Цветение сливы

Прошло около недели после последней попытки Айно спрятаться от реальности. Приём у врача ни чем не отличался от предыдущих - ни обещаний, ни четкого прогноза. Только стандартная схема лечения, повторяющаяся снова и снова вот уже третий месяц.  Аки каждый раз повторяет, что стоит быть оптимистичнее, ведь она могла вообще не встать на ноги, после того падения.  Но что толку от его слов, если жизнь и всё равно кажется законченной.  Ей восемнадцать. И четырнадцать из них она посвятила всю себя этому спорту. Который забыл о ней за месяц.  Недельный график теперь выглядел совсем иначе:  Вместо тренировки в зале — физиотерапия и уколы.  Вместо очередного проката на льду — лежание на диване с телефоном в руках.  Вместо бесконечных сообщений от знакомых и подруг — тишина и пустота.  Всё это сливалось в бесконечную массу отчаяния, что затягивала в себя, подобно черной дыре. И чем дольше она лежала и думала об этом, тем сильнее вязла в этой субстанции из бесконечного сожаления, усталости и жалости к себе.  Жалость.  Её она ненавидела больше всего.  Чужая вызывала агрессию и желание послать человека куда подальше. Она унижала, делала слабой, а слабой она быть не хотела. Но почему то себе она её позволяла.  Отец отдалился после травмы. Словно просто вычеркнув из жизни.  Аки, наоборот, в первые недели вёл себя слишком внимательно и бережно. Перевёз её к себе, старался угадать желания, словно боялся сделать что-то не так. Но быстро понял, что тактика провальная.  Любая забота воспринималась в штыки, а слова били в самые больные точки.  Айно словно пыталась сделать так, что бы он просто махнул рукой.  Но волейбол научил его, нет результата, нужно просто поменять тактику.  И он поменял.  Забота сократилась до базовых вещей. Исчезли попытки успокоить и подбодрить, их место заняли подколы и сухие замечания. Не сразу, но она начала отвечать менее резко, дерзить в ответ и даже один раз улыбнулась на его подъебку.  Жизнь как будто постепенно вошла в какую то новую примитивную рутину. Такую, в которой Аки мог хоть немного выдохнуть. Он думал, что стало лучше. На самом деле Айно просто устала злиться. Гнев сменился тишиной. Она перестала сопротивляться и позволила себе медленно тонуть, больше не хватаясь за соломинку агрессии.

Просто тишина. 

— Айно, почему ты все ещё в домашних штанах? – раздраженно начал Аки, закидывая вещи в спортивную сумку.  — Мне без штанов лежать? – лениво отозвалась она, не отрываясь от телефона. Аки подошёл ближе и резко выдернул устройство из её рук, положив его на стол. — Эй! – возмутилась девушка, неуклюже опуская ноги на пол.  — Не эйкай, – бросил Аки. – Ты уже третью физиотерапию пропускаешь, придумывая отмазки.  — Ничего я не придумываю, – надулась Айно, – У меня дела.  Аки поднял её телефон со стола и посмотрел на экран. На нем была открыта какая-то игра с яркими нереалистичным пейзажами.  — Совсем ёбнулась? – выдохнул парень. – Это не повод пропускать терапию. Вставай.  — Да боже… – раздраженно протянула девушка. – Сейчас оденусь.  Она медленно поднялась с дивана, поморщившись, когда колено неприятно прострелило. Аки отвернулся, сделав вид, что ничего не заметил, и продолжил собирать сумку. Но у него самого лицо слегка скривилось от этого вида.  — У тебя пятнадцать минут, – вновь заговорил парень. – Или закидываю тебя на плечо и везу как есть.  — Да поняла я, поняла! – уже срывалась девушка, бросая в него подушку. 

~~~

Машина медленно плелась по улицам Токио. Пробок в это время уже не было, но Аки всё равно ехал осторожно, почти нарочито медленно, словно боясь разогнаться.  Айно сидела на пассажирском сидении, и нервно стучала ногтями по бардачку. Аки даже не включал музыку, предпочитая сидеть в тишине и не отвлекаться от дороги.  Спустя десять минут девушка не выдержала.  — Ты меня хочешь до психушки довести? – раздражённо бросила она. – Включи хоть что-нибудь. — Сама выключай, если надо – отозвался он. – Я за рулем вообще-то.  Айно потянулась к панели, щёлкая радиостанции. Остановилась на какой-то спокойной мелодии, не слишком навязчивой. Откинулась назад и прислонилась лбом к холодному стеклу. Пейзаж за окном был… другим. Не те улицы, не те здания, которые она уже выучила наизусть за месяцы поездок. Айно нахмурилась, оторвалась от стекла и перевела взгляд на брата. — Только сейчас заметила, да? – спокойно спросил он. — Куда мы? – она не сводила с него глаз. – Мы ездим другим маршрутом.  — Ну, мы и не туда, – невозмутимо протянул Аки.  — Поняла я, – отрезала Айно. – Я спросила куда мы едем?  — Секрет.  Айно замолчала. Честно досчитала до десяти, стараясь не сорваться. Как только она открыла рот, чтобы выдать всё, что о нём думает, машина остановилась. — Приехали, – радостно заключил Аки, паркуясь. – Выходи.  — Никуда я не выйду, – огрызнулась девушка, сложив руки на груди. – Пока ты не скажешь куда.  — Как скажешь, – невозмутимо ответил он, глуша машину и выходя из неё.  Айно наблюдала, как брат обошёл капот и распахнул её дверь. — Что ты.. – начала она. – Ай!  Аки ловко отстегнул ремень девушки и взяв её аккуратно чуть выше колена, вытащил из машины, поставив у фонарного столба. Айно вцепилась в него, чтобы не потерять равновесие. — Ты вообще страх потерял? – взорвалась она. – Да я тебя ночью подушкой задушу!  — Как скажешь, – невозмутимо отозвался он, вытаскивая с заднего сиденья костыли. Он торжественно вручил их девушке, и направился к зданию.  Айно постояла на месте минут пять, бурча себе под нос ругательства, но все же поковыляла к брату, терпеливо ждущему её у входа. Внутри оказалось светло и просторно. Небольшая студия, заставленная стульями, этюдниками и предметами быта. Люди сидели вразнобой: пожилой мужчина старательно писал красками чайник, девочка лет пятнадцати выводила что-то карандашом, а в дальнем углу группа рисовала парня, позирующего в центре. — Ты меня в кружок какой-то привел что ли, – начинала закипать Айно. – Мне, по-твоему, пять лет?  — Не вижу тут пятилеток, – пожал плечами Аки. – Вон тому мужчине, скоре семьдесят пять.  — Я не умею рисовать, – уже почти умоляюще сказала она. – Отвези меня домой.  — Прости, злюка, – сказал Аки разворачиваясь. – У меня тренировка. Заеду за тобой часа через три.  — Что ты.. – Айно обернулась, но дверь уже закрылась. – Выдумал.  Она шумно вздохнула, опускаясь на рядом стоящий стул.  — Добрый день! К ней подошла молодая девушка, на вид не моложе двадцати, с длинными каштановыми волосами и широкой улыбкой.  — Вы Нишида Айно?  — Ага, – устало отозвалась она, –Здравствуйте.  — Меня зовут Мирито Аканэ. Ваш брат обо всем предупредил! – затараторила девушка. – Я проведу для вас первый урок. — Я не хочу вас расстраивать, – тихо сказала Айно. – Но я не умею рисовать. И вообще не особо хочу. — Это не проблема, – спокойно ответила Аканэ, будто не услышав вторую часть. – Я как раз для этого. Проходите, вот сюда. Её усадили за мольберт. Лист бумаги казался слишком белым, почти раздражающе пустым. —Начнём с простого, – мягко сказала Аканэ. – Не обязательно ровно, просто линии. Айно взяла карандаш. Пальцы дрогнули. Линия вышла кривой. — Чёрт… – прошипела она. — Нормально, – тут же отозвалась преподавательница. – Не стирайте. — Но это же ужасно. — Нет. Это нормально.  Айно вопросительно посмотрела на Аканэ, но всё же продолжила. Штрих, ещё один. Рука быстро уставала, движения выходили резкими. Она злилась, сжимала челюсть, но старалась не срываться. — Вы раньше чем-нибудь творческим занимались? – как бы между делом спросила Аканэ. — Нет, – отрезала девушка. – Только спортом.  — Ого, правда? – поинтересовалась девушка. – Профессионально?  Она кивнула. — Тогда понятно, – улыбнулась Мирито. – Вы привыкли, что результат должен быть идеальным.  Айно хмыкнула. — А тут не так?  Что только рассмешило собеседницу, она неловко улыбнулась и принесла новый лист.  — Нет. Иногда чем менее идеально получается, тем это ценнее.  — Вот как, – задумалась Айно.  Дальше разговор пошёл незаметно легко. Акинэ оказалось очень милой и простой девушкой, запросто поддерживающей любой диалог. И Айно сама не заметила, как перестала поглядывать на дверь и на часы. Карандаш двигался увереннее. Линии всё ещё были неровными, но уже не раздражали так сильно. В какой-то момент она поймала себя на мысли, что не думает ни о больнице, ни о льде, ни о том падении. Она просто рисует. И, что было самым странным… Ей понравилось.

~~~

Куроо смог поймать Айно только спустя неделю, и то, только благодаря тому, что тренер задержал Аки на тренировке.  Она сидела у выхода из спорткомплекса, залипая в телефон. Одна нога была согнута в колене и поджата под себя, а вторая вытянута вперёд. На ней как обычно была объёмная одежда, будто на размер больше. Но в этот раз она не скрывала, а наоборот подчёркивала то, что Айно стала меньше. И Куроо заметил.  Заметил что ее запястья стали тоньше, а щечки, что были при первой встрече совсем пропали. Её силуэт становился с каждым разом меньше, словно она старательно пыталась стать незаметнее.  — Что делаешь? – спросил он подходя со спины.  Она вздрогнула и чуть не выронила из рук телефон, уже повидавший пол. Нога дёрнулась и она взявшись за неё руками слегка выругалась.  — Да твою ж… – тихо прошипела она. – Убить меня решил? — Прости, прости, – сразу сказал Тецуро.  Он обошёл сиденье и присел перед ней, аккуратно поправляя съехавший фиксатор. Айно тут же начала отбиваться, отталкивая его руки. — Не трогай! – шипела она. Но он упорно продолжал её поправлять, пока их руки не соприкоснулись.  Оба замерли.  На слишком долгую долю секунды.  Куроо первым убрал руки, мысленно досчитал до трёх и сел рядом. Айно была красной до ушей, то ли от злости, то ли от смущения. — Тебя трудно найти, – как ни в чем не бывало сказал он.  Девушка уставилась на него в недоумении.  — Рутинности моего расписания, можно позавидовать, – буркнула она.  — Не видел тебя тут целую неделю.  — А, ну это, – она неловко почесала затылок. – Дела были.  — Это какие?  — Важные! – надулась девушка, сложив руки на груди. – Зачем вообще искал?  Куроо усмехнулся. В этот момент она была похожа на кошку, которая делает вид, что в два раза больше и опаснее, чем есть на самом деле. — Кажется, ты мне должна, – протянул он. – За доставку пьяного брата прямо до квартиры. — Ты серьезно? – она прищурилась. – Пусть он и расплачивается.  — Нет,нет, – помахал пальцем Куроо, прям перед её лицом. – Так легко не отвертишься.  Айно шумно выдохнула и откинулась на жёсткую спинку кресла. — Ну и чего ты хочешь?  — Твой номер.  — И всё? -недоверчиво спросила она. — Мог у Аки просто спросить.  — Я и спросил.  — И? — И он не дал.  Айно вздохнула и протянула руку. — Телефон. Куроо отдал его. Она быстро вбила номер и вернула обратно. — Это было как-то даже просто.  — Да мне не жалко, – ответила Айно. – Я же могу тебя сразу заблокировать.  — В самое сердце… И тут он увидел её. Улыбку. Она была такой мягкой и мимолетной, что ему даже показалось, что померещилось. Он замер, непозволительно долго смотря на её лицо.  — Не пялься, – буркнула Айно.  — Я не.. — Айно!  Из раздевалок вышел Аки. Он был явно на взводе, на ходу подхватил её сумку и двинулся к выходу. — Давай, давай, – бросил он на ходу, даже не глядя на Куроо. – Я опаздываю.  У слову торопиться Айно не стала. Она не спеша потянулась к костылям, аккуратно поднимаясь на ноги и медленно двинулась к выходу.  Спустя пару шагов она повернулась к Куроо, тихо сказав:  — Подумай получше, прежде чем писать мне.  И не дожидаясь ответа, пошла в сторону бесящегося брата у входных дверей.  Куроо же так и остался сидеть на том же месте. Кулаки слегка сжались в кармане спортивных штанов.  Нужно быть дураком, что бы не понять, что она имела ввиду под этим.  Проблема была в том, что ему уже было не о чем думать.