Комната с фотографиями

Нам покажется будто

сейчас мы становимся ближе

Не похоже

      Джейк ненавидел эту комнату.       Причин тому была уйма. Во-первых, ремонт здесь когда-то делался для Фила еще бабушкой Джессики. Однако бармену милее было снимать квартиру неподалеку от Авроры.       Хакера вымораживало любое упоминание Хоккинса-старшего еще со времен расследования. И даже находясь в отношениях с Сильви, это имя жестко табуировалось. Да, Сильви. Это было во-вторых.       Стоило девушке приехать в Дасквуд – Хоккинс постоянно выделяла ей именно эту чертову комнату.       Она её обожала. Серые обои, черная мебель и светлый пол. Большое напольное зеркало, что отныне навсегда отвернуто к стене. А еще фотографии.       Вся комната была в фотографиях Сильвии. Счастливой, улыбающейся. Живой.              И все-таки он раз за разом возвращается в эту комнату, прячет рамку с любимым фото в тумбу возле кровати. Словно она могла бы это увидеть.       И пытается забыть следующие пол часа как страшный сон.

Переспим, а потом я скажу,

как тоскую по бывшей

Ты же тоже?

      Полумрак освещает подожженная сигарета. Комнату наполняет табачный дым. Сильви всегда говорила, что Джейк пахнет табаком и мятой. Сама же пахла грозой.       Рыжие пряди разбросаны по подушке. Девушка уже давно не возмущается курению в постели, вместо этого делает затяжку из мужских рук, переворачиваясь на спину. — Что же мы делаем? — ее голос разрезает идеальную тишину. Ответа не последует.       Никто из них не может сказать, когда это началось.       Джессика ненавидит себя за эту слабость, каждый раз обещая себе это прекратить. И раз за разом впускает хакера в дом. Еще год назад казалось, что жизнь прекрасна.       Расследование завершилось успешно, Ханна спасена, Ричи жив, даже Джейку удалось оторваться от преследования. Были даже слухи, что из-за взрыва в шахте его посчитали мертвым.        Компания в полном составе все чаще собиралась в Дасквудских кафешках и барах. Все складывалось идеально.       А потом произошло несколько маленьких событий, повлекшие одно ужасное.       Пол года назад они сидели в Черном Лебеде, отмечая День Святого Валентина.       Полная посадка в ресторане. Полная посадка и нехватка персонала.       Небольшая просьба убрать из салата арахис. Арахис, на который у Сильви аллергия.       Одна небольшая ошибка официанта. Небольшая ошибка, вызвавшая отек Квинке.       Небольшая авария на дороге. Авария, из-за которой скорая не смогла приехать вовремя. После этого они не собирались вместе. Не хотелось вспоминать. И только эта ненавистная комната стала алтарем.       Джейк затушил сигарету о пепельницу, уже давно поставленную на тумбочку. И перевел взгляд на лежащую рядом Джессику. На душе у него скребли кошки. Как и у нее. Когда это началось?       Спать с лучшей подругой своей мертвой девушки — низко. Отвратительно.       Но только она могла понять эту боль. Разделить ее.       Только она могла ненадолго унять эту чертову боль хотя бы на пару недель. И это было взаимно.       Секс между ними никогда не был нежным. Как и чувств друг к другу не было. Была скорбь. И тоска. А еще фото улыбающейся блондинки в ящике, напоминающий о ненависти к самим себе.