Entangled in a web (Keep the secret, know the love)

Ручка чиркала по тетрадному листу, выводя синей пастой формулы. Профессор Коллинз нудно рассказывала закон изменения энергии. «Изменение механической энергии системы равно работе всех непотенциальных сил». Хан испытывал на себе нечто подобное… Влюбленность насыщена энергией, которая может превращать обычные моменты в волшебные, а эмоции – в состояния экстаза или отчаяния. Питер тоже был в отчаянии… Они с Минхо виделись часто. Очень часто. Постоянно переписывались и пересекались на совместных занятиях по истории. Питер не мог нормально функционировать, находясь рядом с… со своими непотенциальными силами… «Если непотенциальные силы отсутствуют, работа непотенциальных сил становится равной нулю». Проще говоря… Питер не мог жить без Минхо. О своих чувствах Хан никому не говорил. Для супергероя это было опасно. Питер не хотел, чтобы какой-нибудь злодей узнал о Минхо и… Он не хотел об этом даже думать. Минхо был дорог ему. Каждый момент, проведенный вместе, хранился в самом укромном месте, где-то под грудью. Каждая улыбка заставляла сердце биться чаще, гормоны – сходить с ума, а здравый рассудок… просто уничтожаться. Все это было похоже на Большой взрыв. Только если после настоящего «Большого взрыва» 13,8 миллиардов лет назад появилась Вселенная, то после этого… Питер был полностью уничтожен, как герой… как человек. В нем зарождалась одержимость. Или это было слишком сильное беспокойство… Питер следил за Минхо, украдкой приглядывая за ним, повиснув на своей паутине. Пока Минхо возвращался поздно ночью с работы, Человек-паук бесшумно следовал за ним, цепляясь за фасады зданий и замирая, как настоящий тарантул. Только вот, в отличие от живого арахнида, Питер не хотел съесть Минхо, запутав его в паутине. Он хотел защитить его, спрятав за своими прочными сетями, и укрыть от всех бед, которые могли бы ему принести близкие связи с Человеком-пауком. Впрочем… о тайной личности Хана никто не догадывался. Знал только Хенджин. Но друг не был тем, кто при первой же возможности сдал бы Питера, предал и ушел гулять восвояси, не заботясь о его дальнейшем будущем. Кроме него, никто не знал, кто скрывается под маской супергероя, придумывая образ супер харизматичного парня, уверенного в себе и с безупречной репутацией. Пока что. Или?.. – К следующему занятию подготовьте двадцать третий параграф учебника, – завершала пару Коллинз. – И желательно, повторите предыдущие темы, если, конечно, не хотите получить два на предстоящей лабораторной. По аудитории поползли отчаянные вздохи и шепотки. Коллинз приспустила узкие прямоугольные очки, смерив студентов недовольным взглядом. Наверное, она ненавидела ни свою работу, ни самих учеников, иначе как объяснить ее вечные придирки и большую нагрузку, которую она давала на своих лекциях. – Занятие окончено, – грубо произнесла она. – Если у кого-то есть вопросы, задавайте мне их на почту. И не забудьте перед тем, как написать мне очередное сообщение, представиться и назвать номер своей группы. У меня больше двух сотен студентов, вы думаете, я всех запоминаю? – Меня же вы как-то запомнили, – усмехнулся Дерек, откинувшись на спинку стула. Коллинз чуть не закатила глаза, переведя на него высокомерный взгляд. – Тебя, Стюарт, сложно не запомнить… На моей памяти, ты самый бездарный студент, который у меня только был. Одногруппники рассмеялись, видя изменившегося в лице Дерека. Питер собрал свои вещи и вышел из аудитории. Хенджин уже написывал ему, приглашая быстрее отправиться в столовую. Он уже занял столик и ожидал появления друга, а еще безумно хотел успеть урвать свой любимый клубничный коктейль и закусить его сладким брауни с бананом и ягодной глазурью сверху. Их раскупали так быстро, что многие до сих пор не знали, каковы на вкус эти кондитерские сенсации. – Ну наконец-то! – выкрикнул Хван, поднявшись из-за стола. – Я уже думал, что ты снова где-то потерялся по дороге или… – понизил он голос, чтобы его слышал только друг. – Убежал спасать город, о великий супергерой… Питер шикнул, приставив палец к губам, призывая быть еще тише. Хенджин только рассмеялся, убежав занимать очередь у кассы. Брауни все еще стояли на витрине, заставляя облизываться и глотать море собственных слюней. Кто бы мог подумать, что такой подтянутый и высокий красавчик с черными, как воронье крыло, волосами до плеч, может быть таким сладкоежкой. Растянутые майки, оголяющие его тело, только добавляли повода для юных студенток, которые нет-нет, да выпрашивали у него номерок. Их не останавливали даже врубленные на всю громкость большие наушники местного айтишника, которые он, когда не слушал свой лютый бессвязный металл, носил на шее. Хенджин никогда не поправлялся, да и в спортзале ему в неделю хватало одного дня, чтобы иметь хорошее тело. В отличие от Питера. Хан постоянно тренировался, боясь потерять форму и не влезть в свой супергеройский костюм. Часть тренировок ему заменили спасательные миссии по городу. Для того, чтобы умело маневрировать на паутине и не валиться с высоты упирающихся в небо высоток, ему требовалось очень много сил и мышц. Урвав два последних брауни, Хенджин вернулся за стол. Взял он два не для того, чтобы угостить своего друга… Питеру они, признаться честно, не нравились. Ему по душе были булочки с корицей, выпеченные с заботой руками Минхо… Хенджин взял брауни, чтобы слопать их в одиночку и испачкать весь рот и щеки в ярко-фиолетовой глазури. Как всегда… Питер почти не слушал нескончаемую болтовню лучшего друга. Хенджин что-то рассказывал про компьютеры, про вредного преподавателя по программированию, который что-то там говорил про его домашнее задание… Хан действительно не слушал… Хван постоянно что-то спрашивал, получая лишь протяжное «мгм» и нескончаемые кивки «для вида». – … Он сказал, что тот сайт сделал не я! Обвинил меня в тупом списывании! Что я сделаю, если этот дед понимает только устаревшие системы? Я же не виноват, что я слишком умный и талантливый в своем деле! – жаловался Хенджин. – Но он сказал, что я ничего не смыслю в кодах! Представляешь? Ты тоже так считаешь, скажи мне честно? – закатил глаза он. – Ага-а-а… – кивнул Хан. – Питер! – нахмурился друг. – Ты что, меня не слушаешь вообще или… – Прости! – на секунду отвлекся Хан от телефона. – Я переписываюсь с Минхо. Еще чуть-чуть. Так что ты там говорил про котят? – Че… – выгнул бровь Хенджин. – Каких еще в жопу котят!? Программирование! – напомнил он. – Информатика. Компьютеры. Старик Янг… – Да-да… – отмахнулся Питер. – Янг… Кто такой Янг? – поднял он глаза на друга. – Ты издеваешься? – усмехнулся Хенджин. – Серьезно? Это мой препод по программированию! Я тебе про него уже минут двадцать рассказываю! Ало-о-о! Прием! База вызывает Питера! – пощелкал Хван пальцами перед его носом. – Прости, – снова опустив глаза в переписку, ответил Хан. – Тут Минхо… – Все понятно, – вздохнул Хенджин, откинувшись на спинку стула. – Твоя голова занята явно другим человеком… У тебя друга обвиняют в мошенничестве! А ты! – Да. Ага. Мошенничестве… Подожди. Каком еще мошенничестве? – удивился Хан. – Ты что!.. – приблизился Питер, перейдя на шепот. – Обманул какого-то своего клиента на деньги? О! – воскликнул он, уставившись он в телефон и повернул экран к другу. – Минхо фотку котенка прислал! Смотри, какой он милый! Хенджин закатил глаза, выпустив отчаянный вздох. Питер ведь явно не котенка называл «милым»… Хан продолжил что-то печатать, переводя все внимание на переписку с Минхо. Хенджин усмехнулся, наблюдая за этим влюбленным дурачком. Питер не видел ничего перед своим носом, кроме как Минхо. Не слышал ничего, кроме как голоса Минхо. Все время посвящал ему. Когда он был у Хенджина на ночевке или просто заходил в гости?.. Хван даже не помнит! Он только и слышал, что «Минхо то…», «Минхо это…». Уже как месяц, если не больше, Питер после пар не шел домой с лучшим другом, а направлялся в кофейню, где подрабатывал Ли. Он мог там сидеть часами… Что они там делали, одному богу было известно. Потому что Питер не рассказывал никаких подробностей. Хенджин начинал ревновать. У него уводили друга! Уже увели! Своровали! Как пиратский сайт платный фильм по премиум подписке! Эта премиум подписка ушла из рук Хенджина, перекочевав в лапы Минхо. Этот вредный кошак отобрал у него Питера. С одной стороны, Хван был рад, что у друга появился предмет воздыхания, но с другой… Они перестали общаться как раньше, делиться всеми подробностями и секретами. А еще Хенджин скучал по своей дочке Карен! Которую уже давно не слышал и не модернизировал. Это было пыткой! Звук очередного уведомления прервал его мысли. Питер подскочил с места, собирая свои вещи. – Прости, я должен идти, – объяснялся Хан. – Минхо ждет меня возле кампуса. Сказал, что у него для меня кое-что есть. Надеюсь, это… – Ага, – отмахнулся Хван, надувшись, попивая клубничный коктейль из трубочки. – Вали к своему ненаглядному. Друга ведь можно и бросить… – Прости, Хенджин, – с теплотой улыбнулся Питер. – Но мне правда надо идти. Не обижайся. Хван фыркнул, снова отмахиваясь. – Не обижаюсь я. Иди уже. Как на тебя, такого придурка, можно вообще обижаться… – Увидимся! – пропустив мимо ушей несерьезное обзывательство, Питер выбежал из столовой. Хенджин проводил его взглядом, снова надувшись, и шепнул себе под нос: – Хоть бы рассказывал, что у них там происходит в недоотношениях, засранец… Мне ведь тоже интересно!

***

Минхо сидел на самой дальней лавочке, гладя уличного кота, что распластался у него на коленях. Ли вовсе не волновала капризная шерсть, что липла к его черным джинсам. Рыжий урчал, подставляя мордочку под мягкие ладони, что каждый день подкармливали его вкусным кормом. Питер плюхнулся на скамейку, приводя дыхание в порядок. Он так бежал, что полностью запыхался. На лбу проступила испарина, а во рту пересохло, требуя хоть капли воды. Минхо улыбнулся, протягивая стакан с ароматным напитком. Как знал… – Держи. Твой любимый. Хан сделал глоток и буквально растекся по скамейке, невзначай положив голову на плечо… друга… – Ореховый раф с карамельным сиропом… – в наслаждении приговаривал он. – Боже, я тебя обожаю. Готов целовать твои руки. Это самое вкусное, что я когда-либо пробовал! Пил бы его вечность, до самой смерти. Минхо рассмеялся, отрывая взгляд от кота и искренне улыбаясь похвале Питера. – «До смерти» звучит грустно. Но если это будет твое последнее желание… Не умирай, пока я делаю его тебе. Дождись, а потом можешь… – Эй! – Хан легонько шлепнул его по плечу. – Я шутил! Я не планирую умирать! – Хочешь жить вечно? – снова рассмеялся Ли. – Довольно смелое желание. Но… Слишком много хочешь, милый, – ухмыльнулся он. Милый… Сердце ушло в пятки всего лишь от одного слова. Минхо часто называл его так, заставляя сходить с ума и метаться в попытке успокоить свои бушующие чувства. Которых было очень много. Много любви к этому чудесному человеку. Минхо был… идеален. Для Питера. Красивый, умный, добрый. Прекрасно готовил и делал самый вкусный раф на свете. Он был безмерно заботливым и внимательным к мелочам. К малейшему изменению в настроении Хана. Мог подбодрить одним словом, одной теплой улыбкой. Одним касанием. Минхо был хорошим советчиком, но лишнего не навязывал. Очень мудрый, таинственный… Неземной. Он был словно не с этой планеты. Не с этой галактики. Не с их реальности. Будто пришел из параллельной вселенной и перевернул мир Питера с ног на голову. Или, наоборот, расставил все по своим местам. Показал много нового, научил новому и… привил любовь к котам, которую Питер до этого в себе не замечал. Возможно, Минхо был его настоящим соулмейтом, потерянной частичкой души, что покинула его в момент рождения на этой земле. Минхо был его миром. Его вселенной. Его любовью. Самой сильной, но… неозвученной. Питер не говорил ему о своих чувствах. Боялся, что испортит их дружбу. Боялся потерять тот комфорт и тепло, которое испытывал рядом с ним. Их незамысловатые разговоры обо всем, их шутки, понятные только им. Окружающие считали Минхо высокомерным, странным и… неподступным. Но с Питером… Минхо был самой теплой булочкой с корицей, крем с которой таял на языке и спускался вниз по пищеводу, грея внутренности. Душу. Питеру не хватило бы и тысячи слов, чтобы описать все свои чувства к нему. Не хватило бы тысячи действий, букетов и часов, чтобы показать, как сильно он утонул в этом человеке. Его чувства – не затягивающее темное болото. Они – теплое море на закате, что щекотало кожу, окутывая все тело своими мягкими волнами. Минхо – его море. Питер – заблудившийся в нем странник, который был совсем не против остаться навечно в его теплых бирюзовых водах. Остаться с ним навсегда. – Как прошел твой день? – спросил Ли. – Неплохо. Профессор Моррис дала очередную контрольную. Но я всегда готов к неожиданностям! Уверен, написал на высший балл. Но я не хвастаюсь! Просто делюсь своими мыслями. Питер открыл крышку стакана, сделав смачный глоток. Он перевел взгляд на Минхо, увидев улыбку, и услышал заливистый смех. Кот, что почти задремал на его коленях, спрыгнул на землю, убегая от громких звуков. – У тебя крем на носу! – заметив замешательство на лице Хана, Ли объяснил, чем вызвана его реакция. Он потянулся в рюкзак, вытаскивая пачку салфеток, а затем взял одну, но не протянул Питеру, а вытер крем сам. – Так-то лучше. Теперь ты не похож на поросенка. Питер улыбнулся, краснея в щеках от приятной заботы. Он был ужасно смущен. Почему он всегда вел себя рядом с ним, как… полный придурок… – Ты чудак, Питер. И невозможный чудик. Но мне именно это в тебе и нравится, – улыбнулся Ли. – Что ты не такой, как все. Какой-то особенный. И очень милый. Хан растянулся в смущенной улыбке, пытаясь унять свое бешено бьющееся сердце. Казалось, оно его подводило, громко стуча и выпрыгивая из грудной клетки, сдавая своего носителя с потрохами перед Минхо. Из-за Минхо. Ли посмотрел на время и неохотно поднялся с лавочки, потягиваясь, что Питер невзначай увидел край его оголенного из-под футболки живота. Мозг бесстыдно стал забрасывать в его мысли непристойные картинки, предполагая, как Минхо выглядит без одежды. Совсем. – Мне пора на подработку. Если хочешь, приходи перед закрытием в кофейню. Я нашел рецепт шоколадных круассанов. Хочу сделать на пробу. Если тебе понравится, предложу владелице ввести их в меню. Ты же мой главный дегустатор, критик и гурман, – улыбнулся Ли. Они попрощались в объятиях. Для Питера этот момент был очень коротким. Хотелось продлить его подольше. Может, на час или на год. Стоять и просто обниматься, ощущая, как спину греет не только солнце, но и теплые руки. Руки человека, в которого Питер был невозможно влюблен… Спустя время Хану написала Мэй, спрашивая, не нужно ли его забрать по пути с магазина домой. Питер ответил коротко: «Жду». К Минхо он придет под закрытие, как и договаривались, наестся до отвала шоколадных круассанов, а затем они попрощаются. Снова… Но встретятся завтра опять и проведут намного больше времени вместе. Правда ведь?..

***

– Впереди на шесть часов замечен человек. Девушка. Предположительно она находится в малом зале ресторана. Ее пульс стабильный, но дыхание слабое. Тебе стоит поторопиться, Питер, если не хочешь, чтобы… – Я знаю, Карен! – крикнул Хан, цепляясь паутиной за соседнее здание от бушующего в пожаре ресторанчика. – Я не допущу этого! Пока я защищаю Нью-Йорк, ни один его житель не пострадает! Виртуальная помощница замолчала, услышав интонацию своего супергероя. Человек-паук запрыгнул через разбитое от взрыва окно кухни, используя тепловизор. Высмотреть что-то в густом облаке дыма и пламени своими глазами он не мог. Питер не видел даже собственных рук, когда открывал дверь пищеблока. Сенсоры без труда распознали живое бьющееся сердце. В самом углу зала, между стойкой и декоративным деревом лежала официантка. Ее лицо было покрыто сажей, грудь еле вздымалась от жгучего воздуха с примесью угарного газа. Питер с легкостью поднял ее на руки, замечая приоткрывшиеся глаза. – Человек… паук… – слабо произнесла она, начиная кашлять. Питер выпустил паутину, вырывая заклинившую дверь коридора. Он зацепился нитями за почерневший потолок и вылетел с пострадавшей девушкой на руках на улицу. – Человек-паук! Он спас ее! – крикнул какой-то парень из толпы. Коллеги тут же стали подбегать к супергерою, называя официантку по имени. – Анна! Анна! Ты в порядке? – Врача! Срочно врача! Фельдшера скорой помощи принесли носилки, призывая Человека-паука доверить дальнейшее спасение жизни девушки им. – Подать воду! – скомандовал пожарный, направляя шланг на огонь. В элитном ресторане Нью-Йорка на кухне взорвался углекислотный баллон, вызвав сильный пожар. Человек-паук прибыл на место одним из первых. Пока пожарные разматывали шланги, скорая встречала испуганных и покалеченных людей, Питер спасал из огня тех, кто сам выйти из здания уже не мог. Облетев ресторан на связке паутины, он услышал Карен, что подала ему очередной сигнал о застрявшем внутри человеке. Ему пришлось возвращаться в самое пекло и спасать невинную душу, дабы не позволить ей умереть в адском пламени и не задохнуться от едкого дыма. – Ты настоящий герой, Человек-паук! – поблагодарил его полицейский. – Остальное оставь нам. Похоже, владелец этого ресторана не славится добросовестным управлением бизнеса. Его подчиненные говорят, что он уже несколько лет не менял оснащение кухни. Снаружи красивая картинка, но внутри это та еще помойка. К нему домой уже едут наши коллеги. Будем составлять протокол и брать под арест этого мерзавца. Питер кивнул, прощаясь с поклонниками, которые без устали кричали ему «спасибо», провожая взглядом. Он провел у ресторана около двадцати минут, но, казалось, будто прошла целая вечность. Смахнув с себя ветром копоть и запах дыма, Питер спрыгнул на знакомую улочку, увидев уже породнившуюся кофейню. Больше всего сейчас он желал увидеть Минхо и выпить свой любимый раф, приготовленный его волшебными руками. Он даже не слышал, как Карен предупреждала его о рисках быть раскрытым. Человек-паук никогда себя не выдаст рядом с Минхо, но вот Питер… – Питер, не пожалей потом о своих действиях, – спокойно произнесла виртуальная помощница. Человек-паук уже открыл дверь кофейни, оставляя позади себя потемневшую вечернюю улицу. – Просто помолчи, Карен, я знаю, что делаю, – шикнул он, улыбаясь под маской. Над дверью звякнул колокольчик, предупреждая о новом посетителе. В кофейне было пусто. За стойкой стоял знакомый бариста. Минхо обернулся, отвлекшись от полирования гарнитура, в который уже давно въелись темные следы, оставленные кофейными зернами. Он не на шутку удивился появлению супергероя в этом месте, от неожиданности приподняв брови, но быстро натянул улыбку, выдавив привычное: – Добрый вечер. Добро пожаловать в кофейню «Sugar Milk». – Эм, привет! – Человек-паук махнул ладонью, замерев как вкопанный. – Я слышал, что в этой кофейне готовят самый вкусный кофе! Мне посоветовал один мой... друг! Поэтому я решил... заглянуть к вам... да! Вообще я не люблю кофе. И мой друг тоже. Но… – заикался Хан, пытаясь собрать свои мысли воедино и не ляпнуть чего-нибудь лишнего, – Можно мне, пожалуйста, ореховый раф с карамельным сиропом... – почти отчаянно попросил он, краснея под маской от стыда. Ну и бред же он наговорил... – О! – губы Минхо сложились в удивленный звук. – Как скажете. – Ты ведешь себя подозрительно, Питер, – оповестила его Карен. – Заткнись, пожалуйста, – пробурчал Хан, натягивая под маской улыбку. – Вы что-то сказали? – уточнил Ли, поворачиваясь к нему. Питер отодвинул барный стул, присев рядом с кассой, и положил голову на сцепленные в замок руки. – У вас тут уютно, говорю. Даже выпечка есть. Ого! Это что, шоколадные круассаны? Он разглядывал дизайн кофейни так, будто был здесь впервые. Минхо приподнял бровь в непонимании, разглядывая чудаковатого гостя. Он впервые общался с Человеком-пауком настолько близко. Минхо думал, что этот загадочный парень в маске очень харизматичный и уверенный в себе человек, но вел он себя… Как-то уж слишком неловко. Запинался в словах, показушно изучал помещение. Что за чудак… – Давно вы здесь работаете? – спросил супергерой. – Больше года, – коротко ответил Ли, заправляя кофемашину. – Учитесь где-то? С виду студент. Ли хмыкнул, нажимая на кнопки, подставляя стакан под кран для кипятка. – Учусь, – снова коротко. – А вы? – Я? Мне не нужно учиться, – отмахнулся Человек-паук. – Я супергерой! Это моя работа. – Вам повезло. – Не знаю, повезло ли… Многие мечтают быть на моем месте, но скажу вам так… Геройские подвиги очень утомляют. Защищать город непросто. Нужно много сил и времени, я буквально не успеваю… – Ваш ореховый раф с карамельным сиропом, – Минхо поставил перед ним стакан, закрывая крышкой. – Спасибо! Какой аромат! У вас явно талант! – Сначала попробуйте, потом уже делайте выводы, – пожал плечами Ли. – Не советую снимать маску, Питер, – подала голос Карен. – Ты рискуешь. Хан проигнорировал ее, готовый уже поднять край эластичной ткани и сделать глоток. – Думаю, мне стоит отвернуться, – улыбнулся Ли. – Вряд ли вы хотите раскрыть передо мной свою личность. Он вежливо отвернулся под заикания супергероя и нервный смех, убирая свое рабочее место. – Боже, я готов целовать твои руки! – воскликнул Человек-паук. Минхо вздрогнул, замерев с тряпкой в руках. Питер настолько увлекся напитком, что не заметил этого. – Это самый вкусный раф на свете! Мой друг мне не врал, когда советовал эту кофейню. – И как же зовут вашего друга? – с интересом произнес Минхо, все еще стоя к нему спиной. – Эм-м-м. Это секрет! – рассмеялся супергерой. – Но спасибо за раф! У вас определенно талант! Думаю, я загляну к вам как-нибудь еще раз. До встречи! Сзади послышались шаги, затем звякнул колокольчик над дверью. Минхо обернулся, видя, как Человек-паук цепляет паутину за фасад ближайшей многоэтажки. Секунда… И герой исчез так же внезапно, как и появился несколькими минутами ранее на пороге кофейни. Минхо хмыкнул, вернувшись к работе. Наверное, ему показалось…

***

– Католическая церковь сформировалась в первом тысячелетии нашей эры на территории Западной Римской империи. Формирование отличительных особенностей церкви Запада, отличающих ее от церквей Востока началось еще в… – Ко мне вчера вечером в кофейню зашел Человек-паук, – шепнул Минхо, отвлекая внимание Питера от монотонного голоса Вуда. Хан изобразил самое гиперболизированное удивление, на которое только был способен. Ли тихо рассмеялся, пряча улыбку за рукавом кремового кардигана. – Ого! – стараясь быть тише, воскликнул Питер. – Сам Человек-паук! Минхо кивнул, продолжая улыбаться. – Знаешь, в жизни он совсем другой. Очень… смешной и… неловкий, – хмыкнул он. – Да ну? Я подписан на его инстаграм, он вызывает впечатление харизматичного и уверенного в себе парня! – усмехнулся Хан. – Показушная картинка, – Ли закатил глаза. – На самом деле он жутко заикается, будто путается в мыслях. Напоминает чем-то тебя. Такой же милашка, – ухмыльнулся он. Питер нервно рассмеялся, закусив губу. Внутренности сжались до размера крошечного атома, к горлу подступил приступ паники, а спина покрылась острыми мурашками. Противными и… опасными. – Уверен, он вел себя так просто по тому, что увидел самого красивого бариста в нашем городе, – Хан попытался перевести все внимание с себя на Минхо. Ли хитро сощурился, растянув губы в чеширской улыбке. – Ты считаешь меня красивым? – Ну… да… – Питер запинался в словах. – Я имею в виду то, что ты… Ну… У тебя интересная внешность! Ты бы мог стать актером или айдолом. У тебя есть все данные! – Я ужасно пою, – хмыкнул Минхо. – И нет. Ты никогда этого не услышишь. К тому же я не могу запоминать большие тексты. У меня слишком маленький объем памяти, – отмахнулся он. – Да ну? – усмехнулся Хан. – Ты запомнил целый тридцатый параграф учебника по истории, просто пробежавшись по нему глазами… – Это другое, – закатил глаза Минхо. Питер улыбнулся, глядя на капризного Ли. Он был похож на британского кота, который тут же куксил недовольную мордочку, когда хозяин тянулся к нему, чтобы почесать животик. – Да и на экране я светиться не хочу, – продолжил Минхо. – Мне больше по душе быть за кадром. В тени. Вести свою игру и быть тихим наблюдателем. – Ты никогда не бываешь тихим. Особенно, когда дело касается фильмов. А ведь и правда. Минхо не мог смотреть фильмы молча. Он вечно вставлял свои комментарии по поводу нелогичного сюжета, опрометчивых действий героев и… «Кто вообще взял ее на эту роль? Она же не умеет играть!». В Минхо чувствовалась та самая внимательность к самым мелким деталям и заносчивая вредность, присущая настоящим профессиональным критикам. Но Питеру это нравилось. Минхо в такие моменты был очень забавным. – В 1438 году состоялся созванный Евгением IV Собор в Ферраре и во Флоренции, итогом которого была Флорентийская уния, объявлявшая о воссоединении Западной и Восточной Церквей, вскоре отвергнутая на Востоке. Однако, в… – отдавался на фоне голос Вуда, читающего лекцию студентам. – И? – спустя время спросил Питер. – Что там с Человеком-пауком? – в голосе слышалась неподдельная заинтересованность, словно он спрашивал о… самом себе. – А что с ним? – переспросил Минхо. – Выпил кофе, поболтал сам с собой и улетел на своей паутине. – Ты даже фото не сделал? – А зачем? Я готов был уже закрываться. Мне еще не хватало, чтобы его безумные фанатки ворвались в кофейню, и мне пришлось всем подряд делать кофе. Таким путем я бы вышел оттуда только через неделю. – Ну-у-у… – протянул Хан. – Они бы сделали тебе хорошую выручку. Ли усмехнулся. – Я работаю там не ради денег. А для души. Хотя… – задумался он. – Для денег тоже. Моя работа приносит пользу не только людям, но и животным. Я отдаю большую часть зарплаты на кошачьи приюты. Покупаю корм, игрушки. Если честно… Я бы тоже был бы не прочь завести котенка. Но в общагу с животными нельзя. Если я приведу котенка, тогда миссис Дженкинс выставит меня за дверь прямо вместе с ним, и нам придется искать пристанище, как бродягам, проводя ночи в неуютной коробке или под лавочкой… Перспектива так себе… Питер заливисто рассмеялся, не сумев сдержать порыва эмоций. Минхо выглядел очень сердито и мило одновременно. Питер был слаб перед ним. – В 1517 году проповедью Лютера началось мощное религиозное и политическое движение, известное под именем… Питер Хан! – Вуд приспустил толстые очки с носа, глядя на студента. Одногруппники повернулись на шум, с недоумением разглядывая парня. – Ведите себя тише, – нахмурился профессор. – Посмеетесь со своим соседом по парте в коридоре на перерыве. – Простите… – неловко почесав затылок, ответил Хан. Его щеки тут же залились стыдливым румянцем, он натянул пониже капюшон серой худи, пытаясь хоть как-то скрыться от этого позора. Минхо тихо хихикнул, прикрываясь учебником. Он тут же сделал умный вид, будто полностью погрузился в текст параграфа. И пусть книга была открыта совсем не на той странице… Подождав пару секунд, Вуд продолжил лекцию, увлекаясь своим монологом. – Знаешь… – неожиданно произнес Минхо, бездумно глядя в учебник. – Я не завидую Человеку-пауку… – Почему..? – Он постоянно спасает город. У него нет даже времени не то что на личную жизнь, а на самого себя. Ему нужно поддерживать репутацию хорошего парня. А это очень утомляет… Питер ничего не ответил, продолжая слушать. – Вся его слава и подвиги не стоят ни в каком сравнении со спокойствием и собственной безопасностью. Он вынужден скрывать свою личность, рисковать собой ради других. Типичный альтруист! – вздохнул Минхо. Хан закусил губу, чувствуя, как сжимается собственное сердце. Минхо говорил про него… Он не восхвалял его, супергероя, а просто… – Не знаю, кто прячется под этой яркой маской. Но мне действительно жаль этого парня. Возможно… Я даже в какой-то мере восхищаюсь им. Он действительно супергерой. Я бы так не смог… Не смог бы скрывать свою личность. Особенно от близкого мне человека. Наверное, это ужасно, жить с мыслью, что у тебя есть тайны от любимого. Страшно… Вечно переживать за его безопасность, осознавая, что в любой момент тебя могут раскрыть и тогда пострадаешь не только ты, но и… он. Питер сухо сглотнул, дрожа всей душой. Минхо говорил мудрые вещи, и он… Был действительно прав. Питер постоянно боялся за Минхо. Боялся, что в один момент его раскроют и тогда его любимому понадобится помощь. А что если Человек-паук… Питер. Что если Питер не успеет спасти своего самого дорогого человека… – Ты… – осекся Хан, собираясь осколки своей души воедино. – Ты думаешь, что у Человека-паука кто-то есть? Кто-то… близкий… – Не знаю, – пожал плечами Минхо. – Меня это не касается. Как и всех вокруг. Это его жизнь. Трудная и опасная жизнь супергероя, – улыбнулся Минхо. Из коридора послышался сигнал, объявляющий перерыв. Вуд снял очки, разминая уставшие от перенапряжения красные глаза, и принялся давать студентам домашнее задание. Питер собирал свои вещи молча. Он не проронил ни слова, пока они с Минхо шли по корпусу. Ли что-то рассказывал про эссе по литературе, которое вчера писал после работы поздно ночью. Минхо попрощался, коротко обняв Хана. Питер же только тихо выдавил из себя глухое «До завтра». Сегодня у Минхо был выходной на работе. Питеру же надо было готовиться к очередной контрольной. Сегодня они больше не встретятся. А что будет завтра… покажет время. Завтра Человеку-пауку в очередной раз придется спасать Нью-Йорк… Как же Питер… заебался…

***

Пятница началась очень сумбурно. Питер проспал на пары, потому что полночи гонялся за странным злодеем, что стрелял молниями. Откуда он взялся, Питер не знал (впрочем, ему удалось его победить). Всю ночь шел жутчайший ливень, грохотало небо. Питер бы предположил, что этот странный персонаж, будто из комикса, получил удар молнией и… каким-то образом, обрел суперсилу, которую обратил во зло (эту же самую суперсилу он и потерял в схватке с Питером, получив сильный разряд той самой молнии, чуть не подпалив и самого Человека-паука). Питер не раз боролся с такими злодеями-мутантами, но до конца так и не разобрался в сути их происхождения. Казалось, будто кто-то дергал за ниточки закулисами, из тени. Но не было ни одной зацепки, которая привела бы его к этому кукловоду… Питер ждал, когда столкнется с ним лицом к лицу или… Возможно, ему просто казалось. Он ведь тоже был необычным. Тоже обрел силы. Случайно. Возможно, все те, с кем ему удавалось повстречаться, все со странностями, тоже получили свои подарки по воле судьбы. И тоже случайно… Времени на то, чтобы забивать этим голову, у Питера не было. Лабораторная по электротехнике, тест по инженерной графике, контрольная по астрофизике. Многие даже и не догадывались о таких дисциплинах, но те, кто учился на инженера-физика, как и сам Хан, знали их наизусть. Почти… – Привет, Нью-Йорк! Это ваш любимый дружелюбный сосед, Человек-паук! – отсалютовал в камеру телефона Питер, повиснув на паутине, приклеенной к фасаду небоскреба. – Уже посмотрели новости? Я только что, в очередной раз, спас город от катастрофы! – ахнул он, прикрыв рот, спрятанный под маской. – Ла-а-адно. Я преувеличиваю. Это было не такое опасное дело. По крайней мере, для вашего супергероя Человека-паука! – рассмеялся он. – Спросите, почему я не отдыхаю? Герои никогда не отдыхают! Сейчас я вышел в патруль. Буду продолжать следить за вашей безопасностью. С заботой, ваш дружелюбный сосед, Человек-паук! Выложив историю в свой геройский инстаграм, Питер спрятал телефон в потайном кармане своего костюма, продолжив путь. Паутина цеплялась за здания, позволяя ему следовать своему привычному маршруту патруля, не касаясь ногами земли. Снизу проезжали машины, куда-то спешили люди, слышались разговоры. В Нью-Йорке кипела жизнь. Не было ничего подозрительного. Разве что только… Питер спрыгнул на крышу пятиэтажки, рассматривая силуэт снизу. Знакомая фигура приближалась к небольшому зданию с выцветшей вывеской, которая гласила: Кошачий приют «Мягкие лапки». Питер не мог спутать этого парня ни с кем другим. Это был Минхо. В руках он держал два больших пакета, которые явно были очень тяжелыми. Минхо останавливался каждые несколько метров, разминая ладони, а затем меняя пакеты местами, продолжал путь. Питер просто не мог смотреть на то, как тяжко было его… Как тяжко было этому любителю котиков. Минхо не раз упоминал о своей любви к ним и о том, что посещал приюты, таская усатым гостинцы. Питеру пришла в голову гениальная мысль: помочь ему. Он резво спрыгнул с крыши в ближайший узкий проулок, стянул с себя костюм и затолкал его в рюкзак. Не успел он обернуться, как за спиной нависла тень. Послышался звук бумажных пакетов, что опустились на землю. – Питер? – не скрывая удивления в голосе, спросил Минхо. Хан быстро поднялся с корточек, закидывая на плечо рюкзак, и обернулся к Ли, натягивая улыбку на лицо. – Привет! – Что ты здесь забыл? У тебя же еще пары не закончились… – А-а-а… – пытался он быстро придумать отмазку, почесывая затылок. – Профессор Хилл уехал на какой-то там свой симпозиум по квантовой физике. Ну… знаешь… Эти научные собрания умных дядек, которые… Минхо недоверчиво выгнул бровь, но на его лице расползлась привычная кошачья улыбка. Он больше не стал ничего спрашивать, сделав вид, что поверил. Питер и так выглядел как испуганный мальчишка в кабинете медсестры, что держала перед ним шприц… – Ладно, будем считать, что ты просто решил прогуляться, по пути домой, – усмехнулся Минхо. Хан выдавил отчаянную улыбку, глядя на него благодарными глазами. Ему всегда нравилось, что Минхо не задавал лишний вопросов и не требовал от Питера всей правды. Возможно, он не догадывался о том, что Хан что-то скрывал от него, а возможно… просто делал вид. В любом случае, Питер мысленно говорил ему «спасибо» за то, что Минхо уважал его. Пусть даже Хан порой откровенно говорил ему маленькую (большую) ложь. – А ты что тут делаешь? Закупился продуктами на год вперед? – рассмеялся Питер, переводя тему. Минхо закатил глаза, указывая на кошачий приют в нескольких метрах за спиной. – Иду навестить своих друзей. Принес им подарки. Мы давно не виделись. Я очень соскучился по ним, – с теплом все же ответил он. На секунду в сердце Питера вошла иголка и так же быстро вышла, оставив маленькую ранку. У Минхо были друзья, о которых он говорил с такой нежностью, что… Питер ужасно заревновал. – Хочешь пойти вместе со мной? – предложил Ли. – Думаю, они будут тебе только рады. Питер вернул улыбку, скрывая за ней непривычную для себя ревность, и кивнул. Он забрал у Минхо тяжелые пакеты, вес которых тут же почувствовался в его крепких ладонях. Если Хан, который занимался чуть ли не каждый день в зале, спасал город, держал свой собственный вес на паутине, а также и другие предметы, что порой весили больше двух, а то и десяти тонн … почувствовал все добрые килограммы этих подарков. Как Минхо вообще их дотащил до сюда, пусть и с остановки? Ведь общага была на приличном расстоянии от приюта… Зайдя внутрь, до носа тут же добрался запах кошачьего наполнителя и сухого корма, а еще пыльной шерсти и… в целом запах сотни кошек. Питера никак не смутил этот шлейф ароматов. Ведь глядя на такого счастливого Минхо, он и сам чувствовал себя… счастливым. – Минхо-о-о! – воскликнул тоненький женский голосок. Из двери какого-то помещения вышла девушка в темно-синей форме, чем-то напоминающей ни то медсестры, не то ветеринара. Она крепко обняла Ли и быстро сместила весь свой фокус внимания на неизвестного гостя. На Хана. – Питер, это Кейт. Кейт, это Питер, – представил их друг другу Минхо, а затем обратился к девушке: – Ты не против, если сегодня он познакомится с нашими маленькими друзьями? – Конечно, не против! – улыбнулась Кейт. – Мы всегда рады новым гостям! Особенно, если они помогают нашему приюту или забирают в свои добрые руки наших маленьких друзей. Вижу, вы принесли подарки! Ты знаешь, куда их нести, Минхо. Проводи Питера. Малыши уже ждут вас. – Малыши? – удивился Хан. А затем до него дошло… Минхо указал на комнату, дверь в которую была плотно закрыта. Зеленая облупившаяся краска, толстое стекло с небольшой сеткой, за которым виднелись разноцветные шерстяные комочки. Друзья, про которых говорил Минхо… Это всего на всего обычные коты… Питер приревновал его к котам… Какой абсурд… Как только Минхо переступил порог, к нему тут же подбежали мяукающие усатики. Учуяв запах корма, они стали тереться об ноги Ли, выпрашивая угощение. Коты его не боялись, спокойно давали себя взять на руки. Это говорило только об одном: Минхо здесь частый гость. Поставив пакеты на пол, Питер присел на корточки, проводя ладонью по мягкой шерсти серого кота. Тот его совсем не боялся, охотно подставлялся под ласки и в то же время пытался заглянуть в пакет. – Это Смоук. И, кажется, ты ему понравился, – улыбнулся Минхо. Сначала он поприветствовал всех своих маленьких друзей, уделив каждому внимание, а затем стал вытаскивать из пакетов игрушки. Перед котами образовалась целая гора разноцветных мышек, пищалок и мячиков. Животные тут же принялись играть с ними, присваивая игрушки себе. Минхо принес откуда-то несколько пустых мисок и предложил Питеру насыпать в них корм. Еда наполнила миски, многие коты и даже самые маленькие котята переключились с игрушек на лакомство. – Я часто прихожу к ним, – начал Ли, поглаживая белого котенка. – Они меня успокаивают. Отвлекают от учебы. Кейт уже не удивляется, когда я наведываюсь с кучей пакетов. Мы познакомились еще в прошлом году, когда я впервые пришел сюда. Она и еще парочка ребят ухаживают за котами, ищут им хозяев. У Кейт дома целых пять кошек, она часто приходит на работу с ними. Здешние давно не боятся их. Ее кошки тоже отсюда. Скажем так… местные. Питер улыбнулся, почесав за ухом того самого белого котенка. Оказалось, это была девочка – Бэль. Одна из самых молодых жильцов приюта. Ее нашли на обочине дороги вместе со своими братьями. Бэль чуть не съели собаки. Она, хоть и была самой маленькой из всех, яростно защищала свою семью. Ее задняя лапка сильно пострадала, из-за чего она прихрамывала даже спустя месяц прибывания в «Мягких лапках». – Она очень смелая и красивая, – улыбнулся в ответ Минхо. – Если честно, я забрал бы их всех. Мне грустно каждый раз прощаться с ними. Я знаю, что мы встретимся еще раз, но… Я бы очень хотел, чтобы все эти малыши попали в добрые руки. Они провели в приюте больше трех часов. Игрались с котами, разговаривали, чистили лежанки. Кейт заходила к ним пару раз, приносила чай и сладости, которые Минхо, не забыв и про людей, работающих здесь, принес в качестве подарка. – А это наш медпункт, – объяснила Кейт специально для Хана, открывая перед парнями еще одну дверь. – Тут мы проводим осмотры новоприбывших. Вчера к нам приехал один малыш. Сначала он был вяленьким и почти ничего не ел. Айзек дежурил возле него всю ночь. Сейчас котенок чувствует себя намного лучше. Мы его снова осмотрим, а затем его можно будет знакомить с остальными пушистиками. Кейт открыла теплый бокс, взяв на руки котенка, перед этим предварительно надев медицинские перчатки. Маленькие желтые глазки зацепились на Питере. Котенок тихо мяукнул, когда его аккуратно опустили на кушетку, чтобы начать осмотр. Минхо и Питер наблюдали, как Кейт осторожно проверяет его черную шерстку, зубки и реакцию зрачков на свет. Котенок вел себя спокойно, но немного испуганно. Когда понял, что его жизни тут ничего не угрожает и никто не собирается делать ему больно, довольно расслабился, позволяя ветеринару прощупывать его пухленькое пузико. – Ну все, малыш, теперь ты точно в полном порядке. Давай отведем тебя к новым друзьям. Надеюсь, ты быстро найдешь с ними общий язык. – она повернулась к парням, снимая перчатки. – Питер, помоги-ка мне. Хан перенял из ее рук котенка, поглаживая шерстку. Черный, как смоль, комочек шерсти, тихо мяукнул в его руках и с любопытством стал обнюхивать его худи. Когда Питер почесал малыша за ушком, котенок замурчал. – Ух-ты! – воскликнула Кейт. – Какой громкий мальчик! Питер, ты на него хорошо влияешь. Он еще ни разу не был так расслаблен. Хан улыбнулся, взглянув на котенка. Большие желтые глаза смотрели на него с любопытством и… доверием. Острые ушки торчали вверх, словно пластиковые. В целом этот комочек был похож на плюшевую куколку. Только живой и… слишком прелестный. Он так же спокойно подпустил к себе Минхо, не давая ни намека на страх. – Как его зовут? – спросил Питер. Кейт пожала плечами. – Возможно, ты захочешь дать ему имя, – подмигнула она Хану. Уходил Питер из приюта с неохотой. Он все время думал о черном котенке. О том, как малыш тянулся к нему, как выпрашивал ласки. Как Минхо с нежностью гладил его, кормил и помогал знакомиться с остальными котами. Минхо, словно большой кошачий папа показывал ему игрушки и предлагал поиграть. Питер в этот момент чувствовал такую… любовь. Такое тепло и уют. Хотелось продлить это время на целую вечность. Но его ждала другая жизнь за пределами этого приюта, полная опасностей и супергеройства. С Минхо они договорились встретиться и как-нибудь прийти в «Мягкие лапки» снова. На следующей неделе такая возможность вряд ли выдастся. Минхо много учился и работал, а Питер… Много учился и постоянно спасал Нью-Йорк. Когда они снова придут в приют вместе оставалось пока загадкой. Но что-то подсказывало Питеру, что он вернется в этот приют намного раньше…

***

Отвертка стучала по металлу, откручивая маленькие шурупчики. Рядом шипел паяльник, но даже его заглушали недовольные вздохи и напряженные пыхтения. Питер валялся на кровати лучшего друга, листая комикс. Хенджин что-то причитал под нос, копаясь в механизмах и системе Карен. Когда Хан неожиданно залез к нему в окно, Хенджин чуть со страху не… обосрался! Он орал так, что, наверное, соседи могли подумать, что его режут. Хан весь мокрый, запыханный и… испуганный… стал умолять спасти его жизнь. Сначала Хван не понял, что имел в виду друг, а когда увидел костюм… сердце чуть не ушло в пятки. Карен. Его любимая дочь, произведение искусства и его самый гениальный и выдающийся проект, была повреждена. Ее материнская плата, мозг и сердце, находилась прямо посередине груди костюма в блестящей эмблеме паука. А Питер… черт бы его побрал, чуть собственными руками и не раздробил ее в крошки. Этот придурок на очередной миссии по спасению города впечатался всем телом в бетонную плиту (если быть точнее, это она упала на него, чуть не лишив жизни). ЧП на стройке. Подъемный кран вышел из строя. Человеку-пауку нужно было не только вытащить машиниста, но и обеспечить безопасность остальным строителям. Пришлось попотеть и… чуть не лишиться своей помощницы. После падения Карен стала жестко троить, а затем и вовсе замолчала. Питер думал, что это конец… – Готово! – произнес Хван, отложив паяльник. Он снова подключил Карен к компьютеру и, нажав пару клавиш, услышал устойчивый сигнал. – Моя доченька! Как я рад, что все обошлось… – Питер! – тут же издала Карен. Хван скуксил недовольную обиженную мордашку и закатил глаза. Вот так всегда. Он ее растил, воспитывал, холил и лелеял, а она ушла от него к какому-то придурку. Его милая маленькая девочка… – Карен! – Хан подбежал к рабочему столу друга, разглядывая волны на экране компьютера. – Как хорошо, что ты в порядке! – Я рада, что ты цел, Питер. Не рискуй так собой. Это было опасно. Опасно было потерять свою помощницу, остаться без навигации и познать все возможности гнева Хенджина, который бы точно его… убил. Питер готов был расцеловать экран и своего лучшего друга от радости. Карен снова была с ним, а значит… Теперь он может снова в полной мере защищать Нью-Йорк. – Спасибо, Хенджин! – Ага, – хмыкнул недовольно Хван, а затем после недолгой паузы стукнул его прямо в плечо. – Придурок! Ты ее чуть не убил! Питер рассмеялся, потирая ушибленное плечо. Пусть Хенджин и гневался на него, но Хан был рад. За помощь, за Карен, за свой сохраненный секрет. За все. – Ты лучший, Хенджин, – улыбнулся он. – Не подлизывайся. – Я тебя правда обожаю. Люблю! – А я тебя ненавижу, придурок, – процедил Хван. Питер снова улыбнулся, приобняв его. Что бы не говорил его друг, на объятия ответил охотно, привычно похлопав по спине. Задерживаться в гостях Хан не стал. Ему предстояло выполнить кучу домашки, да и тетя Мэй уже разрывала телефон, требуя вернуться домой. Его не было дома целый день. Мэй переживала. А еще на третий раз разогревала ужин, ожидая любимого племянника. Эту ночь Питер впервые за долгое время провел в собственной постели, а не слоняясь по городу, ощущая колючий ветер всем телом. Костюм хоть и защищал его от чужих глаз, но не спасал от надвигающегося осеннего холода и противного участившегося дождя. Он приходил домой мокрый до самого нижнего белья! Если бы не его сильный приобретенный иммунитет после укуса, Питер бы уже давно лежал в больнице с жутким ОРВИ или гнойной ангиной. Раньше он часто этим болел. Наверное, по пять раз в год, если быть точным…

***

С самого утра Питер красовался возле зеркала. Проторчал в ванной по меньшей мере два часа, подбирал одежду, укладывал волосы. Мэй украдкой смотрела на него, проходя мимо по коридору и тихо посмеивалась, умиляясь своему племяннику. – Какой ты у меня красивый, дорогой, – с материнской нежностью вздохнула она, прижавшись к дверному проему. Питер повернулся к ней, отвлекаясь от своего отражения в зеркале. На нем идеально выглаженная белая рубашка, новенькие джинсы и отстиранная от пятна сальсы косуха. Волосы не торчали в разные стороны, как обычно. Они были уложены гелем в аккуратные кучеряшки. А еще от него пахло стойким парфюмом. Облако аромата клубилось за ним по комнате, заставляя тетю принюхиваться и улыбаться. Ее мальчик так повзрослел. Стал настоящим мужчиной. – Так... ты идешь на свидание? – хитро поинтересовалась она. Питер дернулся, смущенно почесывая затылок. Его щеки в миг покраснели, будто он упал лицом в лужу жидких ярких румян. – Это просто кино, – застенчиво произнес он. – Но я бы хотел… Хотя, возможно, это… Я… Эм… Я пока не уверен. Но… Мэй улыбнулась, подойдя к нему ближе, и поправила воротник рубашки, смахивая невидимые пылинки с его одежды. Он был почти на голову выше нее. Плечи стали такими широкими, детские щечки превратились в видные скулы. Казалось, еще недавно он цеплялся за нее и плакал, просясь на ручки. А теперь… Да. Он точно сильно вырос. – Как быстро летит время, – с ностальгией тихо прошептала Мэй. – Ты что-то сказала? – переспросил Питер, обливаясь новой порцией духов. – Если ты продолжишь выливать на себя целый флакон духов, дорогой, боюсь, девушка, которую ты позвал в кино, не выдержит и задохнется. Ты даже не успеешь нас познакомить, – рассмеялась она. Питер нервно улыбнулся, отставляя парфюм, и застенчиво спрятал руки в карманы. Вообще-то он шел в кино не с девушкой. И, наверное, это было вовсе не свидание. Он шел в кино с парнем. С Минхо. И именно Минхо позвал его на премьеру фильма, снятого по сюжету известного комикса. До того, как они не стали намного ближе, лучшими друзьями… Питер даже не догадывался, что Минхо тоже интересуется различными историями про супергероев. – Как ее зовут? – продолжила Мэй. – Вы давно знакомы? Почему ты не говорил, что у тебя есть девушка? – Эм… Мне уже пора! – не ответив ни на один вопрос, Питер быстро выбежал из комнаты, ретируясь от расспросов. – Увидимся вечером! Люблю тебя! Входная дверь захлопнулась. Мэй улыбнулась, глядя в коридор, где секунду назад пробегал силуэт племянника. Ей даже казалось, что он не обулся, а просто выбежал с кедами в руках. Он ушел так быстро, что шлейф его духов все еще стоял в комнате, будто Питер прятался за спиной или все еще оставался у зеркала, перед которым наводил марафет, готовясь к свиданию. Мэй принялась убирать бардак, оставленный Ханом на кровати, аккуратно складывая вещи в шкаф и убирая гель для волос обратно в тумбочку. Интересно, Питер познакомит ее со своей девушкой?..

***

Минхо уже ждал его у входа в кинотеатр. Он что-то рассматривал в телефоне и выглядел очень непринужденно. Одет как обычно. Ни намека на что-то большее, чем поход в кино с другом. Питер пропустил это мимо, подойдя к нему и махнув в знак приветствия. – Ого! – выгнул бровь Минхо. – Вот это ты приоделся! Какой-то повод? У тебя день рождения только через два месяца. Или я чего-то не знаю? – сощурился он. Питер рассмеялся, неловко переминаясь с ноги на ногу. Он чувствовал себя полным идиотом. Выглаженный, вылизанный, словно и правда пришел на настоящее свидание со своей самой большой любовью. Хотел произвести сильное впечатление, а вызвал только… – Тебе идет, – хмыкнул Ли. – Не знал, что ты можешь быть еще красивее. На насмешку, как подумал Питер, это не походило. Скорее комплимент, от которого щеки налились румянцем, а смущение сковало все тело, заставляя двигаться как деревянный человечек. Минхо достал билеты и предложил войти первым, указывая дорогу до их зала и мест. Как только в зале погас свет, а на экране началась реклама. Питер тут же обратил внимание на профиль Минхо. Такой ровный нос, четкая линия челюсти, длинные ресницы. Минхо был неземным. Самым красивым человеком, которого Питер только видел. Самым добрым, смешным, милым. Самым-самым. Хан просто не мог не влюбиться в него. Не утонуть в его шоколадных глазах, мягком голосе, чеширской улыбке. Минхо буквально приворожил его, как ведьма. Колдун. Или ангел. Божественное создание, от которого невозможно было отвести взгляд. – Наконец-то начинается, – прервал раздумья тихий голос Ли. – Надеюсь, актерская игра меня порадует. А сюжет не скатится, как в типичной экранизации. Трейлер всегда красочнее самой полнометражки. Посмотрим, не разочарует ли работа режиссера в этот раз. Минхо повернулся к нему с улыбкой и указал на экран, что-то рассказывая про актерский состав. Питер зачарованно смотрел на него, утопая в его прелестной красоте. Кажется, он упустил большую часть сюжета…

***

После фильма Питеру позвонила Мэй и предложила зайти вместе со своей девушкой к ним на ужин. Она приготовила вишневый пирог и парочку небольших угощений. Когда она так говорила, это означало, что дома ждет как минимум грандиозный ужин с кучей различных блюд. Допив раф, купленный в кафе по пути домой, Питер решился позвать Минхо к себе. (Раф, кстати, был не таким вкусным как тот, что ему постоянно делает Ли). Минхо охотно согласился. Вообще, Питер и так планировал позвать его к себе. Не только, чтобы поесть вкусного пирога Мэй, но и показать ему небольшой сюрприз, от которого, Хан был уверен, Минхо придет в полный восторг. – Тетя Мэй, мы пришли! – крикнул Питер, снимая кеды. Мэй вышла с кухни с предвкушающей улыбкой. Что-то на секунду в ее лице поменялось, а затем снова вернулась улыбка. Но какая-то другая. Более теплая, что ли… – Мальчики! – ахнула она. – Проходите скорее! Питер, познакомь меня со своим… – Это Минхо! – перебил ее Хан, нервно тараторя. – Я про него тебе рассказывал. Помнишь? Мэй продолжала улыбаться, разглядывая… нового друга своего племянника, который ходил вместе с ним на историю, а еще постоянно угощал вкусным рафом, приготовленным в кофейне, где сам же и подрабатывал. – Конечно. Питер про тебя часто рассказывал. Я рада, что у него такой хороший… друг, – хитро ухмыльнулась она, глядя на Хана. В его глазах кричало отчаяние и мольбы просто помолчать. Тетя быстро поняла намек, пригласив их к столу. – Это правда, что ты часто ходишь в приюты для кошек? – она тут же накинулась на Минхо с расспросами. – Да. Я, можно сказать, вроде как волонтер, – ответил честно Ли. – Покупаю корм, игрушки, помогаю работникам ухаживать за котами. Это что-то вроде хобби. Мне нравится помогать животным. – Какой ты добрый и бескорыстный парень. Это очень важные качества, которых, к сожалению, часто не хватает многим людям. Ты молодец, Минхо, что следуешь зову своей души и делаешь то, что любишь. – Спасибо, миссис Хан, – улыбнулся Ли. – О, зови меня просто Мэй, милый, – погладила она его по голове и тут же обратилась к племяннику. – Питер, пойдем, поможешь мне с пирогом. Хан встал со стула уже предвкушая то, о чем спросит его тетя. Он молился, чтобы она не задала самый страшный для него вопрос. Или не… – Так это была не девушка, я права, дорогой? – тихо спросила она. – Ты ходил на свидание с Минхо. – Тетя… – прошипел Питер ни то от раздражения, ни то от того, что обжегся об противень, когда вытаскивал пирог из духовки. – Давай не будем об этом. Минхо, что сидел в другом углу просторной кухни, повернулся на них и с беспокойством спросил: – Все в порядке? – Да! – улыбнулся Хан. – Просто пирог очень горячий. Ли кивнул, отвернувшись. Он слышал чужие шепотки, но не мог разобрать ни слова. – Что бы ты знал, – продолжила тихо Мэй. – Я не против, – тут же улыбнулась она. Питер посмотрел на нее с непонятной смешанной эмоцией. Страх, отчаяние, настороженность и… благодарность. – Вы с Минхо отличная пара. Мне неважно, какого пола твой избранник, главное, чтобы вы любили друг друга. Я желаю тебе только счастья, дорогой. И надеюсь… – Мы не встречаемся, – пробурчал Питер. – Нет? – удивилась она. – А как же свидание? – Мы просто ходили в кино. Как друзья. Не более. Никто никому не признавался. Он даже не влюблен в меня. – Ты уверен, что… – Вот и пирог, – улыбнулся Хан, поставив большое блюдо на стол. – Какой кусок ты хочешь? Мэй с тоской посмотрела на улыбку-маску племянника. Она догадывалась, что Питер влюблен в кого-то, но точно не знала, что это Минхо. Ей было больно осознавать, что Питер так и не признался ему. То, что эти чувства были невзаимными, она даже думать не хотела. Одного взгляда Минхо на ее племянника, было достаточно, чтобы… Узнать о многом. Какой же ты дурачок, Питер.

***

После вкусного ужина Питер потащил Минхо в свою комнату. Ли у него ни разу не был, поэтому Питеру хотелось показать то, чем он живет и где. Мэй бренчала чашками на кухне, подпевая какому-то музыкальному шоу, что крутилось на фоне по телевизору. Парни поднялись на чердак, миновав гостиную, спальню Мэй и небольшой коридор. Питер распахнул дверь своей комнаты, пропустив друга. Первым, за что зацепился взгляд Минхо, были постеры, расклеенные по стенам, затем кучи комиксов на полках, рабочий стол Питера, кровать, а на ней… – Божечки! – Минхо буквально подлетел к постели, присаживаясь на корточки. На середине пледа, между двумя большими подушками, свернувшись в комочек, лежал маленький черный котенок. Минхо сразу же его узнал. Это был тот самый усатик, что встретился им в медпункте «Мягких лапок». Котенок внимательно уставился на него своими желтыми глазками и принялся обнюхивать руки уже знакомого ему человека. – Ты… Ты забрал его! – радостно произнес Ли. – Сюрприз! – улыбнулся Питер, присев рядышком на край кровати, поглаживая своего нового питомца. – Я слышал, как ты не раз говорил, что хочешь взять котенка, но в общагу с животными нельзя. И я подумал… Почему бы не помочь тебе с твоей мечтой хотя бы на пятьдесят процентов. Минхо смотрел на него с нескрываемой благодарностью и вселенской нежностью. По нему было не понятно, испытывает он это чувство больше к котенку или же к самому Питеру. – Я назвал его Бэтменом. Ты бы мог приходить ко мне, когда захочешь, и играть с ним. Я видел, как ты привязался к нему еще с первой встречи. И… – Питер… – голос Минхо в миг изменился. Хан услышал нотки угрозы и сжался под его пристальным взглядом. Спустя долю секунды Ли поднялся с корточек и буквально бросился на него с объятиями, хохоча и улыбаясь самой теплой улыбкой на свете. – Ты лучший! Хан почувствовал неловкость и осторожно обнял друга, нависшего над ним. Казалось, еще чуть-чуть и Минхо его задушит, расцелует, не скрывая восторга. В груди стало так горячо, что Питер… просто готов был взорваться от любви к этому человеку. Так же резко, как и прильнул к нему, Минхо оторвался, переключив все внимание на Бэтмена. Котенок охотно подставлялся под ласки. И позволил взять себя на руки. Минхо ворковал с ним, как с собственным ребенком, приторно-сладким голосом осыпая его маленькими комплиментами. – Тебе нравится? – застенчиво спросил Хан. – Ты шутишь?! – воскликнул Ли. – Я самый счастливый человек на свете! И все это… – помедлил он, растянувшись в чеширской улыбке. – …благодаря тебе. У Питера закололо сердце. Не болезненно. Приятно. Трепетно. Минхо смотрел на него с горящими глазами, которые кричали «спасибо». Чтобы видеть счастье на лице Минхо, Хан готов был пойти на многое. Забрать себе домой всех жителей приюта «Мягкие лапки» и еще тех, кто бродяжничал по городу, прячась от дождя под лавочкой в старых коробках. Как же Питер его любил… – Ты самый потрясающий человек на планете, – произнес Ли. – Всегда знал, что ты красив не только снаружи, но и внутри. У тебя самое доброе сердце, Питер. Хан покраснел от смущения, пряча лицо в подушке. Он отчаянно простонал, не сумев сдержать своих эмоций. Мало того, что Минхо в очередной раз назвал его красивым, так он еще и… признал его доброту. Человечность. Душу. – Кто у нас тут такой красивый мальчик? У кого такие большие глазки? Такая мягкая шерстка? Это ты, малыш Бэтмен. Маленький-маленький, – продолжал ворковать Минхо, чуть ли не целуя усатика. Питер смотрел на них и впервые завидовал обычному котенку. Как бы он хотел оказаться на его месте и тоже получить поцелуй от этого прекрасного парня… – Ты уже купил ему корм? А игрушки? У него есть лежанка? Он любит молоко? – накинулся на него с расспросами Ли. Питер просто не мог отвести от него глаз. Минхо такой восторженный, возбужденный, словно ребенок, получивший на Рождество то, о чем мечтал последние несколько лет. Сердце Хана стучало от любви, самых ярких чувств к этому парню. Самому красивому, доброму и… прекрасному. А его улыбка… Ради нее он готов делать для Минхо все. Каждый день радовать его. И любить. Кажется, Питер стал самым счастливым человеком на свете…

***

Как бы не настаивала Мэй, Минхо не согласился остаться на ночь. Завтра ему нужно было идти на учебу рано утром, а потом на подработку в кофейню. Целый день был расписан важными взрослыми делами, от которых нельзя было отказаться. Возможно, в глубине души, Минхо жалел о своем решении. Ему хотелось подольше побыть с Бэтменом, провести с ним время, понежиться и послушать его громкое мурчание. Ему хотелось подольше остаться с Питером. Ведь это он сделал для него такой… подарок. Свет от ярких фонарей кампуса отбрасывал тени на пыльный асфальт. Ветер щекотал затылок, пробираясь под одежду. Дороги пустые от машин. На улицах ни души. Только они. Вдвоем. Шли по знакомой дорожке, наслаждаясь последними минутами сегодняшнего дня, проведенного вместе. Минхо что-то рассказывал о новом рецепте кексов для кофейни. Он нашел его случайно в интернете, а затем дал попробовать начальнице. Ей настолько понравилось, что она сразу же согласилась ввести их в меню и выписала Минхо небольшую премию, похвалив его улучшенные кулинарные навыки. Всю дорогу до общежития Питер хотел взять Минхо за руку, но не решался. Пусть они и провели сегодня целый день вместе, сходили в кино, Хан познакомил Минхо со своей тетей… Они были не на свидании. Было бы глупо проявлять такие знаки в сторону друга. Они просто друзья. Не сладкая парочка. Просто два парня, что находились друг с другом буквально двадцать четыре на семь и ни дня не проводили порознь… Питер шел к нему в кофейню после пар, задерживался до самого закрытия, жертвуя временем на подготовку домашнего задания. Провожал его после работы до общаги. А затем они прощались, но продолжали переписываться до поздней ночи. Друзья ведь всегда так делают. Верно? Ждут сообщения друг от друга и не ложатся спать, пока не увидят очередное пожелание «спокойной ночи» и значок «больше не в сети». Да? Минхо остановился возле своего корпуса и повернулся к Питеру, расплываясь в привычной улыбке. – Спасибо, что проводил. Напиши потом, как дойдешь до дома. Обещаю, я не засну, как в прошлый раз, – рассмеялся он. Питер поддержал его смех и кивнул, неловко спрятав руки в карманах косухи. Минхо плотнее укутался в своей кардиган, отчего-то переминаясь с ноги на ногу. – Спокойной ночи. И хорошего тебе завтра дня. Надеюсь, ты приготовился к своей контрольной по инженерной графике, – произнес Ли. – Я ради интереса открыл учебник, по которому вы занимаетесь с профессором Греем. Как ты вообще разбираешься во всем этом? Я, хоть и тоже не глупый, но не понял и пятой части всего, что было написано в первом параграфе, – снова рассмеялся он. – Мой мозг явно не силен в этой теме. Хан хмыкнул с беззлобной усмешкой, смущенно опустив голову, разглядывая мелкие камешки, что пинал под ногами. Минхо хвалил его. Снова. Он часто делал это, от чего казалось, что пускает своеобразные комплименты. Потому что по-другому не может выразить свои мысли. Он причудливый, но Питер причудливее его в тысячу раз. Ли всегда называл его чудаком, но делал это по-особенному нежно. – И тебе спокойной ночи, – улыбнулся Хан, не поднимая на него глаз. – Питер. Голос Минхо стал чуточку тише. Он приблизился на шаг, остановившись вплотную. Его тень повисла над Питером, а сердце застучало так громко, словно прочувствовало, что что-то произойдет. – Тетя Мэй мне кое-что рассказала… Хан замер на мгновенье, ощутив непонятный страх. Неужели Мэй проболталась Минхо о его чувствах к нему, пока Ли помогал ей с посудой после ужина? Питер тогда убежал к себе в комнату, приводя ее в порядок, и только после этого позвал Минхо наверх. Тетя Мэй, болтушка! Не говори, что она рассказала тебе о… Минхо мягко коснулся его подбородка, совсем невесомо, заставляя поднять на него бегающие глаза. В отличие от встревоженного Питера, Ли выглядел слишком спокойно. Его улыбка выражала мягкую уверенность в действиях, которые последовали после тихой усмешки. Минхо осторожно поцеловал его в уголок губ и следом прошептал то, отчего Питер, казалось, окончательно умер: – Я и без нее все знал. Она совсем не умеет хранить секреты, в отличие от меня. Минхо снова улыбнулся и махнул рукой на прощание, а затем быстро поднялся по лестнице и скрылся за дверью общежития. Питер простоял на улице около двух минут, пока к нему не вернулось сознание и не пришло полное понимание того, что только что случилось. – А? – непонятливо выдавил он, прикоснувшись к месту, которое все еще горело от чужих губ. – А-а-а-а! – закричал он, чувствуя, как сердце просится наружу. Кто-то с окна пригрозил ему заткнуться и свалить, чтобы не мешал спать. Питер бегал по территории общежития, как ужаленный в одно место щенок. Он буквально скулил, но совсем не от боли, от радости, а еще… от стыда. Минхо поцеловал его. Пусть скромно, всего в уголок губ. Но позволил себе этот интимный жест. Показал свои чувства. Не оглашенные чувства взаимной симпатии. Минхо (любитель котиков) Не бегай возле моей общаги Если продолжишь, выйдет Дженкинс и поставит тебе запрет на приближение к корпусу (>⩊<) Питер прочитал сообщение, подняв взгляд к окну комнаты Ли. Минхо смотрел на него с привычной ухмылкой, но в этот раз она ощущалась как-то слишком по-особенному…

Вы

(⁄ ⁄•⁄ω⁄•⁄ ⁄)

Минхо (любитель котиков) Кстати Ты, наверное, так и не понял Вообще-то сегодня мы ходили на свидание Тетя Мэй просила сказать тебе прямо Говорит, ты не понимаешь намеков В следующий раз напишу более открыто Пишу: в субботу мы идем на свидание Только попробуй мне отказать Хотя тетя Мэй говорила, что мне ты никогда не отказываешь Мы с ней мило посплетничали Жаль, что она так и не показала твои детские фотки Но я и так понял, что ты был невыносимым милашкой ♡(>ᴗ•)

Вы

(⁄ ⁄•⁄ω⁄•⁄ ⁄) (⁄ ⁄•⁄ω⁄•⁄ ⁄) (⁄ ⁄•⁄ω⁄•⁄ ⁄)

Минхо (любитель котиков) А Еще она сказала, что ты ни с кем не встречался А люблю быть во всем первым(>ᴗ•)

Вы

МИНХЛ ПОЖАЛЦСТВ

(＠_＠)

( ╥_╥ )

Минхо (любитель котиков) ХАХАХАЗАХ Всегда знал, что ты чудак, Питер И невозможный чудик А еще невыносимый милашка ♡(>ᴗ•) Питер так и не нашел, что ему ответить. На ум шли только смайлики плача и отчаяния, смущения и… БОЖЕ, ОН СКАЗАЛ, ЧТО ЭТО БЫЛО СВИДАНИЕ И ПОЗВАЛ МЕНЯ НА ЕЩЕ ОДНО!!! Питер окончательно умер… – Тетя Мэй! Зачем ты ему все рассказала!? – Так он все же признался? – совершенно спокойно отреагировала Мэй. – А Минхо умнее тебя. Прости, дорогой, – рассмеялась она, увидев недовольную мордашку запыханного племянника, который все еще стоял на пороге, вернувшись от Минхо. – Тетя Мэй! Мэй всегда знала, что она лучшая сваха. Хи-хи…

***

Они встречаются. Они… встречаются… ОНИ ВСТРЕЧАЮТСЯ! МИНХО ПРЕДЛОЖИЛ ЕМУ ВСТРЕЧАТЬСЯ! Питер не мог прийти в себя целую неделю. После еще одного свидания Минхо предложил ему стать своим парнем. Попробовать. Питер не мог найти места своему раздувшемуся сердцу от переизбытка чувств. Казалось, в грудной клетке больше не было ничего. Только оно. Одно. Большое. Дыхание спирало. Ребра трещали. Все было словно не взаправду. Сон. Всего лишь сон. Мечта. Мечта о самом важном. Нужном. Мечта, которая стала реальностью… Хенджин узнал самым первым. На то он и лучший друг, что был в курсе всех его новостей и секретов. Сначала Хван обрадовался, поддержал и дал парочку советов, как не потерять свое счастье. А затем… – Ты когда-нибудь заткнешься? – с отчаянный вздохом выплюнул Хенджин. – У меня есть парень! Минхо мой парень! – все никак не мог нарадоваться Питер. – Я уже в курсе. Скоро об этом узнают все мои соседи, если ты не замолчишь. Питер! Хан поджал губы, замолчав буквально на секундочку, но снова воскликнул, заставляя друга закрыть уши подушкой. – Боже, я уже жалею, что позвал тебя на ночевку… – Чем займемся? Хочешь еще раз послушать, как мы с Минхо сходили на свидание? Как долго мы целова… – Ма-а-а-ам! – выкрикнул Хван, прося о помощи. Утром следующего дня Питер пошел в колледж прямиком от друга. Хенджин всю дорогу выслушивал его болтовню о том, какой Минхо прекрасный, как Питеру с ним повезло и еще кучу всего, что Хван не хотел бы слушать в тысячный раз. Если не больше… Они разошлись по своим аудиториям. Питера ждала физика, а Хенджина наискучнейшая лекция по прикладной информатике. Он ненавидел системный анализ и бухгалтерский учет, но в этот раз был готов слушать профессора Мартинес три часа подряд, чем нескончаемое восхваление Питером своего первого парня, его губ, глаз, красоты, интеллекта и… Скорее бы забыть все это… На перерыве друзья так и не встретились. Хван закрылся в кабинете информатики, доделывая свой проект по вычислительной технике, а Питер… Питер был притянут в резкие объятия Минхо под лестницей, ощущая на своих щеках мягкие поцелуи-бабочки и утопая в уютном запахе своего любимого человека. На истории они все время продержались за руки под партой, тихо перешептывались о своем сокровенном, и пропустили всю важную информацию, которую давал Вуд для предстоящей контрольной работы… Так в основном и проходили их дни. Без чего-то неожиданного и неприятного. Пока…

***

– В квартале Бронкс замечена аномалия. Гигантский аллигатор вырвался из вольера и стал нападать на людей, – поясняла Карен. – Никто точно не знает, как это произошло. Но смотрители зоопарка уверяют, что это не их аллигатор. – Что ты имеешь в виду? – Питер повис на паутине, рассматривая зоопарк с высоты ближайшего небоскреба. – Этот аллигатор не является животным «Bronx Zoo». На нем нет пассивной метки. – В смысле..? – уточнил Питер, спрыгнув на территорию зоопарка. – Все животные зоопарка имеют свои метки с кодом и информацией. Что-то вроде паспорта. Смотрители… – Я не просил тебя рассказывать мне о методах мечения животных. Я спросил: как такое возможно, что в зоопарке появился другой аллигатор и стал нападать на людей, – цыкнул Хан под маской. – Я не могу дать тебе точный ответ, Питер. Можно только предположить, что кто-то специально натравил аллигатора на зоопарк. Конкуренты или… – Таинственный злодей. Который каким-то образом делает из людей анти-супергероев, – продолжил за нее Питер. – У тебя есть идеи, кто может обладать такими способностями, Питер? – Нет. Точно так же, как и у тебя. Мы уже разговаривали с тобой на эту тему. Хан не раз обращался к Карен по этому вопросу. В последнее время все чаще и чаще стали происходить подобного рода аномалии. Кто-то давал людям сверхспособности и при помощи них учинял хаус в Нью-Йорке. Газеты и телевидение кричали о таких случаях, но никто не знал, кто стоит за всем этим. И Питер тоже. Он хотел во всем разобраться, докопаться до истины. Найти человека, что скрывается за тенью кукловода и пытается разрушить город. Какая у него цель? Отомстить? За что? Прибрать город к своим рукам? Кому это нужно? А что, если у него другая цель? Может быть такое, что ему нужен не Нью-Йорк, а сам Человек-Паук… Потому что иначе никак не объяснить то, что всегда ключевой фигурой во всех подобных случаях являлся Питер. Человек-Паук приходил на помощь, обезвреживал аномалии, и… Всегда слышал от нарушителей спокойствия одну и ту же фразу… – Я еще доберусь до тебя, Человек-Паук!

***

Грохот дверей машины скорой помощи ударил по ушам. Капитан проводил взглядом лейтенанта, что следом сел в машину скорой рядом с мужчиной, который стал жертвой очередного плана таинственного кукловода. Оливер Кларк каким-то образом обрел суперсилы и стал кровожадным аллигатором, напав на зоопарк. Капитан отсалютовал Питеру, выразив благодарность, и принялся садиться в полицейскую машину. – Дальше этим делом займемся мы. Но сначала этому бедолаге придется отлежаться пару дней в больнице. Под нашим присмотром, разумеется. – Капитан! – остановил его Человек-Паук. – Как вы думаете, почему Оливер Кларк стал очередной жертвой? Он ничего не помнит. Ни как превратился, ни кто ему дал эти суперсилы. – Кларк? Не думаю, что он ответит сам на эти вопросы в ближайшее время. Как и многие другие, кто оказался в таком положении. Кларк обычное пушечное мясо. Он был простым заключенным, как и все остальные. Тот, кто стоит за всем этим специально выбирает в свои шестерки преступников. Не знаю, какая в этом логика, – задумался он. – Возможно, таких людей проще всего заставить выполнять приказы, надавив на жажду мести или что-то подобное. У нас была догадка: главный злодей может знать всех, кто стал жертвами мутации, лично. Сокамерники, смотрители. Но мы проверили все тюрьмы. Так и не нашли того, кто мог бы стоять за всем этим. Ни единой, даже малейшей улики. Ничего подозрительного. Может, у тебя есть какие-то идеи? – капитан протянул Питеру свою визитку, захлопнув портмоне. – Если найдешь что-то стоящее, сообщи мне. Можешь прийти в полицейский участок или позвонить мне. Я все время провожу на работе. Капитан махнул ему на прощание и сел в машину. Питер прочитал на визитке его фамилию: Прайс. Они столько раз встречались на местах аномалий, но только сейчас Питер узнал, как его зовут. Капитан Адриан Прайс. Департамент полиции Нью-Йорка. + 1-(212)-ХХХ- ХХ-ХХ nyc.gov.A.Price.@...

***

В воздухе стоял неприятный запах пота, сырости и плесени. Для этого места такой флер был привычным делом. В тюрьме не пахло розами и уж тем более свободой. Бетонная коробка, отчаяние и безысходность. Но для одного из тысячи заключенных все это не было помехой. Он знал выход. Знал, как его найти. Просто нужно время… и помощники. – Пошел, – грубым тоном произнес надзиратель, подтолкнув мужчину внутрь камеры. Ее тяжелые железные двери открылись с противным лязгом несмазанных петель и ржавчины. Сокамерник поднялся с койки, с интересом ожидая ответа. – Ну что? Мужчина, на робе которого был номерной знак с выученным приговором за воровство, улыбнулся, облегченно опуская плечи: – Свобода. Сокамерник похлопал его по плечу, в ответ расплываясь в широкой улыбке. – Я знал, Санчес! Знал, что тебя выпустят! Тебе давно пора на волю. Засиделся ты уже, старик. Санчес рассмеялся, предвкушая новую жизнь за территорией тюрьмы. Больше никакой грязной робы, неудобных берцев и жесткого матраса, из которого вечно торчали пружины. Он больше не будет питаться вонючей похлебкой с куском старого хлеба. Его ждут сочные бургеры и много мяса, а еще вкусное пиво и телочки, которых он так давно хотел потрогать за пышные груди и смачно шлепнуть ладонью по их упругим ягодицам. По крайней мере, он надеялся на это… – Мне сказали собирать свои вещи. Я пришел попрощаться, – ответил он. – Здесь нет ничего нашего, все казенное. Сам говорил. – Да, – рассмеялся Санчес. – Но у меня есть парочка книг и… – он нагнулся к чужому уху, с хитрой усмешкой добавив: – Тот порно-журнал, что я выменял у Расселла на пачку сигарет. Мужчины рассмеялись. Голос надзирателя прервал перешептывания. – Пошевеливайся 2748. Сокамерник раздраженно цыкнул, возвращая взгляд на Санчеса. – Даже попрощаться нормально не дают. – Мы можем так и не увидеться, – с тоской произнес мужчина. – Тебе не стоит думать об этом. Живи, наслаждайся свободой, а я… – он помедлил, потянувшись в карман. – Вот. Держи. В руке показался небольшой сверток бумаги, сложенный в несколько раз. По виду он был очень легким. Так и не поймешь, что там внутри. – Что это? – удивился Санчес. – Откроешь на воле. Это мой подарок. Надзиратель косо посмотрел на них, но подозрительного ничего не нашел. Из тюрьмы можно было выносить все, что угодно. А вот внутрь… Шмонали до самых трусов, в поисках чего-нибудь запрещенного. Мужчины по-братски обнялись на прощание. Надзиратель скомандовал на выход. Санчес последний раз обвел глазами камеру, в которой просидел эти два года, а затем… Дверь с грохотом закрылась. Замок повернулся, запирая его друга, которого Санчес нашел в этих стенах. Он надеялся, что, когда Хейз выйдет из этого злосчастного места, они все же встретятся и выпьют по кружке темного пива где-нибудь в баре на окраине Нью-Йорка. А в это место… больше никогда не вернутся. За спиной стукнули ворота, отделяя Санчеса от знакомого, но ненавистного ему мира. Запах за решеткой был совсем другим. Чистый, полный надежды на светлое будущее. Санчес поклялся себе, что больше никогда не переступит закон, не вернется в эти стены и не наденет снова старую грязную робу с номерным знаком. Он хотел в это верить. Сумка упала на асфальт. Мужчина потянулся в карман, вытаскивая загадочный сверток, что передал ему сокамерник. Они жили бок о бок все эти годы, спали на соседних кроватях, ели из одной чашки и мылись по вторникам в одной душевой, скрывая свои татуированные тела за шторками. Они были настоящими друзьями. По крайней мере, так думал Санчес… Бумага зашуршала под пальцами, внутри показалось что-то совсем незаметное. Санчес не понял с первого взгляда. Что ему такое дал Хейз? Нечто, что было похоже на мелкие песчинки, заставило развернуть сверток полностью, а затем принюхаться. Неужели… Как только песок попал в нос, Санчес закашлялся. Что-то стало его душить, не давая вдохнуть полной грудью. Песок, словно магическим образом сам пробирался в его слизистую, затем царапал вены, попадая все глубже в кровеносную систему. Когда песчинки достигли сердца мужчины… Он растворился песком по дороге, ветром разгоняемый по асфальту. Санчес таинственным образом исчез. Больше его так никто и не видел. Хотя… – Слушай мой голос, Песочный Человек. Меня зовут Создатель. И с этого момента ты мой слуга. Мои руки и глаза. Мое спасение…

***

Питер крутился у зеркала, примеряя различные рубашки. Бэтмен лежал на кровати, вылизывая черную шерстку. Солнце поблескивало на его боку, подсвечивая смоль золотистыми бликами. Хан повернулся к котенку, словно тот был его самым главным модным критиком и стилистом: – Наверное, рубашка, это уже слишком, да? – спросил он. Бэтмен посмотрел на него своими маленькими желтыми глазками, а затем снова принялся намывать лапки. – Да. Ты прав. Лучше одеться как обычно. А то Минхо снова будет смеяться и скажет, что я вырядился слишком вычурно на фоне него, – улыбнулся Питер, натягивая серое худи. Они часто ходили в гости друг к другу. Минхо приходил к нему после пар, коротая время перед работой. Тетя Мэй готовила им обед, заворачивала булочки Минхо с собой, а иногда отправляла целые контейнеры через племянника. Мэй заботилась теперь не только о Питере, но и о его парне. Она была рада, что ее мальчик нашел человека, с которым наконец был счастлив. Пусть Минхо и был его первой любовью, но она была самой сильной. И тетя это видела. – Я ушел! – крикнул Питер, обуваясь на пороге. – Постой, дорогой, – Мэй выбежала с кухни с очередным контейнером в руках. – Вот, – протянула она. – Поешьте с Минхо. А то вечно своими бургерами питаетесь. Хоть бы раз съели что-то нормальное. – Да нормально мы питаемся… – Знаю я ваше «нормально»! Картошка фри и жирные соусы, это по-твоему нормально? – нахмурилась она. – Так недолго и язву желудка заработать. Лучше уж я вас буду кормить, чем какие-нибудь ваши макдональдсы. Давай. Положи это в рюкзак. И чтобы все съели! Контейнер принесешь мне завтра обратно. Питер закатил глаза, принимая с ее рук угощение. Он аккуратно приоткрыл молнию и убрал контейнер так, чтобы Мэй не увидела спрятанный внутри супергеройский костюм. Минхо тоже не знал о его существовании, ибо в чужих вещах никогда не рылся. Вопросов лишних тоже никогда не задавал. А Питер… Питер не решался рассказать возлюбленному о том, что это он каждый раз спасал город и что пропадал он не по каким-то дурацким причинам и отговоркам, а по делу. Очень важному делу. Дружелюбный сосед Человек-паук и Питер Хан (он же парень Минхо) на самом деле один и тот же человек. Но Питер пока держал это в тайне. Пока… – Ты же взял сменные трусики, дорогой? – крикнула Мэй с окна, высматривая на улице племянника. – У Минхо явно… – Тетя Мэй! – злостно нахмурился Хан, краснея от стыда. Прошедшие рядом девушки тихо рассмеялись, пуская шепотки.

***

Минхо встретил теплыми объятиями и сладким поцелуем в губы. В его комнате пахло парфюмированными свечками и печеньем. На телевизоре была открыта вкладка Нетфликс. А на столике уже стоял карамельный раф и любимые булочки Питера. – Привет. Не замерз? – спросил Минхо, провожая Хана к дивану. Питер скинул рюкзак на пол в поле своей видимости, чтобы, если вдруг что… Он бы снова придумал отмазку и быстро убежал спасать город. Но, сказать честно, сегодня делать этого совсем не хотелось. Как и не хотелось каждый раз уходить из комнаты Минхо, от его объятий и нежных поцелуев. В последнее время они становились невыносимо нужными, долгими и… Слишком жаркими. Питер плавился от его касаний, а в штанах становилось безумно тесно. Но Минхо почему-то не переходил черту, не предлагал зайти дальше. Возможно, он сам был не готов пойти на этот шаг, предложить раздеться полностью. Предложить ему сделать это в первый раз… – Что сегодня будем смотреть? – сев на кровать, спросил Ли. – «Железный человек-2»? Или, может, «Доктор Стрэндж»? – О-о-о нет, – умоляюще протянул Минхо. – Мы смотрели их сотню раз. Давай сегодня обойдемся без Мстителей. Может, что-нибудь романтичное? – Ты хочешь добить меня своими «Сумерками»? – скуксился Питер. – Прошу, давай без этого. Или ставь мне тазик, чтобы я мог сразу же оставить в нем содержимое своего желудка. Минхо заливисто рассмеялся, растекаясь по подушке. Его смех был чистым, искренним и детским. Таким родным, что ласкал уши. Питер любил его слушать. Он знал, что Минхо смеется именно потому, что Питер развеселил его. – Меня, признаться, тоже от них тошнит. Но пару раз в год можно и перетерпеть ради такого веселья. Столько испанского стыда иногда может пойти на пользу, – снова рассмеялся Ли. Хан плюхнулся рядом, потянувшись за рафом. В моменте он вспомнил про контейнер, который передала тетя Мэй и поставил его на столик, открыв крышку. – Твой любимый вишневый пирог. – Тетя Мэй балует, – усмехнулся Минхо. – Она уже слишком хорошо знает мои вкусы. Я пытался сделать этот пирог по ее фирменному рецепту, но вышло совсем по-другому. Не знаю, где я ошибся, но… У нее гораздо вкуснее! – Наверное, она тебе не рассказывала, – хитро улыбнулся Хан. – Но тетя Мэй кладет туда секретный ингредиент. Ты думал, что она вот так просто выдаст себя с потрохами? Ты ее слишком плохо знаешь, Минхо. Но я могу тебе выдать ее маленькую тайну, – он подозвал Ли к себе ближе, переходя на шепот. Минхо приблизился, внимательно вслушиваясь в его слова. – Тетя Мэй… кладет в пирог… Всю мою любовь к тебе!!! Ли болезненно зажмурился, пытаясь подавить звон в правом ухе. Питер рассмеялся, надкусив булочку. Его щеки тут же надулись, как у хомяка, а глаза превратились в маленькие счастливые щелочки. – Ефли чесфно, – продолжил он с набитым ртом. – Она фсегда фмефивает фсе на глаз. Давно не польфуется рецепфами. Минхо смотрел на него такими влюбленными глазами, что, если бы Хан не был так увлечен булочкой, точно бы расплылся от нежности. – Они для нее профто… Ли мазнул большим пальцем возле уголка его губ, а затем слизнул ванильный крем, расплывшись в кошачьей ухмылке. Питер тяжело сглотнул застрявший на мгновенье в горле кусок. Щеки тут же сдулись, а глаза расширились от удивления. – Как сладко, – прошептал Минхо, а затем притянул его в поцелуй. Питер успел только простонать в чужой рот, а затем сам прильнул ближе, обнимая Ли за шею. Поцелуй и правда был слишком сладким, что даже сводило скулы. Только вот это ощущение было совсем не от крема, а от чужого теплого языка, что проникал в его рот, по-хозяйски исследуя зубы. Напор Минхо становился все сильнее, но Питер не отставал от него. Булочка упала на тарелку, а сам Хан пересел на упругие бедра Минхо. Он почувствовал чужое нарастающее желание через джинсы. Тело само принялось потираться о чужой пах, в моменте вызывая у Минхо тихие стоны. Но Ли почему-то разорвал поцелуй, останавливая его. Хан тяжело дышал и тянулся ближе, переходя с губ на щеки и шею. Пальцы все сильнее впивались в его талию, а Минхо… Минхо почему-то отворачивался. Питер и сам наконец остановился. – Что-то не так? – тихо спросил он. Минхо закусил губу, прикрыв глаза. По нему было видно, что он тоже хочет. Хочет продолжить, но… – Мне кажется, ты не готов. Питер нахмурился, сложив руки на груди. – Прости? Я не готов? – указал он на себя пальцем. – Ты, блин, издеваешься! – Нет. Послушай… – Я каждый раз пытаюсь до тебя достучаться, буквально молю: «Минхо, я здесь, я почти голый!». Но ты всегда останавливаешься и даже не даешь мне шанса! Ли ничего не ответил, глядя на него грустными глазами. – Это потому, что я девственник? – прямо спросил Питер. – Ты не хочешь спать со мной, потому что у меня нет… – Дело не в этом, – Минхо убрал свои руки с чужой талии, пряча их за спину. – Я просто… И тут Питер все понял. По выражению лица своего парня. По его закусанным губам. По дрожащим рукам, которые Минхо старался держать под контролем. Минхо не хочет с ним заняться сексом не потому, что Питер ни разу ни с кем не спал, а потому… – Ты боишься, что сделаешь мне больно? Что я разочаруюсь… в тебе? Минхо кивнул, не решаясь посмотреть ему в глаза. Питер улыбнулся, обняв его и зарывшись носом в шею. – Боже, какой ты дурачок, – снова улыбнулся он, тая от нежности этого человека. – Просто… – Ли обнял его в ответ, успокаивающе, гладя по спине. – Просто раньше ты был робким. Стеснялся меня. Дергался, когда я касался тебя. Но потом ты словно изменился. Стал слишком смелым, и я подумал… – Что я играю? – рассмеялся Хан. – Нет. Что ты пытаешься угодить мне. – Что за глупости… – Еще я думал, что ты делаешь все на эмоциях. Ты всегда был эмоциональным. Не контролировал свои… – Ну спасибо, – Питер закатил глаза, все еще прижимаясь к нему в объятиях. – Я не хотел, чтобы все произошло спонтанно. Хотел, чтобы ты пришел к этому осознанно, а не потому, что я хочу тебя. – Так ты хочешь? – хитро спросил Питер. – Ну конечно! – Минхо разорвал объятия, заглядывая ему в глаза. – Ты всегда такой красивый. Сладкий. Твоя медовая кожа. Мягкие губы. Как я могу не хотеть тебя? – Ты считаешь меня сексуальным? – Да! Питер рассмеялся, а затем нежно чмокнул в щеку, перейдя на шепот: – Ты первый человек, который назвал меня сексуальным. – Ты сексуален до мозга костей. Твой интеллект. Ты сущий гений. Знал бы ты, как меня заводит, когда ты рассказываешь мне про свою физику. Ты очень умный! Я буквально дрожу, когда ты… – Так ты не гей, – констатировал Питер. – Не гомосексуал. – Нет. Я Хан-Питер-сексуал. Парни рассмеялись. Минхо поцеловал его, нежно поглаживая медовую горячую щеку. – Ты тоже чудак, Минхо, – улыбнулся Питер. – И немного чудик. Как ты, – добавил Ли. Хан дорожкой поцелуев опустился к шее и снова толкнулся бедрами, вызывая трение между ширинками. Затем поднял на Минхо глаза и ухмыльнулся. – Что ты делаешь? – Хочу тебя. – Но ты ведь… – Т-с-с, – Питер прервал его поцелуем. – Я готов. И это мое обдуманное решение. Даже не пытайся меня остановить. – А как же… – Смазка и презервативы? – спросил Хан, продолжая тереться об пах и покрывать горячую шею поцелуями. Минхо хотел спросить совсем не об этом, но… Он уже и забыл, что хотел сказать, ведь Питер… – Я купил их еще две недели назад, когда ты выгнал меня из своей комнаты, а сам ушел в ванную. Я знаю, что ты там делал. – Подслушивать нехорошо, – хмыкнул Минхо. – А дрочить в одиночку, когда у тебя есть такой сексуальный парень, как я, вообще преступление. Минхо усмехнулся, приоткрыв рот в немом стоне. Пальцы сжались на талии, оставляя на коже мимолетные следы. В комнате было темно. Пространство подсвечивал лишь включенный телевизор и фонари из приоткрытого окна. Прохладный ветер забрался внутрь, покрывая кожу мелкими мурашками. Питер стянул с себя худи, оголяя медовое тело. Его соски сжались от холода, но затвердели от желания. Желания принадлежать человеку рядом с ним. Тому, кто отвечал на его поцелуи. Кто сжимал ягодицы, прижимая его к своей ширинке. Питер хотел принадлежать Минхо. На этот раз уж точно. Полностью и без остатка. И это было осознанное решение. Уже давно. Он потянулся к футболке Ли, а затем заставил его поднять руки, и стянул мешающуюся вещь. Кожа Минхо бледная, гладкая. Грудь упругая, заметный, но не четкий пресс. Минхо был мягче, чем Питер. Крупнее. Изгибы плавнее, бедра – больше. Он был похож на чертово божество. То, что выглядело как ангел, но было сущим дьяволом. Вызывало жар и желание. Питер не мог этому противостоять. – Ты никогда не говорил про свою позицию. – Меня никогда не волновал этот вопрос, – ответил Ли. – Значит, тебе не важно? Минхо согласно кивнул. – Тогда можно я… – Питер обвел его тело взглядом и облизнулся. – Можно я попробую быть сверху? Ли расплылся в кошачьей улыбке, томно глядя на него из-под длинных ресниц. – Как жаль, а я думал, что окажусь внутри тебя первым. – Младшим надо уступать. – Кажется, там было наоборот, – усмехнулся Минхо. – Меня не волнует. Сейчас мне важен только ты. Ты ведь… не против? – заботливо уточнил Хан. – Не против. К слову… В этом доме тоже есть презервативы и смазка, – он указал на прикроватную тумбочку, спускаясь на подушках все ниже. Питер чуть не потерял голову. Этот парень сводил его с ума. Не только его мысли, его любовь, его нежность, но и дьявольский блеск в глазах, который так и кричал: «Сегодня ты можешь делать со мной все, что угодно». Пока Минхо расправлялся со своими джинсами, Питер поднялся с кровати, открывая тумбочку. Бутылек с вязкой жидкостью тут же попался ему на глаза, а запечатанная пачка презервативов умоляла открыть ее и наконец использовать. В первый раз. Минхо не был девственником. И никогда не скрывал этого от Хана. Он честно признался, что уже состоял в интимных отношениях. Но все то было не по любви. По-настоящему он влюбился только с Питером. Секс с одногруппником на вечеринке, еще один со знакомым из параллели. Минхо был опытным, в отличие от Питера. И Хан хотел, чтобы он научил его всему. Раздевшись оба полностью, они оказались лицом к лицу на кровати. Питер замешкался, не зная, с чего начать. – Так… Что я должен делать? Минхо рассмеялся, передавая ему смазку. – Открой крышку и выдави немного на пальцы. Но если не хочешь, я могу растянуть себя и сам, – его дьявольская ухмылка заставила член отвердеть еще больше. Питер хотел бы посмотреть на то, как Минхо делает это самостоятельно. Но он бы не удержался в роли зрителя и накинулся бы на него раньше времени. А делать так совершенно не хотелось. Сначала Минхо нужно было хорошо подготовить. – Нет уж… – Питер последовал совету Минхо и выдавил смазку на пальцы. – Говори, что нужно делать. – Природа отказалась тебе помогать, и ты решил воспользоваться живой инструкцией? – рассмеялся Минхо. Питер цыкнул и шлепнул Ли по бедру. Минхо зашипел, прикусив губу, и свел ноги вместе. – П-прости! Я сделал тебе больно, да? – Нет… Это было… хорошо, – блаженно прикрыв глаза, ответил он. Когда Минхо позволил ему увидеть себя слишком отчетливо… Питер проглотил слюни, задержав взгляд на чужом члене. По размеру он был чуть меньше его, но в обхвате… Боже, да он весь идеален, что тут еще говорить. Минхо шепотом направлял Питера, призывая к действию. Хан погрузил внутрь первый палец, услышав шипение. Минхо тут же успокоил, умоляя толкнуться глубже. Питер растягивал его медленно. Боялся навредить, сделать что-то не так, разочаровать Минхо. Но по лицу Ли все и так было понятно: ему действительно хорошо, он не врет. Когда внутри двигались свободно уже два пальца, Хан добавил третий. Он что-то нащупал внутри, стоны Минхо тут же стали громче. – Это простата, – со смешком ответил Ли и снова простонал. – Не каждый попадает в нее с первого раза. – Просто до меня у тебя были хреновые партнеры, – усмехнулся Питер, стараясь не показывать своего волнения. Он старался держать себя в руках. Желание плавило мозги, член пульсировал. Хан хотел скорее войти в Минхо. Почувствовать его всем телом. Быть как можно ближе. Почувствовать его не только пальцами или членом, но и душой. Секс часто сравнивали с соединением душ. Этот интимный момент не только позволял расслабиться и испытать удовольствие, но и лучше прочувствовать своего любимого человека. Питер сравнил бы это с небесами… – Я готов… Минхо облизал пересохшие губы, призывая Питера вытащить пальцы. Узкая расселина сжималась, требуя вернуть их обратно. Хан даже не знал, как в нее может войти что-то намного больше пальцев. Она была такой… Нет. Питер больше не в силах сдерживать себя. Ли помог ему раскатать по члену презерватив. Как только чужая теплая рука провела по члену пару раз, Питер простонал. Если такое легкое касание было таким приятным. То что будет, когда он войдет в Минхо. В теплое… – Ты можешь входить, – вырвал из раздумий Ли. – Только медленно. И постарайся не кончить. Мы ведь только начали, – усмехнулся он. – Ага… С-сейчас. Минхо притянул его к себе, обнимая за шею. Он оставил успокаивающий поцелуй, сам подставляясь бедрами. – Ну же, Питер. Или ты уже передумал? Хан отрицательно покачал головой, собираясь с остатками разума, а затем… Минхо простонал, как только первый сантиметр оказался внутри. – Боже… Как я войд… Ли прервал его поцелуем, насаживаясь глубже. Питер застонал, войдя наполовину. Если честно, он уже готов был кончить. Внутри было так тепло и приятно. Питер никогда не испытывал чего-то подобного. Оказавшись в Минхо полностью, тело пробила мелкая дрожь. Ли тихо поздравил его с взрослением, а затем из его рта стали вырываться только стоны, ведь Хан начал двигаться. Больше никакого смеха и шуток. Сначала толчки были медленные и плавные. Но со временем они стали быстрее и резче. Губы сливались в поцелуях, размыкаясь в особо громких стонах. Минхо оставлял на его спине легкие царапины. Простыни стали промокать от пота и слюней, что дорожками стекали по подбородку. Минхо был таким податливым, умоляющим. Он просил быть быстрее. Питер слушался его, оставаясь где-то на грани между здравым смыслом, безумием и оргазмом. Он держался, чтобы не кончить. Но в первый раз у всех выходит очень быстрым. – Прости, – прошептал Питер. – В тебе так хорошо, что я… не смогу долго сдерживаться. – Ничего страшного. Это точно не последний наш раз, – мягко ответил Ли, накрыв рукой свой член, чтобы попытаться дойти до оргазма в одно время. Мысли плавились. Голову сносило. Губы щипали от частых поцелуев. Минхо шептал нежности на ухо, постанывая с жарким дыханием. Питер ускорился, отпуская себя окончательно. Тело пробила приятная дрожь. Он излился в тугой презерватив, хватая ртом воздух. Минхо почти скулил, умолял задержаться внутри чуть подольше и не останавливаться. Хан через силу и гиперчувствительность продолжил двигаться. Кажется, за эти минуты он сможет испытать еще один оргазм. – Я люблю тебя, – впервые произнес Минхо, а затем содрогнулся, испачкав собственный живот. Питер на секунду замер и следом кончил еще раз. Кажется, время остановилось. В комнате повисла затянувшаяся тишина. Вдруг Минхо почему-то рассмеялся. – Видел бы ты свое лицо! – совершенно беззлобно ответил он, а затем поцеловал. – Ты слишком милый. – Я уже думал, что сделал что-то не так. Тебе понравилось? – Это я у тебя должен спросить. – Мне… Очень… – Я рад. Но… Может, выйдешь наконец? – ухмыльнулся Ли. – П-прости! – Не так!.. резко… – Прости… А… Куда деть этот… Минхо снова рассмеялся, стянув с чужого члена презерватив. Он завязал его и кинул прямо на пол. – Потом выкинем. Иди сюда. Питер прильнул к нему в объятия, получая ленивые поцелуи. – Я тебя тоже, – спустя время ответил Хан. – «Тоже» что? – Тоже люблю тебя. Минхо улыбнулся, оставив поцелуй возле уголка губ. – Я и так знал это, Питер… Делать совсем ничего не хотелось. Тело ломила приятная усталость. Минхо уткнулся Хану в грудь, обнимая всем телом. Глаза потихоньку закрывались. Им стоило бы помыться, но… Так не хотелось вставать. – Питер. – М? – сонно промычал он. – Нам надо в душ. – Иди первым. – Питер… – Я немного полежу… – Питер, если ты не помоешься, то прилипнешь к кровати. А засохшая сперма смывается плохо. К тому же нам надо поменять постельное белье. Ты же не хочешь спать… – Да понял я! – Питер поднялся с кровати, нахмурено глядя на Минхо. – Иду. – Ну… Вообще-то мы могли бы сделать это вместе, – Ли закусил губу, взглядом спускаясь к его члену. Питер в миг покраснел, прикрылся руками и убежал в ванную, призывая не пялиться. – Да что я там не видел! Ты буквально только что был внутри меня! – Минхо рассмеялся, слыша в ответ лишь шум воды.

***

Ветер разгонял под ногами песок. Охрана тюрьмы курила на посту, разбрасываясь старыми байками. На территории было все спокойно. В камерах не горел свет, на часах давно пробил «отбой». Вокруг царила мертвая тишина, даже собаки не лаяли. Никто не смотрел под ноги, хотя там происходило самое интересное… Мелкие песчинки одна за одной складывались в тонкие дорожки, расползаясь по территории «Rikers Island». Они кружились по земле, превращаясь в непонятные фигуры. Становились все больше и выше, пока не слились в единую, напоминающую силуэт мужчины. Песочный человек ударил кулаком в стену, подняв шум. – Вы это слышали? – всполошились надзиратели. – Что там происходит? Новый удар вызвал по стене трещину, а следующий окончательно сделал в ней дыру. – Кто-то пытается сбежать, черт возьми! – Включайте сирену! – Код красный! На территории тюрьмы включились световые пушки. Сирены завыли, призывая всех подняться. Мужчина, что так долго ждал своего освобождения, наконец почувствовал вкус свободы. Он шагнул из камеры прямиком на улицу, расплываясь в злодейской улыбке. – А ну стоять! Руки за голову! – прокричал охранник, направляя на него пистолет. Не успел он сделать предупреждающий выстрел, как песочный монстр ударил по нему со всей силы, ломая ребра. Послышался жуткий крик боли. – Молодец, мальчик, – улыбнулся Хейз. – Защищай своего господина. Песочный человек разбрасывал вокруг себя всех надзирателей, прикрывая Хейза. Мужчина шел вперед, отдавая команды. Когда открылись ворота, он вдохнул свежий воздух и рассмеялся. – Наконец этот день настал! Пришло время Создателя! – рассмеялся он. В небе сверкнула молния, а затем прошелся раскатистый гром. Первые капли дождя упали на его обезумевшее лицо. Хейз победно улыбнулся, переводя взгляд на Песочного Человека. – Спасибо, мальчик мой, – с отцовской нежностью произнес мужчина, коснувшись монстра. – Ты отлично постарался. Но твоя работа закончена, – снова жутко улыбнулся он, просунув руку в песочную грудь. Маленькие молнии дарованной силы стали перетекать обратно в Создателя. Лишая не только магической, но и жизненной силы своего спасителя. – Ты мне больше не нужен. Вспышка. И на землю упал уже труп. А сам Создатель скрылся в лесном массиве, не оставив после себя ни единого следа. – Заключенный сбежал!

***

Питер проснулся от настойчивого сигнала. Из рюкзака виднелся мигающий огонек его супергеройского костюма. Минхо крепко спал, перевернувшись на бок. Питер чертыхнулся, поднявшись с кровати и открыл рюкзак, выключая на костюме тревогу. За считанные секунды он тихо оделся, призывая Карен подождать секунду. Телефон разрывался от ее системных оповещений. Из тюрьмы «Rikers Island» сбежал заключенный. На территории была замечена очередная аномалия и трупы. Питер понял, что пахнет действительно чем-то серьезным. Он присел на кровать, держа в руке свою маску. Минхо даже не догадывался, что Питер таким варварским образом оставляет его этой ночью. Хан снова придумает очередную отмазку, а затем будет вести себя как обычно. И, как обычно, не скажет о своей тайной личности ни слова. Питер на прощание нежно поцеловал Минхо в щеку и открыл окно, запрыгнув на подоконник. Он снова посмотрел на спящего Ли и тихо произнес: – Прости. Затем надел маску и выпустил паутину, вылетая на место происшествия в «Rikers Island». Минхо проснулся практически следом. По подоконнику хлестал ливень, на полу танцевали вспышки молний. Питера рядом не было, как и его рюкзака. Но постель была еще теплой. Минхо подошел к окну и выглянул на улицу. Вокруг ни души. Куда снова пропал Хан – неизвестно. И почему… Ли закрыл окно и с горечью на душе лег обратно спать. Завтра Питер напишет тысячу извинений и очередную отмазку. Минхо же не остается ничего, кроме как просто ждать… Что с тобой не так, Питер?

***

В столовой стоял тихий гул чужих голосов. Студенты переговаривались между собой, уплетая сегодняшнее меню. Картофельное пюре, куриные тефтели, салат. На десерт клубничный йогурт и маленький кекс с фруктовой начинкой. Питер ковырялся в телефоне, читая свежие новости. Этой ночью он вернулся домой ни с чем. Преступника так и не поймали. Несколько надзирателей были направлены в местную больницу. Обнаружено два трупа, один из которых загадочным образом был найден за территорией тюрьмы. Им был бывший заключенный. Бад Санчес, осужденный за воровство два года назад, был выпущен по условно-досрочному за хорошее поведение и полное раскаяние. Он не прожил на свободе и недели, а уже вернулся туда, откуда так хотел выйти. Только уже мертвым. Кто-то или что-то подложил его труп к «Rikers Island». Надзиратели утверждают, что видели на территории тюрьмы песочного монстра. Питер не хотел верить, что Санчес стал очередной жертвой таинственного злодея. Но все указывало именно на это. Возможно, капитан Прайс ошибался, когда говорил, что заключенные «Rikers Island» не имеют никакого отношения к этому делу. Они «не чисты». По телевизору крутили фотографии Джона Хейза, сбежавшего из тюрьмы преступника. Хейз был приговорен к пожизненному заключению. Но, просидев за решеткой десять лет, сбежал. Логические цепочки потихоньку сходились в голове Питера. Не уж-то Хейз и есть тот самый злодей кукловод, который создает монстров? Стоило получше разобраться в этом деле. Питер знал, что побег Хейза, труп и таинственно исчезнувший песочный монстр – не совпадения. Все эти фигуры точно связаны друг с другом. Осталось только найти доказательства. Малейшую зацепку. Как Хейз получил свои способности, как превращал людей в монстров и что им двигало… Питер искренне желал разобраться во всем этом. – Привет, – послышался знакомый шепот на ухо. Питер вздрогнул от неожиданности, переводя испуганный взгляд на Минхо. Ли стоял за его спиной с подносом в руках и привычно улыбался. В его взгляде не было ничего подозрительного. Все, как обычно. – Я уже думал, что ты окончательно решил сбежать от меня, – усмехнулся он, сев напротив. – Прости, – виновато ответил Хан. – Я правда хотел остаться с тобой, но… Тетя Мэй! – пытался он выглядеть правдоподобно, бросая привычную ложь в очередной раз. – Она позвонила ночью! Попросила вернуться. Молния ударила в крышу, провода. У нас выключили свет. Тетя испугалась! Еще и… – Ладно, – рассмеялся Минхо. – Я понял. Можешь не продолжать. Главное, что тетя Мэй в порядке. – Угу… – кивнул Питер, поджав губы. От Минхо не скрылось его переменившееся настроение. Он чувствовал вину, а еще… – Что читаешь? Очередная статья по электротехнике? – с интересом спросил Минхо, обращая внимание на телефон своего парня. Питер поднял голову, переводя взгляд с экрана на Ли, и ответил: – Это новости. Вчера из «Rikers Island» сбежал заключенный. На территории тюрьмы обнаружили два трупа. Очевидцы продолжают утверждать, что видели песочного монстра. Такая аномалия не первый подобный случай в городе. В Нью-Йорке появился таинственный злодей, которого нужно как можно скорее остановить. – С каких пор тебя интересуют подобного рода темы? Решил стать вторым Человеком-пауком? – рассмеялся Минхо. На секунду в его взгляде промелькнула странная искра. Питер не заметил этого… – Чтобы я и супергерой? – нервно усмехнулся он. – Не смеши меня. Я же полная противоположность Человека-паука! Минхо хмыкнул, подперев подбородок руками. – А мне кажется, вы с ним очень даже похожи, – пристально сощурился он, глядя Хану прямо в глаза. – Оба шумные. С хорошим чувством юмора. Любите мой кофе… – О! Это Хенджин! – потряс Питер телефоном буквально перед носом у Ли. – Ему срочно нужна моя помощь. Я побежал! – он пулей поднялся со стула, схватив рюкзак, и… – Увидимся! – быстро чмокнув Минхо в щеку, выбежал из столовой. Я больше никогда не буду приходить к Минхо в кофейню в своем костюме, черт… Ли остался сидеть один, в смешанный чувствах, вытянув губы трубочкой. Поцелуй был настолько быстрым, что он даже ничего не понял. А уж как, в буквальном смысле этого слова, сбежал от него его парень… Не сказать, что Минхо это сильно задело, но… Что же ты скрываешь, Питер? Иначе бы ты так не избегал этой темы. Особенно, когда я сравниваю тебя с… ним… Может..?

***

Дни тянулись как обычно. По новостям все еще крутили сбежавшего преступника, Питер проводил все свободное время с Минхо. Ли больше не поднимал тему про Человека-паука. Все встало на круги своя. За исключением одной маленькой проблемки… В Нью-Йорке все чаще и чаще стали появляться монстры однодневки. Они будто специально выманивали Питера, заставляли сбегать от своего парня, оставляя его снова питаться отговорками. Минхо делал вид, что не обижен. А Питер… Питер и не обращал на это внимания. Все его мысли были заняты таинственным злодеем, пытающимся разрушить город. Некто, кто прятался за марионетками, не выходил на контакт, не показывал себя, дергая за ниточки где-то закулисами, из тени. Питера все это порядком раздражало. Он хотел остановить этого человека. У него явно были способности, а еще непонятный мотив. Что-то вроде жажды мести? Только вот мстил он за что-то именно Человеку-пауку. Иначе как объяснить все события последних дней… Питер чуть не умер несколько раз, спасая город от новоиспеченных монстров. Когда они теряли силу, не помнили вообще ничего. Жертвами становились не только заключенные, но теперь и простые граждане, невинные женщины и даже… дети. Что, черт возьми, происходит в Нью-Йорке! Питеру ничего не оставалось, как обезвреживать их. Не убивать! Опаздывать или вовсе прогуливать занятия в колледже из-за новых миссий и аномалий. А еще скрывать от Минхо свою тайную личность и пытаться найти хоть какую-то информацию о злодее, которого он связал с именем Хейза. Это все не совпадения! Как только Хейз сбежал из заключения, монстры стали появляться чуть не каждый день. Этот тип точно замешан в этом деле. Но только что послужило причиной такого поведения, а главное… Как его остановить? Все это не давало Питеру покоя. Новые вкладки открывались каждую минуту и закрывались снова. Питер искал все, что связано и с Хейзом и с таинственным кукловодом. Но поиски шли безрезультатно. Две эти фигуры никак не были связаны между собой. Проведя час за поиском и почти сломав голову, Питер уже отчаялся, но… Неожиданно на глаза попался заголовок. Он гласил что-то про теракт в лаборатории «Oscorp Industries» десятилетней давности. Питер помнил тот инцидент, ведь… Его родители… Его мама работала в «Oscorp», а отец – в полиции и именно ему тогда посчастливилось выехать на место преступления. Один из ученых вконец спятил и разнес половину лаборатории. В новостях не упоминалась причина такого поступка, лишь односложные предположения, дабы скрыть истинную правду. Мама рассказывала, что ученый работал над какой-то секретной формулой, с помощью которой можно было создать сыворотку супер-человека. Питер тогда был еще ребенком. Любил комиксы. Поэтому и поверил. Но дело быстро замяли. Ученого посадили. Спустя время он сбежал, а отец Питера вместе с мамой… погибли. Он плохо помнил тот день. Спрятал воспоминания, боль и слезы. Если бы не тетя Мэй… Питер не хотел об этом думать. Прочитав статью, Питер захлопнул крышку ноутбука и решил проветриться, остудить голову, а заодно и выйти в патруль. Минхо работал. Хенджин доделывал срочный заказ для клиента. Питеру ничего не оставалось, как справляться с перегрузом головного мозга в одиночку. Благо, Карен всегда была при нем. Тети Мэй дома не было. Поэтому Питер оставил ей короткую записку, а сам, переодевшись в костюм, вылетел в город. Логические цепочки всего происходящего в Нью-Йорке сходились очень трудно и медленно. Но Питер не оставлял попыток докопаться до правды. Просто… сейчас ему нужно немного выдохнуть. – Прекрасный вечер, друзья! Сегодня я снова вышел в небольшой патруль. В городе в последнее время происходит много всего необычного и опасного. Как ваши дела? Наверное, вам очень страшно. Но не стоит переживать, ваш дружелюбный сосед, Человек паук всегда на страже!..

***

– Механические волны, это возмущения, распространяющиеся в упругой среде: твердые тела, жидкости и газы, – поясняла профессор Коллинз, расписывая тему у доски. – Они бывают поперечными и продольными: колебания частиц поперечной волны происходят перпендикулярно… Минхо♡ Есть планы на сегодня? Питер взял в руки телефон, печатая ответ:

Вы

Нет

А что?

Хочешь пригласить

меня куда-то (≧◡≦)

Минхо♡ Да Мы давно не выбирались никуда вместе Как на счет свидания? – Кхм, Питер Хан? – раздался недовольный голос Коллинз. – В телефоне что-то интересное? Или, может, там написаны вопросы на новую контрольную, которую я дам вам сегодня лично? На Питера устремилось несколько десятков глаз, включая профессора. Коллинз сердито смотрела на него, приспустив очки, негодуя по поводу его отвлеченного от предмета внимания. Питер виновато извинился, быстро напечатав утвердительный ответ своему парню и заблокировал телефон. – Еще раз извините. Можете продолжать. Коллинз удивленно хмыкнула, поражаясь наглости студента, и тут же отложила мел, встряхнув ладони от белого налета. – Нет уж, Питер Хан, это вы можете продолжать объяснение новой темы, раз вы такой гениальный студент. Проходите к доске. Видимо, вы думаете, что можете вести эту пару лучше меня! Питер сухо сглотнул, чувствуя, как Коллинз закипает, опаляя его безумным ядовитым пламенем, от которого у него начинают краснеть щеки. А нет… горят они у него из-за стыда. – Я совсем… – К доске! – рявкнула она, присаживаясь за свой стол. Ждать она не любила и когда ей перечили – тоже. Питеру ничего не оставалось, как повиноваться и выйти. Коллинз не дала даже секунды на обдумывание темы, которую Питеру все же пришлось объяснять всей аудитории. – Нет, – остановила она. – Учебник оставьте на парте, пожалуйста. Нарисуйте на доске схему и распишите ключевые формулы. Напоминаю, их четыре Питер. И к каждой у вас должно быть подробное объяснение. Питер нехотя встал из-за парты, попути споткнувшись о чей-то рюкзак, чем вызвал смешки по всей аудитории. Он чертыхнулся про себя, взял в руки мел и, сделав глубокий вдох, стал расписывать тему…

***

В столовой, как всегда, было шумно. Пахло макаронами с сыром и свежими булочками. Хенджин сидел за их привычным столиком, урвав себе последний клубничный коктейль. Хан бросил рюкзак на свободный стул и присел на соседний, тяжело вздыхая: – Позор… Просто позор! – Что опять у тебя случилось? – спросил Хенджин, облизывая ложку. – Это все Коллинз! Она увидела, как я пишу Минхо и вызвала меня к доске, объяснять новую тему! – И ты..? – вопросительно растянул Хван. – Конечно же, я написал! Все идеально! – ответил Питер. – Но профессор… – О чем беседуете? – Минхо поставил поднос на стол, убирая рюкзак своего парня на спинку стула. – Питер сказал, что из-за тебя профессор Коллинз опозорила его перед всей аудиторией, – усмехнулся Хван. Минхо перевел вопросительный взгляд на Хана, указывая на себя пальцем. – Да нет, это не из-за тебя, – отмахнулся Питер. – Он ответил тебе во время пары, за что получил от профессора, – обратился Хенджин к Минхо. Хенджин и Минхо познакомились около месяца назад. Питер предложил всем вместе сходить в компьютерный клуб после пар. Он хотел, чтобы его парень и лучший друг узнали друг друга получше. Иногда он разрывался между Минхо и Хенджином, когда те звали его куда-нибудь одновременно. Конечно же, Питер всегда жертвовал временем с Хенджином, чтобы провести его с любимым. А потом тысячу раз извинялся и оправдывался, мол, ну ты же понимаешь… Нет. Хенджин не понимал. Его уже бесил тот факт, что лучший друг променял его на… Впрочем неважно. Питер всегда был с Минхо. Как оказалось, Хенджин зря ненавидел Минхо. Ли оказался вполне себе хорошим парнем. И шутил он смешно. Странно, но весело. Они нашли пару общих тем и между ними больше не летали невидимые молнии, которые пускал из глаз Хван. Минхо ему нравился и отлично подходил Питеру. Хан был с ним счастлив и Хенджин это видел. – Я не получил от профессора. Но Коллинз была очень недовольна. И даже когда я подробно объяснил тему пары, она… Она даже не похвалила меня и не поставила оценку! Я стоял там у доски, как дурак, целых двадцать минут! И что в итоге? «Садитесь, Питер Хан. Чтобы больше я не видела телефонов на моем занятии», – спародировал он Коллинз, уперев руки в бока. Минхо и Хенджин рассмеялись, глядя на недовольного Питера. – Вам смешно? – отчаянно произнес Хан. – А мне тогда было совсем не до этого! Минхо улыбнулся, чмокнув его в щеку, и протянул пачку мармеладок из местного автомата. Разноцветные Мишки казались ему слишком химозными, но Питер любил их. И очень расстраивался, когда не мог их купить. Видимо, они нравились не только ему, но и, казалось, всему колледжу… Минхо открыл пачку и положил одну мармеладку прямо в рот Питеру, воркуя над ним, как над капризным ребенком, и гладя по голове. Хан недовольно жевал, но внутри становилось спокойнее. От заботы Минхо, от его касаний и улыбки. – Хорошо, – прыснул Ли. – Тогда я больше не буду писать тебе во время физики. – Нет! – получив очередную мармеладку, ответил Хан. – Пиши! Ради тебя я готов хоть каждый день выходить к доске и позориться перед всей аудиторией! – Но ты же не опозорился. Все правильно написал. – Да! Но мне было так стыдно… Минхо скуксил понимающую моську и снова поцеловал Питера, протягивая еще одного мармеладного мишку. – Буэ, – фыркнул Хенджин. – Слишком сладко, – адресовал он в сторону влюбленной парочки. Когда перерыв на обед закончился, парни разбрелись по своим кабинетам. Хан и Хенджин отправились на лекцию по высшей математике. Сегодня у Питера и Минхо не было совместной истории. Питер словил себя на грустной мысли, что уже скучает по своему самому красивому, самому прекрасному, самому умному… Минхо…

***

Паутина цеплялась за фасады небоскребов, ветер шумел в ушах. Питер приближался к злосчастному месту, где его снова ждала очередная миссия. – Карен, который час? – Пять часов, сорок семь минут по местному времени, – механическим голосом ответила помощница. – У меня в запасе есть тринадцать минут. Как думаешь, успею? – Не могу сказать, Питер. Но если хочешь успеть на свидание со своим парнем, тебе стоит поторопиться. Главное, не забывай об ответственности. Ты супергерой, Питер. Питер тяжело вздохнул под маской и перепрыгнул на соседнее здание, прилипнув цепкими пальцами к кирпичному фасаду. В Нью-Йорке произошло очередное ЧП, которое вынудило его сбежать с места встречи с Минхо и отправиться спасать жителей. На этот раз это не был типичный случай с монстрами-однодневками, сделанными тайным злодеем. Бытовая авария. Почти… Электропоезд местного метро сошел с рельс, тормоза отказали, а система экстренного торможения не сработала. Поезд мчался с бешеной скоростью по надземным путям в районе Бронкс, рискуя врезаться в любой из домов и привести к страшным последствиям… Колеса царапали по путям, отбрасывая искры. Метал скрежетал. Вагончики кренились на бок, несясь по надстроенным конструкциям. Снизу проходила автомагистраль. Некоторые машины останавливались, создавая пробки. Очевидцы снимали все на камеру, игнорируя ворчания других водителей и затяжные гудки. В самих вагонах создавалась паника. Пассажиры кричали и вопили, схватившись за поручни. Они просили помощи и в один голос звали Человека-паука. Питер дождался подходящего момента, когда поезд будет прямо под ним, и спрыгнул на крышу первого вагона, прилипнув ногами к корпусу. Он чуть пошатнулся и присел на полусогнутых, прилипая уже и руками. Как настоящий паук он передвигался по крыше на всех конечностях, приближаясь к головному вагону поезда. Когда он достиг точки, спустился к окну и увидел машиниста. Он щелкал по всевозможным кнопкам, пытаясь остановить поезд и кричал в рацию, требуя помощи. – Опасная ситуация, да? – спросил Питер, выражая всю свою уверенность. – Человек-паук! – воскликнул машинист. – Останови эту чертову махину! Тормоза отказали! Еще немного и мы все здесь перевернемся! В кабину машиниста стали заглядывать пассажиры, ликуя, что Человек-паук прибыл к ним на помощь. Кто-то даже в такой ситуации успевал заснять его на телефон… – Отставьте панику и сохраняйте спокойствие! Ваш дружелюбный сосед… – Парень! Прекрати болтать и спаси уже нас всех! – крикнул пассажир, стуча в стекло. Питер не стал с ним спорить. Он улыбнулся под маской, давая всем надежду, и перелез на лобовое стекло, прилипнув к нему спиной. Веб-шутеры выбросили паутину. Он хотел растянуть сеть и остановить поезд, тормознув ногами, но вагоны пробили ее, даже не дав Питеру возможности сделать шаг. В поезде снова поднялись крики. Питер чертыхнулся под маской, выпуская новую паутину. В нее он вложил много силы, предавая нитям больше прочности. Паутина зацепилась за ближайшие здания, натянувшись толстым белым канатом. Боль пронзила все тело. Хану казалось, будто его руки сейчас оторвутся. Мышцы ныли от перенапряжения. Еще чуть-чуть и они… порвутся точно так же, как первая сеть… Хан закричал от боли, но паутину не отпустил. Нити растягивались, останавливая поезд. Вагоны понемногу сбавляли ход. Но… Это было слишком долго.

***

18:10… Минхо снова проверил время и чат с Питером. Хана в сети не было уже как полчаса. Они собрались пойти на свидание в кинотеатр, но фильм… Шел уже как 10 минут.

Вы

Ты где?

Опаздываешь?

Если да, то почему не

предупредил?

Я жду тебя

Давай быстрее (>д<)

Мне одиноко и грустно (T_T)

Но даже спустя еще десять минут сообщения так и не были прочитаны. Минхо зашел в кинотеатр, купил колы и посмотрел все постеры фильмов. В зале, где они должны были сидеть, уже давно закрыли двери. Музыка и диалоги слышались по ту сторону. Минхо все время проверял часы, но… Питера так и не было. Стаканчик с колой был уже пуст. Картонная трубочка пострадала от зубов и размокла. Минхо подождал еще какое-то время, но затем не выдержал. Выбросил пустой стакан и сердито пнул дверь, выйдя наружу. Прохожие на него странно косились, но Ли не замечал их взглядов, уткнувшись в телефон.

Вы

Значит так

Я очень зол

Ты меня буквально

продинамил

Не знаю, что у тебя там такого

важного, что ты не

пришел сегодня

Но мог хотя бы предупредить

Питер!!!

Ты там мир спасаешь или что?

Питера по-прежнему не было в сети. Он не заходил туда с самого первого сообщения Минхо, которое было отправлено еще полчаса назад. Ли заблокировал телефон и засунул его в карман, направляясь домой. Спустя пару секунд пришло уведомление. Он впопыхах вытащил телефон и… Но это был не Питер. А уведомление с фан-странички Человека-паука в инстаграме. Местный супергерой снова пришел на помощь жителям, пытаясь остановить поезд надземных линий метрополитена в районе Бронкс. Минхо нахмурил брови и заблокировал телефон, снова спрятав его в карман. Он больше не стал писать Питеру, отправился домой. Минхо был очень зол. Наверное, сегодня он точно больше не будет разговаривать с Питером. И завтра. И всю следующую неделю!

***

Остановить целый поезд оказалось куда сложнее, чем Питер себе представлял. Его тело уже было на пределе. Руки ужасно ныли, буквально разрывались. Кажется, хрустнуло плечо. Но пронесло. Не перелом. Может, просто вывих. Его тело не было готово к такому. Он сменил уже несколько выстрелов. Ненужная больше паутина свисала со зданий, медленно растворяясь в воздухе. Новая же, очередная, натягивалась канатами. Питер соскользнул с лобового стекла и уперся ногами в землю. Впереди был крутой поворот. Если поезд не остановится прямо сейчас, то перевернется и упадет прямо на улицы спального района Нью-Йорка. Если не врежется в ближайшее здание и… Нет! Питер не хотел думать об этом. Он тормозил ногами по рельсам, чувствуя, как ступни начинает буквально печь от трения. Если бы его способности не были прокачаны до этого момента, то он… Попросту сломал бы уже ноги, если сам не кувыркнулся под поезд. Питер напрягся всем телом и буквально взревел, упираясь ногами. Паутины продолжали натягиваться, но при этом… поезд начинал останавливаться куда эффективнее. До поворота оставалось метров сто, не больше. Питер уперся ногами, сильнее ухватившись за свою паутину. Или ее прочность, или силы Питера и просто воля случая и удача, но… Спустя затянувшиеся секунды поезд, наконец, тихо заскрипел, яркие искры растворились в воздухе, а вагоны… остановились. Питер всматривался вниз, стараясь отдышаться. Его тело безумно болело. Кажется, он не чувствовал рук, а лишь одну сплошную боль. Но… – Человек-паук! Человек-паук! – кричали радостные голоса. Это были не только пассажиры поезда, но и все очевидцы, что стояли внизу или выглядывали из своих окон. Питер отпустил паутину и обессиленно рухнул на рельсы, успокаивая дыхание, бешено бьющееся сердце и разминая плечи. Ему повезло. Не было ни переломов, ни вывихов. – Это какое-то чудо! – кричали снизу. – Он снова всех спас! – Наш герой Человек-паук! Двери вагонов открылись и люди стали выходить на станцию. Повезло, что поезд остановился именно здесь. Пассажиров не пришлось экстренно эвакуировать, они могли сами спокойно выйти и уйти подальше от этого кошмара… Питер вылез на подмост станции, разминая мышцы. Он с легкой тревогой оглядывал людей, беспокоясь о том, чтобы никто не пострадал. К счастью, все были целы. – Человек-паук! Человек-паук! – Спасибо, парень, ты действительно мой герой! Мужчина, что не так давно, кричал на него, требуя, чтобы Питер быстрее действовал, подошел с облегченной улыбкой и по-отцовски приобнял его за плечи. Питер подавил в себе крик боли. Тело все еще было в шоке, как и он сам, от таких приключений… – Можно сделать с вами фото? – просили люди. – Конечно! – улыбнулся под маской Питер, не выдавая своей тревоги, ведь Карен зачитывала ему сообщения от Минхо…

***

Минхо♡ Ты там мир спасаешь или что?

Вы

ПРОСТИ

ПРОСТИ ПРОСТИ ПРОСТИ

Я ПРОСПАЛ!!!

Я ИДИОТ!!!

Минхооооо

Ты ведь не обижен?

КОНЕЧНО, ТЫ ОБИЖЕН!

ТВОЙ ПАРЕНЬ ПОЛНЫЙ

ПРИДУРОК

Мне ужасно стыдно (╥_╥)

Как я могу загладить свою вину?

Если хочешь, можешь меня

ударить при встрече

Я ЗАСЛУЖИВАЮ ВСЕГО

НАКАЗАНИЯ МИРА

(╥_╥)(╥_╥)(╥_╥)

МИНХООООО

Я люблю тебя (〒﹏〒)

Питер заблокировал телефон, отчаянно прикрыв глаза рукой. Маска сжималась в руке от злости на самого себя. Снова тупые отмазки. Снова сорванные планы. И так всегда. Питер ненавидел себя. И быть супергероем ему уже не нравилось. Он хотел спокойной жизни. Со своим парнем. Хотел быть простым студентом колледжа, который переживал о предстоящих экзаменах, а не думал о том, как спасти целый город… Питер снова обосрался в жизни. Минхо, наверное, больше не захочет с ним говорить. Оно и понятно… Если бы Питер был обычным человеком и встречался бы с супергероем, но… Но Питер и есть супергерой, черт возьми! А ведь Минхо до сих пор так ничего и не знает. На улице уже давно стемнело. Питер так и не сходил на свидание со своим парнем. Минхо не отвечал на его сообщения, хоть и был в сети. Питер лежал на крыше кирпичного дома, рассматривая звезды над головой. Как же он устал… В жопу это! Пора с этим покончить! Пора рассказать всю правду! Не раздумывая, Питер набрал номер Минхо. Вдохнув полной грудью, он собирался все рассказать. Да, дурак. Но Питер не Питер, если… Послышались гудки. Первый… Второй… Третий… Затем они остановились на секунду. И в это же время, Питер выпалил: – Я супергерой! Это я Человек-паук и я спасаю… – Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети… Питер оторвал трубку от уха и понял, что Минхо так и не услышал его признание. Он просто выключил телефон. Его можно понять… Сердце стучало с бешеной скоростью. Питер не зал, чего боялся сейчас больше: потерять Минхо, раскрыть свою личность или… Он просто хотел провалиться сквозь землю. Умереть… – Карен. Самый безболезненный способ самоубийства? – отчаянно произнес Хан. – Что ты задумал, Питер? – безэмоциональным механическим голосом спросила помощница. – Соединить тебя со службой поддержки? Там специалисты проконсультируют тебя… – Тихо! – насторожился Хан, выглядывая с края крыши. Карен замолчала, давая ему прислушаться к голосам снизу. Возле круглосуточного магазина, что находился на первом этаже этого здания, терлась подозрительная компания из трех парней. У одного из них в руках была бита, которую он крутил в ладони, подбрасывая. Второй что-то нащупывал в своем кармане, предвкушенно ухмыляясь. Компашка зашла внутрь. Спустя пару секунд послышался истошный женский крик. Питер быстро надел маску и спрыгнул на паутине вниз, резко открывая двери и наблюдая следующую картину: трое парней в черных балаклавах угрожали девушке-продавцу, требуя отдать всю наличку. Хан хмыкнул, вальяжно облокотившись на косяк и расслабленно произнес: – Привет, мальчики, – махнул он пальцами в воздухе. – Почему гуляете так поздно ночью? Разве мама не говорила вам ложиться спать? – Ты че, утырок! Жить надоело? – выступил вперед один из них. – Проваливай отсюда, куколд в обтягивающих трикошках! Питер хмыкнул под маской, обводя их всех взглядом. Девушка за кассой опасливо отошла к самым стойкам с сигаретами, прикрывая рот от страха. – Разве вы не знаете, кто я? – усмехнулся Питер. – Урод, сбежавший с детского утренника? Двое остальных рассмеялись. Питер закатил глаза под маской и подошел к кассе. Тот, что угрожал девушке, направил пистолет на него. Хану хватило доли секунды, чтобы выпустить паутину и выбить из его рук оружие. Пистолет отлетел куда-то в угол к стеллажам с полуфабрикатами, и развалился на двое. Он был ненастоящим… – Кто же пугает такими игрушками? – снова хмыкнул Хан. – Если уж и пошли на ограбление… Он не успел договорить, как на него тут же накинулся парень с битой. Или он был слишком смелым или слишком глупым… В любом случае, Питер мог только поаплодировать его действиям. Или посмеяться над ним. Над всеми тремя, что накинулись на него. – Разве в школе вас не учили, что двое на одного не честно? – Завали рот, придурок! Они замахивались на него кулаками. Биту Питер забрал у них точно таким же способом, как и игрушечный пистолет. Она закатилась куда-то под морозилку, запутавшись в пыли. Питер не дрался, но мастерски уворачивался от ударов. Кулаки летели в пустоту. Сами же недо-грабители путались друг в друге, врезаясь в стеллажи и стены. – Не люблю бить людей, – усмехнулся Хан, поймав кулак прямо перед своим носом. – Зато ловко расправляюсь и без драк, – он завернул руку нападавшего и толкнул к стойке с комиксами и свежими журналами. Парень врезался в нее и перевернулся вместе с кипой глянца, оказавшись среди ярких картинок и мелкого текста. Схватив в руку первый попавшийся, он заметил подозрительное сходство странного незнакомца с тем, кто красовался на обложке журнала с сенсационной надписью: «Человек-паук! Кто скрывается под маской супергероя?». – Парни… – Не время читать комиксы, Джо! – недовольно крикнул его дружок. – Уеби этому придурку! Первый лежал на морозильнике с рыбой, еле как приходя в себя, второй все еще болтался возле комиксов, собираясь подняться на ноги, а третий… – А-а-а! – завопила девушка, указывая за спину Человеку-пауку. В руках третьего блестел складной нож. Он ринулся на Питера, но тут послышался глухой стук, разнесшийся у Хана за спиной. Он повернулся и увидел, что парень валялся на полу без сознания. К ногам Питера проскользил нож. Хан поднял глаза и увидел… Минхо… Его глаза были наполнены ужасом и удивлением одновременно, а в руках… – Извините, – произнес он. – Я заплачу за эту сковородку. Девушка-продавец шокировано кивнула и вышла из-за кассы. – Чт… – осекся Питер. Он совершенно не ожидал увидеть здесь Минхо. Ли был одет так, будто вышел из дома в том, что первое под руку попалось: спортивные штаны, растянутая футболка и кардиган. В левой руке болталась корзина со всякими вредностями. Видимо, Минхо решил заглушить злость на Питера, наевшись сладостями и чипсами. – Спасибо? – голос Хана надломился. Минхо опустил сковородку в корзину, все еще не понимая, что он только что сделал. Обезвредил преступника? Сковородкой по голове…

***

– Благодарю за содействие, Человек-паук! – полицейский пожал ему руку, улыбнувшись, и перевел взгляд на горе-грабителей. Они сидели спиной к спине друг к другу, перевязанные паутиной. Каждый стонал и кривлялся. Но хуже всего было тому, кого Минхо огрел сковородкой… Девушка-продавец не стала брать денег с Минхо за покупки и… эту чертову сковородку. Она упаковала все в пакеты и с улыбкой протянула их Минхо: «За счет заведения». А дальше приехала полиция. Питер отдал их в руки офицерам и обратился к Минхо: – Еще раз спасибо! – улыбнулся он. – Если бы не ты… – Пустяки, – отмахнулся Ли. – Я сам не ожидал от себя… такого. – Нет! Ты правда был крут! Настоящий герой! Минхо застенчиво рассмеялся, пряча руки в карманах. На одной из них болтался пакет с бесплатными угощениями. – Где ты живешь? – спросил Питер. Нет. Он вообще-то знал, где живет Минхо, но… Палиться сейчас не стоило. Он ведь Человек-паук! Питер и забыл, что хотел ему все рассказать. Он расскажет, но… Чуть позже. – Я просто не могу не проводить тебя, – тут же пояснил Хан. – Ты спас мне жизнь! А долг супергероя… Минхо рассмеялся, тем самым перебив Питера. Хан просто заткнулся по мановению волшебной палочки, услышав самый красивый смех своего парня. – В общежитии Йоркского колледжа. – Понял. Это не так далеко отсюда, – Питер открыл перед ним галантно дверь и склонился в приглашающем жесте: – Прошу! Минхо снова улыбнулся и вышел на улицу, отвесив короткое «спасибо». Огни ночного города подсвечивали дорогу. На улице было тихо. Не слышались гудки машин или чужие разговоры. Ночь. Тишина. Романтика… Питер бы прямо здесь поцеловал его, но Минхо не знал, что под маской героя скрывается его парень… – Так и… – спустя время не выдержал Хан. – Где ты научился так искусно обращаться со сковородкой? – пустил он шутку, нарушив тишину. С Минхо хотелось говорить. Целую вечность. Даже другая его личность палилась перед этим парнем. Хан был неловким, смущающимся. Таким, каким был без этой чертовой маски. Минхо усмехнулся, спрятав руки в карманах. Пакет с вкусняшками болтался в руке Питера. Он был увесистым. Видимо, Минхо планировал объедаться всю ночь. В одиночестве, заглушая свою обиду… на него… – Чтобы огреть кого-то ей по голове большого ума не надо, – усмехнулся Ли. – Но я люблю готовить, поэтому… – замялся он. – Часто держу ее в руке… – Ты же работаешь в кофейне, – как бы вскользь уточнил Питер. Человек-паук не раз приходил к нему на работу, покупая вкусный раф. – У тебя самые лучшие напитки в городе, а еще булочки и сэндвичи. В них идеально прожаренный бекон! У меня никогда не получается сделать такой. Сказать честно… в готовке я полный ноль, – неловко почесал он затылок, пряча под маской улыбку. – Мой парень точно такой же, – с теплотой хмыкнул Ли. – Однажды он хотел устроить мне сюрприз. Решил приготовить яичницу. Я проснулся от жуткого запаха гари. Он сжег все яйца. То, что осталось от яичницы, хрустело на зубах, – снова усмехнулся он. – Было невкусно, – признался честно. – Но очень приятно. Он очень хороший, правда… – улыбка стала грустной. – Но, кажется, он от меня что-то скрывает… Питер до боли закусил губу, виновато глядя под ноги. Он хотел ему все рассказать, чувствовал вину и… Минхо ведь ему не доверяет? Да..? Хан хотел быть для него лучшим. Самым честным, любящим, искренним. Тем, кто никогда не врет и не придумывает отмазки. Он бы все рассказал, но… Он ведь супергерой, на которого открыл охоту загадочный злодей. Если кукловод узнает, что Минхо с ним связан… Питер не хотел подвергать опасности своего любимого… – Я люблю его, – продолжил Ли. – Но и хочу, чтобы он был честен со мной. Знаю каждую его отмазку… Сегодня мы собирались сходить на свидание. Но он снова не пришел. Я отключил телефон и перестал отвечать на его сообщения. Даже не читал. Хотел показать ему, что жутко расстроен и обижен… Такое случается постоянно. Сначала я думал, что он мне изменяет, но… Питер не похож на такого человека. Я даже проверял его телефон. Знаю, это неправильно. И мне жутко стыдно за это. Но хотел убедиться. Спрашивал у его друга… Это точно не измена. Питер в этом чист, но… У него явно есть какая-то тайна… От меня и… кажется, ото всех, – он перевел взгляд на Человека-паука и застенчиво рассмеялся, стесняясь собственной откровенности. – Это все очень глупо. Я не должен был говорить тебе этого. У тебя и своих проблем хватает, ты ведь каждый день спасаешь город и… – Прости… – выдавил тихо Питер. Брови Минхо изменились в печали. Хан прочистил горло, прикусывая язык. – То есть… Мне жаль, что твой парень ведет себя так. Конечно, между парой не должно быть никаких секретов, но… – он зажевал губы, желая коснуться Минхо, но остановил себя и только ответил: – У всех есть свои секреты. Дай ему время. Уверен, если он и скрывает что-то от тебя, то только ради твоей безопасности. Минхо улыбнулся, слыша поддержку. Вся эта ситуация с Питером его жутко беспокоила. Он не хотел давить на него, но ему было необходимо выговориться. Он нес этот груз в душе, съедая и проталкивая его все глубже и глубже. Сейчас… пусть он и не успокоился, но стало чуточку легче. Впереди показался знакомый кампус и здание общежития. Где-то все еще горел свет, за шторами мелькали силуэты. Минхо обернулся, глядя на вход. За стеклянной дверью сидела вахтерша, перебирая спицами. Он поднимала взгляд на телевизор и снова возвращалась к своему занятию, поправляя круглые очки. – Мы пришли, – улыбнулся Ли, перенимая пакет из чужих рук. – Спасибо, что проводил и… за то, что выслушал. – Не вопрос! – воспрянул под маской Питер. – Обращайся! И что касается твоего парня… – Я напишу ему, – уверенно ответил Минхо. – Все же… Я люблю его и мне невыносимо без него. Без его сообщений и звонков. Но потребую извинений. Я прождал его возле кинотеатра больше часа! Питер рассмеялся, глядя на возмущения своего парня с влюбленными под маской глазами. – Думаю, он сам извинится. И я уверен, что он любит тебя так же сильно, как и ты его. – Спасибо… – снова улыбнулся Минхо. – Спокойной ночи? – Они мне только снятся, – рассмеялся Хан. – Удачи тебе с твоим парнем. Надеюсь, вы скоро решите все свои недопонимания. Береги себя! – махнул он рукой и выпустил паутину, цепляясь за соседнее здание. Он ловко подпрыгнул, открываясь от земли и улетая далеко в темноту. Минхо проводил его силуэт взглядом и шепотом произнес: – И ты себя…

***

Прошла неделя. Как и обещал, Минхо написал Питеру первым. Хан снова извинился. Минхо ответил, что не злится, но Питер теперь должен ему новое свидание. Их отношения снова стали привычными и теплыми, в которых они не отлипали друг от друга. Питер все еще думал о ночном разговоре с ним за маской Человека-паука. Конечно, Ли переживал и за него и… из-за него. Питер уже морально готовился к тому, чтобы все рассказать. Он написал себе план и даже целую речь, чтобы мягче подвести Минхо к самому главному и постараться не сильно шокировать его. Внутри все трепетало и сжималось от страха. Сердце не находило себе места, а душа – покоя. Питера тревожила не только ситуация с Минхо и, наконец, честный разговор о своей тайной личности и полная история его становления супергероем со всеми вытекающими… Кукловод. Он словно залег на дно. Затих. Питер совсем не радовался этой новости. Все это походило на затишье перед бурей. Он ждал какого-то подвоха и явно был на нервах. Что-то подсказывало ему, что сейчас самое время быть начеку, в тысячу раз внимательнее. Питер заглядывал за каждый угол, почти в каждую мусорку, когда провожал Минхо до дома. Штудировал интернет, просматривал новости, больше времени проводил в патруле. Делал это в основном ночью, ведь днем все свое внимание отдавал любимому парню. Не переставал следить за ним и в моменты разлуки, натягивая маску Человека-паука и тайно наблюдая за ним. Обострял все свои паучьи чувства, выискивая опасность. Минхо говорил Хану, что он ведет себя странно. Но Питер делал это лишь для того, чтобы защитить Минхо… и всех жителей города. Сегодня он тоже присматривал за Минхо, когда тот возвращался с работы. Каждый шаг, каждый метр. За каждым поворотом Питер выискивал для него опасности. Но Минхо добрался до общаги спокойно, даже не обратив внимания на пристальную слежку за ним. Питер всегда делал это тихо и неподалеку. Минхо♡ Кейт позвала меня в бар на Манхэттене «Мягкие лапки» расширяются и переезжают в другое здание Они нашли хорошего спонсора Не знаю точно, но мне что-то подсказывает, что этот «благотворитель» неровно дышит к Кейт (¬‿¬ ) Она писала, что познакомилась с одним парнем И что он очень богат Мы с ней давно не виделись Хочется посплетничать Обещаю, это ненадолго И я не буду пить Так что не переживай за меня и ложись спать Люблю тебя

Вы

Напиши, как вернешься домой

Я все равно не буду спать

И тоже люблю тебя

И очень скучаю

Через две минуты было отправлено еще одно:

Вы

А можно сходить с тобой?

Сообщения все еще оставались непрочитанными. Питер снова коротал время на крыше, рассматривая звезды. Ему нужно было немного на передышку. Питер каждую ночь патрулировал город и спал дай бог по три часа в сутки. Он вымотался и устал. Но никому не показывал этого. Голова вечно болела, но на лице продолжала сиять улыбка. Тело, напряженное как струна, не расслаблялось даже в объятиях любимого парня. Питер продолжал быть начеку и искать во всем угрозу. Или паучьи инстинкты или сердце… Все же что-то подсказывало ему, что грядет что-то очень нехорошее… Только вот для самого Человека-паука, для Минхо или целого города… Питер не знал… Минхо был не в сети. Это настораживало. Питер уже собирался на его поиски. Минхо не скинул геолокацию бара. Хан уже думал, исследовать каждый на Манхэттене. Возможно, Минхо уже встретился с Кейт и настолько увлекся разговорами с подругой, что забыл о Питере. Хан просто хотел убедиться, что с ним все в порядке. На костюме замигала эмблема с пауком. Тихий сигнал тревоги заставил Питера подскочить с места. Банка энергетика упала, образовав липкую лужицу в ногах. – Черт… Карен! – позвал он свою умную помощницу. – Что на этот раз? Карен начала говорить в унисон с нью-йоркскими билбордами, что зажглись на зданиях в одночасье. На экранах со всех сторон высветилась яркая картинка. Манхэттен был объят пламенем. Камера оператора дрожала, слышались крики и тяжелое дыхание. В объективе показалась темная фигура в фиолетовом плаще. Она подошла уверенной походкой, снимая капюшон. Камера затряслась сильнее. – Привет, Человек-паук, – произнес… Хейз… тот самый, что сбежал из тюрьмы. Тот самый Хейз, к которому вели все ниточки. Питер был прав… – Меня зовут Создатель. Я знаю, что ты искал меня. Я следил за тобой. Мои марионетки так и не смогли принести твою голову. Поэтому пришло время встретиться лично. Если ты струсишь и так и не придешь, то… – его лицо исказилось в жуткой гримасе. – Я уничтожу Манхэттен, а затем и весь Нью-Йорк вместе со всеми его жителями. У тебя пять минут. Долго ждать не буду. Камера упала. Оператор закричал. Ничего не было понятно. Виднелись только ноги злодея. Послышался жутки удар, а затем… Раскатистых смех. По картинке пошла рябь и… Сигнал пропал. Питер продолжал смотреть в черный экран, сжимая кулаки. Тем самым кукловодом оказался Создатель. Его настоящее имя Джон Хейз. Питер был прав, когда обозначил его в своей голове главным подозреваемым. В чем еще замешан Хейз? Неужели… Минхо… Минхо сейчас там… на Манхэттене… – Карен, дай мне точные координаты, откуда шел сигнал. Почти приказал Питер. Увидев на голограмме под маской точку, Питер незамедлительно отправился на место. Всего пять минут. Если он не успеет, жители погибнут. Погибнет его город. Его Минхо…

***

Тишина. Под ногами шумели лишь осколки стекла и бетонная крошка. Манхеттен был в огне. Здания пострадали от взрывов. Людей в округе не было. По крайней мере тех, кто мог позвать на помощь. Бездыханные тела лежали на дорогах. Питер присел у одного, нащупав слабый пульс. Еще живой. За спиной послышались шаги, а затем… – Четыре минуты, двадцать пять секунд, – произнес знакомый противный мужской голос, а затем раздались медленный хлопки. Создатель насмехался над Питером. – Хейз… – нахмурив брови, ответил Питер. Он поднялся с корточек, оборачиваясь к злодею лицом. Джон усмехнулся, глядя на него снизу вверх. Он был выше. Крупнее. Оттого и чувствовал себя в более выигрышном положении. Если уже не победителем. – Как приятно знать, что ты… – Что тебе нужно? – не церемонясь, перебил Питер. Хейз снова рассмеялся, обнажая желтые зубы. Сухие губы выгнулись, растягивая мелкие ранки в уголках. – Я так долго ждал нашей встречи, – протянул он. – Не хотелось бы раскрывать тебе все карты на первых же секундах нашего разговора. Хочешь послушать мою историю? Я расскажу. Но не уверен, что ты доживешь до конца моего длинного монолога. Впрочем… как не доживет и он… Хейз выставил руку в сторону, выпуская нить энергии. Послышался стон. А затем, как безвольная кукла, к его ногам упал… – Отпусти его! – крикнул Хан, увидев Минхо. Кровоподтек на виске. Разбитая губа, ссадины. Вся одежда в пыли и в грязи. Рваный свитер свисал с левого плеча. Казалось, будто Минхо только что вытащили из-под завалов или его пытали несколько часов, а затем выбросили, как наскучившую игрушку. – Что ты с ним сделал! Сердце Питера разрывалось, видеть любимого таким… Минхо измученный. Ослабленный. Слабый. Защитить-защитить-защитить… УБИТЬ. – А-а!!! Хан выпустил паутину, целясь прямо в руку Хейза. Та энергия, что струилась из его руки, причиняла Минхо боль. Не только ему. Питеру. Хейз выпустил новую волну, отразив атаку. Паутина столкнулась с мерцающей энергией, похожей на молнию, упав на асфальт сухими нитями. – Какая жалкая попытка, – рассмеялся Джон. – Это все, на что ты способен? Питер снова выпустил паутину. Но вышло все точно так же. Так до него не добраться… – Ты впустую тратишь время, Человек-паук. Этот… мальчик… – скосил он взгляд на Минхо, – звал тебя. Умолял его спасти. Сказал, что тебе нет равных. Какая жалость… – хмыкнул он наигранно. – Я думал, ты куда сильнее. – Оставь его в покое! – крикнул Хан, подняв с земли кусок бетонной плиты, и кинул его прямо в Хейза. Но тот снова столкнулся с тветной атакой, разлетевшись на пыльные осколки. Питер был в отчаянии. Его мозг отключился. Сердце слишком сильно билось. Чувства брали верх. Логика и холодный рассудок покинули его, оставив место только… злости и боли. – Что тебе нужно? – повторил Хан. – Я? Мои силы? Так давай! Отпусти его и… – О-о-о, нет, – рассмеялся Хейз. – Это было бы слишком просто. Ты не главная моя цель. Но и не последняя. Сломав тебя, у Нью-Йорка не останется защитника, и тогда весь город будет подчиняться мне. Люди будут слушаться только меня. Все они… станут моими марионетками. Я захвачу Нью-Йорк, а за ним… и весь мир. Тот мир, что заставил меня страдать и гнить в тюремной камере. Мир, что отобрал у меня время и могущество. Вы все поплатитесь за это! Но в особенности… ты… Как и твои родители. – Что… Ноги подкосились. Питер оступился назад, не веря собственным ушам. Хейз знал его родителей? Хейз… – Помнишь трагедию десятилетней давности? Лучший офицер полиции Нью-Йорка случайным образом погиб в аварии вместе со своей женой. Их машина перевернулась, а затем загорелась. Никто так и не узнал истинной причины их смерти. Настоящей, а не той, что объявили в СМИ. Питер смотрел на Хейза, как заколдованный. Он не мог произнести ни слова. Только кровь бурлила в его венах. Страх. Боль… Гнев. – Ученый, что десять лет назад устроил теракт в лаборатории «Oscorp Industries» был задержан офицером полиции и приговорен к тюрьме на долгие…. До-о-олгие годы. Но он не хотел мириться с этой участью. Он хотел силы. Хотел власти. Хотел отомстить… – глаза Хейза почернели, уставившись на Питера. Голос стал ниже. Затем, после затяжной паузы он произнес: – Тем ученым был я. Я создал сыворотку, испытал на себе, но все вышло из-под контроля. Той, кто меня сдал, была моя праведная ассистентка – твоя мать. А тем, кто посадил меня – твой отец. Я знаю о тебе все, Человек-паук. Или мне сказать вернее, Пи… – А-а-а! Хан сорвался с места, пролетев на паутине, и бросил в Хейза автомобиль, впечатав его в стену. Джон не успел отразить удар. Нить энергии, связывающая Минхо, исчезла. Ли обессиленно упал на землю, застонав от боли. Питер потерял рассудок. Гнев застелил глаза. Единственное, о чем он думал… убить Хейза. Прямо сейчас. Отомстить за родителей. Правда вонзилась в сердце самым острым ножом, самой жгучей пулей. Самой сильной болью… Машина отлетела на дорогу. Хейз отбросил ее, отлипнув от стены. За ним посыпалась крошка. По зданию пошли трещины, отпечатав в кирпичах его силуэт. Хейз выпустил в Питера энергией, но промахнулся. Хан перепрыгнул на другое здание, приклеившись к фасаду. Их битва была жестокой. Минхо только и мог, что наблюдать за ними. Летало все. Автомобили, куски бетона, ограждения. Стены трещали. Земля вибрировала, подбрасывая асфальтную крошку. Гремели взрывы, огонь то загорался, то потухал. Минхо отполз подальше от поля битвы, прислонившись спиной к зданию. Его телефон был сломан. Он не мог даже вызвать скорую или полицию. В нескольких метрах от бара лежала Кейт. Ли видел ее слабое дыхание. Она была почти цела, не считая запекшейся крови на ее плече. – Я убью тебя, Хейз! – послышался голос Человека-паука. Затем вспышка. Что-то пролетело над головой Минхо, рухнув на крышу автомобиля. Ли увидел красно-синий костюм. Сверху упал бетонный блок. – Нет! – крикнул Минхо. Сердце сжалось. Хейз рассмеялся. Минхо обернулся, увидев чертового Создателя. Джон сплюнул сгустки крови, вытерев рот тыльной стороной ладони. Он шатался. В глазах горели языки пламени, охватывающие Манхеттен. На мгновение время остановилось. Минхо, как в бреду и замедленной съемке, поднялся на ноги и побежал в сторону Человека-паука… или того, что от него осталось. Все не так должно было кончиться. Человек-паук герой… Герой всего Нью-Йорка. Его герой. Ведь он… Послышался удар. Бетонная плита раскололась и рухнула на асфальт. Секунда… Две… Три… И с раздавленной крыши машины поднялся он… Одной рукой скрывая лицо под порванной маской, Человек-паук поднялся, обессиленно спрыгнув на землю. – Ублюдок… – послышалось тихое. Минхо подбежал к нему, помогая подняться. И в этот самый момент он увидел его лицо. То лицо, что скрывалось за тенью паука. Ту личность, что скрывалась в костюме. Того, кто был для Нью-Йорка героем. Того, кого Минхо так сильно любил… – Питер… Хан вздрогнул, переводя взгляд. Одинокая слезинка скатилась по щеке Минхо. Но в глазах… лишь страх и… принятие. Облегчение и… никакой обиды. Никакого шока. – Питер, ты… – Прости, – выдавил Хан. – Не так я собирался тебе обо всем рассказать… За спинами снова послышался смех и ироничные хлопки. Создатель, хромая, приближался к ним, скаля окровавленные зубы. Его забавила вся это картина и совсем не удивляла. Ведь он был в курсе личности Человека-паука, как…. Впрочем… и Минхо. Он следил за ними. Набравшись силы и окрепнув, Создатель решил выйти из тени и действовать сам. Без своих марионеток. – Какая трогательная сцена. Вижу, твой дружок не удивлен. Ты был таким предсказуемым… Питер. Но… настало время попрощаться со своим мальчиком… Я уничтожу тебя, Питер Хан! – Питер… В глазах Минхо страх. Рука на треснувшей эмблеме костюма. Карен больше не отвечала привычным механическим голосом, подавая сигналы сос. Питер не слышал ее, но видел прерывистые сообщения на голограмме, что ходила рябью под уцелевшей частью маски. В секунду Хан потерял большую часть функционала своей помощницы, костюма и… свою тайну. – Это я уничтожу тебя, – тихо ответил Хан, цепляясь за Минхо. Он смотрел лишь на Хейза, видя перед собой цель и… Желая всерьез убить его. Он шагнул навстречу, чувствуя у себя на груди мягкую ладонь. Минхо пытался его остановить. – Нет, Питер… Ты не такой, – произнес Ли. По глазам Хана все и так было понятно. Сам он не остановится. Его нужно вразумить. – Ты не злодей. Не убийца. Если ты сделаешь это, чем будешь лучше… него, – указал он на Хейза. – Ты герой, не убийца, – повторил он. – Так и закончи с ним, как герой. Как Человек-паук. Тот, кто спасает и дает надежду людям. В кого верят жители и всегда зовут на помощь. Никто из них не хочет, чтобы ты убивал. Не хочу и я. Стань снова героем. Человеком-пауком. Тем, кто спасает, а не вредит. Даже такие люди, как Хейз… Ли остановился. Слова застряли в горле. Что он хотел сказать? Заслуживают прощения? Надежды? Понимания? То, что учинил Создатель, не поддается никаким отговоркам. Он злодей. Преступник… Он не заслуживает смерти. Смерть для него – слишком легкий исход. А Питер… Питер слишком хороший человек, чтобы марать о такое ничтожество руки. По асфальту зашумели шины. Из-за углов выехали темные тонированные бусы. Над головой загудели вертолеты. По земле стали светить прожекторы. Сверху в мегафон раздался мужской голос: – Джон Хейз. Поднимите руки и сдайтесь. Вы окружены! С лестниц стали спускаться военные. Другие выбегать из машин, приготавливая автоматы. Питер прочитал на их спинах надпись: Служба безопасности «Oscorp». Хейз попытался их остановить, но из рук вылетели лишь мелкие искры энергии. Он истратил все свои силы. Тогда он попытался сбежать. Но… Паутина сковала все его тело, и он упал на землю в липком коконе. Минхо улыбнулся Питеру, взяв его ладонь в свою. Пока никто не увидел лица Хана, Ли оторвал лоскут ткани от своей футболки под рваным свитером и приложил его к открытой половине лица Человека-паука. Хейза окружили, выставив автоматы. Двое военных подняли его, поставив на колени. Из последней машины вышел капитан Адриан Прайс, а за ним Норман Осборн – исполнительный директор «Oscorp Industries». Второй задержал взгляд на Питере на пару секунд и… кивнул, высказывая уважение и благодарность, а затем направился к военным. Прайс же остановился возле Питера, вытягивая ладонь для рукопожатия. – Спасибо, Человек-паук! – улыбнулся он гордо. – Ты снова всех спас. Прости, что так долго… – А вы… – на мгновение растерялся Питер. Прайс подмигнул, приблизившись: – Сотрудничаю с лабораторией. Вернее сказать… я и есть один из членов службы безопасности «Oscorp». Меня временно перевели в полицию, чтобы я мог расследовать дело о Кукловоде, точнее… о Создателе. Это было мое задание: найти его. Но… – по-доброму усмехнулся он. – Ты справился с этой задачей куда лучше меня. Теперь Хейз будет под нашим наблюдением. И уж из той тюрьмы, куда поместим его мы, он точно не сбежит. Прайс улыбнулся и направился следом за Осборном. Хейза уже сковали специальными наручниками, обезвреживая окончательно, и затолкали в машину, военные изнутри закрыли дверь, держа возле него автоматы. Они тоже были необычными. Чем еще занимается «Oscorp»… Питер потом поинтересуется этим у Прайса. Когда-нибудь… Послышались сирены скорой помощи. Машины заполонили Манхеттен, помогая раненным.

***

Питеру пришлось ждать, пока Минхо обработают раны. Люди сильно пострадали, но, к счастью, обошлось без смертей. Кейт отделалась сломанной рукой, Минхо ссадинами и ушибами. Ночь переходила в рассвет. Солнце поднималось из-за облаков, окрашивая небо персиковыми красками. Паутина цеплялась за здания. Две фигуры парили над улицами Нью-Йорка. Их никто не видел. Все только просыпались ото сна, читая новости о случившемся на Манхеттене. Питер крепко держал Минхо за талию, прижимая к себе. Руки Ли сжимали его шею. Они пропахли пылью, гарью и кровью… Но сейчас оба были в порядке. – Как же здорово! – смеялся Минхо, глядя на проносившийся под ними Нью-Йорк. Питер предложил Ли проводить его до дома, но сделать это так, как давно хотел… Покатать его на своей паутине. Теперь Минхо знал о нем. Вернее, давно узнал, просто ждал, когда Питер-Человек-паук покажет свое лицо. Расскажет ему. Получилось все совсем не так, как они оба себе представляли. Но, возможно, оно и к лучшему. Зато теперь между ними нет секретов. – Ну вот и все, – произнес Хан, опустив их обоих на землю. Знакомый кампус. Общежитие. Еще недавно они возвращались сюда с пар, как обычная парочка студентов. Теперь же… эта парочка была не совсем обычной… Ли Минхо и его парень-супергерой. Звучало до сопливого романтично. Но Питер был самым настоящим супергероем. Не только для всего Нью-Йорка, но и для самого Минхо. – Спасибо, – улыбнулся Ли, оставляя на губах легкий поцелуй. – Ты… – замялся Хан. – Точно не обиделся? Я столько скрывал от тебя, что… – Что ты Человек-паук, я понял еще в тот день, когда герой Нью-Йорка зашел ко мне в кофейню и заказал ореховый раф с карамельным сиропом. Только вот ты не знал, что этого напитка нет в меню. Я делал его только для тебя, Питер, – снова улыбнулся Ли, погладив голую щеку. Хан покраснел, прикусив губу. Он еще так давно спалился. Какой позор… – И ты молчал? – Ну… это ведь твоя тайна. Было бы глупо, если бы я спросил тебя об этом. «Питер, почему ты не сказал мне, что ты Человек-паук? Я узнал об этом еще…», – хитро рассмеялся он. Минхо совсем не злился. Питер не знал, радоваться ему или… Хан прикрыл лицо от стыда. Уши горели. – Прости. Я правда хотел тебе рассказать. Просто не знал, как. – Я все понимаю. И ни капли не виню тебя. Ты ведь хотел меня защитить, – напомнил он о ночном разговоре с Человеком-пауком неделю назад. – Прости, – повторил Питер. – Я ужасный парень… Ли взял его лицо в свои ладони и мягко ответил, заглядывая в шоколадные глаза. Один смотрел на него открыто, другой все еще прятался за маской. – Все в порядке, Питер. Ты не ужасный. Ты самый лучший парень на свете. Ты спас меня. Не только меня, но и весь город. Я рад, что ты прислушался ко мне и… не стал убивать того злодея. – Очень хотелось, – стыдливо ответил Хан. – Знаю. Я бы, наверное, на твоем месте думал о том же, но… Хорошо, что все закончилось. И что все целы. «Oscorp» разберется, что делать с ним дальше. Теперь это не твои заботы. – Хенджин убьет меня… Минхо нахмурился в непонимающей гримасе. – Карен, – пояснил Питер. – Моя помощница. Это она сообщала мне о всех странностях и чрезвычайных ситуациях в городе. И тот раз… когда я не пришел на свидание. Я останавливал поезд. Это тоже она мне сообщила. – Я видел в твоем фан-аккаунте. Но причем здесь Хенджин? – Он создал ее для меня. И он узнал обо мне самым первым. Пусть и тоже случайно, – закатил глаза Питер. – Хван кто-то типа моего супергеройского айтишника и папы Карен… Он называет ее своей любимой дочерью… Ли скривился: – Какой ужас… – Согласен. – Но довольно мило, – рассмеялся Ли. Солнце грело спины. В общаге открывались окна, впуская внутрь солнечные лучи. Студенты просыпались. Минхо перевел взгляд на кампус, а затем оставил сладкий поцелуй на губах. – Тебе пора идти, пока кто-нибудь тебя не увидел. Не хочу, чтобы потом моего парня везде преследовали сумасшедшие фанаты. – Ревнуешь? – Чудак ты, Питер! – легонько стукнул он в плечо, по-доброму рассмеявшись. – И очень большой чудик… – Мне столько всего тебе нужно рассказать, – улыбнулся Хан. – Похвастаешься своими подвигами в следующий раз, – прыснул Минхо. – Разговор будет долгим. Стоит начать с самого начала. – Уже жду с нетерпением истории о том, как ты случайно получил силы, потому что тебя укусил паук. – Но это правда! Минхо на секунду удивился, а затем снова улыбнулся, подгоняя с территории кампуса. – Хорошо. Буду ждать все в подробностях. – Сегодня вечером? Устроим свидание? – Договорились. Но только на этот раз хотя бы предупреди меня, что спасаешь город. – Обещаю. Люблю тебя! Питер собирался выпустить паутину, но был резко остановлен и притянут в поцелуй. Минхо целовал слишком сладко. Так нежно и чувственно, что подкашивались ноги. – А теперь иди. – До вечера? – До вечера… Питер улыбнулся и выпустил паутину, а затем подпрыгнул в небо и скрылся за фасадами зданий. К счастью, его никто не увидел… кроме Минхо, конечно же.

***

Вы

Мне снова нужна твоя помощь

Карен сильно пострадала

Сигнал поступает на мой телефон,

но она не говорит

Наверное, полетел динамик

Я надеюсь, что только он…

Но чем быстрее ты ее починишь,

тем лучше

Молю, не убивай. Ночка и так

была не из лучших (╥﹏╥)

Хенджин БОЖЕ БЛЯТЬ Я ДУМАЛ, ТЫ УМЕР ЧТО ЗА ПИЗДЕЦ ПРОИЗОШЕЛ НА МАНХЕТТЕНЕ ЭТОЙ НОЧЬЮ??? Я рад, что ты жив, но… КАКОГО ХУЯ МОЯ КАРЕН ОПЯТЬ ПОСТРАДАЛА ИЗ-ЗА ТЕБЯ??? Хотя… Хорошо, что вы хотя бы живы Моя бедная любимая доченька!!! Ладно Раз уж я проснулся, дуй ко мне Жду Починю мою малышку Питер спрыгнул с крыши, залетев прямиком в открытое окно своей комнаты. Тетя Мэй, по всей видимости еще спала. С кухни не шел запах утренних оладьев, а в ванной не шумела стиральная машина. Мэй всегда устраивала утреннюю стирку. Питер часто просыпался под эти звуки, а затем накрывался одеялом с головой и снова засыпал до будильника. На телефон пришло новое сообщение. Хан разблокировал экран, стянув маску. Минхо♡ Я думал, со всеми этими приключениями сегодняшней ночью, у меня сломался телефон Но оказалось, он просто сел И весь в трещинах… Выглядит не очень, но работает Так во сколько ты сегодня зовешь меня на свидание? В шесть? Я согласен Буду ждать твоей истории Постараюсь не сильно удивляться Хотя… Я ведь не слишком удивился, что ты Человек-паук Но, возможно, это просто шок… Когда проснусь, буду орать и сходить с ума, ведь мой парень – Человек-паук Ты такой чудак, Питер Но я все равно люблю тебя Выспись хорошенько Нам это обоим нужно Уже скучаю До встречи в шесть, люблю♡(>ᴗ•) Сегодня ему предстоит немало дел. Сначала нужно подлатать Карен, а затем и свой костюм. До шести времени хватит. Он еще успеет выспаться. Хан улыбнулся, перечитывая последнее сообщение от Минхо и блокируя телефон. Сзади раздался глухой стук. Хан обернулся, сжимая маску в руке. На пороге его комнаты стояла Мэй. Корзина с бельем валялась у нее в ногах. – П…П-питер?! Кажется, сегодня придется рассказывать все не только Минхо, но еще и любимой тете… – Привет, тетя Мэй, – улыбнулся Питер, как ни в чем не бывало махнув рукой. Вот черт. Теперь я реально попал… Даже дружелюбному соседу Человеку-пауку тоже иногда нужна помощь… Карен S.O.S (⁄ ⁄•⁄_⁄•⁄ ⁄)