Цветок тайной любви

Рон Камонохаши всегда чувствовал, что его долг — использовать свой исключительный талант и навечно стать детективом. Он желал раскрыть все дела мира, не оставив ни уголка тьмы. Но в тот день всё изменилось. Тогда на Рона впервые посмотрели как на убийцу. Он видел в чужих глазах отвращение и страх, а отношение к нему ужесточилось, словно его прошлые заслуги перестали иметь значение в миг, когда его обнаружили в той злополучной запертой комнате. Полиция, однокурсники, инструкторы… никто не верил в его невиновность. Перестав доверять самому себе, Рон находился на грани истерики. Он чувствовал отчаяние, несправедливость… и в его голове медленно стало что-то меняться. Кровавая Экскурсия перевернула жизнь гения в абсолютно противоположную сторону. И к чему это привело? Вернее, к кому… — Наконец ты ступаешь на верный путь, Рон Камонохаши, — протянул мужчина с золотистыми волосами, склоняя голову набок. В его янтарных глазах блестели весёлые огоньки, а каждое его движение казалось удивительно изящным и отточенным. — Возможно, ты нашёл меня ради мести… но я могу предложить кое-что лучше. Рон напряжённо смотрел на главу семьи Мориарти. Все посторонние мысли на время исчезли, позволяя сосредоточиться на странном разговоре. — И что же? — сухо поинтересовался Рон, скрестив руки на груди. — То, чего ты хочешь больше всего… признание, — с лёгкой улыбкой ответил Майло. — Задумайся. От тебя, гениального детектива, так просто отмахнулись. Разве это справедливо? Ты был не на своём месте, тебе так не кажется? Им безразлично, убийца ли ты на самом деле, они просто искали повод. Но неужели ты позволишь им это? Неужели готов заявить, что слабее глупого общества? Неужели дашь им контролировать себя? — Майло тихо, сдержанно засмеялся. — О, Камонохаши, я знаю, что ты не такой. Ты знаешь себе цену. — Он встретился взглядом с молчаливым, но не возражающим Роном. Майло продолжил ещё увереннее, с явным удовольствием в глазах.— Так докажи всем, какое сокровище они потеряли. Присоединяйся к Мориарти! Стань звездой преступного мира. Иконой каждого преступника. Недоступным идеалом полиции. Ступи на этот путь, получи то, чего тебя лишили. Теперь Рон смотрел мимо Майло, куда-то в сумерки за окном. Он не мог отрицать, что столь простые слова, озвученные пафосным и самоуверенным тоном, смогли подействовали на него, потерявшего цель юного детектива. Идея свободы и признания проникала всё глубже в сердце, пока Майло вёл свой монолог о том, что люди не поймут, пока не потеряют: Кровавая Экскурсия была не насмешкой, а актом просветления. — Тебя не ценили, Камонохаши, так заставь их, — продолжал Майло. Он определённо знал, на что давить. — Только представь громкие заголовки о невозможных преступлениях, которые скоро станут для тебя детской забавой. Представь лица офицеров полиции, когда они окажутся в тупике, — и всё из-за одного тебя. Подумай, кем ты станешь… Майло хитро, расслабленно улыбнулся. Он не отводил взгляда от ярко-голубых глаз Рона, ненавязчиво удерживая всё его внимание. — Понимаю, у тебя есть принципы… но я также знаю, что они идеально подходят под Мориарти. Встань на правильный путь, Рон, дай волю своему потенциалу. — Майло усмехнулся, невозмутимо садясь за стол и подпирая голову рукой. Он как будто заучил весь монолог и заранее знал, какой ответ даст Рон. — Согласись, у преступников больше свободы, чем у детективов… Ты совершил одну единственную ошибку, на которую даже не мог повлиять, — и тебя уже выгнали из мира правосудия. Но среди преступников… ты никогда не оплошаешь. Ты будешь наслаждаться. Разве не очевидно? Ты обожаешь сложные дела, Рон, и прекрасно понимаешь, что значит «смерть — это искусство». В комнате повисла тишина — время на размышление, которое любезно предоставил Майло. Его уверенность вызывала у Рона одновременно раздражение и одобрение. Наконец, Майло постучал пальцами по столу и сладко спросил: — Рон Камонохаши, так чью же сторону ты выберешь? Холмсов… или Мориарти? Слегка нахмурившись, Рон посмотрел прямо на него. — Я присоединюсь к Мориарти на условии, что не стану для вас марионеткой. — Мне и не нужно манипулировать тобой, мне нужно, чтобы тебе нравилось, — засмеялся Майло. — Добро пожаловать в организацию, Рон Мориарти. Услышав новое обращение, бывший детектив почувствовал странную смесь эмоций и промолчал. В его глазах появился странный огонёк. Раз все считают его убийцей… он им и станет. Так в преступном мире засияла новая неповторимая звезда. Рон стал расслабленнее, хитрее. Как и предсказывал Майло… он наслаждался. — За окном кафе стоял лёгкий туман, появившийся после долгого дождя. В заведение почти никого не было, на фоне играл успокаивающий джаз, а Рон неторопливо помешивал ложечкой кофе, в который по его просьбе добавили сироп из коричневого сахара. Напротив бывшего детектива, ставшего преступником, сидел мужчина с беззаботной улыбкой. Он весело рассказывал что-то о плохой погоде и как из-за неё чуть не опоздал на поезд. Из этой беседы Рон узнал: мужчину зовут Тотомару Ишшики, работал он в Токио, но сейчас гостил у бабушки и немного заблудился в туманном городе с разряженным телефоном, он любил мандарины, часто ходил в храмы, был крайне дружелюбен и добр. Последнее ярко считывалось и по самой внешности Тотомару, и по его манере говорить. Рон, в свою очередь, старался не распространяться о своей жизни и назвал только своё имя. Но, к его удивлению, Тотомару не настаивал на фамилии, словно так и должно было быть. Время от времени, не умолкая, Тотомару поправлял свои растрепавшиеся каштановые волосы, глядя то на Рона, то в окно. В его блестящих серых глазах Рон не видел ни подозрения, ни осуждения — только искреннюю радость, что нашёл терпеливого слушателя. Обычно Рон предпочитал тишину: и во время своей учёбы в академии Блю, и после вступления в семью Мориарти он избегал близкого и частого общения. Но Тотомару, несмотря на свою болтливость, проявлял удивительную внимательность. Если он чувствовал, что Рону неинтересно, то невозмутимо переводил тему. Когда видел, что Рон раздражается от невозможности вставить слово, тут же замолкал и с интересом слушал. Проведя в его компании час, Рон и сам разговорился, хотя чувствовал себя от этого странно. Настроение преступника заметно поднялось, и монологи наивного Тотомару наконец превратились в диалоги между двумя впервые встретившимися незнакомцами. Когда прошло полтора часа, Тотомару встрепенулся и спросил: — Извини, я наверняка надоедаю… ты никуда не торопишься? Рон, не изменившись в лице, пожал плечами, глядя в кружку с какао. — Нет, всё в порядке. — Его улыбка немного смягчилась. — Я давно так ни с кем не разговаривал. Тотомару вновь оживился, прожёвывая последний кусочек чизкейка. В очередной раз Рон провёл рукой по волосам, цыкнув. Утром он аккуратно зачесал их, но из-за влажного тумана его старания оказались бессмысленны, и теперь чёлка слегка закрывала глаза. Тотомару пару раз прокомментировал это, называя действие «милым». В те моменты Рон задумывался, насколько же не похож на преступника. Они оба заказали вафли и продолжили разговор о классической литературе. Несмотря на свою беззаботность, Тотомару оказался более чем образованным и разбирался понемногу во всех областях. Особенно Рону понравилось, что тот с горящими глазами слушает его выводы после анализа произведений и не обзывает его оригинальную точку зрения странной. Когда говорил Тотомару, взгляд Рона изучающе скользил по нему. У Тотомару была гладкая и мягкая кожа, хотя на пальцах виднелись лёгкие мозоли и царапины — Рон списал это на помощь в саду бабушки, о чём тот упоминал ранее. Одежда — самая обычная, но подобранной со вкусом: удивительно, как ему шла нежно-бирюзовая кофта. Взгляд Тотомару был уверенным и добрым одновременно, без тени страха, который привык видеть Рон в глазах жертв. Но Тотомару не был его жертвой. По крайней мере, Рон пока не планировал ничего незаконного в его сторону и считал его только случайным знакомым. Когда прошёл третий час, Рон подозвал официанта, чтобы оплатить всё заказанное ранее. — Ты… уже уходишь? — растерянно спросил Тотомару, машинально оплатив и свой счёт. Рон долго смотрел на расстроенное лицо Тотомару, пока наконец не понял, что ему намного больше по душе его наивная улыбка, а не досада от осознания «жестокости» мира. — Ц… Кто-то же должен проводить тебя домой, — ответил Рон, меняя планы. Ненадолго повисла тишина, а затем Тотомару радостно вскочил из-за стола. — Рон, ты лучший!! — оживившись, воскликнул он. — Ага, спасибо, — отмахнулся Рон. Они вместе вышли из кафе. — Какой у тебя адрес? Тотомару продиктовал его, и Рон открыл на телефоне карту, после чего повёл Тотомару по улочкам японского городка, по привычке выбирая более тихие и безлюдные. Забавы ради он сделал пару кругов вокруг трёх домов, но Тотомару продолжал болтать, идя рядом. «Какой невинный… — подумал Рон, пряча усмешку за воротником рубашки. — Ему стоит быть осторожнее. Положи я на него глаз до нашей встречи, он был бы обречён». Но на самом деле поведение Тотомару вызывало у него симпатию. Став Мориарти, жестокость преступного мира стала для Рона обыденностью, и именно в этой тьме он захотел оставить цветок беззаботности в виде Тотомару. — Аккуратно, врежешься, — бросил Рон, оттащив Тотомару в сторону прежде, чем он успел удариться о фонарный столб. Тотомару ойкнул и извинился, начав внимательнее следить за дорогой, поэтому Рон перестал оттягивать их разлуку. Он знал, что теплота к незнакомцу может стать непоправимой слабостью, но для себя уже всё решил. Спустя полчаса они пришли к нужному адресу. Рон как обычно осмотрелся, запоминая, как выглядит дом снаружи. Весь сад Рон не видел, так как он заканчивался на заднем дворе, но растений и цветов там было много. Аккуратная и чистая дорожка, несколько этажей и чердак… Одно окно открыто, но света ни в одном не видно. Значит, его просто забыли закрыть. Шума изнутри тоже не доносилось. — А когда ты возвращаешься в Токио? — спросил Рон, переводя взгляд на Тотомару. — Послезавтра. Ты хочешь посмотреть город? — …можно и так сказать, — неопределённо ответил Рон и улыбнулся. — Ладно, мне пора. Не забудь закрыть окно, мало ли что. Однако Рон не успел сделать и шага, как Тотомару внезапно обнял его. Рон застыл. Первым порывом было оттолкнуть, об этом кричал каждый инстинкт, выработанный Роном не только за время преступной работы, но и за время учёбы: избегать контакта, избегать контакта, избегать контакта… Но, взвесив за секунду ещё несколько вариантов, Рон остался просто стоять, не отталкивая и не обнимая в ответ. Спустя пару минут Тотомару отстранился с мягкой благодарной улыбкой. — Спасибо тебе ещё раз, Рон. Я запомню твою доброту. Пока-пока! — весело сказал он и направился к входной двери. Рон кивнул и незаметно скользнул в тень соседних домов, ожидая. Наконец, когда Тотомару закрыл то самое окно, он ушёл. Не навсегда, разумеется, ведь теперь он собирался заняться поисками адреса Тотомару в Токио. Нужно всего лишь воспользоваться своими талантами и ресурсами Мориарти… Тем временем Тотомару закончил в пятый раз проверять каждое окно и дверь. Убедившись, что все замки в порядке, он поплёлся в спальню, понятия не имея, что ему делать. Он тихо заглянул в соседнюю комнату, но его бабушка по-прежнему крепко спала. Тотомару ушёл к себе и лёг на кровать, потянувшись к немного зарядившимуся телефону. Хмурясь, он листал список контактов, пока не нашёл номер начальницы. Он долго смотрел на него, но в итоге передумал звонить и вернул телефон на зарядку. — Он оказался намного добрее, чем я ожидал, — пробормотал Тотомару, переворачиваясь на живот. Он уткнулся лицом в подушку, прикрыв глаза и слегка улыбнувшись. — Он был даже в какой-то степени милым. Хотелось бы узнать его лучше… но тогда я уже вряд ли уйду живым. Он тихо посмеялся со своих же мыслей. Кажется, за почти четыре часа этой необычной компании Тотомару не оплошал: не дал понять, что знает настоящую личность Рона, и сам не раскрыл, что из полиции. Значит, всё в порядке, и Тотомару не станет его целью... Хотя стоило побеспокоиться, что Мориарти узнает, что флорист — только маскировка, а не настоящая работа. Но Тотомару старался верить в лучшее и закрыл глаза. Проснувшись (по привычке рано), Тотомару зевнул и взъерошил и без того спутанные волосы. Несколько минут он полежал, глядя в потолок, а потом потянулся за телефоном. Новых сообщений от начальницы не было, и Тотомару решил позвонить ей после завтрака — на случай, если она ещё спит. Спустившись на первый этаж, Тотомару с улыбкой увидел бабушку, уже занятую готовкой. — Тото, ты так поздно вчера вернулся, — мягко сказала она, не оборачиваясь. — Всё хорошо? Или просто загулялся? — Загулялся, — беззаботно ответил мужчина, доставая зёрна кофе. Конечно, это была ложь, ведь он буквально заблудился, но тревожить этим бабушку ему не хотелось. — Город красивый и тихий, здесь очень уютно. — Помню, как в детстве ты всегда хотел гулять допоздна… — протянула бабушка, пока нарезала пирог. — Но в Токио это наверняка интереснее, да? Тото кивнул. — Ну, Токио всегда оживлённый. Даже ночью открыто много заведений. — Рада, что тебе нравится… — Бабушка потрепала его по волосам. — Ты так вырос, Тото. Он не стал спорить, лишь смущенно отводя взгляд. Когда он попробовал пирог, запивая кофе, он почувствовал, словно вернулся в детство: когда он только мечтал стать офицером полиции, но больше походил на избалованного ребёнка. — Пей меньше кофе, Тото, ладно? — сказала бабушка и достала коробочку моти. — Я сделаю тебе в дорогу немного сладостей. Может, угостишь друзей. И будь осторожен. После завтрака он ушёл в свою спальню и, заперевшись, позвонил начальнице, Амамии. Он подробно доложил, где и когда видел Рона Камонохаши, ныне известного под именем Рон Мориарти. Амамия, не поверившая сначала в важность звонка, под конец всё поняла и напомнила об аккуратности, пообещав сообщить в местную полицию, что стоит усилить меры безопасности. Однако после того вечера Тото не видел и следа Мориарти. Конечно, он не обманул Рона и вернулся в Токио как планировал, после чего снова принялся за свою «ненастоящую» работу и ни разу не заметил ничего странного, пока… Рон сидел в кафе, глядя на цветочный магазин напротив. Время клонилось к обеду, но он не собирался уходить, по очереди заказывая каждый напиток из меню. Его взгляд был направлен на симпатичного владельца магазина, мягко улыбающегося и с удовольствием общающегося с посетителями. Подсознательно Рон знал, что почему-то нервничает от мысли подойти к Тото, как будто это было ниже его достинства. Вздохнув, он допил какао. Ему нужно пообедать, но уйти и даже ненадолго выпустить Тото из поля зрения казалось чем-то невозможным. Интересно, чувствовал ли флорист его взгляд? Или из-за клиентов не замечал? А может, он привык, что его находят привлекательным?.. Рон слегка нахмурился: ему не нравилась идея делить Тото с кем-то. Он хотел, чтобы Тото снова улыбнулся лично ему. Наконец, Рон решительно встал. Поправив чёрное пальто, он направился к цветочному магазину и толкнул дверь, заставляя колокольчик на ней тихо зазвенеть. Тото, поливающий цветы у кассы, с яркой улыбкой обернулся. — Добро пожаловать! — звонко сказал он. Рон с самодовольством наблюдал, как меняется выражение его лица. От гостеприимства до удивления: узнавание, шок, непонимание, принятие, растерянность… — Р-Рон? — пробормотал Тото, забывая о цветах. — Не ожидал тебя здесь увидеть. — Я тоже не ожидал, что столкнусь с тобой. Видимо, судьба, — пожал плечами Рон. Ложь без труда слетела с его языка. Сузив глаза, он огляделся. — Милый магазинчик. — Спасибо… — смущённо кивнул Тото и с теплотой улыбнулся. — Раз это случайность, значит, ты хотел купить цветы? Я сделаю тебе скидку! Рон тихо усмехнулся, облокачиваясь на стойку с кассой. — А скидка на что? На простую покупку или на услуги флориста? — дразняще спросил он. — На всё, — мгновенно ответил Тото, заставляя Рона ненадолго задуматься. Его молчание затянулось, но Тото не торопил. — …какой букет ты бы подарил мне? — …что?? Рон махнул рукой, быстро исправляясь: — Сможешь собрать букет, который ассоциировался бы со мной? Тото удивлённо вскинул брови. — Зачем тебе?.. — Поставлю, как украшение. Можешь не скромничать, я готов заплатить хоть пять тысяч йен. Флорист помялся. В его голове пронеслась сотня вопросов, смешавшихся в один: это правда было случайной встречей? И всё же он выдавил улыбку, кивая. Он ушёл в другую часть магазина, где принялся за работу, чувствуя пытливый взгляд своего клиента. Рон наблюдал, отмечая, насколько аккуратно обращается Тото с цветами, как его пальцы бережно обхватывают стебли, как он покусывают губы, задумываясь… — Держи. Тысяча йен. Рон опустил взгляд на букет и нерешительно взял его. Несколько минут он просто смотрел на него, вылавливая в композиции синие и белые цветы. Рон даже подумал, что тысяча йен — слишком мало для этого кусочка шедевра из рук милого флориста. Он поднял букет к лицу и вдохнул цветочный аромат, прикрывая глаза. — …ты давно здесь работаешь? — тихо спросил Рон, протягивая Тото деньги. — Полтора года. Я с детства помогал бабушке в саду, поэтому у меня много опыта, — признался Тото и вытер руки. — Заходи ещё. Не задумываясь, Рон кивнул. — Снова со скидкой? — Если станешь постоянным клиентом, — подмигнул Тото и взглянул на часы. — Ну ладно, у меня обеденный перерыв. Только тогда Рон понял, что забыл об обеде. — Хм.. да, пора перекусить… — пробормотал он. — До встречи, Тотомару. — До встречи, Рон. Зазвенел колокольчик, и Рон вышел на улицу, крутя в руках купленный букет — частичку Тото, полученную более чем законным путём. Вдохнув запах цветов, он бросил последний взгляд на магазинчик в приглушённых оттенках: минималистичная вывеска, реклама на витрине, множество растений, заполняющих помещение… А внутри неторопливо ходил Тото. Прежде чем приняться за своё бэнто, он достал из кармана записную книжку и открыл в ней чистую страницу. Столкнулись во моём магазине. Он попросил букет, ассоциирующийся с ним. Я постарался дать букету противоречивое значение. Интересно, знает ли он язык цветов? Их следующая встреча произошла через неделю. Когда Тото вышел из кладовки, он чуть не подпрыгнул, увидев Рона, невозмутимо сидящего за кассой. — Рон?.. Как ты так тихо зашёл? — нахмурился Тото, ведь не мог не услышать повешенный на двери колокольчик. Рон слегка улыбнулся, гордясь тем, что застал его врасплох. — И здесь нельзя сидеть… — Я не притворяюсь флористом, не беспокойся. — Знаю, но… Рон цыкнул. — Тогда я сяду на стол. Тото неодобрительно покосился на него и махнул рукой. Затем он облокотился на кассу и склонил голову набок. — Ты снова за букетом? — Мм… — Улыбка Рона на мгновение выдала его растерянность. — Скорее проходил мимо и решил зайти. Но не откажусь от такого же, что и в прошлый раз. — Ну, хорошо… — Он потёр шею и занялся букетом. — Кстати, Рон… что ты делаешь в Токио? Достопримечательности, работа? Преступник лениво потянулся, подпирая голову рукой и наблюдая за ним. — И то и то, — протянул он. — Я никуда не тороплюсь, останусь здесь на некоторое время. У тебя много посетителей? Вёл разговор он действительно беззаботно, но Тото хорошо знал: Мориарти любят «играть». — …достаточно, — ответил флорист, поворачиваясь к нему спиной, чтобы спрятать смешанные эмоции на своём лице. — Никто ко мне не ломится, но их и немало. — Хм, а я бы рвался к тебе… — поддразнил неожиданно Рон. Тото чуть не выронил сделанный букет. «Это… это что, флирт!? — запаниковал Тото, с глухим стуком откладывая ножницы. Сближаться с Мориарти — фатальная ошибка. — Я же не стал целью..?» Натянув на лицо улыбку, Тото обернулся с цветами в руках. — Держи. Цена та же. Мужчина благодарно улыбнулся и взял букет. Как в предыдущий раз, он долго любовался им и вдыхал приятный аромат. Тото косился на него, нервно теребя ленточку, часть которой он использовал для подвязки его букета. Он привык видеть Рона на фотографиях с камер или читать детальные описания его преступлений, где он всегда представал отстранённым и расчётливым убийцей, покрытым кровью с головы до ног. Но при личном знакомстве… на удивление, Тото было сложно сопоставить образ невозмутимого незнакомца и преступника. Уж очень ему не хотелось проверять, что может сделать с «целью» этот Мориарти. — Знаешь, мне нравятся цветы... — снова заговорил Рон, задумчиво проводя пальцами по бутонам цветов. Тото покосился на него с удивлением, перебивать не стал. — Каждый из них по своему хорош и всё же крайне хрупок. Отворёшь от цветка все лепестки и от его красоты уже ничего не останется, так жалко. А как быстро они засыхают и начинают осыпаться от лёгкого прикосновения? — Губы Рона дёрнулись в полуулыбке, и он неожиданно оторвал лепесток с одного цветка. — Однако цветы не сопротивляются. Они будут радовать глаз, сколько пожелаешь… они всегда под контролем. Хочешь — выброси, хочешь — заботься. — Рон усмехнулся, бросив взгляд на Тото. — Ими можно играть, но они тобой — нет. Понимаешь? Тото почувствовал, как по телу прошли мурашки. Он ясно понимал, что речь шла не просто о цветах, а о людях. — Частично, — осторожно пробормотал флорист, глядя, как Рон кладёт оторванный лепесток на кассу. Затем преступник встал, снова приняв невозмутимый вид. — Хорошего дня, Тотомару, — произнёс он и кивнул на прощание. — И тебе… Тото долго смотрел ему вслед, а потом опустил взгляд на лепесток. И зачем Рон рассказал ему о той аллегории?.. Как и ожидалось, Рон Мориарти вернулся в цветочный магазин через неделю. Он зашёл в уже знакомом чёрном пальто и со стаканчиком кофе в руках — купил его в кафе напротив, там же позавтракав выпечкой. Цветов внутри магазинчика убавилось (похоже, из-за большого количества покупателей последнее время), и даже сейчас Тото собирал несколько букетов девушке, пока та со смущённой улыбкой рассказывала о своих коллегах и пациентах, которым цветы должны были поднять настроение у неё на работе. Она часто поправляла бинты, путающиеся в её розовых волосах, и едва не роняла цветочные горшки, аккуратно расставленные Тото для живости интерьера. Один её глаз был заклеен, словно предупреждая окружающих о неуклюжести. — Будьте аккуратны на дороге, доктор Мофу! — попрощался Тото и вздохнул, когда та, с букетами в руках, направилась к выходу. Если бы Рон не придержал ей дверь, доктор бы наверняка в неё врезалась. Такова была настоящая натура гениального нейрохирурга Усаки Мофу. На считанные секунды она встретилась взглядом с Роном и вздрогнула, быстро отворачиваясь. — Спасибо… — пролепетала она и выскользнула на улицу. Рон тихо усмехнулся. Возможно, Мофу знала слишком много, но преданно хранила врачебную тайну. Мориарти не о чем было волноваться: она не выдаст, что к её услугам прибегают не очень законопослушные люди. — Доброе утро, Тотомару. К тебе и такие посетители заходят? — ненавязчиво поинтересовался Мориарти, облокачиваясь на стойку. От флориста всегда пахло цветами, но сегодня среди этого запаха пробивался аромат кофе. Интересно, он выпил его дома или купил в кафе напротив? Какой это сорт зёрен, какая фирма?.. — Такие? — поднял бровь Тото. — Разве есть разница в том, кто приходит? Моя работа — составить и продать букет. Не важно, кто покупатель. Рон пару секунд смотрел на него весело, постукивая пальцами по столешнице. Тото мягко улыбался, выкидывая отрезанные стебли. — По-твоему, каждый заслуживает красоту цветов? — Почему нет? — Даже преступники? — …какое значение это имеет в покупке цветов? Они молча смотрели друг на друга, пока дверь магазина не открылась. Тото расслабился и завёл разговор с покупателем. К сожалению, он купил уже готовый букет и Тото очень скоро пришлось вернуться к Рону. — Я хочу третий букет, — первым заговорил тот как-то медленно, будто тщательно обдумывая просьбу, в отличие от прошлого своего визита. — Теперь… любой, на твой вкус. С гардениями. — Гардениями? Хорошо… Флорист кивнул и взялся за работу, интуитивно добавляя к гардениям лаванду и красные амариллисы, окрашивающие букет в более сложное значение. Рон, притихнув, играл с опустевшим кофейным стаканчиком. Тото тишина не нравилась. — Ты знаешь язык цветов? — Рон покачал головой. — Тогда почему гардении? — Моя… кузина недавно купила несколько и расставила по дому, — ответил Рон, что было наполовину правдой. — Они показались мне красивыми. Тото покосился на него. — Ого, кузина?.. — пробормотал он, связывая стебли цветов фиолетовой лентой. — Полагаю, у неё неплохой вкус. — Да, наверное… — Рон взял букет и осмотрел его, не давая эмоциям отразиться на лице. — Спасибо. После этого он ушёл, не став прощаться. Тото тоже не решился и молча убрал деньги в кассу. Когда Рона уже не было видно из окон, флорист открыл блокнот. Гардения — цветок тайной любви. Появилось ощущение, что я подыгрываю ему. Увидь мои записи кто-то посторонний, подумал бы, что я пишу о фанате или ещё что похуже. Больше в цветочном магазине Рон не появлялся, что вызывало у Тото замешательство и некоторое беспокойство. Но все вопросы разрешились, когда он открыл файл с новым замятым полицией делом, высланный ему начальницей. Как офицера полиции, его оповещали обо всех важных обстоятельствах, касающихся Мориарти, и это оказалось одно из них. На краю района, где проживал и работал Тото, было совершено убийство, полностью совпадающее с деятельностью Мориарти. Более того, всё указывало на Рона: от камер видеонаблюдения до стиля убийства. Тото задумчиво потёр висок. Теперь у него появлялись мысли, что Рон забредал в его цветочный магазин для алиби или, что более вероятно, просто для слежки за своей жертвой издалека. Значит, их пути пересеклись действительно случайно? И теперь Рон покинул Токио? Он вздохнул и встал, накидывая на плечи пальто, всё-таки нужно сходить в магазин. Пока он брёл по улице, снова стал размышлять об извращённых убийствах Рона. Разумеется, это было отдельное искусство. Как бы полиция ни старалась выйти на верный след расследования, этого не удавалось — оставалось гадать. Потому что убийства, за которые лично брался Рон Мориарти, никогда не были кровавыми, но пробирали детективов до дрожи. Каждая мелкая деталь, подробшенная улика и факт превращались в психологические оружие. Они давили, угнетали, соединяясь в ужасающие картины. Рон искусно рушил жизнь за жизнью. Отогнав лишние мысли, Тото наконец зашёл в круглосуточный магазин, светлый и уютный. Он взял корзинку и стал класть в неё бэнто, булочки и прочие закуски, которые могут послужить ему ужином и перекусами на работе… Резко Тото сжал в руках баночку газировки, на которой читал содержание. Он ясно чувствовал чей-то никак не пропадающий взгляд. Он выпрямился и огляделся, но не заметил никого подозрительного. Он вообще не заметил никого рядом. Тото покосился на окно, но там не увидел даже тени, а чей-то взгляд остался. По телу Тото пробежали мурашки, но он продолжал класть в корзинку газировку и спокойно подошёл к кассе. — Спасибо за покупку, до свидания, — вежливо попрощался кассир. Тото сосредоточенно кивнул и вышел из магазина. Хотя он уже больше года не работал напрямую офицером, отработанные в полицейской академии навыки не терял. Став идти медленнее, Тото прислушался, стараясь, чтобы даже пакет не шуршал. И правда — он уловил едва заметный звук шагов позади. Они были не просто намеренно аккуратные — такая походка вырабатывается только с опытом. Нахмурившись, Тото стал идти своим темпом, но начиная бродить по улицам. Преследователь не отставал. Когда офицер в очередной раз завернул за угол, он успел разглядеть чужой силуэт. «Рон?» — подумал Тото и резко обернулся. Преследователь исчез. Улица пустела, из переулков не доносилось ни шороха, а другие прохожие были в таком отдалении, что их непричастность была очевидна. Некоторое время Тото стоял на месте и оглядывался, пока не осознал, что это бесполезно. — Как странно, — пробормотал он, направляясь прямиком домой. Он и не подозревал, что Рон давно уже выучил всё его расписание: когда он уходил и приходил с работы, засыпал и просыпался, по каким дням и во сколько ходил по магазинам, а по каким убирался. Более того, Рон уже составил список всех его знакомых и любимых мест. Он знал и помнил каждый шаг Тото за последние несколько недель, продолжая изучать привычки и предпочтения офицера. И останавливаться бывший детектив не планировал. Он хотел узнать всё — и даже больше. - — Хм. Тебе стоило припугнуть его. Так было бы намного веселее, — пренебрежительно протянул Майло, вертя в руках сборник японской поэзии. — Я сам разберусь, что мне делать, — отозвался Рон спокойно, записывая небольшое стихотворение на самоклеющийся стикер. — Что, по твоему, я должен был делать после этого? — Чем тебе не нравится идея похищения? Майло положил сборник обратно на стол. Рон, не глядя, прикрепил стикер на обложку. — Скучно. Мориарти переглянулись и без объяснений поняли друг друга: не было никакой искры в том, чтобы держать цель в заложниках и играть с ней как с куклой. Майло усмехнулся, уходя. Рон проводил его взглядом и раздражённо фыркнул. Он не собирался вредить Тото: ему нравилась именно его светлая и беззаботная сторона, которая становилась краше благодаря более серьёзной и профессиональной. Идеал. Подперев голову рукой, Рон слегка улыбнулся. Он определённо не хотел ломать Тото, в отличие от посредственных целей, ставших таковыми только из-за работы или по делу…. В очередной раз Тото перевернул табличку «открыто» в своём цветочном магазине — начался новый рабочий день. Без Рона будни флориста стали прежними — без напряжения и подозрения, только спокойствие. Этому можно было только радоваться, но вместе с тем… не похоже ли это на затишье перед бурей? И как ответ — звук колокольчика на двери. Тото обернулся и застыл: в магазин зашёл Рон. Выглядел он так, будто виделись они вчера. — Скучал? — поддразнил Рон. Его приближающиеся шаги были нарочито медленными. — …давно не виделись, — пробормотал Тото, сжимая в руке блокнот, — нужны цветы? Не проронив ни слова, Рон с многозначной улыбкой приближался. Тото интуитивно попятился, видя во взгляде Рона нечто жадное, но упёрся спиной о кассу, поэтому, даже не глядя, потянулся к оставленному на ней складному ножу — на всякий случай. Когда Рон резко поднял руку, Тото также дёрнулся, сжимая рукоятку ножа, однако Рон, вместо нападения, приклеил на его щеку стикер для заметок. Тото в замешательстве снял стикер свободной рукой и осмотрел. Ничего опасного на нём не оказалось, только стих на японском. Почерк был удивительно аккуратным и старательным для такого короткого послания.

Ах, сколько б ни смотрел на вишни лепестки

В горах, покрытых дымкою тумана,

Не утомится взор!

И ты, как те цветы...

И любоваться я тобою не устану!

С минуту они оба молчали: Рон криво улыбался, а Тото не мог определиться, смотреть ему на преступника или на стикер. — …и что это значит? — наконец спросил он. Рон невинно пожал плечами. — Я проходил мимо и увидел плакат с этим стихом. Он мне понравился, и я подумал, что ты подскажешь автора… Хотя объяснение вышло не очень убедительным, Тото понимающе кивнул. — Ну… возможно, это танка от Ки-Но Томонори. Бабушка дарила мне сборник его поэзии. — Хм, ясно. — Рон задумчиво кивнул. — Знаешь, эта танка напоминает мне о тебе. Замешательство Тото вернулось. — Потому что здесь упоминаются цветы? — спросил он, приклеивая стикер на свой блокнот. Он почему-то знал, что его не попросят обратно. Рон усмехнулся. — Потому что ты тоже как цветок, которым я не устану любоваться. Тото застыл, переваривая услышанное, а затем отвернул голову, тихо фыркнув. На его щеках появился лёгкий румянец. Очевидно, Рон очень старался ненавязчиво флиртовать с ним. — Полагаю, спасибо за комплимент… — Мгм. Ещё я хотел предупредить, что на следующей неделе я планирую посетить Китай, поэтому меня не будет около месяца. — Э? В Китай на месяц? — повторил Тото. — А что ты делал тогда последний месяц? — Был в Великобритании, — честно ответил Рон. — Значит, любишь путешествовать? Рон неопределённо кивнул. На самом деле он был там для выполнения заданий, но признаться флористу в этом пока не мог. Он едва ли проведёт в Китае полторы недели: после этого обязательно вернётся в Токио и продолжит наблюдение за милым Тото. Если он достаточно хорошо изучит его привычки… они поладят. По крайней мере на это надеялся Рон. Даже проведя среди Мориарти пять лет, он не мог забыть частички «прошлого» себя. — До очередной встречи, Тотомару, — тепло попрощался Рон. Тото не окликнул его, хотя немного расстроился от такой быстрой разлуки. Визиты Рона стали для него чем-то обыденным, каким бы странным это ни казалось. - В поздний час Тото лежал на кровати и читал разные статьи в интернете. Прошло почти полтора месяца с его последней встречи с Роном. Он предупредил начальницу о передвижениях преступника — и не зря. Вскоре они оба получили информацию о подозрительных смертях двух братьев в Гонконге, которые, как оказалось, управляли там подпольным бизнесом. Тото вздохнул и потёр глаза, размышляя о том, что пора ложиться спать. На миг он остановился взглядом на покоившимся на тумбочке сборнике японской поэзии: он приклеил стикер со стихом именно на его форзац. «Наверное, я слишком много думаю о Роне?» — подумал Тото, выключая телефон. Он уже устроился в полицию, когда Рон появился в преступном мире. С самого начала Тото заинтересовался его историей: гениальный детектив, готовящийся выпуститься из академии, обвиняется в убийстве семи человек, после чего пропадает и возвращается как преступник! Но когда они познакомились лично… Тото осознал, что всё сложнее. Взять хотя бы его аналогию с цветами — в душе у Рона наверняка таилось много эмоций. Разумеется, Тото не собирался оправдывать его, ведь встать на противоположную сторону — всё ещё выбор самого Рона. Внезапно Тото услышал шорох на своём балконе. Кошка, подумал он сначала, но увидел в лунном свете человеческий силуэт, быстро спрыгивающий на землю. Тото резко сел, его одеяло чуть не свалилось на пол. — Закрой я до конца шторы, наверное, не увидел бы… — прошептал он, продолжая напряжённо всматриваться во тьму. Теперь сомнений не оставалось — Рон следил за ним. Тото устало потёр виски, встал с кровати и аккуратно подошёл к двери балкона. Поколебавшись, он всё же вышел на балкон. Порыв ветра ударил его по лицу, заставляя поморщиться от прохлады. Тото огляделся: и на балконе, и снаружи. Луна и уличные фонари служили неплохим освещением, но недостаточным, чтобы точно определить, есть ли кто-то в тёмных уголках и переулках. Испытывать удачу Тото не хотел и вернулся в квартиру, плотно закрыв балконную дверь. На всякий случай он перепроверил окна, как когда-то прежде, после первой встречи с Роном. Он искренне надеялся, что Рону не было дела до его бабушки и интерес представлял только сам Тото. Не хотелось, чтобы по ночам бабушка видела незнакомца во дворе. — Придурок… — буркнул Тото и задёрнул шторы. Пора ложиться спать, и никакой Рон не заставит его нарушить режим сна. Утром он не заметил ничего необычного и отправился на работу. Открыл магазин он тоже без происшествий. А когда спустя пять минут раздался тихий звон колокольчика на двери, он уже знал, кого увидит. — Доброе утро, Рон, — невозмутимо поздоровался Тото, слегка улыбнувшись. Рон улыбнулся ему также приветливо. — Доброе, Тотомару. Как ты узнал, что это я? — весело спросил он. — Разве я не говорил, что буду в Китае? — Предчувствие, — коротко ответил флорист. — Тогда оно очень хорошее. — Рон поставил на кассу бумажный пакет персикового цвета. — Что это? — Сувениры. Глаза Тото поражённо расширились. Какие преследователи носят своим целям подарки?! Он поспешно замотал головой. — Р-разве мы настолько близки? Не нужно! — Не отказывайся, — попросил с усмешкой Рон. — Мне казалось, ты давно понял, что я хочу узнать тебя лучше. Тото нервно кивнул. Он не хотел развивать эту тему, ведь она уткнётся в правду об их личностях. И тогда подыгрывание друг другу потеряет всякий смысл, им придётся обсудить ситуацию. — Ладно, я приму их… Может, тебе в ответ хотя бы бесплатный букет сделать? — неловко предложил Тото. Рон согласился, выбрав простую композицию с нарциссами. В этот раз никто из них не пытался добавить в букет скрытого смысла: Рон неторопливо рассказывал о достопримечательностях и кухнях Китая, а Тото косился на пакет, гадая, какие именно сувениры привёз ему Рон, если был там по работе. — …но Япония, по-моему, лучше, — подвёл итог Рон. Чуть склонив голову набок, он наблюдал, как Тото убирает пакет в сторону, чтобы не мешался. — Ты когда-нибудь был за границей? — Неа. — Тото достал блокнот и быстро сделал запись о возвращении Рона в Токио вместе с подарком. — Если честно, я как-то не думал об этом. В детстве у меня были другие мечты, подростком я учился, а сейчас работаю и не жалуюсь. Пока я не видел причин для туризма. — Думаю, тебе понравится Англия. Если будешь там, я проведу тебе экскурсию. Тото благодарно кивнул, не став упоминать, что плохо знает английский и поймёт только самые примитивные фразы. — Кстати, Тотомару, у меня вопрос, — вдруг вспомнил Рон, облокачиваясь на стену рядом с рекламным плакатом о скидках. — Как часто ты ездишь к бабушке? Прошло почти полгода с нашей первой встречи, но ты ни разу не вернулся. — Ох… у меня нет чёткого расписания. Обычно я езжу к ней, когда время и погода позволяют. У бабушки много друзей, ей не скучно без меня. А что? Повертев в руках подаренный букет, Рон уставился на Тото своими ярко-голубыми глазами. — Ничего. Я рад, что мы встретились именно там. — На его губах появилась редкая искренняя улыбка. Тото тоже понимал, что их встреча произошла в нужном месте и в нужное время. Разговаривали бы они так дружелюбно, если бы столкнулись во время расследования полиции в его сторону? — Ага… Преступник сел на свободный стул и явно не намеревался уходить в ближайшее время. Он осматривал букет и следил за работой флориста. Тото смирился. Он обслуживал посетителей, пока Рон оставался рядом подобно статуе. Некоторые, разумеется, заглядывались на симпатичного парня, который сидел с букетом в руках. Его чёрные волосы немного растрепались, начиная спадать на глаза, поэтому он время от времени поправлял чёлку. Его скучающий взгляд блуждал по магазину и покупателям, задерживаясь на флористе, но сам флорист не обращал на это внимание. Из-за работы и беззаботных бесед с покупателями Тото не заметил, как Рон успел ускользнуть на улицу, в кафе напротив. Понял он это, когда Рон вернулся и протянул ему пакетик с круассаном и стаканчик чёрного кофе. — Сделай перерыв и отдохни, — промурлыкал Рон, садясь обратно на стул и отпивая кофе из своего стакана. Тото долго смотрел на перекус. Слишком добрый жест для серийного убийцы. — Я верну деньги позже… — наконец пробормотал он. Рон фыркнул. — Не надо. Считай, я так благодарю тебя за то, что терпишь меня. Тото замолчал. Спорить расхотелось. Иногда он хотел нацепить на Рона жучок, но, посоветовавшись с Амамией, отказался от данной идеи. Если Рон найдёт его и поймёт, что оставил жучок Тото, это может повлечь за собой плохие последствия. К тому же, раз Рон тоже не прибегал к жучкам, зачем рушить эту игру? Может, они вовсе скоро мирно разойдутся и забудут друг о друге… Пакет с сувенирами Тото открыл дома. Среди них оказались брелки, магниты, статуэтки, плюшевые игрушки и даже амулеты. Казалось, Рон не мог определиться, что взять, потому купил всё. Эта мысль была забавной и вызывала тепло: под образом опасного преступника скрывался обычный человек, которому не хватало опыта в дружеских отношениях. Спрятанных камер и жучков в сувенирах Тото не обнаружил, поэтому с заботой разложил их все по квартире. — Такими темпами я обязательно навлеку на себя проблемы, — усмехнулся Тото, приклеивая магниты на холодильник. Докладывать об этом начальнице он не стал. Радовало Тото то, что он не получал подозрительных сообщений от незнакомых номеров — можно отмести клише сталкеров. Может, Рон не хотел поддерживать настолько постоянный контакт, а может знал, что Тото придётся передать его номер полиции. Амамия давно охотилась на Рона. Точнее, на всех преступников в целом, но Рон стал её фиксацией из-за раздражающе привлекательной внешности и гениального ума. Она никак не могла смириться, что парень-новичок умудряется дурить полицию. В последнем Тото её понимал. Ему, мягко сказать, не нравились преступники. Однако он постоянно вспоминал его историю: как лучший ученик детективной академии стал настоящим преступником? Ответ знали только Мориарти. Утром Тото как обычно открывал магазин, несмотря на пасмурную погоду. Вряд ли сегодня будет много покупателей, тем более если пойдёт дождь — и в этом он не ошибся, потому что шли часы, а в магазин едва ли кто-то заглядывал. Когда по крышам застучали капли дождя, атмосфера в магазинчике стала ещё тише и спокойнее. Мимо изредка проходили люди с зонтиками, некоторые даже останавливались и всматривались в окна, но не заходили. Такие будни иногда бывали, в этом не было ничего удивительного. Тото сидел за кассой, подперев голову рукой и глядя в телефон. В качестве развлечения он включил на нём какой-то фильм: то ли романтику, то ли комедию. Был он достаточно интересным, чтобы Тото почти не отвлекался. В очередной диалог героев взгляд Тото всё же скользнул к окну, после чего Тото застыл. Рон. Рон брёл по улице в тёмной одежде и без зонтика. Влажные чёрные волосы прилипали к его лбу, одежда тоже заметно промокла, но он не торопился. Тото его вид показался странным: слишком растрёпанным и собранным одновременно, слишком обыденным для ливня на улице и слишком неприметным… Однако выражение лица Рона оставалось невозмутимым. Не дожидаясь звона колокольчика на двери, Тото выключил телефон и снял наушники. Никто не гуляет в такую погоду, так что же здесь делает Рон? Не может быть, что он настолько хотел повидаться с флористом. Преступник зашёл в тёплый магазин и облегчённо выдохнул, перестав чувствовать бесконечные дождевые капли. Тото внимательно оглядел его и нахмурился, когда увидел немного отличающиеся по цвету следы на одежде Рона, прикрытые пальто. Кровь — определённо кровь, её-то офицер легко мог узнать. А вот на улице никто бы не заметил её. — Извини за вторжение, — с лёгкой улыбкой поздоровался Рон, но в его голосе слышалось напряжение. Конечно, он знал, что Тото заметит кровь. — У тебя нет… лишнего зонтика? — Есть… сейчас принесу, — пробормотал Тото. Глупо спрашивать, почему Рон не зашёл в круглосуточные магазины, в которых всегда продаются дешёвые зонтики на подобные случаи. Заходя в кладовку, он одновременно достал телефон. Нельзя забывать о своей настоящей работе. Он давно принёс на работу запасные зонтики, поэтому вскоре нашёл чёрный. Прежде чем выйти к Рону, он отправил сообщение Амамии: «Рон кого-то убил. Полагаю, где-то в моём районе, точнее указать не могу. Он пришёл за зонтом, но я увидел кровь на одежде. Подкрепление не требуется, я в порядке.» — Нашёл, — сказал Тото, чтобы привлечь внимание Рона, стоявшему у расставленных на витрине букетов. — Спасибо, Тотомару, — ответил тот, принимая зонтик и подходя к двери. Прежде чем открыть её, он добавил: — Буду благодарен, если над твоим магазином не установят наблюдение. Мне нравятся твои букеты. Тото застыл. Ответить он не успел, так как Рон быстро ушёл. Значит, притворяться больше не было смысла… На первый взгляд казалось, что Рона больше не было видно полторы недели: ни слежки, ни визитов в магазин, ни новостей от Амамии. Но Тото, натренированный работой в полиции и настороженный последней их встречей, замечал знакомый силуэт то в кафе напротив (к этому времени стало очевидно, что Рон там часто бывал), то в магазинах, куда ходил Тото. Тото проглатывал недовольство. Над своим магазином он действительно не просил наблюдение — отпугнёт покупателей, но преследования не одобрял. Когда он пытался «поймать» Рона, застать его рядом или просто подойти, Рон поспешно исчезал, смешиваясь с толпой или тенями. Будь Рон настоящим сталкером, Тото пришлось бы несладко. - Тото поставил на тумбочку у кровати бутылку воды и потянулся. Была поздняя ночь. Он засиделся за чтением файлов, которые отправила ему Амамия для ознакомления. Среди целей полиции он нашёл и своих недавних клиентов, что было неудивительным. Он уже собирался ложиться спать, как его остановила тень за шторами на балконе. Снаружи не было видно, бодрствует ли Тото в квартире, но изнутри заметить незнакомца легко. «В этот раз он не уйдёт», — решительно подумал Тото и, прихватив спрятанное оружие, подошёл к балкону, прислушался. Приоткрыв шторы, он увидел облокотившегося на перила Рона. Преступник смотрел на небо, а не на него. Бесшумно открылись шторы, а следом — балконная дверь. Тото не медлил: быстро схватил Рона за воротник одежды и прижал к стене. Ему не нужно было ждать ответа, чтобы уверенно направить на того пистолет. Глаза Рона удивлённо расширились. Он медленно поднял руки в примирительном жесте. — По-моему, пистолет — уже лишнее, — слегка улыбнулся он. — Как и преследование с проникновением в частную собственность, — хмуро ответил Тото. — Это балкон. — Мой балкон. Хватит преследовать меня, иначе окажешься в тюрьме. — Офицер Ишшики… — …больше не играем в незнакомцев? Ненадолго оба замолчали. Рон даже немного занервничал под пристальным взглядом, чувствуя упирающийся в грудь пистолет. Руки Тото не дрожали, и Рон не сомневался, что офицер при желании спрыгнет с балкона за ним или, чего Рону совсем не хотелось, запустит пулю ему в ногу. Как он и ожидал, под дружелюбием и мягкостью Тото скрывались дисциплина и профессионализм с примесью некоторой холодности. — Я не хочу враждовать с тобой, — заговорил Рон. — Хочу общаться по-нормальному. Извини за слежку… но с помощью неё я узнал все твои предпочтения, а значит повысил шанс дружбы. Тото вздохнул. — Дружба так не работает. Рон со слегка виноватой улыбкой кивнул и отвернул голову. — Помнишь то стихотворение? Я ведь честно думал о тебе, когда читал его. И к своему большому удивлению, Тото увидел, как на щеках Рона появляется румянец. — Я больше не буду следить за тобой… И преступлениями постараюсь не надоедать. Я просто хочу быть ближе к тебе. Румянец на его щеках стал ярче, из-за чего Тото самому стало неловко. Такой тон, такой взгляд подделать невозможно. Хотел ли Тото рисковать знакомством с опасным преступником? Нет. Мог ли Тото отказать смущённому парню, практически признающемуся, что влюбился? Тоже нет. — Л-ладно, давай договоримся… — помявшись, нерешительно заговорил Тото. Он немного отодвинул пистолет от Рона. — Ты не делаешь в мою сторону ничего противозаконного, а я даю тебе шанс показать себя как хорошего друга. Идёт? Рон кивнул, даже позабыв об оружии, направленном на него. — Идёт. Тото медленно убрал пистолет, на всякий случай наблюдая за ним. Но Рон не пытался сбежать и только облегчённо опустил руки. — Выйдешь через дверь, — бросил офицер, шире открывая балкон. Рон рассеянно последовал за ним, оправляясь от факта, что офицер не отверг его. Проходя через спальню, он увидел на столе книгу со знакомым стикером сверху. На душе у Рона стало тепло: Тото, зная его личность, всё равно не выкинул стикер со стихотворением, аккуратно выписанным Роном из похожего сборника поэзии… Выйдя из квартиры Тото, Рон остановился. — Ты наверняка знаешь, что моя настоящая фамилия — Камонохаши. Так что, пожалуйста, не используй больше «Мориарти», — улыбнулся он. — Мгм... Я запомню. Рон ушёл, а Тото, заперев дверь, облокотился на неё. Он давно думал, что эта фамилия шла Рону намного больше.