Ненавижу тебя

      Из водоворота Люцифер появился злющий, как Цербер. Он всё время рукавом рубашки промокал нос, из которого, не переставая, шла кровь. Они явились последними из группы, и ученики уже покинули зал прибытия. Остались только трое учителей, которые как раз и ждали опоздавших, при этом споря на какие-то свои темы. Гнев Люцифера распространился на всё помещение, подавляя. Напарник по практике попытался быстрее ретироваться от демона, в одно мгновение прошмыгнув в холл.       Мисселина, повернувшись к Люциферу, охнула:       — Что случилось? — она приблизила свою руку к лицу брюнета, энергией останавливая кровь. Достав из кармана платок, женщина протянула его парню, чтобы тот вытер остатки следов.       — Дино случился, — сквозь зубы процедил Люцифер и вышел из зала, хлопнув так дверью, что пошли трещины по стене.       Мисселина с Геральдом уставились на Фенцио, который от облегчения прикрыл глаза.       — Жив, — с улыбкой на губах проговорил он.       После потери сына Фенцио изменился. Путь от отрицания к принятию был долгим, тяжёлым и болезненным. На стадии депрессии он заболел и чуть не ушёл вслед за женой. Вытащили его из этого состояния Мисселина, которая ругалась хуже портовой девки и разукрасила ему лицо, и Геральд, с которым он пару раз напился и проплакал на его плече. Фенцио до сих пор неловко за свою слабость перед ним.       Но самое мучительное было осознавать, что он делал со своим сыном. Каким монстром стал для него. Сколько боли принёс маленькому ребёнку, когда должен был, наоборот, оберегать. Отчаяние не покидало ангела. Где он? Жив? Голоден? Болен? Грудную клетку сжимала тревога, не давая спать по ночам. Каждую ночь он пытался найти Дино по артефактам, но результатов никаких не было. От фразы: «Дино случился», Фенцио готов был воспарить на небеса без крыльев. * * *       Люцифер после стычки с Дино был, мягко говоря, не в духе. Белобрысый гадёныш! Демон не мог успокоиться уже несколько месяцев, пугая учеников и конфликтуя со всеми. Особенно доставалось ангелам. Никто не мог противостоять сильному наследнику Ада.       Мисселина решилась поговорить с ним. Она часто лечила Люцифера от физических травм и в какой-то мере рассчитывала на его благодарность. С искренней надеждой, что он не будет грубить и выпускать удушающую энергию, пригласила парня в лечебное крыло. Геральд, когда узнал о её решении, пытался отговорить, объясняя, что в таком состоянии лучше не трогать демонов и нужно ещё подождать какое-то время. Но Мисселина, смотря на запуганных детей, была непреклонна. Тогда он, боясь за здоровье коллеги, взял в подмогу Фенцио, и они спрятались за больничной занавеской, полностью скрыв своё присутствие.       Люцифер резко открыл дверь. Ручка стукнулась о стенку, деформировавшись. Мисселина тепло улыбнулась. Демон открыл дверь не с ноги, это уже было показателем и придавало ей уверенности.       — Люцифер, присядь, — она пригласила его за столик, на котором стоял чайник с чашечками.       Брюнет молча сел на стул, который заскрипел под ним, тем самым показывая, что разрушительная демоническая энергия неспокойна. О таких тонкостях рассказал Геральд, стараясь обучить Мисселину, как правильно расшифровывать настроение ему подобных, ибо она хотела не просто помогать лекарю, которого почти никогда не было в лечебном крыле, а занять его место. Она вновь ласково улыбнулась Люциферу и налила в фарфоровую чашку чай из успокаивающих трав.       Демон с пренебрежением посмотрел на этот хрупкий предмет, но спокойно взял чашку в руки и даже отхлебнул из неё. Ничего не треснуло. Ангел радовалась своему успеху и молча попивала напиток. Когда весь чайник был выпит, Мисселина обратилась к парню:       — Люцифер, тебе нужно успокоиться, а то в совете школы уже пошли предложения связаться с твоим отцом.       — Пускай связываются, — голос был надменным, но спокойным.       Женщина вновь улыбнулась и помешала ложечкой в чашке. Не отрывая взгляда от янтарной жидкости, она невозмутимо проговорила:       — Ты пугаешь детей.       — Они уже не дети. Быстрей привыкнут к взрослой жизни.       — Люцифер, ты стал таким после посещения Земли, где встретил Дино. Не поверю, что тебя разозлила ваша с ним драка. Да, ты злопамятен, но ты всегда с холодной головой дожидался того момента, когда можно нанести ответный удар. Так в чём причина?       Демон молчал. Во снах Дино был его, нет, ему не снилось, что они занимаются непотребствами, но ощущение, что ангел принадлежал ему, было всегда. Сны выматывали, чувства путались. Он ни с кем не мог поделиться своими переживаниями. Уже десять лет его сердце неспокойно, и это по вине одного идиота.       — Я встретил его в клубе, — Люцифер зарделся от признания и поджал губы, пытаясь унять стыд оттого, что не смог промолчать и поведал о слабости.       Мисселина лихорадочно соображала, что он имел в виду, пытаясь сопоставить, что демон сказал, и что она перед собой видела.       — Тебе это не понравилось?       — Ему там нечего делать! — глаза брюнета полыхнули алым цветом.       — Но ты же посещаешь. Почему ему нельзя? — голос женщины был приятным и успокаивающим.       Люцифер не знал, как ответить на этот вопрос: «Никто не вправе прикасаться к Дино», «Потому что я хочу запретить ангелу ходить по развратным местам». Как он мог сказать такое?       — Хорошо, я тебя поняла. Я постараюсь убедить школьный совет не связываться с твоим отцом, но и ты попытайся, хотя бы не выпускать разрушительную энергию.       На этом разговор был окончен, и демон вышел, хлопнув дверью. Стены выдержали, как и дверь. Мисселина радостно улыбнулась.       Геральд посмотрел на Фенцио, который уставился на больничную шторку невидящим взглядом.       — Ты не одобряешь?       — Ты думаешь, они будут вместе?       — Фенцио, ты как будто никогда не слышал о влюблённых демонах. Дружище, твоему сыну некуда будет деваться, особенно от Люцифера.       — Ты думаешь, он принудит?       — Твой сын ещё в детстве мог дать отпор, а сейчас, если вспомнить разбитый нос Люцифера, и подавно. Уж принудить его точно не получится, только завоевать. А чтобы в аду было всё мирно, и демоны не завыли от ревности наследника, я ему в этом помогу.       — Главное, чтобы у Дино всё было хорошо. * * *       Прошло несколько месяцев. Геральд вернулся из столицы. В этот раз была его очередь решать важные вопросы, касающиеся школы. Крылья у директора академии ослабли после перенесённой болезни, и учителя часто посещали Цитадель, чтобы встретиться с ним, так как Серафим Кроули был не только директором, но и занимал место в Совете.       Демон быстрым шагом шёл по коридорам школы. Полы чёрной мантии били его по ногам. Он резко остановился около нужной двери и достал из кармана механические часы. Прозвенел звонок, демон удовлетворённо хмыкнул и немного отошёл от входа в кабинет, так как знал, что абитуриенты после окончания урока становились очень активными. Дождавшись, когда схлынет этот неугомонный поток подростков, Геральд торопливо вошёл в класс. Фенцио отчитывал Люцифера. Парень со скучающим видом слушал учителя, засунув руки в карманы брюк.       Ангел бросил взгляд на взъерошенного Геральда и отпустил ученика.       — Геральд, что-то случилось?       Демон подошёл ближе к другу и, не дождавшись, когда Люцифер заберёт со стола свою тетрадь с ручкой, проговорил:       — Угадай, кого я встретил в столице?       Наследник Ада открыл тетрадь, делая вид, что читает, и прислушался к разговору.       Фенцио нервно одёрнул белый камзол и поинтересовался:       — Неужели Дино?       — Да. И ты мне должен, дружище, я уговорил его вернуться в академию.       Ангел от нахлынувших чувств немного пошатнулся и вцепился в край стола:       — Он здесь?       — Нет. Но будет через неделю.       Люцифер захлопнул тетрадь и выбежал из кабинета. Злость и радость переполняли его. Злость, потому что «эта блондинка» так долго отсутствовала, и радость, что наконец-то он будет видеть его каждый день.       Что для Фенцио, что для Люцифера следующая неделя была самой долгой. * * *       POV Дино       На подлёте к академии я занервничал. Не то чтобы я боялся нашей встречи с отцом — зная Фенцио, он сделает вид, что ничего не произошло и будет меня игнорировать — но с волнением как-то не получилось справиться. Было желание поставить печать на эмоции, но сдерживающего фактора, в виде клятвы на крови, не было, и я не решился это сделать. Ведь при её использовании разумное существо не понимает, зачем снимать печать, если всё хорошо, поскольку сомнений, что ты можешь не справиться с её влиянием, и превратишься в маньяка, не было.       Сделав невозмутимое лицо, я спустился к воротам школы. Они были гостеприимно распахнуты. Идя по территории академии, я с любопытством озирался и сравнивал это место со столицей. Если здесь чувствовался душевный подъём, величие Небес, то там это напрочь отсутствовало. Убери из столицы Цитадель, и то место полностью будет выглядеть как средневековый трущобный город. Я задумался, а стоит ли мешать антагонисту идти к своей цели, какая бы она там ни была?       Был выходной, и сквозь летние ленивые облака светило солнце. Ученики выползли во двор и собрались в небольшие группки. То тут, то там слышался смех. Взглядом я успел ухватить силуэт Люцифера, когда солнце ослепило меня лучами. На миг в глазах потемнело. Ё-моё, какая подстава! Недавно оно было за тучами. Не успел я проморгаться, как интуиция подсказала, что меня сейчас ударят, и рефлекторно выставил левой рукой боковой блок, а правой нанёс удар в грудь. Я попал в солнечное сплетение, а это крайне больно и может вызвать или разрыв органов, или их ушиб. Но так как удар был нанесён без магической подпитки, демону не грозила смерть. Люцифер, согнувшись, стоял передо мной       — О-о-о, если бы я знал, что ты меня будешь встречать в таком низком поклоне, давно бы вернулся, — съязвил я, зная, что это взбесит брюнета ещё сильнее. Я был на нервах и хотел сбросить напряжение или хорошей дракой, или руганью.       Люцифер резко выпрямился и нанёс прямой удар ногой, который я принял на блок, ибо был готов к такому исходу.       — Тц-ц, как предсказуемо, — я попытался сделать скучающее лицо, играя на публику, так как во дворе уже давно стояла тишина, и ученики во все глаза уставились на нас, особенно новенькие.       Что мне нравилось в Люцифере, так это то, что он человек действия. И, не тратя время на разговоры, мы схлестнулись в ближнем бою. Мастерство брюнета превосходило моё, и я понял, что вывожу бой чисто на интуиции. Пару ударов я пропустил, неплохо так получив по корпусу. Он как-то хитро провёл приём, при этом заломив мою руку и схватив за волосы, и ударил лицом о стену. Сделать один удар я ему позволил, так как мог поставить защитный барьер, но в последнюю секунду передумал. Если демон не отомстит за свой разбитый нос, он же мне не даст покоя. А второй он не успел нанести. Я ногой оттолкнулся от стены, и когда почувствовал, что хватка на волосах ослабла, нанёс затылком удар, попав ему по переносице. Мы разошлись в стороны. У обоих были разбиты носы, и текла кровь.       — У вас опять разборки, мальчики? — Мисселина плавно выпорхнула из толпы. — Вы повзрослели, но ничего не меняется. Негоже вести себя так на старших курсах. — Дино, рада тебя снова видеть. А теперь пойдёмте в медпункт.       Я зажал нос и угрюмо посмотрел на своего соперника. Демон, закинув голову назад, косился на меня. Мы без слов двинулись за ангелом.       В медпункте оказались Фенцио с Геральдом, они чинно попивали чай, но при этом их дыхание было немного сбито, как будто они быстро шли. Этот момент вылетел у меня из головы, когда я увидел отца. А где тот злой «старик», каким он был нарисован в игре? Я взглянул на Геральда и осознал, что он выглядит всего лишь немного старше Фенцио. Что за...? В нашу первую встречу с Геральдом я не придал этому значения, потому что как раз он запомнился мне таким же молодым, каким я его видел сейчас. Ну, может быть, стал немного постарше, да и я был шокирован столицей и думал о другом.       А ведь и правда, они не смогли бы так быстро измениться. Разумные на небесах, когда взрослеют и находятся на своём пике физической формы, застывают, тело перестаёт стареть. Но если ангел или демон начинают посещать Землю, то биологические часы приходят в движение, и на лице появляются возрастные изменения. Отец встретил Ребекку, когда ему было девяносто шесть лет, но выглядел он тогда на двадцать семь. Если учесть, что он после разрыва с ней ушёл с головой в работу, то всё равно не смог бы за десять лет, которые я его не видел, превратиться в пятидесятипятилетнего мужика. Если только он не жил всё это время на Земле, и то тогда ему на вид было бы как раз около тридцати семи лет. Но я не верил в это, ибо он очень правильный и не смог бы пробыть так долго среди бесстыдных людей. И сейчас я бы с натяжкой дал ему и Геральду по тридцать лет. Допустим, он тратил на Земле три часа в сутки, то по прикидкам в год он работал сорок пять дней… Итого приблизительно получается чуть-чуть больше года, ну пускай двенадцать часов в сутки… это пять лет… выходит, что физическое состояние тела у него должно быть как у тридцатидвухлетнего человека. Что-то автор не продумал этот момент, смухлевал или специально в игре рисовали неприятного типа, чтобы он сразу вызывал у игроков неприязнь.       Волосы у Фенцио были белёсыми, как я и помнил. Они доходили до лопаток и были собраны в низкий хвост. Тело выглядело подтянутым, вот этого не было. Он всё же больше сидел в кабинетах, чем махал крыльями. От моего пристального взгляда он занервничал, и чашка в руках дрогнула. Я отвернулся. Мисселина уже вылечила мой нос и совала в руки мокрый платок, чтобы я мог умыться. Люцифер стоял спиной ко мне у раковины, и сначала казалось, что он разглядывал своё отражение, но в зеркале наши взгляды пересеклись. Через него он внимательно наблюдал за тем, как я завис над своими мыслями. Я вопросительно приподнял правую бровь, как бы спрашивая: «Что уставился?». Демон фыркнул и вытер мокрое лицо.       — Ну что, Дино, вижу, что ты вновь освоился. Мы с Фенцио оформили твои документы, так что теперь можно не волноваться. Вот тебе ключ от спальни, — Геральд положил два ключа на стол. Я удивился, так как в детстве такого не было. — Понимаешь, кхм, — прокашлялся он, — одноместные комнаты на этажах, где живут ангелы, заняты, есть пара мест с сожителями. Если хочешь, можем подселить к ним?       — Нет.       — Мы тоже подумали, что ты не захочешь. Теперь у тебя два выбора: или делить этаж с демонами, — он ткнул пальцем в один ключ, — или жить в учительском крыле, — палец завис над другим.       Вот это выбор. Шумные дети или учителя? Детей всегда можно обмануть, а вот опытных учителей — нет. Быть всё время под их наблюдением не хотелось. Также не хотелось жить среди демонов.       Плетения защиты, которые я точно поставлю на комнату, будут смотреться чужеродно. Базовые формулы и заклинания мы проходили в детстве, и их построение было другим, а на базовых знаниях как раз и строятся сложные. Как объяснить, откуда юноша узнал другую основу заклинаний? Если я скажу, что старая драконша обучила меня, прокатит? Тогда будут вопросы, чему она меня ещё научила и не хочу ли я поделиться опытом с другими? А я не хотел. Это было моим преимуществом в будущей битве, а также я не помнил, если, не считая отца, кто ещё будет предателем в школе, или это только Фенцио.       Я подошёл к столу и схватил нужный ключ.       — Хорошо, завтра пройдёшь тест на распределение. С утра я буду в учительской. Ты знаешь, где она расположена?       — Нет, там я не успел побывать.       — Тогда, Люцифер, проводишь и до комнаты, и до учительской. Это будет твоим наказанием.       Он ехидно приподнял один уголок губ, ну точно этот говнюк, что-то придумал. Нужно быть начеку.       По коридорам Люцифер шёл вальяжно и медленно. Я закатил глаза, отвратительно раздражает, но подгонять не стал, так и плёлся за ним. Школа в выходные бурлила, на нас глазели, но мы привыкли к этому ещё в детстве.       Жилое крыло было в восточной части академии, небось, чтобы ученики вставали вместе с солнцем. На первом этаже находились технические помещения и огромный холл. Он был почти пустым, если не считать несколько кадок с растениями. На втором, третьем и четвёртом проживали демоны. Весь пятый этаж был переоборудован в общую комнату отдыха, и, то, несмотря на её немаленькие размеры, хотелось пространства побольше, так как крылья за спинами учащихся занимали много места. Соответственно, в академии все залы, кабинеты, жилые комнаты были на это рассчитаны. Шестой, седьмой и восьмой — территория ангелов. Непризнанные не имели своего этажа, они подселялись к остальным. Общежитие было гигантским, с большими арочными окнами. Даже если жили по несколько человек в спальне, никто не ютился, этого не допускала администрация школы. Всё же обучение было рассчитано на несколько десятков лет, так что за психическим и физическим комфортом абитуриентов следили.       Не успели мы подойти к лестнице, как Люцифер обернулся и, не спеша, приблизился, вторгаясь в моё личное пространство. В росте он мне уступал. Немного, но я всё же был выше. Из-за расположенности к ледяной стихии температура моего тела была на несколько делений ниже положенной, и я остро ощутил, как меня обдаёт тёплая волна. Не разрывая со мной зрительного контакта, он взял мою руку в свою — мышцы напряглись, я был готов обороняться — и вытащил из моей сжатой ладони ключ. От его хитрой улыбки я занервничал и начал заранее формировать защитный барьер, получить ещё раз по носу не хотелось. Он хмыкнул и отвернулся.       На ключе висела бирка с номером спальни. Мы поднялись на третий этаж и повернули налево, поскольку справа от лестницы располагалась женская часть. Такое разделение было на каждом этаже.       По длинному и широкому коридору мы дошли до последней комнаты. Люцифер вставил ключ в замочную скважину. Раздался щелчок. Брюнет толкнул дверь и отошёл в сторону, тем самым приглашая меня зайти. В дверном проёме я развернулся к нему и требовательно выставил ладонь, чтобы он вернул то, что забрал. Лисья улыбка всё также не сползала с его лица, и кулаки чесались её стереть, поскольку я не знал, что она означает и как он хочет мне отомстить. А то, что это обязательно случится, я был уверен. Демон пару секунд смотрел на раскрытую ладонь, а потом положил на неё ключ, пальцами немного проходя по коже. Его горячее прикосновение даже не смог стереть холодный метал, зажатый в кулаке. Я стоял и ждал, когда он уйдёт. Избави боже, ещё снимать какое-нибудь проклятье со входа.       Парень дошёл до соседней комнаты и, прежде чем зайти, дерзко посмотрел на меня. Твою дивизию, он мой сосед! Ещё не успела закрыться дверь, как я услышал смех Люцифера. Мне стало нехорошо.