Вздох Левиафана

Первый день учебы Юстиниан провел очень насыщенно: его группу, состоящую из 30 первокурсников, провели по всем шести этажам главного корпуса академии. Каждый этаж отведен под свой факультет (кроме первого и цокольного). Так, факультет лингвистики занимает весь четвертый этаж, уведомляя студентов о разных мероприятиях для переводчиков и лингвистов, вывешивая их на стенды расписания. Парню, как и всем другим первокурсникам, была интересна экскурсия, но так же она была очень утомительна. Ведь далее их повели посмотреть корпус В и корпус С, где находятся ещё аудитории, залы, библиотека, комната с трофеями и наградами. Под конец все вернулись на этаж лингвистов, чтобы познакомиться с преподавателями. Некоторых Юстиниан узнал сразу: они были на собеседовании при поступлении. Конечно, здесь были не все, а всего четыре профессора и декан, который и взял на себя ответственность ввести новых студентов в курс дела. Те трое, которых Уилсон уже встречал, ещё с самого начала показались ему адекватными. Декан вызывал уважение и производил впечатление ответственного, умного мужчины - иначе он бы не занимал эту должность. А вот четвертый преподаватель - старая женщина, по виду которой уже заметна её внутренняя сущность, не понравилась Юстиниану и многим другим. Он думал, что с ней будет больше всего проблем и, возможно, эта старушка любит заваливать студентов на экзамене. Серебристые волосы преподавательницы были собраны в тугой пучок: да такой, что ни один волосок не торчал. Уголки сухих губ приспущены, седые и редкие брови нахмурены. Но, может быть, Уилсон ошибался и, по иронии судьбы, этого профессора будут любить больше всего. Пока лингвисты носились по зданиям, Юстиниан успел познакомиться с некоторыми одногруппниками, которые показались ему веселыми, но и слегка заносчивыми. Коллантес невольно отметил тот факт, что он будто бы попал в окружение самого себя. Здесь учились только самые талантливые, умные, популярные, богатые или все вместе сразу. Юстиниан был из обеспеченной семьи, но до здешних студентов ему далеко. И как хорошо, что тут большинство людей уже морально выросли для того, чтобы не дразнить кого-то за его финансовое состояние и статус: в академии ценят умственные способности и восхищаются ими. — Я слышал, — начал шептать во время экскурсии новый знакомый Юстиниана Брендон - парень, родившийся в Босморе и прошедший по специальному конкурсу, — что сын ректора Нейтан как раз таки любит издеваться над теми, кто чего-то "не добился". Он даже клуб создал - "Нефилимы". Только для избранных. — "Нефилимы"? — Юстиниан задумался и усмехнулся, наметив себе цель попасть туда. Этот выскочка думает, что он лучше всех остальных? Да будет ему известно, что Уилсон - звезда, которая будет сиять ярче остальных. — А Нейтан на кого учится? — Менеджмент. Третий курс. Кажется, все менеджеры высокомерные. С Нейтаном в группе учится ещё и Редклиф Янг - сын владельца крупной кампании по недвижимости у нас в городе. И его дочь, сестра-близнец Редклифа, Алиса тоже тут, но на факультете литературы, искусств и истории - музыкой занимается. Декан у менеджеров просто жуть! Тревор О'Нил демон во плоти и ведет экономику. Она у нас будет на втором курсе...— Брендон печально выдохнул и после этого ему сделали замечание за то, что он много болтает, когда следует соблюдать тишину. — Ты когда успел обо всем узнать? —Уилсон удивленно смотрел на нового знакомого, не представляя, откуда у него такая информация. Конечно, про детей кого-то известного Юстиниан мог узнать и сам, но о характере Тревора мог лишь догадываться. — Тебе надо было на журналиста идти с таким умением находить информацию. — Я, кстати, выбирал, — Брендон оглянулся и увидев, что декан находится на приличном расстоянии, продолжил: — Но языки мне нравятся больше. Мой друг на второй курс психологии перешел и успел, так сказать, разузнать обстановку. Как раз у него с этого года будет экономика, так что ему я не завидую. Зато декан его факультета и одновременно профессор по философии Теренс Фармер клевый старик. Со своими приколами, помешан на картошке и грозится за плохое поведение забрать работать на поля. Кстати, ходят слухи, что один студент так и пропал, ха-ха. Теренс, к слову, президент клуба садоводства. Может вступлю туда. Я люблю растения. А ты уже знаешь, куда пойдешь? За последние пару минут Юстиниан понял, что Брендон любит не только растения, но и много говорить. Коллантес ещё не распознал личность этого парня, но излишняя болтливость ему не мешала: Юстиниан и сам был не прочь время от времени почесать языком. Особенно тогда, когда можно получить много полезной информации как сейчас. — В школе я занимался плаванием и сейчас думаю вступить в спортивный клуб, а потом в команду. И, возможно, выбью себе место в "Нефилимах". — Уилсон самодовольно улыбнулся и скрестил руки на груди, показывая свою важность. Парень был уверен, что сможет произвести такое впечатление на Нейтана, что тот сам захочет, чтобы Юстиниан с ним общался. Уилсону всегда везло: практически ни одного плохого события за все 18 лет. Парень знает, что ничего ужасного в его жизни никогда не произойдет. Он не может провалиться на сессии, получить серьезную травму или быть на грани смерти. С кем угодно, но не с ним и не с его родственниками. В голове всплыл образ ректора. Глаз, взглянув в которой по спине Юстиниана пробежался холодок. Это ничего не значит - просто Уилсону непонятна природа шрама: как столь уважаемый человек мог получить такого рода травму? Возможно, что на него напали с целью ограбить и убить. Порой люди идут на многое, дабы устранить конкурента и не исключено то, что кто-то другой метил на место Джефферсона. Севидж заимел много наград и степеней, так ещё стал ректором престижной академии. И кто знает скольких людей мужчина смог обойти, оставив всех за своей, скорее всего, уязвимой спиной? — Решил за Нейтаном побегать? — Брендон скептически отнесся к словам Уилсона. Он думал, что нашел единомышленника: того, кому плевать на эти "важные" статусы. — Нет, тут дело в другом. — Юстиниан отмахнулся, не собираясь дальше вести эту линию разговора. Сейчас парня интересовало нечто иное и, раз рядом с ним стоит тот, кто многое знает об академии, то самое время спросить: — Брендон, ты не знаешь откуда у нашего ректора шрам на левом глазу? — Нет. — Он отрицательно покачал головой, чуть поуспокоившись. Рано он взялся судить нового знакомого. — Но меня это тоже интересует. Сто процентов как и остальных. Пока, к сожалению, это тайна. И странно, что и слухов на этот счет практически нет. — Нейтан точно должен знать. — Юстиниан пришел к этому выводу из-за того, что Нейт сын Джеффа, а потому он точно должен дать ответ. Если, конечно, ректор не скрыл это от собственного сына. У Уилсона появилась ещё одна причина для того, чтобы попасть в клуб "Нефилимы". — Теперь мне кажется, что это тебе стоило идти на журналиста. Хочешь начать расследование? — Может быть. Юстиниан улыбнулся и в этот момент группа тронулась дальше, осматривать новый этаж. Под конец дня парень был выжат, словно лимон. Ему повезло, что одногруппники не затеяли чего-нибудь после знакомства с академией: Юстиниан хотел влиться в коллектив и куда-то сходить, но силы были на нуле. И, как хорошо, что остальные первокурсники были того же мнения. К тому же, совсем скоро должно будет пройти посвящение в студенты - вечеринка от "Нефилимов" у бассейна академии, на которой как раз предоставится случай познакомиться поближе не только со своей группой, но и выцепить Нейтана или кого-то из его окружения. Неделя учебы прошла замечательно. Юстиниану все нравилось, но он думал, что это от сильных впечатлений чего-то совсем нового: парень теперь взрослый, живет сам, ходит в универ и учит то, что ему действительно интересно. Преподаватели показали себя как люди образованные, с огромным багажом знаний и подходом к каждому ученику: не зря программа академии является сильной. Даже та старушка, которую все посчитали ведьмой, пока что вела себя более чем спокойно, но лекции её были скучноватыми из-за монотонного голоса. Наконец-то пару дней назад в комнату к Уилсону заселился долгожданный сосед, который опоздал к началу учебы из-за того, что был в Италии. На этой почве Юстиниан и Энтони быстро нашли общий язык в буквальном и переносном смысле: оба парня говорили на итальянском. Правда, Коллантес считал его своим вторым родным языком, а потому в отличии от Тони говорил на нем чисто, без ошибок. Уилсон без проблем ввел нового друга в курс дела, хотя тот учился на факультете литературы, искусств и истории на актера, а потому собирался вступить в театральную труппу академии "Гавриэль", названную в честь архангела, покровительствовавшего искусству. Позже выяснилось, что, как оказалось, Тони и Юстиниан были знакомы: когда-то Энтони искал друга по переписке для изучения итальянского языка и наткнулся на Уилсона. Их имена были скрыты за никами, но сейчас, рассказывая о том, как парень когда-то начал учить итальянский, у Юстиниана всплыла похожая история, сопоставив которые не сложно было догадаться обо всем. Соседи обсудили Нейтана и Джефферсона, и Энтони решил, что не против помочь разгадать загадку со шрамом ректора. Тони и сам не против попасть в клуб для "избранных", потому что это будет плюс ко вниманию к его персоне на сцене. На этом и решили. Вечер субботы. Флаера, развешанные абсолютно по всей территории академии гласили, что вечеринка начинается в семь часов. Юстиниан и Тони, вернувшись с ужина, на котором подавали мясо по-французски, легкий салат и фруктовый чай, стали готовиться к своему первому выходу в люди в академии. Оба поочередно сходили в душ, ведь им ещё предстояло плавать в бассейне. Коллантес думал о том, что своими трюками он обязательно заинтересует Нейтана. Друзья оделись легко: плавки, шорты и футболки, но все это выглядело опрятно и гармонично. Бассейн находился на цокольном этаже главного корпуса вместе со спортзалом, раздевалками и тренажерным залом. На подходе парни слышали громкую музыку, видели студентов со стаканчиками и сигаретами в руках. Юстиниана это не удивило: Нейт сын ректора, а потому ему позволено выходить за некоторые рамки приличия. Уилсон был этому рад, ведь он так любил веселиться и с окончанием школы вечеринки не закончились. Наоборот, в студенческие годы они бывают самыми бешеными и запоминающимися. В бассейне был приглушен свет, везде мелькали разноцветные блики и светомузыка. Лезть в воду при алкогольном опьянении или хуже было опрометчиво, но все плавали в кругу или держась за специальные приспособления. Юстиниан сразу завидел Брендона, с которым радостно поздоровался. С ним были и другие одногруппники: Уилсон времени не терял и познакомил их с Тони. Одна из девушек - Клара, явно положила глаз на Юстиниана ещё с первого дня учебы и сейчас попросила принести его выпить. Парень спорить не стал и выполнил просьбу дамы, чем заслужил поцелуй в щеку. Все посмеялись и предложили выпить за благополучную учебу, новую жизнь и знакомства. Уилсон взял стаканчик с неизвестным содержимым и, чокнувшись со всеми, выпил, определяя пиво на вкус. Градус у него небольшой, поэтому можно не переживать о том, что план парня сорвется. Придется контролировать себя и не напиваться, как Уилсон привык это делать. У него крепкий организм, который алкоголь просто так не возьмет. Юстиниан танцевал, много общался, смеялся и ещё чуть-чуть выпил. На мгновение ему взгрустнулось от того, что его друзья из Нового Орлеана не рядом, но это были хорошие времена и омрачнять ностальгией новые воспоминания парню не хотелось. Нейтана и кого-то из его дружков Уилсон не видел: ему сказали, что все они сидят в вип-зоне, предназначенной только для членов клуба. Но Нейт должен появиться, ибо это было неизбежно. Спустя час младший Севидж все же показал себя. Юстиниан был впечатлен: Нейтан был не менее широк в плечах и даже ещё чуть больше, выше, хотя занимался американским футболом. Не зря этот парень "король" академии, ибо он красив и имеет высокое значение. Коллантес ощутил сильный укол зависти, удар по своему самолюбию и внутри зажегся азарт. Лидер "Нефилимов" шел к диджейскому пульту, что находился рядом с трамплином. Облизнувшись, Юстиниан опередил Нейтана, залезая по небольшой лестнице на трамплин. Парень скинул с себя футболку и шорты в руки Энтони с Брендоном и, привлекая всеобщее внимание, прыгнул как следует. Несмотря на то, что в бассейне было темно, Юстиниану это не мешало. Уилсон делал все автоматически и даже знал, куда он приземлится, и куда полетят брызги. Он смог сделать кувырок в воздухе, сквозь оглушающие басы услышать "ого!" и мягко войти в воду. Звуки резко прекратились, а на глубине было настолько мрачно, что Уилсон почувствовал себя морским чудовищем, всплывающим на поверхность. Так оно и было: Юстиниан - это Левиафан, повелитель всех океанов, и он без лишних трудностей проглотит нефилима. Публика разразилась аплодисментами. Смеясь, Уилсон оперся о бортики и вылез из воды, поднимая руки вверх. Одногруппники подбежали к нему и стали сыпать комплименты, а девушки обнимали мокрого парня. Юстиниан не ошибся в своем плане: Нейтан действительно обратил на него внимание. Под взглядом Севиджа младшего назад отступили все, кроме Уилсона. Они были практически одного роста и, стоя друг напротив друга, метали вокруг себя искры. — Не видел тебя тут раньше. — Нейтан улыбнулся, хлопнув первокурсника по плечу. — Новенький? — Да. Лингвист. — Собираешься вступить в команду по плаванию, лингвист? — Нейтан сказал это с ухмылкой. Он скрыто издевался над Уилсоном из-за того, что тот забрал у него внимание, но был готов использовать это в своих целях. — Да. И в твой клуб тоже. Юстиниан медлить и скромничать не стал. Лучше сразу обозначить, бросить вызов, показать клыки. Нейтан удивленно приподнял брови, а затем одобрительно кивнул головой. Уилсон снова не ошибся - Нейта впечатлили его слова. — Мне нравится твоя смелость, парень. — Севидж засмеялся, перенимая огонек азарта первокурсника. — Нейтан Севидж. Капитан футбольной команды "Jaguars" и президент клуба "Нефилимы". — Он протянул руку. — Юстиниан Уилсон-Коллантес, — подхватил парень. — Будущий член команды "Leviathans" и клуба "Нефилимов". — Парень пожал руку смеющемуся Севиджу, чуть нахмурившись и хитро улыбаясь. Нейтан был рад тому, что у него мог появиться соперник. Юстиниан был рад тому, что у него возник шанс достичь своих целей и стать тем, кем он был в школе. Все вокруг были шокированы и рады тому, что у них появилась возможность наблюдать за происходящим. Так Юстиниан обрел новых друзей и встал на путь, ведущий к вершине.