Отсутствие нюха

366 день сурка. Тесная петля моего мирка. Прошлым брошен на шею аркан шершавый, Память Сталинской высотки в центре Варшавы Громоздится чуждым анахронизмом, Так давно, что символом города признан. Словно берлинской стены - километр триста, Оставленный предками для туристов.  «Вынос мозга, разрыв аневризмы…» Я сижу у окна, я помыл посуду, Я был счастлив здесь и уже не буду. Досрочный освобожденный от самых близких - Условно приговоренный к самоубийству. Ухожу в себя по-английски, Все нервы порвав на Union Jack. С трамалом мешаю виски, Распиная приступы на крестах аптек, Залепляя себе рот медицинским скотчем, Пока скрученные листья в обеих почках Прорастают будто прямо в позвоночник. Больно утром рано, Больно поздно ночью.  Днем я прячу за шторой сплошные бельмы И пою своим демонам колыбельные. У них много работы в ночную смену И я горло рву, На шее вздувая вены. Без напевов моих плохо спят они, Лежат и жрут из темноты меня взглядами. А за шторой картина не лучше в принципе - Кровавый режим, картонная оппозиция. Гражданин второсортной эпохи, гордо, Признаю я товаром второго сорта. Свои лучшие мысли и дням грядущим Я дарю их как опыт борьбы с удушением.  Я сижу в темноте И она не хуже в комнате, Чем темнота снаружи. Я сижу в темноте И она не хуже в комнате, Чем темнота снаружи. Я сижу в темноте И она не хуже в комнате, Чем темнота снаружи. Я сижу в темноте И она не хуже в комнате, Чем темнота снаружи… Я мог бы остаться там, У дерева на Петроградке. С желудком, полным колес, Недалеко от заправки. С пустой бутылкой в руке, Под утро окоченевший. К этому году на пять лет уже помолодевший. Трава покрыта инеем, Ноябрь кончится скоро. Я тенью меряю больничные коридоры И кабинеты психологов. Все отчетливее понимая: Не помогает, Не помогает, Не помо– Я проснулся в испачканной куртке, В занюханном хостеле, где-то в Петербурге. Я сыграть вчера пытался «В Жмурки», Запивал таблетки бухлом, кусок придурка. «Овощем» полежать на дурке Добрый доктор мне предложит неделей позже, Но я рецепт его отправлю в урну, У меня другие планы, раз я выжил все же. Не выходи из комнаты, Пускай только комната догадывается как ты выглядишь И вообще, Инкогнито Эрго сум! Как заметила форме в сердцах субстанция, Не выходи из комнаты, Не говори с папарацци! Давай без всех этих слез на камеру, С перерывом на рекламу И комментами спамеров. Слейся лицом с обоями, Запрись, Забаррикадируйся, От хроноса, Космоса, Эроса, Вируса!  Я сижу в темноте И она не хуже в комнате, Чем темнота снаружи. Я сижу в темноте И она не хуже в комнате, Чем темнота снаружи. Я сижу в темноте И она не хуже в комнате, Чем темнота снаружи. Я сижу в темноте И она не хуже в комнате, Чем темнота снаружи…