Сердце Поющего леса: Пробуждение

Элден действительно исполнил своё обещание встретиться со мной тет-а-тет. В кабинете никого, кроме нас, не было. Только я, король и мерцающая в дрожащем свете свечей преграда между нами. Кто создал её — сам Элден или его подручные маги, — я не знала. И не до конца понимала, что чувствую при виде этой предосторожности: раздражение… или мрачное удовлетворение от того, что король всё-таки счел меня опасной. Элден не спешил садиться. Несколько долгих мгновений он просто смотрел на меня, будто сравнивал с чем-то, что помнил слишком хорошо и слишком долго. От этого взгляда хотелось либо выпрямиться ещё сильнее, либо вжаться в стену. Я выбрала первое. — Ты понимаешь, какую дерзость себе позволила? — спросил он наконец. — Понимаю, — ответила ровно. — И всё же вы пришли. Я опустилась в уже знакомое кресло. Элден же по-хозяйски занял место за столом Северина. Дежавю. Только в этот раз всё было хуже. — Говори. Он откинулся на спинку кресла, сцепив руки на затылке, будто не я потребовала этой встречи, а он позволил мне отнять у него несколько минут. — Расскажите мне о геноциде моего народа. — Осторожнее, — произнёс Элден тихо. — Ты жива только потому, что пока полезна. Не путай это с правом. Думаешь, тебе позволено задавать вопросы? Я медленно вдохнула. Сердце билось так сильно, что, казалось, он должен слышать каждый удар. — Не тратьте моё время на угрозы. Убить меня вы могли и раньше. На этот раз он смотрел дольше. Без злости. Хуже — с интересом хирурга, решающего, стоит ли резать глубже. — Я дам тебе то, что ты просишь. Но если мне не понравится хоть одно твоё слово, Вивьен, ты пожалеешь, что вообще открыла рот в моём зале. Я вскинула подбородок. Вивьен. Удостоиться имени из уст короля — уже немало. — Попробуйте. Тогда начнём с главного: почему вы уничтожили гиан? — Ты устроила весь этот цирк ради такой мелочи? — он презрительно поморщился, и у меня внутри медленно закипел гнев. — Цирк, Ваше Величество, требует как минимум двоих. Вы так старательно играли свою роль, что я не могла не подхватить. Что для вас мелочь, для меня — единственный шанс понять, почему я здесь. И что я такое. — Оставь бред про Завесу Северину и Конклаву. Никто не может пересекать магический барьер. — И тем не менее я здесь. Может, ваши правила не так нерушимы, как вам хотелось бы думать? Элден пропустил мои слова мимо ушей. — Так что ты либо рассказываешь, где отсиживалась все эти триста лет, либо тебе и твоему дружку придётся испытать всё то же, что и остальным гианам во время чистки. — Дружку? — я удивлённо подняла бровь, хотя после приёма и без того понимала, кого именно он имеет в виду. Удобная для Элдена связка: гиана и подстрекатель бунта. Один плюс один. Но почему Бастиан ни разу об этом не обмолвился? — Думаешь, он не расколется? — по лицу короля было видно, что он уже наслаждается собственной властью. Да было бы о чём раскалываться. — Если вам нужна удобная ложь, Элден, я могу сказать, что пряталась в Поющем лесу все эти долгие годы, — я выдержала короткую паузу. — Но тогда слишком многое не сходится, не так ли? Как ваша чудесная система поиска гиан могла дать сбой? Почему всё это время охотники не чувствовали меня? Я отвечу. Да потому что меня не было в вашем мире. — Лжешь ты хуже, чем дерзишь, — бросил он. — А вы слишком легко злитесь, когда слышите правду. Разве я похожа на обычную гиану? Вы ведь видели их, правда? Так скажите мне. Я поднялась с кресла, чтобы смотреть на него сверху вниз. Король на мгновение напрягся, но мерцание магической преграды, разделявшей нас, будто напомнило ему, что всё под контролем. Элден прошёлся по мне изучающим взглядом. — Как она может сохранять человеческий облик, если её магия гианы заблокирована? Это ваши слова, не мои. Так ответьте. После недолгого, но тяжёлого молчания он процедил: — Ты отличаешься. Внутри на миг мелькнуло облегчение. И тут же исчезло. — Поэтому я дам Конклаву добро распотрошить тебя и выяснить, в чём именно дело. На лице короля расплылась сладчайшая улыбка, но в голосе было столько ненависти, что я наконец поняла: он ненавидит меня не только за то, что я гиана. Он ненавидит меня за то, что я не укладываюсь в правила, которые он сам же и выстроил. — И чем это вам поможет? — спросила я, хотя от одной только перспективы такого будущего поджилки уже дрожали. — Ничем, — он пожал плечами. — Но это решает все проблемы, которые ты создала. Я вопросительно вскинула брови, и Элден продолжил: — Во-первых, гианы мертвы. Таковыми они и останутся. Во-вторых, Конклав узнает, почему ты избежала чистки. И в-третьих, у меня наконец появится официальный повод избавиться от Бастиана Хейворда. Улыбка на его лице стала ещё слаще. Хейворд… Элден говорил, а я складывала пазлы в своей голове. — Наверное, я даже должен тебя за это поблагодарить. Всё это время он мозолил мне глаза, но не давал повода. Благодаря тебе всё изменилось. Я хотела сказать, что не знала. Что не хотела. Что Бастиан — не «дружок» и не сообщник. Но слова застряли в горле. Потому что это ничего бы не изменило. Он уже всё решил. — Многовато проблем на одну гиану, не находите? — Если ты не знаешь, когда закрыть рот, я найду и ещё, — король поднялся и подошёл к барьеру, встретившись со мной взглядом. Может, где-то глубоко внутри он и боялся меня, но открыто этого не показывал. — Всё это занимательно, — продолжила я, делая вид, что не услышала его замечания. — Но вы так и не ответили на мой вопрос. Я хочу знать, что случилось с гианами. Тем более если вы собрались отдать меня на растерзание. Почему бы не посвятить меня в подробности? Я ведь всё равно никому не смогу ничего рассказать, если Конклав вскроет меня для опытов. Элден прошёлся вдоль стола, меряя комнату шагами. — Это известный факт. Гианы убили моего старшего брата — Алистера. Прежнего короля Фиаранда. Разве такое не должно караться смертью? — Но зачем гианам убивать короля? — Хотел бы я знать, — Элден усмехнулся, но усмешка вышла кривой. Он отвел глаза в сторону. — И за это они лишились жизни. Вместе со своей королевой. — Королевой? — Да. Я отомстил за брата. И отомстил троекратно. Я подошла к преграде вплотную. Элден заметно напрягся. — Не делай глупостей, — процедил он сквозь зубы. Я не ответила. Только подняла руки и приложила обе ладони к мерцающему полотну барьера. Король вздрогнул и сдвинул брови. — Решила умереть прямо здесь? Я чувствовала нарастающие волны его магии. Но не видела ни щупалец тьмы, ни мерцающих искр на кончиках пальцев. Магия Элдена была другой. И это не давало мне покоя. — Было бы скучно умереть вот так, — я печально улыбнулась, ещё раз напоминая себе, что не жалость держит меня здесь, а чужое любопытство. — Ты… — Элден резко ткнул пальцем в мою ладонь, лежащую на барьере. Толчок встряхнул мою магию изнутри. И следом — мягкая, тёплая кожа короля. Как только мы одновременно коснулись барьера, он расступился, оставляя нас без всякой преграды. Лицом к лицу. Один на один. — Что ты сделала? — рявкнул Элден, отдергивая руку и мгновенно окружая себя плотным магическим коконом. Я же с недоверием смотрела на собственную ладонь. В центре пульсировала капля поглощенной магии. Магии Элдена. И если магия Северина, Конклава и даже охотников была иной, то магия Элдена ощущалась… моей собственной. И по страху, медленно разрастающемуся в глазах короля, я уже знала: он тоже это почувствовал.