Хорошая девочка

Я не хочу вас, Мерси. И никогда не захочу. Она вспоминает эти слова теперь, когда они сидят в прокуренном зале бара на Лексингтон-авеню и пьют на редкость паршивый виски. Монклер посчитал, что их победу непременно нужно отметить и притащил сюда, не спросив согласия. На крохотной сцене вертятся две напомаженные девицы, томно дыша в микрофон, за занавеской играет саксофонист, чья внешность столь пугает публику, что ему проще оставаться невидимым, а между столиками лавирует официантка с чересчур глубоким декольте. В другое время Мерси нашла бы, что это местечко под стать «Зеленой фее», однако сейчас все, на что она способна — с мрачным видом отхлебывать из стакана. Виски дерет горло, но Мерси хочется чувствовать хоть что-то, пусть даже горечь напитка, лишь бы не липкую пустоту в груди. Монклер ловит ее равнодушный взгляд и отодвигает бутылку к противоположному краю стола, подальше от Мерси. — Достаточно, мисс Прайс, — говорит он сердито. — С непривычки легко опьянеть. Вряд ли Клири оценит, если вы заявитесь к ней в пансион навеселе. — Что, это не по-христиански? — хмыкает Мерси, с трудом сдерживая тошноту от виски. — Не поздновато ли для нотаций, мистер Смит? Монклер едва заметно вздрагивает, услышав свою выдуманную фамилию, и, спохватившись, пожимает плечами. — Не забывайте, что расслабляться пока рано. Расслабляться. Да он издевается. Мерси вспоминает о трупах, распростертых на каменном полу подвала Джо Малоуна. Последний был забрызган темными пятнами крови, никаким порошком не вычистить. Раньше ей казалось, что после убийства недругов отца станет легче. В мечтах Мерси подходила к телу Джо, пинала его носком туфельки и произносила торжественную речь из Библии. Что-нибудь о мщении и воздаянии за грехи. А после красиво ускользала прочь, бросив презрительный взгляд на поверженного врага. В реальности ее рука с пистолетом ходила ходуном, когда она целилась в физиономию младшего Малоуна. Если бы не Вольпе, стоящий у Джо за спиной, тот бы наверняка кинулся на Мерси и ей пришлось бы туго. В реальности помимо Джо в подвале оказалась Вирджиния, решившая что-то спросить у брата и застывшая на каменных ступеньках лестницы с дырой в груди. — Нельзя оставлять свидетелей, — бросил ей Монклер, накинув на лицо Вирджинии шаль с плеч Мерси. — Ибо прах ты и в прах возвратишься, — шепнул Вольпе, перешагивая через неподвижные тела. — Идемте, мисс Прайс. Нужно убраться отсюда до полиции. Мерси последовала за ним, в голове шумело. На пороге она чуть не упала в руки вовремя подоспевшему Монклеру. — Вам нужно выпить, — сказал он решительно, выводя Мерси из подвала. — Немедленно. Не давая опомниться, Монклер запихнул ее в первое попавшееся такси и прыгнул следом, назвав адрес спикизи на Лексингтон-авеню.

***

И вот теперь они сидят, утопая в сигаретном дыму и слушая сетования Бесси Смит (никто вас не знает, когда у вас нет денег). Вечер неслышно опускается им на плечи. — Малоун мертв, — размышляет Мерси. — Мертв. Почему я ничего не чувствую? Дым от сигарет въедается в кожу. Она кашляет, ее легкие горят. — Вы бледны, вам нужно на воздух. — Монклер стискивает ее вялую ладонь. — Я провожу вас. Мерси покорно идет за своим патроном. Перед глазами маячит лицо Вирджинии с застывшим взглядом восковой куклы. — Мисс Прайс? — Монклер касается ее плеча. — Отвезти вас в пансион? Он бледен так же, как и она. — Я убила его, — отвечает она невпопад. — А вы — ее. — Сейчас не стоит об этом думать. — Монклер мягко проводит рукой по волосам Мерси. — Вам нужно выспаться. Помните, что Сейбер и О’Ши пока живут и здравствуют. Нам предстоит много работы. Мерси думает, что Монклер никогда ее не захочет. Как же он хорош собой и как мало ее это теперь трогает. — Вам, — говорит Мерси. — Вам предстоит много работы. Я свою часть уже выполнила. Он дергается, будто она отвесила ему пощечину. — Но Мерси, ведь мы… — начинает Монклер и осекается. — Нет никаких «мы». — Ее голос звучит устало. — И никогда не было. Можете и меня убить, если хотите. Вам же это ничего не стоит. — У вас шок. — Монклер хватает ее за руку. — Послушайте… Она вырывает ладонь и, пошатываясь, идет прочь. Вслед ей доносятся обрывки песни (и у вас нет ни единого друга, у вас нет ни гроша в кармане). Бесси Смит все знала лучше нее. Мерси кивает в такт музыке, продвигаясь по запруженной автомобилями улице, в тщетной надежде поймать такси. Монклер нагоняет ее на углу Лексингтон-авеню и Пятьдесят девятой улицы. Накидывает на ее плечи пиджак, оставаясь в одной рубашке и, кажется, не замечает холода. — Не дурите, Мерси, — шипит он. — Вы нужны мне. Все, что от нее требуется: быть хорошей девочкой, что не капризничает и беспрекословно слушается своих хозяев. В памяти всплывает их первая встреча несколько лет назад. Тогда тоже шел снег, но все казалось не в пример проще. Не было ни остекленевших глаз Вирджинии, ни заляпанного бурым платья, ни пустоты в груди — только сгорающая от стыда и надежды Мерси, которая так настойчиво искала одобрения Монклера. В тот вечер он почти ей улыбнулся. Тогда верилось, что будущее сулит перемены к лучшему. Что же, каждый может ошибиться. — Не принуждай меня оставить тебя и возвратиться от тебя, — шепчет Мерси. — Мерси… — мягко произносит Монклер. Его голос звучит почти жалобно. Мерси отстраняется, пиджак соскальзывает с плеч прямо в сугроб у ее ног. Она смотрит на тихую улицу, на засыпающие тротуары снежинки. И ей совершенно нечего сказать ему в ответ.