Котохе. Светловолосый юноша радостно хлопнул в ладоши. Звук был негромким, но резким. Даже сквозь сон Суо машинально попытался прикрыть голову от неожиданного хлопка, из‑за чего разжал пальцы. Ручка, которую он всё это время держал, громко упала на пол. Именно этот звук заставил его резко поднять голову и оглянуться, пытаясь понять, что происходит. — Извини, это было слишком резко для тебя, — виновато сказал Нирей, поднимая упавшую ручку с пола. Вид у Суо был помятый и уставший. Под глазами всё ещё темнели глубокие синяки, а серёжка, прилипшая к щеке, только усиливала впечатление растерянности и растрепанности. — Удивительно что ты проснулся от того что ручка упала, а не от воплей Сакуры, — смеясь сказал Кирю, тыкая пальцами в виновника криков. — Сам виноват, — сердито парировал другой старшеклассник. — Я видимо просто привык к вашим крикам, — спокойно сказал юноша с повязкой, поправляя ее и свои сережки. — Как давно все ушли? — Минут пять назад, мы хотели тебя разбудить, но ты крепко спал, — ответил Нирей, проверяя время с часами на своем телефоне. — Извиняюсь за то, что доставил вам проблемы, — проговорил Суо, собирая школьные вещи со своей парты. — Тогда мне стоит вернуться домой и отоспаться. — Ты не собираешься с нами идти к Котохе? —Сакура, как всегда, был прямолинейным, напоминая другу, что они обещали помочь девушке. — Если ты устал, то не стоит себя заставлять, — сразу вмешался Нирей, тревожно махая руками. — А… Точно, — пробормотал Суо. Он сразу заметил как за милой улыбкой его друга была скрыта легкая тоска, поэтому поспешно добавил. — Не уверен что буду слишком полезным, но если мы пообещали то я пойду. Ночью отосплюсь. Юноша поспешил встать, чтоб утвердить свои слова. Нога все еще побаливала при ходьбе, но он уже привык к боли так, что даже не обращал особого внимания. Парень поспешно вышел из класса, ожидая своих друзей. — Кирю, ты с нами? — поинтересовался Суо. — А? Нет, я на патрулировании с Сугишитой. Только он хотел сначала пойти к Умемии, так что сейчас пойду за ним, — ответил розоволосый парень, как обычно улыбаясь своей кошачьей улыбкой. — Чтож, удачи! Не скучайте. Юноша быстро помахал рукой и пошел на крышу, где всегда был Умемия, когда остальная часть группы направилась вниз, на улицу. Теперь, выходя на улицу, Суо не ощущал ветра. И солнце, которое только начинало всходить на небе утром, было в полной красе – освещая и согревая. Даже так, ему нравилось чувствовать лучи солнца на своей коже. В какой-то степени это тоже было успокаивающим. Вот только странное, затянувшееся молчание его друзей не давало ему покоя. Было ощущение, что они хотят что-то сказать, но не могут. Из-за этого создавалось неловкое молчание. — Плохо спал сегодня? — Хм? — Суо перевёл взгляд на друга справа, на секунду подумав, что вопрос был не ему. Но Нирей смотрел прямо на него, ожидая ответа. — А… Ну да, немного. — Ты же знаешь что можешь поделится с нами всем что тебя беспокоит, — в больших желтых глазах юноши, отражалось еще больше доброты и надежды когда солнечные лучи отбивались о радужку, заставляя ее светится. — Да, конечно, — согласился Суо, переводя взгляд на пол. Он не мог так прямо врать смотря в глаза своему другу. — Но все в порядке, просто сбил режим. — Это не так! — резко воскликнул Сакура, обращая к себе внимание. — Ты вечно врешь и не договариваешь. Вид как будто ты вечно думаешь о чем-то и это тебя расстраивает, это не просто усталость. Но ты просто молчишь, в надежде что мы тупые и поверим. — И это говоришь мне ты, — ответ прозвучал грубее чем планировал старшеклассник. Даже если он вообще не хотел ничего говорить, на эмоциях это просто вырвалось из него. — Да, это говорю я! Потому что никто другой не скажет тебе этого прямо. Я доверился всем вам, доверился тебе. Потому что мы пережили много всего вместе и за это время узнал и научился говорить и верить другим. Так почему ты не можешь доверять остальным. Доверится мне, так же как я тебе, Суо. — Сакура… — Нирей тревожно дергал за рукав своего одноклассника в попытках его успокоить. — Просто переступи через себя, в конце концов. Прекрати нам лгать, мы не незнакомцы, — раздраженно промолвил юноша, поправляя свои черно-белые волосы. — Да… — прошептал Суо, после некоторого времени обдумывания речи, которую он только что услышал. Легкая улыбка коснулась его губ, когда он слегка наклонился вперед. — Но все правда в порядке. — Иди к черту! — досадливо выпалил Сакура, ускоряя шаг в направлении кафе, которое уже было видно. Вид этой идеально выточенной, но такой фальшивой улыбки выводил из себя. Вдобавок то, как лучи солнца падали на плечи его друга, подчеркивая бледность его кожи и то, какими глубокими были его синяки под глазами. Как будто тяжесть многих лет разом упала на такую хрупкую фигуру. Сакура бы никогда не назвал бы Суо слабым или хрупким, но то, как солнце рассеивалось по его фигуре, делало это зрелище таким нереальным. Как будто он смотрит на давно умершего, такого далекого от этого мира человека. Он просто не может дотянуться до него, понять его, как будто это за гранью его возможностей. А Сакура ненавидел, когда не мог что-то сделать. Особенно когда это касалось его друзей. Друзей, которых он получил так недавно и не собирался их терять так быстро. Это злило его сильнее всего. Со всей яростью юноша с разноцветными глазами пнул дверь, которая с грохотом ударилась о стену кафе, отчего девушка за прилавком подпрыгнула от неожиданности. — А, Сакура, это ты! Что случилось? Где остальные? Или ты сам, — Котоха сразу принялась закидывать вопросами подростка, который угрюмо двигался внутрь кафе. — Сейчас придут, — пробурчал старшеклассник садясь за барную стойку. — Так что с… — не успела девушка спросить, как теперь уже без грохота открылась дверь, впуская внутрь двух парней, которые приветственно махали. — Привет, мальчики, вы все очень вовремя, — хозяйка кафе радостно поприветствовала, стараясь не замечать слегка напряженной атмосферы. — Хотите что нибудь выпить или съесть? — Не отказались бы, — согласился Нирей, на что Сакура тоже положительно кивнул. — С чем тебе нужна помощь? — Ах, точно!, — Котоха вытащила небольшую металлическую вывеску, облокотив ее на стул. — Мне нужно повесить ее над дверью. Она не такая тяжелая, просто немного большевата чтоб самостоятельно повесить. — Без проблем, — твердо произнес Сакура, переводя взгляд на Нирея, избегая зрительного контакта с другим другом. — Тогда вы справитесь вдвоем? — немного неуверенно спросила девушка, прежде чем продолжить. — Суо лучше не нагружать рану, да и у меня есть ещё одно дело с которым мне нужна помощь. Суо удивлённо перевёл взгляд, будто только сейчас окончательно вернулся в реальность после того, как пришёл в кафе и всё это время бессмысленно смотрел в стену. Рядом раздался громкий голос Сакуры. Тот уже подошел к Нирею, прихватив стул, и сказал: — Конечно. Можешь на нас положиться. Когда девушка с двумя парнями ушла на улицу, показывая, где должен висеть знак, третий юноша остался один. Сейчас был разгар дня, людей в кафе не было. Не то чтобы оно славилось большой популярностью у других, кроме как у учеников Фурина. Все же без голосов на заднем фоне было одиноко. Суо забрался на высокий стул при барной стойке, уставившись на свои руки. Сказать по правде, он чувствовал себя лишним и бесполезным. Его нога не так уж и болела, он мог помочь. Но его друзья слишком заботились о нем. Суо сразу вспомнил слова Сакуры, от чего его желудок тревожно сжался. Он не должен был говорить это другу. Он был в лучшей ситуации, чем Сакура, даже так тот был лучше него. Брови сдвинулись к переносице, когда юноша сильнее сжал свои руки, обдумывая все. По правде говоря, он сильнее запутался. Мысли о том, что было лучше для его друзей или для самого себя. Как действовать, что говорить. Он никогда не делился с кем-то своими переживаниями. Его учитель знал лишь немного. Он сам убегал от эмоций и своих провалов. Каждую негативную эмоцию он обращал на себя, делая ее мотивацией, чтобы стать сильным. Но что ему делать, если его близкие товарищи хотят, чтобы он поделился своей слабостью? Мысли прыгали и бегали по его сознанию, кружась в хороводе. Он не мог их успокоить и упорядочить, как делал обычно. Это вызывало только тошноту и головную боль. — Суо… — тихо окликнула парня Котоха, которая уже вернулась с улицы. — Будешь чай? — Да, пожалуй… — приглушенно ответил юноша, приходя в себя. Девушка удовлетворительно кивнула ставя чайник, снова обращаясь к подростку: — Вы с ребятами поругались? Что случилось? — Это заметно, да…? — обреченно спросил Хаято, хотя вопрос был по большей части риторический. — Это моя вина. Парень с повязкой на глазу лишь сильнее опустил голову. Чувство вины сильнее заполонило его. Казалось что сердце болело сильнее чем его проклятая нога. — Почему ты так думаешь? — вопрос звучал очень аккуратно, девушка боялась спугнуть юношу. — Потому что я не достаточно взрослый чтоб позаботится о себе! — в этот раз голос Суо был приглушен от того, как яростно тот тер глаз чувствуя как слезы подступают. — Все и так переживают, сколько бы раз я не повторил что я в порядке. — А ты в порядке, Суо? Этот вопрос застал Суо врасплох. Он прозвучал так, будто это говорил его собственный разум – тот самый, что ещё пытался оставаться рациональным. Слёзы потекли сами собой, затуманивая взгляд. Каждый раз, когда он пытался вытереть предательские капли, его дыхание срывалось на всхлип. Пальцы сильнее впились в волосы, будто он пытался вернуть себя в реальность, удержать от полного распада. Сейчас он уже не был уверен, что с ним всё в порядке. Когда тебе действительно хорошо, то ты не плачешь. Так ведь? Он слышал голоса, но не мог разобрать, кто это. Возможно, Котоха пыталась утешить. Всё, что он мог делать, это только вновь всхлипывать, размазывая слёзы по щекам. Он почувствовал, как его руку мягко вытащили из волос. Затем он почувствовал другое тело и стук чужого сердца. Несмотря на то, как бешено оно колотилось, дыхание было ровным. Ему хотелось за ним следовать, слиться воедино с приятным темпом. Поэтому он повторял, делая глубокие вдохи и выдохи. Похожую практику с дыханием он часто делал с учителем, когда был мал. Это напоминало, что он не один. Хоть поначалу его дыхание дрожало, сбивая темп, но вскоре парень достаточно успокоился, чтобы быть в состоянии шептать извинения, так и не подняв взгляд на человека. — И… извните, я не должен был плакать. Я стану сильнее, больше тренировок… — Суо, подними взгляд, — голос звучал уверенно и твердо, когда его руку слегка дернули на себя. Подняв взгляд, он сразу узнал Сакуру. Его серо-желтые глаза пристально смотрели на него, когда его рука все еще прижимала руку Суо к своей груди. От осознания того, что это все время был его друг, которому он нагрубил, в горле снова появился ком. Он сразу хотел отвести взгляд от парня напротив, но тот все еще сжимал его руку. — Прости меня, Сакура. Я не должен был отвечать так грубо тебе. Ты тут не причем когда это все мои проблемы. Я слишком слаб, как ребенок. — отчаянно шептал Суо — Что ты такое несешь! — хмуро промолвил Сакура смотря на него. — В чем ты виноват, за что ты черт подери извиняешься? — За все. Будь я сильнее, я бы не повредил ногу и не заставил вас бы волноваться, — разъяснял Суо сжимая пальцы на чужой рубашке. — Даже так, я не смог просто нормально тренироваться, еще сильнее повредив ногу. — Ты не робот, Суо, — мягко произнес Нирей, который все это время тоже был тут. Он чуть ближе наклонился к юноше, чтоб попасть в его поле зрения, аккуратно ложа руку на плечо. — Это круто что у тебя есть мотивация двигаться дальше, но ты не должен ненавидеть себя за то что ты не можешь сделать что-то сразу. Мы все люди, совершающие ошибки. Мы их делаем, принимаем и учимся, извлекая из них пользу. Никто не идеален, поэтому и ты не обязан. Просить о помощи не стыдно, даже взрослые люди просят. Ведь иногда только все вместе мы можем достичь цели. И я все еще считаю тебя крутым учителем! Суо внимательно впитывал слова Нирея. Ему нравилось то теплое чувство в груди, которое он сейчас испытывал, а также облегчение. Все то напряжение, которое он чувствовал в мышцах, пропало, а на лице сразу появилась мягкая и искренняя улыбка. — Спасибо вам. — Нирей правильно сказал, мы всегда будем тут чтоб помочь, — Сакура смущенно покраснел, все еще не привыкнув к благодарностям. Он убрал руку Суо у себя с груди, но все так же держал их руки переплетенными вместе. Слегка замявшись юноша продолжил: — Ты упомянул что еще сильнее повредил ногу… — А да. Рана слегка раскрылась и пришлось зашивать. Но все хорошо! — Ты вызывал врача и не сказал нам об этом? — настороженно спросил Нирей. — Нет, я сам. Телефон был далеко. — легкомысленно продолжил Суо хотя, с каждым его словом лица его друзей становились все мрачнее. — Придурок, не шути так, — слегка грубо и недоверчиво произнес Сакура. — Я серьезно! Но все хорошо, — Суо слегка запнулся вспомнив что последние слова его друзья могут воспринять в штыки. — От меня это может звучать подозрительно, но это так. У меня была медицинская иголка и нитка, все хорошо. — Суо? — янтарные глаза его одноклассника широко раскрылись смотря на него с беспокойством. — Не знаю хороший ли ты шутник или доктор, так что мы прямо сейчас отправляемся в больницу, — твердо решил Сакура сжимая руку друга. — А чай? И ваша еда? — одноглазый юноша посмотрел на Котоху, которая всё это время стояла рядом, с беспокойством наблюдая за происходящим. — Никуда она не денется. Пошли, — разноцветные радужки Сакуры блеснули под солнечными лучами, когда он потянул упрямого друга за руку, вытягивая его из кафе на улицу. Оглянувшись, Суо заметил, как Нирей бежит за ними, а Котоха мягко улыбается им вслед. Они были правы: на одной ошибке жизнь не заканчивается, и он еще не раз сюда вернется. Может быть, когда-нибудь он научится принимать помощь без чувства вины. Может быть, научится доверять себе так же, как они доверяют ему.