Будни влюблённых школьников.

— Ты влюбилась!!! — радостно выкрикнула Бусинка свою догадку, вскакивая с места, от чего маленький столик затрясся, с трудом удерживая равновесие. — Бусинка, не кричи так. — пробормотала Буковка, усаживая сестру обратно за стол. — Эм, ну. В общем, да. Влюбилась. — скромно созналась Дрёма, притягивая к себе молочный коктейль. — Я в шоке. — протянула Буковка, придерживая сестру, которую «разрывало на атомы» от радости. — А я так счастлива! Наконец-то и у нашей Дрёмушки есть любовная симпатия. Но Дрёма ничего не ответила, только грустно вздохнула, размешивая трубочкой содержимое. — Не взаимно? — осторожно поинтересовалась Буковка, переживая за подругу. — Не знаю. Я пока не признавалась. Да, и много чего боюсь. Что, например, буду осмеяна. И что... Дрёма замолчала, кладя голову на стол. — Всё будет сложно. — Дрёмушка, ну, что ты. Не один мальчик не посмеет осмеять тебя и твои чувства. А если и посмеет, то ты такого жара задашь! Вот вспомни, как ты Эклера в начальных классах. — Это не мальчик. — мягко перебила Дрёма с грустным нотками в голосе. — Это девочка. — Девочка? — удивлённо протянули сёстра. — Да, девочка. Такая правильная и идеальная, но такая обворожительная, что взгляд невозможно отвести. — События обретают серьёзные обороты. — проанализировала Буковка. — Но всё же, рискнуть стоит. — Боюсь. — буркнула Дрёма. — Боюсь, что на нервах наговорю лишнего или нагрублю. Из-за чего она меня возненавидит до конца дней. — Тогда напиши записочку. — предложила Бусинка, поглаживая волосы подруги. Неожиданно Дрёма подняла голову, а затем выпрямилась. — Точно!!! Записка! Девушка положила свои руки на плечи подруги и от радости стала трясти её. — Буся, ты гений! — Обычно эту фразу говорили мне. — пробормотала Буковка, со скромной улыбкой на лице. — Я забабахаю ей такую записку, что она никогда не забудет обо мне! *** — Фейки-лейки!!! Да почему так сложно писать эти записки!!! — шипела синеволосая, сидя за столом своей комнаты в ночи. — Ай, опять получилась ахинея! — возмутилась та, вырывая из тетради новый листочек. — Почему никто не сказал, что признаваться в чувствах так сложно?! Взяв ручку, Дрёма начала заново царапать строчки на бумаге. После усердной попытки вышла записка. А затем ещё одна. Третья. Четвёртая. Пятая. И все эти записочки были беспощадно скомканы и метко выброшены в урну. И только после нескольких «сотен» попыток у неё получилась идеальная записка. — Готово. — с победной улыбкой пробормотала Дрёма, сдерживая зевок. Её руки прижали к груди «творение», представляя как её тайный объект воздыхания прочтёт эту записку. Но часы показывали далеко за полночь и фантазиям пришлось подождать до завтра. Положив записку на видное место, она выключила лампу, улеглась в постель и задремала. *** Ужасное утро. Такими словами обозвала Дрёма начало дня. Будильник, как на зло, не сработал, в следствие чего та проспала. Ей пришлось собираться в спешке и бежать со всех ног в школу. На совмещённый урок с выпускным классом она естественно опоздала. В следствие чего ей пришлось «кланяться» и извиняться, чтобы её запустили в кабинет. Учитель сурово указал на её место, а усевшись рядом с Эклером, она осознала, что забыла записку. — Фейки-лейки, ужасный день. — шипела Дрёма, опуская голову на парту. — Ну, не скажи. Он ещё только начинается. — с улыбкой прошептал парень, глядя на угрюмый комочек. — Знаешь, Эклер. Мне сейчас дико хочется выбить из тебя эту идиотскую улыбку и весь этот оптимистический настрой. — Ой, всё. Не трогаю. — поднял руки Эклер, сдавая свою оптимистическую позицию. — А я хотел тебе кое-что передать. — Ружьё? — Нет. — хихикнул он. — Ко мне подошла вон та рыжуля из выпускного класса и попросила передать записку. Дрёма оживилась. — Записка? От старшеклассницы? — Да. — Дай сюда. — А волшебное слово? — Сейчас придушу тебя, если не отдашь. — Хорошо-хорошо. Вот. Эклер протянул Дрёме сложенный вдвое стикер-листок, а та осторожно взяла его и развернула. На маленьком клочке бумаги была только одна фраза: «Ты мне нравишься» И маленькое сердечко рядом. По телу девушки пробежало приятное тепло, сердце через раз пропускало удары, а щёки наливались ярким пунцом. — Дрёма! Что с тобой? Эй! — интересовался Эклер, который десять минут пытался дозваться подругу. — Инсульт словила? Но Дрёма молчала, с широкой улыбкой она снова и снова перечитывала заветную строчку, не веря своему счастью.