Do I Wanna Know?

Векна был мертв — его обезглавленное тело лежало окровавленной кучей на фоне иссохших лоз изнанки, в воздухе повис противный запах мертвечины, из-за которого кружилась голова и скручивало желудок, а парящий вокруг пепел застревал в носоглотке и мешал лёгким полноценно выполнять свою работу. Где-то рядом суетились несколько военных, кое-как пережившие нападение демопсов — они бегали от одного ребенка к другому, видимо, выполняя какие-то свои поручения. И Уиллу бы радоваться, вымученно улыбаться от облегчения как Стив с Робин, крепко сжать кого-то в объятиях, — маму и Джонатана, например — но он не может сдвинуться с нагретого места. Байерс словно чувствует как его ноги приросли к мёртвой земле, а взгляд к Майку. Всегда к нему. Но Уилер не смотрит на него — он тянулся всем телом к Джейн: его руки приклеены к её талии, голова спрятана где-то в районе ключицы. И эта картина была объективно красива: двое влюбленных на фоне разрушающей бездны, которая пожирала одного из них на протяжении всей жизни — её хотелось запечатлеть на новеньком холсте и повесить в рамку где-нибудь в гостевой, чтобы все любовались дивной историей любви. Но Уилл больше не сможет рисовать, по крайней мере, пока не научится жить без правого глаза. Пока не научится дышать своим воздухом и не пытаться занимать его у Майка. У Байерса онемела правая сторона лица, болит в районе плеча и вдобавок хромота на левую ногу, но больнее всего оказалась потеря лучшего друга — вот Джейн аккуратно провела своей рукой по его щеке и Уилла неожиданно пробило дрожью от мысли, что, возможно, самую малость, Векна был прав. Ему нет места: ни в Хоукинсе, ни в Калифорнии, ни с Майком. Особенно с ним. Где-то рядом раздался голос матери — он был встревоженным, с высокими нотками материнского беспокойства. — Милый? Ты в порядке? — Байерс правда хотел ответить, улыбнуться и обнять её, но руки слишком ослабли, а язык чувствовался инородным телом в истощенном организме, и потому он смог лишь слабо кивнуть и, наконец, отвести взгляд от парочки влюблённых. Джойс нежно взъерошила его волосы и смогла улыбнуться уголками губ. — Как твоя рана? — её глаза забегали по его лицу, словно женщина боялась спросить напрямую. — Жить буду. — тихо выдохнул Уилл — его сухие губы едва приоткрылись и ответ был настолько тихим, что Джойс вновь заволновалась. — Дорогой, точно всё в порядке? Тебя ничего больше не беспокоит? — она повернула голову в сторону мертвого Генри и устало выдохнула. — Он теперь точно не будет тебя донимать. Уилл с грустью подумал, что был бы не прочь вновь стать жертвой Векны, но чтобы в этот раз окончательно и бесповоротно. Ему тут не место. В этой войне они вышли победителями, но павших было двое — связь с Криллом не исчезла полностью, она вросла в Байерса как чужеродный ген, от него невозможно избавиться: он будет углубляться дальше, по самое сердце, пока оно не перестанет биться. Пока Уилл не умрет. Что говорила дальше мама, он не слышал — весь мир сузился до одного камня под ногами. Его хотелось пнуть или втоптать в грязь по самые недра земли, чтобы не мозолил глаз. Байерс абсолютно не понимает, чего вообще ему хочется больше: очень громко рассмеяться или сжаться в клубок прямо здесь и заплакать. Он не заметил, как Джейн положила свою руку на его плечо: она была в мелких ранках, где-то виднелись кусочки плоти — чужой или своей, Байерс не знает, но и спросить пока не в состоянии. — Уилл? — она тоже беспокоилась, из-за чего ему ещё больше хотелось убиться из-за своих неправильных мыслей. — Я в порядке, правда. — он постарался улыбнуться для неё, но вышло слишком натянуто. — Ты как? — Порядок. — её улыбка вышла намного приятнее, и Уилл винил себя в своем эгоистичном поведении. Она заслуживает правду как никто другой. — Я рад. — смог выдавить Байерс и вновь потупил взгляд куда-то вниз. И потому, не смог видеть как Майк потянулся к нему рукой и тут же её убрал, крепко сжимая ладонь в кулак.

***

Прошло всего два месяца после долгожданной победы — шестьдесят дней полной тишины и тысяча четыреста сорок часов от начала нового конца. Их партия распалась почти сразу: Лукас решил посвятить себя спорту, Дастин вновь увлекся разговорами со Сьюзи, параллельно пропадая на внеклассных занятиях по физике, Макс и Джейн больше проводили время вместе, пытаясь наверстать упущенное, а Майк и вовсе отдалился— он с Уиллом лишь изредка перекидывался парочкой слов, когда тот приходил в гости к младшей Хоппер. И Уилл правда старается игнорировать противный комок в горле каждый раз, когда Уилер даже не смотрит ему в глаза: его карий взгляд избегает пристальный зелёный, который как никогда нуждается во внимании. Байерс больше не рисует — его новые карандаши, подаренные Джонатаном до его поступления в колледж и переезда с Нэнси в Нью-Йорк, так и остались лежать упакованными в подарочную обёртку на краю стола, одиночный и чистый холст уже запылился в шкафу в ожидании своего часа, акварельные краски засохли ещё пару недель назад, когда Уилл попытался воссоздать знакомый портрет, но испортил холст черными брызгами после осознания, что он больше не может с точностью определить цвет и что под каким углом стоит изобразить. Уилл понял, что потерпел поражение на второй день после всех событий — тогда он не смог даже взять в руки карандаш: пальцы дрожали настолько, что тот просто напросто выпал из его руки и закатился под стол. Больше на карандаши он даже не смотрел. На столе тикали часы, извещая о том, что стоит, наконец, хоть что-нибудь поесть, но Байерс стойко игнорировал голодное урчание живота и продолжал лежать на кровати и смотреть в потолок. Ему нет места — выживший ребенок, которого не смог убить демогоргон, который боролся с внутренним демоном и над которым издевались все монстры изнанки, в данный момент был побежден врагом сильнее него в раз десять. Уилл Байерс, всеми известный зомби бой, восставший из мертвых, умирал от любви — она как генетическое заболевание, которое обострилось в раннем детстве и продолжало усиливать свое влияние с годами, чтобы в один момент ворваться в самые уязвимые места и оставить свой кровавый след. И даже аллегория с Тэмми не помогла. Часы вновь известили хозяина комнаты о позднем времени, Уилл закатил глаза от противного звука и, наконец, сдвинулся с места, чтобы перевернуться на другую сторону и вырубить виновника головной боли левой рукой. Вставать и спускаться вниз, чтобы закинуть в себя хотя бы кусочек бекона, Байерсу не хотелось ни капли, но до прихода матери с работы надо попытаться сделать вид абсолютного счастья и безмятежности. Он прикрыл глаз ладонью, слегка надавливая на него пальцами, пока второй был прочно спрятан под чёрной повязкой — беспокоить его лишний раз не хотелось, да и смотреть на шрам, оставленной изнанкой, слишком долго Уилл не мог, может потому и завесил зеркало в своей комнате. Он тихим шагом направился к двери, ненароком прислушиваясь к посторонним звукам — если честно, будить Джейн ему казалось кощунством, ей итак достается от дополнительной подготовки к экзаменам. Уилл аккуратно приоткрыл свою дверь, ступил за порог и чуть было не вскрикнул от вида тёмной фигуры, которая стояла слишком близко к его комнате, облокотившись о дверной косяк. — Тише, Байерс. — Майк выставил руки перед собой и усмехнулся. — Это всё лишь я. Уилл заметно вздрогнул от звучания своей фамилии из уст старого друга, но тут же взял себя в руки. — Предупреждать надо. И комната Джейн дальше, если не забыл, конечно. — Байерс покачал головой и отвёл взгляд куда-то в сторону. — Я помню. — тихо выдохнул Уилер. — Я просто хотел.. Наверное. — он так и не посмотрел ни разу в лицо напротив. — Идёшь завтра в школу? Уиллу хотелось рассмеяться настолько громко, насколько позволили бы ему голосовые связки. — Да, глупый вопрос, Уилер, — он специально сделал акцент на его фамилии, но Майк словно и бровью не повел, лишь пожал плечами и закрыл глаза. Лунный свет так некстати пробрался сквозь зашторенные окна и красиво лег на осунувшееся лицо — темные круги под глазами выглядели слишком несвойственно на бледном лице, а чёрные кудряшки аккуратно спадали на лоб, едва прикрывая свежую рану. И вот тут Уилла словно окатило холодной водой и он, не контролируя себя, подошёл ближе — ему до дрожи в пальцах хотелось убрать мешающие прядки волос и внимательно разглядеть ранку, но он вовремя остановил себя, а когда понял, что именно хотел сделать, было поздно отступать — особенно когда его руку крепко сжимала чужая ладонь, а карие глаза были намертво приклеены к зелёным напротив. — Майк? — Уилл изогнул правую бровь в немом вопросе и попытался вынуть руку из захвата. Бесполезно. — Отпусти. — Не хочу. — Уилер ослабил хватку, но отпускать действительно не собирался. — Что ты хотел сделать? — У тебя на лбу рана. — Байерс постарался, как можно более равнодушно, пожать плечами, но дрожь в пальцах выдавала его наизнанку. — Я любопытный, вдруг забыл. — Не забыл. — Майк едва улыбнулся и тут же его лицо померкло, вновь закрывшись от посторонних. — А я думал ты волнуешься. Уилл застыл на месте — он не помнил, когда в последний раз Уилер так фривольничал с ним наедине, они то даже не разговаривали толком. — Ты израсходовал свои попытки. — устало выдохнул Байерс и кое-как вывернулся из захвата, делая шаг назад. — Майк, просто знай. — он взглянул в усталые, карие глаза и прошептал в воздух. — У тебя остался всего один шанс. — А потом что? — А потом.. — Уиллу не хотелось произносить этого вслух: слишком громко чувствовалась темнота вокруг.— А потом конец. Эта фраза осталась висеть в холодном воздухе коридора, даже когда Уилл спустился вниз, не обращая внимания на поникшие плечи Уилера и его стеклянные глаза.

***

Они не пересекались два дня, а затем и пять и вот снова прошла неделя , но Уилл так и продолжал ходить в школу один: пешком, без велика и с кучей домашки в старом рюкзаке — он единственный, что осталось после изнанки. Байерс слышал, как миссис Уилер жаловалась Джойс на плохое поведение Майка, — в школу он ходил моментами, курил во дворах и напрочь игнорировал просьбы учителей —слышал однажды, как она всхлипывала в трубку и очень сожалела о том, что он так себя ведёт даже с Уиллом. Уилл тоже сожалел. От Лукаса он слышал о каких-то стычках Уилера со спортсменами — Макс не протяжении всего рассказа громко цыкала и закатывала глаза, но Байерс видел как ее пальцы нервно теребили края толстовки, а губы были искусаны от нервов, Дастин все время молчал, лишь изредка что-то про себя проговаривая, а Джейн больше не пыталась ему помочь — после одной такой попытки они сильно разругались и Уиллу пришлось покупать большую упаковку клубничного мороженого и брать кассеты с какой-то второсортной комедией в прокат. В тот вечер младшая Хоппер словно хотела о чем-то рассказать, но каждый раз, когда она приоткрывала рот, лишь тяжко вздыхала и утыкалась в экран телевизора. Уилл до сих пор ощущал, что она знает намного больше, чем этого показывает, но лезть в личное его не учили. — Уилл. — в один из таких тёплых, семейных вечеров, Джейн после тихого стука зашла в его комнату и села на край кровати. Её глаза кричали о внутреннем конфликте: они были слегка покрасневшие от слёз и уставшие от явной бессонницы. — Я не знаю, что делать. — Джейн? — Уилл сел рядом и крепко сжал её холодную ладонь в своей: она тоже была едва ли тёплой, но он надеялся, что так она не будет ощущать себя одиноко. — Что такое? — Майк. — выдохнула она и Байерс всё понял. — Он что-то сделал? — Нет, Уилл. — она отрицательно покачала головой и зажмурилась. — Пока нет. Уилл переместился с кровати на пол и сел на колени перед Джейн, уже сжимая её ладони в двух руках. — Посмотри на меня, пожалуйста. — и, когда она открыла свои глаза, то Байерс опешил, заметив в них не эмоциональную боль, а страх. — Ты что-то знаешь, да? Джейн слабо кивнула. — Он зашёл слишком далеко, Уилл. — Хоппер очень тихо выдохнула, поэтому Уиллу пришлось наклониться чуть ближе, чтобы дослушать. — Завтра ночью будет вечеринка у спортсменов. Лукас сказал, что на таких вечерах пускают по кругу наркотики. Уилл, он будет там. — её глаза вновь покраснели. — И не один. — С кем? — Стейси. — Байерс пораженно отскочил назад, словно к его лицу поднесли спичку, объятую огнём. — Подожди, но вы же.. — он неоднозначно поводил рукой в воздухе, будто что-то вырисовывая. — Пара? И на этот раз Джейн искренне рассмеялась, но тут же вновь стала серьезной, когда заметила непонимание в родных глазах. — Уилл, ты не знал? — она с нежностью положила ладонь на его щеку — прямо как в тот раз, в изнанке с Майком, — и Байерса прошибло пониманием. — Вы расстались. — Почти сразу после Калифорнии. — она улыбнулась и погладила большим пальцем его холодную кожу. — Я решила, что мне необходима свобода, а он сказал, что не сможет меня полюбить так, как я этого заслуживаю. Уилл так и сидел на полу, слишком часто глотая воздух — он чувствовал как кожа за повязкой сопрела от попыток проморгаться, а ладони, державшие пару минут назад нежные, женские руки, покрылись холодным потом. — Я не понимаю, тогда почему? — Почему что, Уилл? — Почему он всех оттолкнул? Джейн сразу же поникла и погрузилась в свои мысли, пока Байерс в это время прокручивал ночной разговор с Майком. — Я не знаю, Уилл. Точнее.. — она, словно что-то вспомнив, тут же подскочила на ноги и уставилась во все глаза на Байерса. — Ты. Уилл растерялся настолько, что просто продолжил глупо смотреть снизу вверх на свою сестру и моргать. — Уилл, дело в тебе, ведь так? — Джейн усмехнулась. — Та картина, твое признание на станции, ваш разговор на вышке. И вот оно. Уилл понял. О Господи, Майк всё это время знал. Джейн знает. — Джейн..о боже мой. — дыхание участилось, белая пелена заполонила единственный глаз и Уилл спрятал лицо в ладонях. Не время. Младшая Хоппер тут же упала рядом, подле брата, и увлекла того в объятия, тихо-тихо и искренне проговаривая нужные слова: — Уилл, тише. Всё хорошо. — её рука переместилась на голову Байерса, пальцы нежно спутались с шелковыми прядями и она, мягко поглаживая, шептала Уиллу прямо на ухо. — Для меня нет ничего важнее семьи. И ты ее важная часть, Уилл. Байерс поерзал на месте и вытянул руки вперёд, крепко сцепляя их на мягкой ткани фиолетового свитера. — Это неправильно. — проговорил он куда-то ей в плечо. — Мои чувства эгоистичны, ты моя сестра, он мой лучший друг и твой парень. Даже, если бывший. Джейн усмехнулась: — Потому и бывший. — она отстранилась, чтобы взглянуть в зелёные глаза и улыбнуться. — Потому что твоей любви ему достаточно. — она закрыла ему рот рукой, когда заметила, что Уилл готов был возразить. — У нас ничего не вышло, потому что и не было никакой романтики. Наша история была только про дружбу, не больше, Уилл. — Джейн быстро наклонилась вперёд, оставляя успокаивающий поцелуй на темной макушке. — Мой милый брат, сейчас ему нужен только ты. И никто другой. — Джейн, ты знаешь, что я люблю тебя? — Конечно, Уилл. — она улыбнулась и привстала, потянув за руки и Уилла. — Я тоже люблю тебя! Байерс ответил ей самой искренней улыбкой.

***

Уилл хороший друг, по крайней мере, он очень сильно старается им быть, он отличный сын, который собственноручно не доставляет матери лишних проблем и лучший брат, — об этом Джонатан постоянно твердит по несколько раз в трубку, а рядом сидящая Джейн согласно кивает. — но Байерс просто отвратительный лжец. Он потонул во всех попытках правильно извернуться, где-то не договорить и приукрасить, где-то и вовсе умолчать, что не заметил, как правда давно вытекла сквозь пальцы и вся его оболочка потерпела поражение, стоило Майку всего лишь пару раз пройти мимо. Вечер пятницы был подозрительно тихим — Джойс с Хоппером вновь задерживались на работе, Джейн уговорила Дастина помочь ей с физикой за мороженое, естественно, Хендерсон уже купил пачку клубничного, чтобы разделить вечер учёбы чем-то сладким, и вот Уилл снова остался один дома. В какой-то степени, это даже ему на руку — он стоял перед зеркалом и крутился во все стороны, чтобы оценить свой наряд с достоинством. Байерс, честное слово, не собирался сегодня отдаваться вечеринке баскетбольной команды, но почему-то нутром чувствовал, что выйдет совсем иначе. Он уже говорил, что никудышный из него лжец? Вот и сейчас он потрясённо выдохнул с осознанием того, что действительно хотел бы расслабиться с пуншем в руке и наслаждаться громкими басами, исходящих из колонок. А ещё Уилл хотел вывести Майка на эмоции — Байерс знает его слишком давно, чтобы верить в душевный разговор, надо было действовать быстро и решительно. На опережение. Он всё стоял перед зеркалом в ванной комнате и продолжал смотреть на свое же отражение — черная обтягивающая водолазка, накинутая сверху светлая, флисовая рубашка, серебряный кулон на груди с красивой буквой “W”, подаренный Джейн на день его рождения, на ногах новенькие темные джинсы с дырками в районе колен и вышивкой маленьких звёзд на краях карманов. Объективно, все было на высшем уровне, кроме глаза — вот из-за него Уилл и стоял уже десять минут столбом, мысленно накидывая идеи, как можно украсить чёрную повязку, но в голову как назло ничего путного не лезло. Единственным правильным вариантом, как ему показалось, было визуально выделить левый глаз ярче на фоне бледного лица, обрамленного этой чёртовой повязкой — мамин чёрный карандаш, спокойно лежавший всё это время на краю раковины, приманивал взгляд и Уилл сдался. Он взял его в руку, покрутил меж пальцев и вздохнул, открывая колпачок. Байерс приблизился к отражающей поверхности и оттянул нижнее веко вниз, пару раз провёл по слизистой, придавая ей темный оттенок — глаз противился как мог, соленая жидкость некстати начала скапливаться в уголке и Уиллу пришлось закончить с этой кропотливой работой и прикрыть веко, чтобы дать ему отдохнуть. Через минуту он снова смотрел на себя в зеркало и улыбался — чёрный цвет визуально придал зелёной оболочке глаза яркости и теперь тёмная ткань на правом не так мозолила взгляд. Уилл быстренько посмотрел на наручные часы, оценивая свой запас времени и выругался под нос, понимая, что опаздывает — Лукас будет недовольно ворчать за рулём своей новенькой машины, подаренной его родителями на семнадцатилетние. Байерс бегом спустился вниз, попутно закрывая входную дверь на замок и прыгая на заднее сиденье машины. — Простите, бога ради. Я тут немного.. — Ахереть. Женский голос перебил Уилла, готового вот-вот начать оправдываться. — Байерс, какого черта ты такой, вау.— Макс неоднозначно поводила руками в воздухе. — Горяча, чертовка! — Ауч. — Синклер, не ври, ты так же подумал! — в шутку толкнула Мэйфилд того в плечо. Лукас же закатил глаза, но с улыбкой кивнул. — Она права, ты очень хорош. — он забарабанил пальцами по рулю и завёл машину. — Ох, Уилер как же ты влип, мать вашу. — тихо выдохнул Лукас, на что двое в машине вопросительно повернулись к нему. — Ты что-то сказал? Синклер лишь усмехнулся: — Говорю, весело будет сегодня! Макс ехидно окинула его взглядом, давая понять, что она знает намного больше, чем кажется.

***

Громкая музыка проникала в тело и теплилась там ярким клубком, вокруг царил своеобразный хаус — кто-то окупил столик с алкоголем, где-то раздавался смех, кто-то танцевал прямо посреди комнаты, игнорируя внешний шум, Уилл же обводил новую территорию взглядом, пытаясь найти знакомую кудрявую макушку, и только он смог отыскать Майка, сидящего на диване с блондинкой, рядом возникла фигура. — Ого, какие люди! — темноволосый парень закинул руку на плечо Уилла и прошептал. — Привет. — Привет. Лукас быстро ретировался от своей команды к Байерсу и стукнул парня, приставшего к его другу, по затылку. — Чэнс, чего пристаешь? — Неприятно вообще-то. — он почесал место удара и улыбнулся. — Я познакомиться хотел! Макс — до этого спокойно стояла и наблюдала за всей этой картиной, попивая ягодный пунш — вдруг очнулась словно ото сна и во второй раз за вечер ехидно улыбнулась, что не понравилось Синклеру, но противостоять своей девушке было смертельно опасной затеей. — Музыка классная. — словно невзначай кинула она. — Уилл, давно танцевал? Байерс с непониманием уставился на свою подругу, но не успел и рта открыть, как его за руку потянули в центр комнаты. Тот самый Чэнс обернулся и подмигнул, пока Уилл внутренне умирал от комичности ситуации. — Только без рук. — тихо бросил Байерс. — Как скажешь. — ответил парень и слился с танцующей толпой. Уилл хотел было уже отступить, но неожиданно затылок обожгло чем-то горячим, тёмным и он резко обернулся в ту сторону, откуда чувствовался запах гари. Майк сидел на светлом диване и его глаза были прикованы только к Уиллу — он не обращал внимания на рядом сидящую девушку, которая с каждым разом липла к нему настойчивее. Всё что его интересовало это Уилл, стоящий прямо в центре комнаты, освещенной яркими огнями от прожекторов. И идея стрельнула прямиком в мозг Байерса — вступить в эту невербальную игру и одержать победу. Возможно, это не особо в стиле Уилла, он ведь хороший друг и всё такое, но давайте на чистоту — парень слишком долго терпеливо ожидал благословение с божьей помощью, из-за чего его ниточка терпения давно лопнула. И да, он знает, что слишком хорошо сейчас выглядит в окружении шумной толпы. — Эй, Чэнс. — улыбнулся Уилл ему, но взгляда не отводил от тёмных напротив. — Я передумал. — и сам протянул свою руку парню, тот не сразу очнулся от такой резкой смены настроя, но быстро взял себя в руки, увлекая Байерса в танец. Темноволосый парень улыбался Уиллу, притягивая его ближе к своему разгоряченному телу, пока сам Байерс не сводил глаз с Уилера — тот сидел и крепко держал в руке стеклянный бокал из-под крепкого алкоголя, девушки рядом уже не наблюдалось, а сам он был настолько задумчив, что неосознанно хмурил свои брови и покусывал нижнюю губу. Уилл не знает, что именно нашло на него, но желание подмигнуть этим пожирающим, тёмным глазам, испеляло всё внутри и ему пришлось поддаться этому чувству — он усмехнулся и подмигнул единственным глазом, получив в ответ лёгкую улыбку желанных губ. — Эй, слушай.. — Уилл вздрогнул, ощутив на шее тёплое дыхание и то, как его талию сжимали чужие руки. — Может, сходим куда-нибудь на днях? Слабый поцелуй, оставленный Чэнсом, был отброшен на задний план из-за оглушительного звука разбитого стекла. Байерс уставился вперёд, на приближающегося к ним Майка — его левая рука была изранена мелкими осколками, кровь аккуратно стекала вниз на мягкий ворс белого ковра. — Прошу прощения, теперь моя очередь. — и не дождавшись ответа, Уилер мягко ухватил за запястье Байерса и потащил того куда-то по лестнице вверх. Дверь ванной комнаты громко захлопнулась за спиной Уилла и он ошарашенно уставился на Майка. — Что? Уилер взгляд потупил, а вот его руки пытались найти опору — спустя минуту он, наконец, смог опереться о бортики ванны и присесть на её край. — Это подло даже. — совсем тихо прошипел Уилер. — Не ожидал. Видимо, стакан выпитого ягодного пунша был явно лишним для воспалённого мозга Уилла — он не нашёл ничего лучше, чем подойти ближе к нервному другу и встать напротив. — Не ожидал чего, м? — Байерс неосознанно намотал кудрявую прядь себе на палец и слегка её оттянул. — Что я могу влиться в тусовку? Майк молчал, лишь взглядом провожая каждое движение искусных рук в его волосах. — Так ты пойдешь куда-нибудь с Чэнсом? — Ого, ты все слышал? — рука Байерса уже переместилась на темный затылок, а затем пальцами пробежался по теплой коже шеи. — А ты хочешь, чтобы я пошёл? — Нет. — слишком быстрый ответ заставил Уилла замереть на месте и уставиться в карие глаза. — Почему? — он погладил большим пальцем слегка порозовевшую кожу щеки. — Мы здесь совсем одни, можешь быть собой, Майк. Особенно со мной. — Майк, ты там? — негромкий стук в дверь и женский голос прервали подходящую атмосферу. Уилер от неожиданности сжал в своих руках чужую талию и прижал ближе к себе тёплое тело. — Что ты?.. — тихо начал было Уилл, взглядом провожая его раненую руку, но два пальца нежно легли на его губы, прерывая поток вопросов. — Уилер! Выходи уже! Я чувствую, что ты там! — девушка не успокаивалась и продолжала что-то кричать за дверью, пока Майк уже сжимал тонкую, бледную кожу под чёрной водолазкой и водил носом по её мягкой ткани, которая скрывала чужую грудную клетку, едва, словно игриво, задевая губами серебряную подвеску. — Майк.. — послышался выдох сверху и Уилер закрыл глаза, сосредотачиваясь на своем дыхании. — Ты пьян. — Давно. Лет с двенадцати, оказывается. — сказанная фраза сорвала все предохранители и Байерс скорее всего пожалеет об этом не следующий день, но сейчас — когда Майк смотрит прямо на него, когда его зрачок поглотил всё пространство в глазном яблоке, — думать вообще не хочется. Он перекинул свою ногу через его колени и удобно устроился на бёдрах — благо, рост Майка позволял занять место поближе. — А теперь, что думаешь? Уилер усмехнулся. — Что я под наркотой. — он по-собственнически устроил свою руку на мягком бедре, слегка сжимая и царапая ногтями нежную кожу через ткань джинс. — А ты пробовал? Майк отрицательно покачал головой. — Ты похлеще будешь. — Заткнись. — А ты попробуй заткнуть меня. И Уилл попробовал — резко подался вперёд и впился в сухие губы, которые до сих пор были пропитаны каким-то алкоголем и остаточным привкусом сигарет. Поцелуй не был нежным, наоборот — слишком грубый, голодный, с привкусом припрятанных эмоций и запретных чувств. Уилер углубил поцелуй,притягивая Байерса ближе к себе — сердце к сердцу, чтобы каждая молекула пропиталась их связью, взрываясь на миллиард мелких осколков. Руки Майка блуждали по желанному телу, оставляя после себя красный след от крови, стекающей по длинным пальцам, губы спустились на шею, чтобы начать выцеловывать каждую родинку. — Уилл, ты сводишь меня с ума. — последовал поцелуй в районе ключицы — Ты бы знал, какие мысли вызываешь во мне. Уилер облизнул отметину на нежной коже, оставленную после себя, а затем подул на нее и Байерс резко выдохнул от контраста температур. — И какие? Майк усмехнулся. — После таких мыслей обычно проходят девять кругов ада. — он поднял свои глаза и уставился на красивое лицо. — Потому что желать разложить тебя прямо тут как-то не по-божески, знаешь? Уилл смог лишь покачать головой, потому что воздуха в лёгких катастрофически не хватало, Майк же в это время приподнял ткань водолазки вверх, оголяя грудь, и припал губами к розовому соску, облизывая и слегка покусывая. — Майк.. — Байерс поерзал на чужих бёдрах , когда снизу послышался приглушенный стон. — Майк. — Чёрт. — Уилер тяжело дышал и Уилл, наконец, смог быстро взглянуть на пострадавшую руку — та была вся в кровавых разводах, которые теперь украшали верхнюю одежду и оголённые участки кожи Байерса. — Майк, надо обработать раны. — Да, знаю. Уилл быстро слез с его бёдер и отошёл к раковине, открывая кран и регулируя воду — он снял с себя рубашку, которую теперь никак не отстирать, и намочил под тёплой струёй. — Уилл. — Майк смотрел себе под ноги и иногда хмурился, когда мокрая ткань проходилась по мелким ранкам. — Прости. — За что? — За всё.— и Байерс кивнул, продолжая аккуратно смывать засохшую кровь с бледной кожи.

***

Да, после того случая на вечеринке, изменилось всё: из хорошего — Уилл смог взять в руки карандаш и сделать пару набросков Джейн, из плохого — Майка не было в школе два дня. И вот сейчас, Байерс одиноко стоял напротив своего шкафчика и смотрел на записку, написанную Чэнсом. “Ты, я, кино сегодня в семь?” И Уилл готов поклясться, что эта жизнь продолжает ставить свои опыты над его бедным сердцем. — Получил моё послание? Байерс устало вздохнул, даже не испугавшись резкого появления баскетболиста — тот стоял подле него и странно улыбался, изредка кидая взгляды на своих друзей. — На сколько? Чэнс вздрогнул от неожиданного вопроса. — Что? — Поспорил на сколько? — Уилл усмехнулся, закрыл дверцу шкафчика и облокотился на неё плечом. — Может, в долю войти хочу? Спортсмен рассмеялся и отсалютовал двумя пальцами своим друзьям. — Какой смышлёный. — он резко подался вперёд и положил свою руку на чужое плечо, с силой сжимая. — Какая доля, зомби-бой? Ты себя видел? Кто на тебя клюнет-то? — Но ты-то клюнул. — Уиллу бы помолчать да по-быстрому ретироваться в сторону, но продолжительная жизнь с изнаночным другом в голове, видимо, поотключала предохранители. — Да ещё и за деньги. Чэнс ухмыльнулся, ещё сильнее сжимая чужое плечо. — Отвали уже от него. — знакомый голос, прозвучавший за спиной, заставил неосознанно выдохнуть из организма накопленное напряжение. — Я ведь предупреждал. — Уилер. — прошипел темноволосый, но руку с чужого плеча убрал, когда заметил рядом стоявшего Синклера. — Всё–всё! Забирайте,он ваш! — и, подмигнув Уиллу, отправился к своим друзьям с парочкой мятых купюр из собственного кармана. Уилл приложился лбом о холодный металл шкафчика и попытался считать до десяти, чтобы не сказануть лишнего одному кудрявому придурку. — Ты в порядке? — тихо спросил Майк у самого уха. — Уилл, я.. — Нереальный порядок!— громко ответил Байерс, тем самым привлекая излишнее внимание. — Просто супер, Майк! Я так просто пытался связаться с тобой два дня, но ты не переживай! Я самый понимающий и всепрощающий друг! — он закинул рюкзак себе на плечо и направился к выходу. — Уилл! У нас последний урок ещё! — крикнул Лукас. — Скажите, что я заболел. — впопыхах ответил Байерс и его фигура растворилась за входной дверью. Майк же стоял на месте и смотрел ему вслед, неосознанно сжимая ладони в кулак. — Эй. — Синклер подошёл к нему ближе и попытался сдвинуть его с места. — Не сейчас, Лукас. — Уилер стряхнул его руки со своих плеч и пошел в противоположную сторону. Синклер хлопнул в ладоши и устало закатил глаза, тут же вздрагивая от ощущения знакомой руки на спине. — Пять баксов на то, что сегодня будет самый настоящий взрыв. Лукас покачал головой и достал из кармана купюру, протягивая её Макс— она же с непониманием уставилась на протянутую руку. — Ты всегда выигрываешь.— Синклер пожал плечами и улыбнулся, когда Мэйфилд забрала свой преждевременный выигрыш из его руки.

***

Уилл сидел на диване, окруженный огромным количеством подушек и с большой банкой шоколадного мороженого между ног — он уже минут десять щёлкал кнопки пульта и пытался вникнуть хоть в одну из программ, которые шли по телевизору в позднее время суток, но мысли все время возвращались к обеденной стычке. Возможно, он повел себя слишком эмоционально, но с другой стороны, разве ему нельзя, наконец, быть собой и проявить характер? Да, он не привык препираться с Майком, но жизнь такая штука, довольно интересная — сегодня вы лучшие друзья, завтра почти что любовники, а через неделю незнакомцы. Байерс устало вздохнул и откинулся на диван, засовывая в рот большую ложку с мороженым и прикрывая глаз от ощущения сладости на языке. Правый глаз фантомно заныл от невозможности лицезреть этот мир, но Уилл проигнорировал это чувство, прислушиваясь к окружающей тишине— за окном ощутимо завывал ветер и Байерс был рад, что его родители сейчас в теплом помещении ресторана, а Джейн в уютной комнате Макс. Неожиданно послышался грохот и знакомый голос за дверью, который ругался себе под нос. Уилл покидать тёплый диван не собирался, но стук по деревянной поверхности всё-таки заставил встать на ноги и направиться к входной двери. — Майк, уже поздно. — Байерс открыл дверь и забыл обо всём, что так хотел сказать. На пороге стоял Уилер — он был весь мокрый от прошедшего дождя, с ссадинами на лице и костяшках рук, в правой ладони он сжимал, пропитанную от крови, салфетку. — Привет. — тихо произнес он. — Прости, мне больше некуда было пойти. — Дома проблемы? — спросил Уилл и отошёл в сторону, пропуская Майка внутрь. — Не хочу, чтобы мама снова волновалась. — Уилер зашёл, попутно снимая с себя насквозь промокшую куртку и чертыхаясь от боли в плече. Уилл оставил его одного и убежал на кухню в поисках аптечки — мама придет в ужас, когда заметит пропажу большого количества лейкопластырей. Байерс прихватил небольшую коробочку с антисептиками, спиртовыми салфетками и сухой марлей и пошел обратно в гостиную, крепко сжимая в руках набор для оказания первой помощи. — Что случилось? — Уилл аккуратно поставил все необходимое на столик и сел рядом с Майком, внимательно разглядывая его свежие ссадины на лице. Уилер продолжал молчать — с его мокрых волос капала дождевая вода, а карие глаза бегали по лицу Байерса в надежде зацепиться за что-то. — Прости. — лишь выдохнул он, на что Уилл показушно фыркнул. — Я это уже слышал, Майк. — он подвинул к себе коробку и достал оттуда чистую марлю с антисептиком.— Я сейчас всё обработаю и дам тебе чистую одежду. — Уилл. — Уилер вцепился в его руку, которая уже возвышалась над его лицом. — Чэнс передает свои извинения. Рука Байерса так и осталась висеть в воздухе. — Ты с ним?.. Майк кивнул, наконец, отпуская чужую руку. — Почему? — Байерс внимательно изучал знакомое лицо и аккуратно начал обрабатывать раны, стирая с кожи кровь и грязь. — Мы же в обед всё решили. — Здесь не только в споре дело. — послышался болезненный стон из уст Уилера, когда Уилл слегка надавил на рану, заклевая лейкопластырь. — А в чём ещё? — Байерс встал и подошёл ближе, чтобы поработать над последней ссадиной, которая так неудачно рассекла левую бровь. — Он смотрел на тебя, на той вечеринке. — Майк сжал губы в тонкую полоску и закрыл глаза от ощущений холодных пальцев на своей коже. Уилл замер на месте и внимательно уставился в лицо напротив. — Как? — руки, наконец, вновь пришли в движение, и Байерс смог закончить свою последнюю обработку раны. — Как могу только я. — он вытянул свои руки вперёд и крепко вцепился в домашнюю, растянутую футболку Уилла, притягивая его ближе и утыкаясь лбом в его живот. — Майк, взгляни на меня. — рука Байерса нежно легла на кудрявую макушку и взъерошила мокрые пряди волос. Уилер поднял свой тёмный взгляд и уставился в зелёный омут. — Что с тобой происходит? — Уилл мягко улыбнулся и продолжил поглаживать того по голове. — Мы тут одни. Ты можешь поделиться со мной, ну. Это же я — Уилл Байерс, и каким бы придурком ты иногда не был, я все же твой лучший друг. Майк снова спрятал свои глаза в чужой футболке и ещё крепче сжал Байерса в своих руках. — В этом и проблема, Уилл. Ты мой лучший друг. — Уилер говорил вполголоса, иногда проглатывая слова и несвязно что-то бормоча. — Лучшие друзья не целуются на вечеринке в ванной и лучшие друзья не хотят этого повторить. Сомневаюсь, что кто-либо захочет касаться своего лучшего друга везде и всюду, целовать его всего и оставлять мокрые следы на бледной коже. Рука Уилла неосознанно сжала тёмные пряди и слегка оттянула их назад, заставляя Майка посмотреть наверх. — Тогда, разве это лучшие друзья? Майк покачал головой. — Я отвратительный лучший друг, Уилл. — Уилер наклонился и оставил лёгкий поцелуй над пупком, который был явственно ощутим даже сквозь ткань домашней футболки. — Но это потому, что я не хочу им быть. Больше нет. — Чего ты хочешь, Майк? — голос Уилла дрожал, его пальцы всё так же игрались с чужими волосами. — Скажи мне. — Уилл, дай мне последний шанс. Не как другу. — Майк потянул его ближе к себе, вновь заставляя устроиться на его бёдрах. — А как парню. — Почему? — Байерс, наконец, оставил его волосы в покое и опустил руки на его плечи, свой подбородок он удобно расположил на кудрявой макушке. — Потому что я люблю тебя. Уилл вздрогнул, соленая влага начала скапливаться в уголке, не спрятанного повязкой, глаза. — Скажи ещё раз. — Я люблю тебя. — Ещё. — Я. — нежный поцелуй в плечо. — Люблю. — затем ещё один над острой ключицей. — Тебя. — и последний, оставленный в уголке губ. И Уилл сорвался — все его эмоции, чувства, которые он так искусно прятал все эти года вырвались одним большим потоком. Слёзы сами потекли по его щекам и Майк нежно собирал каждую из них своими, холодными после дождя, пальцами. — Прости за всё, Уилл. — он погладил большим пальцем мягкую кожу щеки и улыбнулся тому, как Уилл потянулся за этим прикосновением. — Прости, что не смог защитить тебя. — он нежно обвел пальцами кромку чёрной глазной повязки. — Прости, что не взял удар на себя. Байерс покачал головой: — Ты и не должен был. Майк нежно сжал его щеки в своих ладонях и притянул ближе к своему лицу. — Обязан. — Уилер поцеловал его в нос и прижался лбом к чужому. — Я ведь всё ещё твой паладин? Уилл мягко кивнул: — Всегда. Майк улыбнулся и взялся за края футболки, слегка потянув её вверх. — Можно? — Да. — выдохнул Байерс и приподнял руки, разрешая стянуть с себя верхнюю часть одежды. Уилер внимательным взглядом осматривал молочную кожу, пальцами вырисовывая какие-то узоры на каждом оставленном шраме — маленький слева в районе пятого ребра, чуть побольше снизу, но уже с правой стороны, длинный и поперечный поверх мечевидного отростка, и подле каждого Майк рисовал что-то эфемерное, закрепляя свое искусство поцелуем. — Майк? — Байерс пару раз двинул бёдрами и уловил тяжёлый выдох. — Что ты делаешь? Уилер крепко сжал в своих руках его бёдра и поймал несдержанный стон своими губами. — Извиняюсь. — в чужие, мягкие губы выдохнул он. — Ну так что, даёшь мне шанс? Уилл усмехнулся и положил правую руку на грудь Майка — туда, где в такт учащенному дыханию, бьётся сердце. — Майк, я влюблен в тебя, кажется, всю свою жизнь. — Байерс улыбнулся.— Поэтому, да, я даю тебе шанс. — Зараза. — Уилер накрыл своей ладонью чужую руку. — Теперь у меня самый красивый парень во всём мире. Придется постараться. — А ты романтик. — Уилл шутливо ударил того свободной ладонью по плечу. — У кого научился? — Обижаешь, я тренировался перед зеркалом! — пока Майк говорил, его руки вовсю изучали тело напротив: в каких-то местах нежно сжать, где-то игриво пробежаться пальцами. — А поцелуи на помидорах тренировал? — дыхание у Байерса участилось, стоило Уилеру опустить руку на поясницу, а затем вниз, пальцами прихватывая резинку пижамных штанов и опуская их немного ниже. — Учился целоваться с тобой во сне. — бесцеремонно ответил Майк и сжал чужую ткань штанов в руках. — Уилл, я хочу доставить тебе удовольствие. Пожалуйста? Кадык у Байерса заметно дёрнулся, и он смог лишь что-то выдохнуть и кивнуть. — Тогда привстань. — Уилл выполнил просьбу, и тогда Майк стянул его штаны с нижним бельём к коленкам и уткнулся куда-то в тёплую грудь. — И давно ты так возбужден, м? — Меньше знаешь, крепче спишь. — Байерс, кажется, дышал через раз, перед глазами всё пылало и единственное, что он чувствовал это то, как медленно сгорал внутри. Рука вновь нашла покой в тёмных кудрях, пока их хозяин пытался насытиться чужим теплом и вдыхаемым запахом солнца. — Ты такой красивый. — словно невзначай бросил Уилер и прикусил бледную кожу. — Невероятный везде.— левой рукой он медленно спускался по груди к бедрам, от них ещё ниже, туда, где сейчас скручивался тугой узел желания. — И весь мой. — Майк губами пробежался вверх к покрасневшей шее и оставил, полный нежности, поцелуй. И пока он отвлекал Уилла поцелуями, его рука успела вовсю изучить внутреннюю сторону бёдер, и словно показательно едва-едва задевая основание члена. — Майк.. — Уилл прервал его сессию поцелуев и посмотрел прямо в глаза. — Я люблю тебя. И тут тормоза у Уилера взорвались миллионами фейерверков в его голове — он притянул его к себе, впиваясь горячим поцелуем и, наконец, полностью накрывая его член своей ладонью. Он ловил каждый стон своими губами и сжимал подрагивающее тело свободной рукой, оставляя на коже красные следы. — О боже.. — Байерс упал головой куда-то в область шеи и продолжал вдыхать горячий воздух, облизывая, влажные от недавних поцелуев, губы.— Мне кажется..я сейчас. — Давай, Уилл. — он ускорил движения своей руки, уделяя напоследок особое внимание головке. — Давай, мой хороший. И перед глазами всё поплыло — даже правый глаз, спрятанный под повязкой, на миг уловил белую пелену. Уилл спрятал свой громкий стон в чужом плече и неосознанно сжал в своих зубах тонкую кожу, крепко зажмурившись. Они сидели в полной тишине и дышали друг другом — Майк не мог оторваться от разглядывания такого Байерса перед собой: его волосы были взъерошены, губы опухли от частоты поцелуев, а бледная кожа приобрела розовый оттенок, который вновь хотелось попробовать на вкус. — Очень красивый. — Прекрати, пожалуйста. — Уилл улыбнулся счастливым глазам напротив. — Я ведь не железный. — У нас вся ночь впереди. — Майк чмокнул того в нос. — Пойдем в душ? Уилл кивнул и резко выдохнул, когда Уилер вцепился руками в его бёдра и приподнялся. — Даже так? — Байерс утопал в окруженной нежности и боялся проснуться. — Надеюсь, я не сплю. Майк понёс его в сторону ванной комнаты и покачал головой. — Если уж спать, то только вместе. Уилл спрятал улыбку в чужом плече, но Уилер всё почувствовал и улыбнулся в ответ.

***

Солнечный свет проникал в тёплую комнату через приоткрытое окно, аккуратно ниспадая лучами на сонное лицо Уилла — он приоткрыл глаз и зевнул. Длинные руки обхватывали его за талию и прижимали ближе к телу. Байерс оглядел спящего Майка и не мог поверить всему происходящему — тот самый Майк Уилер, его лучший друг в прошлом, и любимый парень в настоящем, сейчас мирно спал в его кровати и жмурился от снов. Уилл улыбнулся, а затем резко вздрогнул от стука в дверь — он подпрыгнул, аккуратно освобождаясь от тёплых объятий и болезненно хмурясь от неприятных ощущений в районе поясницы. Байерс рывком натянул на себя футболку со штанами и быстро ретировался в сторону двери, слегка приоткрывая её. На пороге стояла счастливая Джейн и ярко улыбалась, глазками стреляя на лежащего Майка. — Могу поздравить? — Хоппер подмигнула. — Можешь, Джейн. — Уилл смущённо отвёл взгляд, но внутри всё переворачивалось от счастья. — Спасибо тебе за то, что являешься моей сестрой. Джейн улыбнулась ещё шире. — А я рада, что ты мой брат! — она по-доброму взъерошила его волосы, которые итак были в неподобающем состоянии после проведенной ночи. — Кстати, наша партия, наконец, собирается вместе сегодня вечером. Ждём вас! Байерс с улыбкой кивнул. — Мы будем.

***

— Ого, не верю своим глазам! — Макс толкнула в бок Лукаса и кивком головы указала на двух парней, которые медленно приближались к столику, забронированный ими заранее. — Я снова победила! Синклер поражено выдохнул, но искренне улыбнулся, доставая из кармана проигранные деньги. — Я не удивлен! — он как раз передал свой проигрыш в женские руки, когда Майк присел рядом. — Я из-за тебя профукал годовой запас своих карманных. Уилер вскинул брови и усмехнулся. — На что ещё спорили? Мэйфилд фыркнула, окинув его ехидным взглядом. — Я поставила десять баксов на то, что вы сейчас встречаетесь. Байерс поперхнулся молочным коктейлем, Майк же рассмеялся. — Лукас, да тебе не везёт! Синклер шокировано переводил взгляд с одного на другого, пока Макс победно улыбалась. — Господи, снова нашествие Майка! — Мэйфилд закатила глаза, а затем взглянула на Уилла. — Если он тебя будет обижать, звони, опыт есть. — Мэйфилд, ну ты снова начала! —Уилер ойкнул, почувствовав аккуратный толчок чужой ногой под столом. Байерс смущённо сидел напротив, но улыбку скрывать ему не хотелось, Майк ухмыльнулся и подмигнул ему. — Господи боже, я ненавижу вас. — Лукас упал головой о стол. — Что с тобой, друг? — неожиданно возникший Дастин, заставил всех перевести взгляд на него и рядом стоящую Джейн — она держала в руках учебники и улыбалась, поглядывая то на Уилла, то на Майка. — Они встречаются! Я проиграл все деньги! — пробубнил Синклер, Хендерсон же пожал плечами. — А я тебе говорил, Макс всегда права. Все за столом рассмеялись от досадного вздоха Лукаса. Небольшая компания друзей сидела в маленьком кафе с аркадами — громкие голоса разносились по всему Хоукинсу, пока яркие солнечные лучи освещали их счастливые лица и оставляли на них свои незаметные отметины, которые в будущем будут занесены в их книгу о приключениях.