Есть ли у Палача сердце?

Шедоу лежал и не понимал, где он. Такое с ним случалось нечасто. Голова не болела и не кружилась, перед глазами ничего не плыло, и он ясно видел потолок из тяжелого коричневого дерева, возможно, дуба. Самым отвратительным было то, что он совершенно не помнил, как сюда попал. Первой мыслью было, что он где-то прокололся, и Работник применил-таки спец.код. Но тут же пришло осознание, что вся его память при нём. Вся, за исключением, видимо, последних нескольких часов. Палач попытался сесть и вдруг понял, что не может. Его запястья что-то безболезненно, но крепко стягивало и удерживало на месте. То же самое, очевидно, случилось и с ногами. Шедоу усмехнулся и дернулся сильнее, но путы выдержали. И следующий рывок, и следующий. Что-то было не так. Ёж не мог поверить, что его удерживают какие-то верёвки. Он приподнял голову и осмотрелся. Верёвки выглядели и ощущались как самые обычные шнурки. Явно не то, что могло сдержать Совершенную форму жизни. Значит, дело было не в них. С неприятным подозрением Шедоу предпринял попытку телепортироваться. Как он и ожидал, у него ничего не вышло. Тот же эффект дала попытка сформировать хаос-копьё. Подумав, Шедоу решил не рисковать, вызывая хаос-взрыв, потому что он либо ничего бы не дал, либо последствия были бы слишком разрушительны. С ним, похоже, что-то сделали, и это превратило его в обычного горожанина без способностей. «Чей-то клюв будет начищен до блеска, как только я отсюда выберусь», — в ярости думал Палач. Осталось только понять, как выбраться. Комната, где он лежал, представляла собой скромно обставленное пространство без окон. Кровать, стол, пара стульев, шкаф. Похоже на одну из тех комнат в общежитии, какими он их представлял. «Или на камеру временного содержания», — мрачно усмехнулся ёж. Мозг лихорадочно работал в попытке придумать решение, но оно пока не приходило. Внезапно дверь открылась, и в комнату кто-то вошёл. Шедоу понял это по звуку, поскольку дверь находилась за его спиной. — Здесь кто-нибудь есть? — неуверенно спросил очень знакомый голос. Ёж напрягся. Присутствие здесь хозяйки этого голоса делало ситуацию очень сложной. Но девушка, очевидно, была его единственной надеждой на немедленное освобождение. — Мисс Роуз? — спросил он как можно спокойнее. — Что вы здесь делаете? Послышался стук небольших каблучков по полу, и розовая ежиха в красном платье уже стояла перед ним с весьма озадаченным видом. — Я…— запинаясь сказала она, — если честно, я не знаю, как я здесь оказалась. Я просто увидела дверь и решила в нее… Ой, — кажется, до девушки только сейчас дошло, что перед ней лежит Палач. Причем не просто так, а связанный по рукам и ногам. Она замерла, не зная, как реагировать, но добрая, отзывчивая натура взяла верх над страхом. — Ты ранен? Тебе нужна помощь? — она бросилась к Шедоу. — Нет, мисс Роуз, не ранен. Да, мисс Роуз, помощь мне не помешает, — он был искренне тронут заботой девушки, и тем более неуместным становилось его положение. Ещё раз мысленно проклянув Работника и Старлайна, он продолжил. — Не могли бы вы развязать меня? — Да, конечно, сейчас, — руки Эми потянулись к узлам и вдруг остановились. Шедоу буквально услышал, как в её голове вращаются шестерни. Перед ней лежал Палач. Тот самый страшный, злой и жестокий Палач. И он явно нуждался в помощи, неспособный сам освободиться и, следовательно, абсолютно беспомощный. «Черт», — мысленно выругался он про себя. Он надеялся, что порывистость девушки поможет ему избежать этого. Если бы она успела ослабить хотя бы один узел… — Мисс Роуз? — настойчиво позвал он в надежде вернуть контроль над ситуацией. — Подожди… — медленно сказала девушка, и в глазах ее заплясали зеленые черти. — Откуда мне знать, что ты не ранен? Надо тебя сначала осмотреть. А то, я уверена, стоит тебя развязать, и ты не дашься. Совершенную форму жизни мало что могло удивить, но это было неожиданно. Он ждал, что Эми начнёт задавать вопросы, бросит его одного, попытается шантажировать или даже причинить вред, но чтобы провести осмотр… — Мисс Роуз, уверяю вас… Ты что делаешь? Пока Шедоу собирался с мыслями, девушка уже присела на край кровати и расстегнула его куртку. Футболки под ней не было, и мягкие руки прошлись по чёрной шерсти, уверенно ощупывая торс ежа. — Н-да, действительно, вроде бы всё в порядке, — задумчиво сказала она, продолжая гладить его с явным интересом и удовольствием. — Ну, если вы убедились в моей целости, возможно всё-таки стоит меня освободить, — происходящее начинало напрягать Шедоу. Напрягались весьма конкретные части его тела, и это грозило бедами. — Нет, — весело улыбнулась ежиха. — Пожалуй, нам стоит провести более подробный осмотр. Когда ещё представится такой шанс? Например, в кругах, обладающих способностями, делают ставки на то, есть ли у Палача сердце. Её рука внезапно зарылась в густой белый мех на его груди и сжалась, сильно прихватив шерсть. Ёж чуть слышно охнул. Было совершенно очевидно, что вместе с силой у него отобрали и высокий болевой порог, поэтому все прикосновения ощущались особенно ярко. Тело начинало откликаться на них легкой дрожью, жаром и другими естественными реакциями на ласки красивой девушки. Сердце, которое искала Эми, однозначно дало о себе знать усиливающимся стуком. Шедоу понимал, что происходит что-то, чего происходить не должно ни по каким законам логики. — Мисс Роуз... — начал он было срывающимся голосом. — Да что ты заладил, мисс Роуз да мисс Роуз, — девушка в притворном возмущении надула губы, а потом внезапно приблизилась к его уху, — ты же прекрасно знаешь, что меня зовут Эми, не так ли, Шед Мариус? Шедоу показалось, что мир вокруг него пошел трещинами и грозил осыпаться. Она знала? Он хотел было сделать вид, что не понимает, о чем она, но Эми его опередила. — Я давно знаю. С тех пор как познакомилась с обеими твоими версиями. Смех, повадки, запах — тебя выдает буквально всё. Особенно твоя фирменная ухмылка, её точно ни с чем не спутаешь. Не ты один можешь узнать кого-то, кто тебе нравится, через маскировку. Не переживай, меня устраивают оба твои варианта. Ты умеешь произвести впечатление, этого не отнять. Эми мягко мурлыкала ему на ухо, а руки ее, между тем, продолжали путешествовать по его торсу, спускаясь все ниже. — Знаешь на наличие чего у Палача еще делают ставки? — ехидно спросила она и рука ее легла на молнию брюк. Шедоу зашипел от неожиданно пробившей его тело болезненно-сладкой волны, а у Эми округлились глаза. — Ого! — сказала она, — кажется, кто-то выиграл очень большой куш. Похоже, наша симпатия взаимна, да? Рука ее начала ласкать найденное прямо через ткань брюк, и Шедоу почувствовал, что задыхается от накатившего возбуждения. — Думаю, со взаимностью симпатии всё довольно очевидно, но какого черта ты творишь? — спросил он, перейдя на сбивающийся рык. — Я, кажется, нашла новогодний подарок, уважаемый Палач. И собираюсь его распаковать, — игривость Эми переходила всякие границы, и ёж внезапно осознал, что то, что сейчас происходит, ему очень нравится. От девушки не исходило ни угрозы, ни страха. Чистейшее веселье и обещание чего-то очень-очень приятного. Связанные руки и ноги не давали ему возможности противостоять, и он подумал, что решит что с ней делать позже. А пока можно и немного подыграть. — А ленточку зубами развязывать будешь? — спросил он, глядя в изумрудные глаза. Кажется, ему удалось на мгновение смутить Эми, но она тут же пришла в себя. — Отличная идея! — сказала она и вдруг легко запрыгнула на кровать, умостившись между его ногами. Голова ее оказалась как раз напротив его пояса. — Попробуем развязать неподдающийся узелок, — сказала она и вцепилась зубами в ремень. Благодаря ее ловким действиям очень скоро он ослаб. Девушка слегка приподнялась на локтях и посмотрела в глаза Шедоу. Тот из последних сил пытался сохранить самообладание и ее это, кажется, забавляло. — Ну что, откроем подарок? — зубки ежихи ухватились за молнию и потянули вниз… Вслед за молнией вниз последовали и брюки вместе с нижним бельем, правда их девушка стаскивала уже руками, насколько позволяли веревки. Справившись с этим, ежиха на мгновение замерла, любуясь проделанной работой и зрелищем, которое ей открылось. — Совершенная форма жизни поистине совершенная во всем, — сказала она с удовлетворением и восхищением, чем заставила ежа впервые в жизни немного смутиться. Её руки начали ласкать его член, отчего Шедоу, не в силах больше сдерживаться, начал постанывать. Эми с явным удовольствием следила за его реакцией. Она буквально наслаждалась его положением и возбуждением, и это одновременно и злило ежа, и распаляло еще больше. Нежные пальцы скользили по разгоряченной плоти и каждое прикосновение оставляло ощутимый след, заставляя Шедоу напрягаться всем телом и сжимать зубы. Девушка не собиралась останавливаться на достигнутом и решила дразнить его всеми возможными способами, даже такими, о которых он и не думал. Вот ее миленькая розовая голова наклоняется к низу его живота и резвый язычок касается самого кончика его члена. Раз… Другой… — Черт, Эми!!! — не выдержав, воскликнул он. Девушка вскинула голову. — Мне что, остановиться? — осторожно спросила она, перестав дразнить его, и это отозвалось в теле Шедоу почти болезненной дрожью. — Нет, то есть, да... развяжи меня уже наконец! — прорычал он. Эми усмехнулась. Она мягко проскользила по его телу так, что ее лицо оказалось напротив, и запечатала его губы долгим томительным поцелуем. Шедоу почувствовал, как у него пошла кругом голова. Ее запах дурманил ноздри, иглы щекотали его кожу, а теплое дыхание смешивалось с его собственным. В этом мгновении, таком интимном, хотелось остаться надолго, лучше всего, навсегда. Поэтому, когда она наконец прервала поцелуй и откинулась назад, он ощутил укол разочарования. Ежиха опустилась на его бедра, и он вдруг понял, что под платьем на ней нет белья. Сняла ли его девушка в процессе или его не было изначально — Шедоу не знал, да и не было ему это важно. Гораздо интереснее было осознание, что Эми промокла насквозь. А значит, игра приносила ей не только моральное удовлетворение. Она была возбуждена так же, как он. И эта взаимность превращала всё действо в нечто большее, чем просто дразнилки. Эми начала легко двигать бедрами взад-вперед, зажимая его член между собой и его животом. Она сняла мешающее ей платье, оставшись полностью обнаженной, и Шедоу невольно залюбовался точеной фигурой и совершенством ее форм. Желание прикоснуться к ней, ласкать её, лелеять и доставлять удовольствие становилось таким же нестерпимым, как и потребность получать удовольствие самому. Зрачки ежихи расширились, она внимательно смотрела в глаза завороженному ее действиями парню и вдруг резко подалась вперед, прижав его шею локтем. На этот раз он почувствовал всё, что должен был почувствовать еще тогда, на крыше. Легкое удушье, чужой контроль и всепоглощающее возбуждение. — Ты столько раз смеялся над моей беспомощностью перед твоей силой, Палач, — наконец ответила на его просьбу Эми, — могу и я хоть раз насладиться твоей… С этими словами она мягко опустилась, позволив ему полностью войти в себя. Кулаки ежа непроизвольно сжались от острого чувства. Медленные движения девушки разжигали в нем огонь такой силы, что хаос-взрыв казался по сравнению с ним бенгальским огоньком. Шедоу хотелось оказаться еще глубже и заставить ее двигаться быстрее, но контроль был у Эми, которая явно никуда не спешила. Она нагнулась над ним и, подсунув ладонь под затылок, приподняла его голову так, что губы его оказались прямо напротив ее соска. Он не заставил себя упрашивать и осторожно, но настойчиво впился в розовую плоть, лаская ее языком. Девушка застонала и задрожала. Несколько секунд она наслаждалась ощущением, а потом опустила его голову обратно. В ее глазах, замутненных удовольствием, Шедоу вновь увидел пляшущих зеленых чертей. — Знаешь, — тихо сказала Эми, продолжая медленно двигаться, — мне почему-то запомнилось, что твоя кровь имеет вкус кофе и шоколада. С тех самых пор, как я пустила кровь Палачу, не могу понять, показалось мне или нет, — она закусила губу, безуспешно пытаясь сдержать собственный стон. — Ты не против, если я проверю? С этими словами она подалась вперед и вцепилась зубами ему в плечо, сильно прикусив его. Это было так мучительно и сладко, что Шедоу показалось, что перед его глазами поплыли звезды. От резкой боли, смешанной с каким-то невообразимым наслаждением, он со всей силой рванул вперед и внезапно ощутил, что веревки лопнули все разом. Возможно, какая-то часть его силы вернулась или ему просто так повезло, но он, не теряя ни секунды, обхватил девушку за талию и перевернул, подмяв под себя. От неожиданности Эми вскрикнула, и в ее голосе Шедоу услышал страх. Теперь, когда Палач был на свободе, она имела право бояться до одури того, что он может с ней сделать. «Нет, пожалуйста, — подумал он умоляюще, — не бойся меня, я не причиню тебе зла... Никогда, ни за что!» Он осторожно посмотрел на Эми в своих объятьях, смиренно ожидая, что сейчас она попросит его всё прекратить или даже заплачет, но наткнулся на довольный взгляд. — Ах, я попалась Палачу, — в притворной панике проговорила она. Похоже, девушка быстро справилась с испугом и хотела продолжать игру. — Что же мне теперь делать? Ждать наказания или молить о милости? — Милости ты точно не получишь, — прорычал черный ёж довольным голосом. — А вот насчет наказания мы что-нибудь придумаем. Резким движением рук он закинул ее ноги себе на пояс и глубоко вошел в нее. Эми обхватила его бедрами, застонала и изогнулась, подавшись вперед, и он не упустил шанс обласкать языком второй сосок. Шедоу собирался отомстить ей за всё, что она с ним сделала, и потому решил не жалеть свою добычу. Быстрыми и злыми ударами он вбивал ее в кровать, пока девушка стонала и извивалась от явного удовольствия. — Быстрее, быстрее, прошу тебя, — шептала она ему на ухо, обвив его шею руками. — Эми, о, милая, нежная Эми, останься со мной, будь со мной, — стонал он, ощущая, что скоро они сольются в экстазе, и каждое его движение приближало этот момент. — ШЕДОУ! — внезапно раздался у него в ухе голос Руж. Ёж протянул руку, чтобы вытащить надоедливый коммуникатор, но вдруг понял, что никакого коммуникатора нет. А потом ощутил, как Эми уплывает из его рук, становясь лишь призраком его желания…

***

— ШЕДОУ!!! — голос настойчиво звучал у него в голове. — Проснись, черт тебя возьми, блохастый ты комок шерсти! Ёж очнулся в исцеляющей капсуле. Поняв, где он находится и осознав, что всё случившееся было сном, он, не сдержавшись, ударил по стенке кулаком. Бронированное стекло не выдержало и лопнуло, осыпавшись горой осколков и разлив по полу регенеративную жидкость. Что ж, хотя бы его сила была при нем. — Шедоу, что тебе такого снилось? — недовольно спросила летучая мышь. — У тебя показатели зашкаливали. — Ничего, — мрачно буркнул ёж, вылезая из разбитой капсулы и натягивая черный халат. — От «ничего» имущество конторы не разбивают, — резко ответила Руж. — Послушай, Шедоу. Я — твой координатор, твой напарник и твой друг, между прочим, оставшийся из-за тебя без отпуска. И я должна знать, что тревожит тебя настолько, что, судя по твоим показателям, тебя во сне или бьют, или трахают. Видимо, на лице у ежа в этот момент промелькнуло нечто такое, что рассказало агенту GUN больше, чем хотелось бы хозяину этого лица. Потому что мышка мгновенно сменила гнев на милость и ласково спросила: — Ну-ну, и как же ее зовут? — Ты достала телефон, как я просил? — проигнорировал ее вопрос Палач. — Конечно, вот он, — в руках у координатора появилась простая трубка. — Без отслеживания и с тем самым номером, который я тебе вчера продиктовала. Меняю на имя счастливицы. Резкая вспышка, и вот уже возникший перед Руж Шедоу забирает телефон из ее рук, как конфетку у ребенка. Как раз вовремя, потому что на экране высвечивается оповещение: «Привет, ты сегодня заедешь?». Ёж улыбнулся, представив, как милая Эми, смущаясь и долго выбирая слова, решает, не будет ли такой вопрос слишком наглым, но отчаянно хочет с ним встретиться и потому решается написать. «На том же месте в то же время», — напечатал он и убрал телефон в карман халата. — Вызови мне машину, — бросил он через плечо, направляясь в душ. — Шедоу, — серьезно и с какой-то грустью сказала Руж, впервые видевшая такую улыбку, почти нежную, на лице ежа, — ты же понимаешь, какой опасности подвергаешь себя и ее? Ты понимаешь, как плохо это может кончиться? Ты ведь не простой гражданский и даже не рядовой обладатель силы. Ты… — Палач, — отрезал ёж, и от его голоса Руж невольно сжалась. — И я могу постоять за то, что мне дорого. Машину, Руж. Через десять минут. Ответа он дожидаться не стал. Стоя в душе под струями воды, он вспоминал ласковые прикосновения и дерзкие подразнивания приснившейся ему Эми. Там всё казалось таким реальным, таким осязаемым. Если бы он был суеверным, то отдал бы душу за то, чтобы сон оказался вещим. А так оставалось только надеяться. Вытеревшись полотенцем, он надел черный костюм и проверил маскирующие браслеты. Посмотрел в зеркало, удовлетворенно хмыкнул и пошел к машине. Студент Шед Мариус сегодня собирался быть на парах во что бы то ни стало.