Выбери меня!

— Тош, я прошу тебя, ради меня, ради нашей дружбы... Давай уедем отсюда, прямо сейчас. К чёрту Катю! Поехали домой... — срывающимся от дрожи и страха голосом шептал Яша. Парню казалось, что он кричит, срывая связки от ужаса за себя и за лучшего друга, но на деле это был лишь шёпот, пропитанный мольбой. Ярослав сполз на пол, прямо к ногам сидящего на кровати Антона, положил сначала руки, а после и голову Тошке на ноги. Руками Яша сжал его чёрные штаны, чтобы перестали дрожать руки, а голову положил сверху, чтобы не было видно позорно падающих слёз. Яша знал. Знал — и оттого не мог сдержать слёз. Он прекрасно понимал: выберут не его. Его лучший друг, с которым они уже пятнадцать лет бок о бок, предпочтёт ту самую рыжую кареглазую девушку и ад, творящийся в этом мерзком особняке в чаще леса. Но так же он понимал: если это желание Антона и тот собрался с головой окунуться в этот ад, Ярослав пойдёт туда за ним не задумываясь ни на секунду. Ведь для него нет никого важнее самого дорогого друга и товарища. ............................................................................... Была середина июня. Чудесное время, когда появляется желание жить и понимание того, что впереди ещё целое лето. Дует тёплый ветерок, солнце припекает, потихоньку оставляя на открытых участках кожи следы своего присутствия. По утрам слышны птичьи песни, понятные только им, лай собак и урчание домашних кошек, которые уже успели пригреться на солнышке. Зеленеют деревья, лаская слух шуршанием листвы под неторопливый ветерок. Мир заново оживает и вдыхает эту жизнь во всё и во всех. С улицы с утра до вечера слышны детские крики и смех: кто-то играет в слепую курицу на горке, а чуть дальше, возле фонарного столба, ещё одна небольшая группка детей режется в туки-та. На импровизированном футбольном поле парни гоняют мяч, а недалеко девчонки на лавочке хомячят какие-то сладости. По вечерам на площадках собираются ребята постарше, разносятся энергичные звуки гитары, громкие песни Макса Коржа, смех и стук банок энергетиков. Окна открыты почти в каждой квартире двора, и кажется, что в такие моменты весь мир дышит в унисон. Именно так о лете думал Яшка, которого по-правильному звали Ярослав Миронов, но для всех друзей и знакомых он был тем самым душевным парнем с погонялом Яша Мирный. Он всем сердцем обожал лето. Начиная с восьмого по одиннадцатый классы, он был тем самым парнем, который по вечерам играл на гитаре, пока его лучший друг Антон пил энергос и подпевал в компании их одноклассников и просто ребят с других дворов. Ему казалось, что это были лучшие вечера в его жизни. После таких посиделок они обычно расходились провожать по домам девушек. Конечно же, каждый парень провожал именно ту, которая нравилась ему. Антон Черепов, его лучший друг, а если проще — Тоха Череп, и Яшка всегда относились к этому нейтрально. Тоха был не из влюбчивых, но пацанских принципов придерживался: всегда провожал кого-то из девушек домой — так ведь безопасней. Яшке же обычно нравились постарше, поэтому он так же просто провожал кого-то без лишних мыслей, хотя иногда за него девушки даже начинали ругаться — личностью он был популярной. Лучший баскетболист школьной команды, прекрасно готовит, харизма так и прёт, голубоглазый блондин с кудряшками на голове. В общем, отличник, спортсмен и красавчик в придачу. Сколько же девичьих сердец он успел разбить… После того как все девушки из компании благополучно оказывались доставлены до дома, Яшка шёл сразу к Тохе. Если было сильно поздно, забирался к нему в комнату на чердаке через дерево рядом с домом, чтобы не будить маму Антона, тётю Таню. А там они чуть ли не до самого утра играли в разные игры, обсуждали планы на будущее и мечтали обо всём на свете. По-тихому вылезали на крышу и курили стрельнутые у кого-то сигареты, чувствуя себя крутыми и взрослыми. Утром пятнадцатого июня, пока Антон разгружал коробки с вещами и мебель из грузовика в небольшой дом, куда в скором времени планировали заселиться новые жильцы, из ниоткуда возник Яшка. — А-а-а!!! — громко закричал Яшка, выпрыгнув из-за двери — Бля! — от неожиданности Тоха вздрогнул и выронил коробку, которая была у него в руках. Ещё бы доля секунды — и эта самая коробка приземлилась бы ему на ноги, но Яша вовремя подхватил её и поставил на землю. — Ты! Чёрт, блядь, какого хера ты творишь?! — с выпученными глазами спросил Антон, всё ещё пытаясь отойти от испуга и бешено колотящегося сердца. — Ахахахах, ты бы, ахахаха, видел бы своё лицо! — давясь смехом, произнёс блондин, а после того как увидел ответную улыбку друга, подошёл и обнял его в знак приветствия. — Ладно, считай, сегодня твоя взяла, ахаха, это рил было стремно, — с улыбкой признал Тоха и в объятиях друга похлопал его по спине. — Ты разве сегодня не на работе? — Был, но в пекарне сегодня решили дать мне выходной, так что отпустили пораньше. Кстати, я чё пришёл-то: у меня новость есть. Точнее, предложение для тебя. — Яшка стоял, засунув руки в карманы коротких голубых спортивных шорт. Белая майка свободно болталась на теле, а накинутая сверху голубая рубашка в клетку прикрывала плечи от солнечного ожога. Он слегка покачивался на пятках, ожидая ответа друга. — Так раз ты сегодня бездельник, то помоги мне, а потом я послушаю это твоё предложение, — с лёгкой ухмылкой подначивал Антон. — Э-э-э, то есть к тебе пришёл твой самый лучший кореш с крутым предложением, а ты его заставляешь работать, чтобы хотя бы выслушать? Ну ты и... — Это предложение Яшка не закончил, оставив додумывать Тохе, кто он и за что. Ну, немного поныть — дело святое. Вздохнув и сняв рубашку с плеч, повязав её на пояс, Яша взял из грузовика коробку и, подтолкнув Антона плечом, пошёл в дом. — Догоняй, Золушка! — со смешком произнёс блондин. — Эй, ты кого Золушкой назвал, Рапунцель?! — Тоха с наигранным возмущением взял коробку, стоявшую у его ног, и пошёл за Яшей. Городок у них был маленький, скорее не город даже, а посёлок городского типа. Пара кирпичных пятиэтажек и куча деревянных домов. Две площадки и две школы, один большой магазин в центре и куча ларьков по всей территории. Обычно в такой глуши редко кто задерживался, поэтому весь контингент данного места делился на два типа. Первые — те, кто мечтает свалить отсюда куда подальше. Вторые ценят эту тишину и отсутствие суматохи и спокойно проживают здесь свои дни. Но университетов в этом месте не было. Антон и Ярослав, которые только закончили одиннадцатый класс и планировали в конце лета уезжать поступать, потихоньку копили деньги на переезд. Был лишь один лесопромышленный техникум, но ни Тоха, ни Яша своего будущего там не видели. Закончив с работой, парни, уставшие, но в приподнятом настроении, направились в сторону дома Тоши. Они шли по просёлочной дороге — грунтовой и неровной. Вокруг зелёная трава, цветы, стрекот кузнечиков и палящее солнце. Через пару метров остановились у водоколонки попить воды и вспомнить детство. Пока Антон, наклонившись, глотал воду, Яша, как истинный подстрекатель, подставил руки и полностью облил Тоху ледяной водой. Тот же, в свою очередь, громко матерясь от освежающего и внезапного холода, в долгу не остался: облил Яшку в ответ. И вот эти, казалось бы, взрослые парни уже вовсю обливались водой, словно малые дети. Когда они были уже полностью мокрые, освежившиеся и счастливые, двинулись дальше к дому. — Так что там за предложение у тебя было? — поинтересовался Антон, стягивая с себя серую обтягивающую спортивную футболку. Тоха хоть и мог выглядеть со стороны как типичный гопник, но таковым не являлся. Просто он жил по чётким принципам, всю жизнь заботился о маме вместо отца, который свалил за хлебом, как только узнал, что та беременная. И в одежде, в отличие от Яшки, он сильно не разбирался, так что носил спортивки «Адидас» или просто чёрные штаны и разные футболки с кофтами. Антон очень увлекался качалкой, так что мышцы у него на руках, да и не только там, были конкретные, и обтягивающими футболками он не стеснялся их демонстрировать. —Точно! Хорошо, что напомнил... Э-э... — Яша увидел, как Антон стянул футболку и начал её выжимать от воды, и слегка залип на его руки. — Да ты угараешь, твоя бицуха стала ещё больше! Как, просто как ты это делаешь? — спросил Яшка, невзначай прикасаясь к руке друга и слегка сжимая её. — Сколько ни пытаюсь, а так же не могу. Может, тоже в грузчики вместо пекарни пойти?.. — задумался Яша, всё ещё мнущий бицепсы друга. — Пхах, тебе-то это зачем? Пеки и дальше свои булочки, тебе ж это больше нравится, чем в качалке тусоваться. Тем более ты в баскет играешь, так что тело у тебя более чем спортивное. И вообще не отвлекайся, так что там за новость? — А, да... — Яшка неловко отвёл взгляд, слегка покраснев. Было жарко, так что он тоже решил сначала выжать рубашку, а после и майку. Рубашку сверху всё-таки накинул, а вот майку решил понести в руке. — В общем, я наткнулся на очень неплохую подработку. Она, так скажем, вахтовым методом. В особняк в какой-то глуши требуются два-три крепких молодых парня, типа разнорабочими. В условиях написано, что хозяева особняка запланировали ремонт, бригады уже наняты, но на подхват нужны здоровые парни. Короче, работа аля «принеси-подай, иди на хрен не мешай». Жить в домике прислуги, кормят три раза, работа с семи утра до шести вечера, дальше свободное время. Платят сто косарей за месяц. Что думаешь? — Ну хз, звучит-то конечно заманчиво, но блин... — Антон засомневался. Он почти никогда не действовал на эмоциях и тщательно всё обдумывал. «Либо развод, либо работа адская, — мелькнуло у него в голове. — Но в объявлении ни намёка на криминал, номер рабочий, контора вроде легальная. Странно, но формально всё чисто... Хотя что-то здесь не так. Ладно, мама посмотрит — она если что за версту чует подвох». — Я, если чё, тебе уже скинул их предложение о работе. Ну ты только подумай: как раз отложишь себе на машину. На добротный жигуль, ещё и аудиосистему туда поставишь, — продолжал настаивать Яшка. Он знал: если не аргументировать чем-то соблазнительным, Антон с ходу включит душного аналитика. — Да, своя машина... А ты отложишь на дом, чтобы больше никогда не возвращаться к этому уёбку. — Так Антон обычно называл отца Яши. — Как он там вообще? Не помер ещё? — Неа, как приехал с вахты, так и бухает в своём гараже. У него ж там всё для жизни: холодильник с водкой, диван и телек, — с ненавистью пробубнил Яша. — Тебя не трогал? — серьёзно спросил Тоха, услышав, что этот уёбок вернулся с вахты и снова забухал. — Нет, всё норм, — с улыбкой сказал Яша, неосознанно поглаживая рукой бедро с новым огромным синяком. Антон на мгновение задержал взгляд на этом жесте, но решил не давить — спросит позже, если что. — Он из своего гаража не вылазит, не парься, Тош. — Ладно, но ты если что помнишь же, что моя комната на чердаке — это и твоя комната? Я тебя жду в любое время и хоть до конца лета живи, — серьёзно заявил Антон, пока они подходили к небольшому деревянному домику. — Конечно, помню. Ты у меня такая лапочка, когда волнуешься за меня, — со смешком сказал Яша. — Ой, иди ты, — с улыбкой ответил Антон, и когда они поднялись на деревянное крыльцо, толкнул дверь рукой. Стоило двери отвориться, парней окутал запах дома: уюта и вкуснейшей горячей выпечки. Оба парня синхронно вдохнули этот запах, а после так же синхронно прокричали: — Мама! Тётя Таня! Мы дома! — прозвучало от парней, и они вошли в дом, закрывая за собой дверь. — Мальчики, — с улыбкой произнесла тётя Таня и обняла обоих, поцеловав в макушки. — Я почти закончила с обедом. Я не буду спрашивать, почему вы полностью мокрые — топайте переодеваться и мыть руки. — Да, мам, — сказал Антон, пока Яшка уже поднимался на чердак в комнату. — А помнишь, как это когда-то был просто чердак? — спросил Яшка, стоя у шкафа Антона и сбрасывая с себя мокрые шмотки. Брюнет только поднялся и плюхнулся на пол у кровати. — Да, сколько нам тогда было? Девять-десять? Я долго просил маму сделать из чердака мне комнату, а когда ты начал ночевать у нас, поводов только прибавилось. — Тоша тоже начал раздеваться и накинул себе на голову полотенце. Волосы у него были подстрижены под машинку, так что достаточно было провести полотенцем пару раз, чтобы голова стала сухой. — Да, я всё ещё удивлён, что все мужики с работы тёти Тани с радостью согласились помочь. — Ярослав порылся в вещах друга и накинул на себя его спортивные треники и свою майку, которую когда-то здесь оставил. Вытащил спортивки Тоши и кинул их ему. Тот тоже быстро переоделся и открыл ту самую вакансию в телефоне, начал читать. — Вроде всё достаточно прозрачно, даже официальное трудоустройство предлагают. Во время обеда покажу маме. Если она будет согласна, то почему бы и нет, — пожал плечами Антон, и опомниться не успел, как на нём уже лежал счастливый Яша, обнимая друга. — Е-е-ей! Я знал, что ты согласишься! Это будет ещё одно летнее приключение! — радостно говорил Яша. Антон потрепал друга по волосам, улыбаясь: — Да, но сначала надо, чтобы мама одобрила. Мы же не будем заставлять её волноваться. — Мальчики, обед!!! — донеслось с первого этажа. Парни махом подскочили, помыли руки в ванной на первом этаже и пошли за стол. Дом был маленьким, но пах счастьем и уютом. От стен отражались солнечные лучи, ковёр на стене, казалось, поблёскивал. Растения и цветы стояли на каждой поверхности, на плите кипел чайник, а из радио играла тихая музыка. На столе с какой-то старенькой белой скатертью стояли тарелки с разными пирожками и летний салат из овощей с маслом. На деревянном подоконнике под самыми яркими лучами солнца нежился рыжий кот. — О, и Фомка тут, — с улыбкой сказал Яша и провёл рукой по тёплой от солнца рыжей шерсти кота, который только громче заурчал от этого действия. — Конечно, эта рыжая морда никогда не пропускает обед, — с улыбкой произнесла тётя Таня и, вытерев руки об фартук, начала наливать парням чай. Парни молча вытащили из карманов небольшие суммы денег — Антон две тысячи, Яшка полторы — и положили на тумбочку рядом со столом. После сели за стол и сразу налетели на пирожки. — Спасибо, мальчики, — тепло улыбнулась женщина. Этот жест был обусловлен тем, что тётя Таня с самого рождения Антона воспитывала его одна. А потом Тоша, когда ему было четыре, привёл за руку с собой домой побитого отцом Яшку. Тогда тётя Таня обняла их обоих и поняла: теперь у неё два сына. После, когда никто не видел, она горько плакала, но никогда не показывала мальчикам, как ей было непросто. С возрастом они поняли это сами, начали шастать по подработкам и приносить ей хоть какие-то деньги. Тогда она смогла уволиться со второй работы и больше бывать дома. Помогать мальчикам с уроками, штопать их одежду и готовить самые вкусные пироги, что парни когда-либо пробовали. Именно она научила Яшу печь, а Антона поддержала в его увлечении машинами, устроив по знакомству в единственный автосервис в их городке. Она же помогла подать им документы в один университет, пусть и на разные направления. Антон пошёл на механика, а Ярослав — на повара-кондитера. Она ужасно гордилась этими двумя сорванцами. — Мам, тут такое дело... — начал Антон, и к нему присоединился Яша. Они кратко описали работу на лето и показали объявление. Тётя Таня, конечно, волновалась, но сказала, что всё почитает, посоветуется со знакомыми и сообщит мальчикам решение вечером. Пообедав, парни пошли обратно на чердак. День был страшно жарким, температура переваливала за тридцать градусов, поэтому Яша и Тоха негласно решили до вечера оставаться дома. Они смотрели фильмы и рубились в игры, обсуждали поездку и что с собой надо взять. Почему-то оба были уверены, что тётя Таня даст своё согласие. Уже вечером, когда солнце начало уходить за горизонт, тётя Таня сообщила, что разрешает им ехать. Довольные парни пошли собирать вещи. Уже ближе к ночи оба не могли уснуть и, валяясь на небольшой кровати Антона, обсуждали, как же это всё будет. — Да-а, наконец-то я отложу деньги на покупку своего дома... — мечтательно пробормотал Яшка, глядя в потолок. — А вдруг там живут сектанты какие-нибудь? — в шутку спросил Антон, поворачивая голову к Яше. — Ой, чушь не пори, ахаха, скажешь тоже — сектанты. Я думал, о таком только в странных передачах по телеку говорят, — произнёс Яшка, глядя в ответ на Тошу и прикрывая глаза от усталости. Но где-то глубоко внутри, на самой границе сна, мелькнула тень тревоги — холодный отголосок ужаса. Яша отогнал его, решив, что просто переволновался. — Ладно, спи давай, путешественник, — зевнул Антон. — Угу... Так, за разговорами, парни и уснули. Им обоим снилась дорога: стук колёс, проплывающие за окном чужие леса и тени незнакомых деревьев, которые тянули свои ветви к составу, словно хотели задержать его в пути.