Непредсказуемый

Бан зашел в администраторскую без стука. Дверь даже не закрылась — так и осталась болтаться, мерно поскрипывая. Капитан не обернулся. Голубые линии на его комбинезоне пульсировали в такт беззвучным процессам. На голографических экранах перед ним мелькали логи, запросы, жалобы — тысячи строк в секунду. — Стучаться надо, — сказал он ровно, не повышая тона. Даже не сказал — проговорил, как машина, фиксирующая сбой. — А стучать надо, когда заходить хочешь, — огрызнулся Бан, плюхаясь в соседнее кресло. Зеленые глаза горели ядовито, белые патлы торчали во все стороны, бандана съехала набок. — Я заходить не хотел. Я зашел. Капитан промолчал. Палец в белой перчатке скользнул по сенсору, переключая поток данных. — Чего молчишь? — Бан вытянул ноги в кроссовках, закинул их на край консоли. — Скажи что-нибудь. «Нарушение протокола». «Несанкционированный доступ». У тебя же есть этот… шаблон. — Есть, — Капитан даже не взглянул на его обувь на пульте. — Не вижу смысла тратить вычислительные мощности. — О, заговорил. Бан усмехнулся, вытащил из-за спины гитару и, не спрашивая разрешения, дернул струны. Резкий, грязный аккорд врезался в стерильную тишину администраторской. Капитан замер. Всего на секунду — но светящиеся линии на его теле моргнули. — Это мешает обработке данных. — А мне похуй на твои данные. — Я знаю. — Капитан снова переключил экран. — Поэтому ты — баг в системе. Необходимое зло. — Зло, значит, — Бан провел пальцем по струнам, извлекая протяжный, ноющий звук. — А сам без меня — никуда. Кто нарушителей вычищает? Ты? Ты только логи читаешь. Капитан не ответил. --- Неделю спустя система зафиксировала массированную DDoS-атаку. Бан ворвался в администраторскую, когда Капитан уже висел в воздухе — буквально — подключенный прямым каналом к защитным протоколам. Белые линии на его теле полыхали, пульсировали с бешеной скоростью, голубые глаза остекленели. — Тупорылые боты, — выплюнул Бан, вклиниваясь в консоль. — Ты их тормозишь, а я… — Нет. Капитан даже не посмотрел на него. Голос звучал как сжатый файл — сухо, без интонаций. — Твои методы слишком радикальны. Полное исключение 20% легитимных пользователей недопустимо. — Они под подозрением! — Бан ударил кулаком по панели. — Пока ты будешь разбираться, кто легитимный, система рухнет! — Я не допущу коллатерального урона. — Допустишь, если сдохнешь! Капитан моргнул. Впервые за весь разговор — медленно, словно перезагружаясь. — Я не могу умереть. — Сейчас можешь. Бан рванул ремни на груди, скинул гитару прямо на пол и вклинился в соседний терминал. Зеленые глаза полыхнули красным. — Просто заткнись и дай мне сделать по-своему. Капитан смотрел на него три секунды. Для него — вечность. — Хорошо. --- Атаку отбили за четыре минуты. Бан откинулся в кресле, тяжело дыша. Бандана сползла на глаза, он сбил ее небрежным движением. Пальцы еще подрагивали на сенсорах. — 3.8% коллатерального урона, — произнес Капитан. — Ниже моих расчетных 5.2%. — Ага. Я — чудо, — Бан фыркнул, но без обычной язвительности. — Задолбал ты со своими процентами. — Я не рассматривал вариант… — Капитан замолк. Светящиеся линии на его горле дрогнули. — Вариант, при котором ты действуешь не только на эмоциях. — Чего? — Ты просчитал риск. 20% легитимных против 80% вероятности краха системы. — Капитан повернул голову. В голубых глазах больше не было равнодушия. — Ты выбрал 3.8. Бан замер. Пальцы, все еще тянущиеся к гитаре, остановились в воздухе. — Ты… анализировал мои действия? — Я анализирую всё. — Пауза. — Но обычно не нахожу там логики. Они смотрели друг на друга. Зеленые глаза в красных прожилках — против голубых, холодных, но сейчас — не отстраненных. — Я не просчитывал, — буркнул Бан, отворачиваясь. — Просто не хотел, чтоб ты… Он не договорил. Капитан тоже не спросил. --- Через месяц Капитан сам зашел к Бану. Без стука. Бан сидел на полу в своей каморке, перебирал струны, мурлыкал что-то невнятное под нос. Увидев капитана, дернулся — гитара жалобно звякнула. — Ты че ломишься? Стучаться надо! — Я не ломлюсь. Я зашел. — Капитан помедлил. — Как ты в прошлый раз. Бан открыл рот. Закрыл. Открыл снова. А затем не сдержавшись засмеялся. — Ты… издеваешься? — Нет. — Капитан стоял в дверях, белые линии мягко светились в полумраке. — Я проанализировал твои действия за последний месяц. Эффективность обработки нарушителей повысилась на 12%. Уровень ошибочных банов снизился на 7%. — И чё? — И я пришел сказать… — Капитан говорил медленно, словно вытаскивая слова из архива, к которому не привык обращаться. — Ты приносишь пользу. Не только как инструмент. Бан смотрел на него. Белые патлы свисали на лицо, бандана съехала набок. — Ты серьезно сейчас? — голос хриплый, незнакомый. — Приперся, чтобы сказать, что я не безнадежен? — Чтобы сказать, что я ошибался. Тишина. Бан дернул струну. Короткий, рваный звук. — Ладно, — сказал он в гитару. — Бывает. Капитан кивнул. Развернулся. У выхода задержался на секунду. — Сыграй что-нибудь. — Что? — Ты играешь. Я слышал. — Голос ровный, но линии на плечах пульсируют чаще. — Сыграй. Я подожду. Бан смотрел на белую спину, на острые наплечники, на оранжевую эмблему. — Тупые у тебя запросы, Капитан, — выдохнул он. И тронул струны. Капитан остался стоять в дверях. До конца аккорда.