Let's burn in the flame of love

Им понадобился месяц на то, чтобы вернуть мир Торрансу. Долгий месяц непрерывной работы, что продолжалась практически двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю. И наконец, эта борьба завершилась. В ночь финальной битвы полегло немало преступников. Но, так-же, погибло около сотни гражданских и двенадцать героев, что защищали город до последнего. Десять из них, принадлежали к департаменту самого Торранса. День сегодня выдался пасмурный. Тяжёлые серые облака нависали над городом, словно отражая чувства и настроение его жителей, которые собрались на главной площади города, дабы проститься с падшими героями. В чёрных одеждах, все хранили молчание, пока новый мэр произносил траурную речь и благодарил всех героев, живых и мёртвых, за спасение города и выражал соболезнования семьям погибших от рук Красного кольца. Тут же, присутствовали и Z-команда, вместе с Чейзом и Мэнди. Настроение у них было паршивое. Побитые и покоцаные, все они думали об одном и том же. "Как же хорошо, что всё завершилось. Жаль только...". На этом моменте мысли обрывались. И всё из-за него. Роберт. Во время финальной битвы, Робертсону досталось больше всех. Он, по привычке, следовал своему "отцовскому", как называли его ребята, инстинкту и прикрывал их изо всех сил. Благодаря ему, многие избежали серьёзных травм и сумели выжить, только вот... Сам Роберт... Едва не погиб, приняв на себя финальный и самый сильный удар. Костюм Мехамена больше не подлежал восстановлению, а самого пилота, пришлось вытаскивать из покорёженного металла при помощи Феномачо, Стар Блейзера и тяжёлых инструментов. В итоге, Роберт больше напоминал собой отбивную, чем человека. Его экстренно доставили в больницу, где провели долгую и масштабную операцию. Но, как бы врачи не старались, всё закончилось очередной, глубокой комой. Шансов выйти из которой, у Робертсона, было крайне мало.

***

Время шло, город потихоньку восстанавливался. Z-команда, днём ходили на миссии под командованием Чейза, что временно стал их новым диспетчером, а по вечерам, наведывались в больницу. И так уже три месяца. В прошлый раз, было приблизительно столько же. Но тогда, Робертсон пострадал намного меньше. И тогда, он был, совершенно один. Теперь же, у него в палате регулярно бывали посетители. Девушки ежедневно приносили свежие цветы и проветривали палату, парни часто читали Роберту новости и рассказывали приколы с миссий. Сонар пару раз порывался спеть для спящего Робби, но получив пизды от главной певицы в команде, поутих и решил дождаться пробуждения их "настоящего диспетчера." Чейз даже не обижался на эти слова. Он и сам был готов дать голову на отсечение, лишь бы тот поскорее очнулся. Но время шло, а прогнозы врачей не менялись. Прошла осень, прошло Рождество и пришёл Новый Год, который вся команда, втихаря и едва не получив зибзды, отмечала в палате вместе с Робертом. Они тихонько переговаривались и старались сильно не набухиваться, дабы не начать буянить и не привлекать к палате лишнего внимания. Ближе к утру все устроились по удобнее у постели Робертсона и уснули. Все, кроме Фламбе. Он поставил единственный в палате стул поближе к кровати и уселся, сжав холодную руку мужчины в своей. За все те месяцы, что они встречались, Чед отвык спать один. Ему нравилось просыпаться и ощущать Роберта в своих обьятиях. А теперь, постель стала такой холодной и пустой, что даже его сверхъестественное тепло не могло её согреть. Закрыв глаза и пребывая в раздумиях, мужчина и не заметил, как его руку легонько сжали в ответ. Он понял, что что-то не так, только когда услышал странное хрипение. Подняв глаза, Фламбе испытал просто невероятную смесь эмоций. Своими радостными воплями он, наверное, разбудил не только своих друзей, но и пол отделения. Подскочившие на ноги члены Z-команды, пришли в не меньший восторг. - Роберт! - Роберто! - Робби! - Блять! - Что?! - Зовите дежурного врача! - Зач... - Я сказал врача, блять! Призм и Невидива, как наименее тугодумные, рванули в сторону ординаторской и уже через минуту, притащили с собой охуевших от такого расклада врача и медсестру. Честно говоря, даже непонятно было от чего они охуели больше, от количества посетителей в палате, или же от того, что пациент внезапно вышел из комы. Растолкав всех в стороны и не по врачебному выругавшись, они приступили к осмотру. Точнее, приступил врач, а медсестра, по его просьбе, оперативно вытолкала всех нарушителей в коридор и вернулась в палату. Спустя пару минут, в коридоре появились врачи из других отделений, что также вошли к ним. Героям только и оставалось, что стоять и слушать возню и разговоры за дверью. Девушки, на пару с Сонаром и Водобоем плакали от радости. Примчавшиеся в больницу Мэнди и Чейз едва сдержались. Один лишь огненный стоял молча и немигая, словно в трансе, смотрел в сторону палаты, стискивая руки в кулаки. Заметив это, Призм молча подошла и обняла его. Она прекрасно понимала его чувства. Даром, что-ли, была его бэсти? Она отчётливо помнила, как утешала своего друга после известия о состоянии Роберто. Как Чед не мог спать по ночам и ей буквально, пришлось перехать к нему, чтобы следить за его состоянием. Напоминать ему про сон и еду. Про то, что ещё не всё кончено. Остальные последовали примеру Призм и тоже подошли, дабы обнять мужчину. И в этот момент, тот словно очнулся. Вышел из того транса в котором пребывал последние пять месяцев. К горлу подкатил комок. Всё это время, он старался не плакать. Считал, что плачут только по погибшим. А Роберт был живым. Но теперь... Сдержать слёзы радости не получалось и он, просто напросто разрыдался от облегчения. Вышедшие из палаты врачи, увидев в каком состоянии они все находились, смиловались и не стали на них орать. Лишь упомянули пару раз, что такого делать больше не стоит и разрешили им, наконец, увидеть своего любимого диспетчера. Тихо и аккуратно! Блять! Без лишнего шума и резких движений! Ослабленный организм нуждался в покое. Хотя бы в относительном. Удивительно, но они вняли словам врачей. Заползали в палату потихоньку и заткнув рты. Но надолго их не хватило. Они снова начали тараторить без умолку и лишь иногда сбавляли громкость. Но не похоже, чтобы Роберту это не нравилось. Тот лежал на постели и с лёгкой улыбкой наблюдал за радостными друзьями. Так прошёл практически весь день. К вечеру их всё-же выперли из больницы и пообещав прийти завтра, они попрощались и разбрелись по домам.

***

На следующий день, Робертсона перевели в отделение реабилитации. Медленно и уверенно, герой шёл на поправку и уже через месяц, смог покинуть больницу на своих двоих. Хоть и с небольшой помощью. Фламбе, категорически запретил ему возвращаться в ту убогую комнатушку, гордо заявив, что пока тот отсыпался, он взял на себя ответственность и перетащил всё его барахло к себе. Роберту ничего не оставалось, кроме как согласиться с ним. Первые пару дней, Чед от него не отходил. Взял отгул и круглосуточно бдил, чтобы с Робертсоном ничего не случилось. На червёртые сутки такого тотал-контроля, Роберт взбесился и едва ли не пинком выпер Фламбе на работу. Оскорблённый супер, пол дня жаловался Призм на жестокого и вредного диспетчера, а та только ржала над ним. Подруга, блять! Кризис миновал. Через неделю, Роберт, вернулся на работу. Весь департамент стоял на ушах. Все поздравляли его и приносили подарки. Мужчине едва удалось уговорить их не проводить праздник в честь его возвращения в строй. День прошёл весело. Z-команда была в приподнятом настроении. Возвращение Робертсона пришлось как раз на четырнадцатое февраля. После окончания смены, они с Чедом загрузили подарки в машину и отправились домой. По прибытии, уставший Роберт ушёл в душ прихватив с собой новый халат, новый гель для душа и Фламбе в придачу. По состоянию диспетчера было видно, что он настроен серьёзно, по этому, пообещав себе, что будет аккуратней, Чед не отказался. Поначалу, они и в правду мылись. Чед, как чуткий и любящий партнёр, аккуратно потёр Робу спинку и помог вымыть голову. В какой момент совместный душ перешёл в горячие и чувственные поцелуи? Не понятно. Но, никто не был против. Наоборот, они так соскучились друг по другу, что оторвать от дела их мог разве, что конец света. Но такового не намечалось, а потому, они продолжили. Фламбе был крайне терпелив и аккуратен. Он старался касаться нежно, не давить на больные участки и в целом, не спешил. Наверное, это был самый спокойный секс за всё время их отношений. Выключив воду, Чед завернул Роберта в большой махровый халат и отнёс в спальню. Не беспокоясь о мокрых волосах, они завалились на кровать и продолжили начатое. После получаса томных прелюдий и медленной растяжки, Чед наконец-то вошёл в знакомую глубину. Оба громко застонали. Ощущения, после долгого расставания, стали, кажется, ещё ярче. Они едва сдерживались. - Чёрт, Чед... - Да? - Можешь... - Что? - Быстрее... - Уверен? - Более... чем... - Ну смотри мне, сучка-Боберт, если тебе после этого поплохеет, я тебя сам отвезу в больничку. А когда выйдешь, выдеру как сучку. - Ловлю на слове, огонёк. - Ах ты, Мехаблядь! Роберт засмеялся. Чед просил так его не называть, но он часто нарушал. Заведясь, огненный супер ускорился и начал покрывать тело Робертсона поцелуями. На это, тот, лишь стонал ещё громче, чем раззадоривал Фламбе. Убедившись, что Роберту ничего не грозит, он отпустил себя. Вот теперь, их секс больше напоминал былые времена. Долго, в таком темпе не выдержал ни один из них, поэтому, спустя, где-то, десять минут, они практически одновременно кончили и тяжело завалились на кровать. Отдышаться было трудно. Усталость постепенно брала своё. Не прошло и получаса, как оба, обнявшись, заснули. Мир, наконец, вернулся в их дом.