Глава 31: Человек внутри машины
13 февраля 2026 г., 20:06
Пока Тейлз бегал вокруг меня с паяльником, что-то бормоча про «гениальную, но варварскую архитектуру», я сидел неподвижно. Мой корпус был вскрыт, кабели свисали, как кишки.
Эми сидела рядом на ящике с инструментами. Она не ушла. — Так... Артем, — начала она тихо, пока Тейлз гремел ключами в другой части ангара. — Это человеческое имя. Славянское, кажется? Откуда оно у робота Эггмана?
Я знал, что этот разговор неизбежен. Врать? Сказать правду? Правда слишком безумна. «Я попал сюда после суицида». Нет, это сломает ей психику. Нужна полуправда. Самая лучшая ложь — та, в которой 90% боли — настоящие.
— Это имя... моего архитектора, — солгал я, глядя в никуда своими фиолетовыми диодами. — Не Эггмана. Другого. Того, чью личностную матрицу использовали при моем создании.
Эми наклонилась вперед. — Он был человеком? — Да. Художником. Неудачливым, одиноким и... сломанным. Он умер, Эми. Но часть его памяти, его боли, его дурацкого чувства прекрасного... осталась во мне. Я — его посмертная маска.
Это звучало поэтично. И трагично. Как раз в стиле Сониковской драмы. Эми помолчала, потом коснулась моей холодной руки. — Значит, ты не просто машина. Ты — память. Это... грустно. Но это объясняет, почему ты не выстрелил. Художники создают, а не разрушают.
Она достала из кармана передника что-то маленькое. Красная ленточка. — Возьми. Повяжи на запястье или на антенну. На удачу. Соник вечно теряет свои талисманы, а тебе, мне кажется, нужно что-то, что будет напоминать: ты больше не один.
Я взял ленточку. Мои грубые когти с трудом удерживали мягкую ткань. Я повязал её на левую руку, прямо поверх ржавого металла гарпунной установки. Яркое красное пятно на серо-буром фоне. — Спасибо, — буркнул я. — Это... нерационально. Но принято.
Тейлз вылез из-под моего корпуса, весь в масле. — Готово! Я усилил лебедку титановым тросом. Теперь она выдержит вес танка. И я поставил тебе новый тепловой контур. В горах не замерзнешь. А еще... я немного почистил твой код. Ты должен стать быстрее.
Я встал. Системы работали гладко. Никакого скрежета. Я чувствовал себя мощным. — Я выдвигаюсь.
