Восьмое солнце ведьмы

Всю ночь мне не спалось. Во-первых, из-за того, что нам пришлось лечь вместе. Александр вел себя как джентельмен, даже ни разу не коснулся меня. Тут, я больше переживала за себя. Он спал. Очень крепко. А я лежала и смотрела в потолок. Слишком много мыслей не давали покоя. Я переживала за встречу с инкубом, а еще за день исполнения пророчества. Подробностей мне так и не рассказали, но я предчувствовала что будет не просто. Чего я хотела, так это вернуться к обычной жизни. В идеале, вернуть семью, но я знала, что это не возможно, поэтому хотелось бы поселится где-нибудь в лесу. Ходить на охоту. Помогать людям избавляться от нечисти и лечить детей. Последнее вообще, было делом всей жизни. До того, как попасть в замок короля, меня к этому готовили. Но, так как у меня был дар провидицы, еще я занималась и этим. Мама всегда говорила мне, что меня ждет великое будущее. А я не понимала. Да и сейчас не особо понимаю, в чем заключается это будущее. Моя бабушка была проще. Намного проще и добрее матери. Она та, к кому я бегала жаловаться. Вспомнив это, меня тронула улыбка. Как же я скучаю по ней! И по Эмме, моей подруге. Она, в отличие от меня, искусная наездница. Лошади ее страсть. Она была первой красавицей клана. В праздники, когда мы заглядывали в деревни, все местные парни заглядывались на нее, но никто не получал положительного ответа. Она была строгой к себе. Думала что еще не достаточно умна, не готова ко всему этому. Что стоит еще поучиться. Вообще, как заведено у ведьм, семьи мы не заводим с мужчинами. Мы проводим с ними ночь, они делают нам ребенка, а потом уходят. Мы растим девочек по всем традициям. Прям как амазонки. Когда рождается мальчик, он остается с отцом. Но это бывает крайне редко. У ведьмы рождается только девочка, новая ведьма, кому перейдет сила. Но, если мальчик - то судьба у него не из легких. Либо он умирает во время родов, либо, родившись с магическими способностями, не может с ними совладать и они берут над ним верх. И он умирает. Так происходит не со всеми. В нашей истории были случаи, когда мальчики рождались без сил. Они были обычными смертными. Росли среди людей, в обычных семьях. Но это большая редкость. Мне стало интересно узнать про способности полубога. Повернувшись к нему лицом, я увидела как медленно поднимается его грудь. Он дышал ровно. Лунный свет касался его лица, и я поняла что он необычайно красив. Пухлые губы, белая кожа, эти глаза… и чёрные как смоль волосы. Острый подбородок и высокие скулы. Большие широкие плечи и подтянутое спортивное тело, что сейчас пряталось под покрывалом. Все мужчины, которые встречались мне раннее в корне отличались от него. На них я обычно не заостряла внимание, кроме Маттьяса. Он тоже очень красив, как Бог. Но Александрос привлекает иначе. Как будто красота внешняя не главное. То, есть не то, что бы привлекло меня, увидь я его шагающего по центральной площади в Элефсисе. Его аура, точнее ее отсутствие. Каждая ведьма способна видеть ауру человека, но в случае с ним, не выходит. Как будто канал стерт. Я ничего не замечаю. Ни цветной дымки, ни тоненького свечения вокруг. И это необычайным образом манит. Он, будто почувствовал мой пристальный взгляд, и его черты слегка дрогнули. Длинные ресницы затрепетали. Он перевернулся на бок, и теперь мы лежали лицом к лицу. Его ровное дыхание осталось тем же. А потом, я услышала: —Почему ты все еще не спишь? Голос был очень тихим. Почти шепот. Но я все поняла. —Не спится,-прошептала я. Он выдохнул, но глаз не раскрыл. —Спи, тебе нужно отдохнуть. —А мне нравится когда ты спишь. И не издаешь никакого ехидства. Он приоткрыл глаза. Понял, что я подтруниваю над ним. Улыбнулся, а потом, вдруг, обвил своей рукой меня, придвинув ближе. И продолжил спать. **** День был прохладным. Мы уже около часа были в пути. Анастасия слезно просила взять ее с собой, но мы уверили ее, что это не безопасно, но пообещав заехать к ней на обратном пути, попрощались и ушли. Она дала нам в дорогу немного свежей выпечки, мои любимые пироги с творогом и зеленью —тиропита и хортопита, молоко и яблок. —Ты не хочешь ничего рассказать?-спросил он вдруг. —Что например? —Как пялилась на меня всю ночь, например?-улыбнулся он. Я вспыхнула до кончиков ушей. Вот же черт! Он заметил. —А ты притворщик! Я думала ты спал крепким сном полубога —Так и было, пока ты не пронзила меня своим любопытным взглядом. Я конечно понимаю, что сложно оторвать взгляд, но… Он не успел закончить, потому что в него прилетело одно из красных яблок. Он лишь рассмеялся, а потом подъехал ближе и начал меня щекотать. —Перестань!-тут же запротестовала я,-Я боюсь щекоток! Он не слушал. Я ускорилась и теперь перешла на галоп. Теперь он до меня не доберется. Мы еще немного по дурачились, а потом, вдруг разом притихли. Деревню, где мы остановились на ночь мы давно прошли. Теперь было лишь широкое зеленое холмистое поле. Его тоже пересекли быстро. Наше внимание привлек большой вековой дуб, чей ствол был необычайно широкий, а макушка пропадала где-то высоко. Дуб возвышался над всей рощей — старый, огромный, почти величественный. Его ветви раскинулись так широко, что под ними могла укрыться небольшая толпа путников. Кора была темной и грубой, изрезанной глубокими трещинами, будто шрамами после давних битв. Вокруг дерева земля была странно приподнята корнями, мощными и извилистыми, как тела спящих змей. Они цеплялись за камни и уходили вглубь, будто не желали отпускать эту землю. — Посмотри… — тихо сказала я. Над самой серединой ствола темнело длинное рассечение, почерневшее по краям. Оно напоминало след от молнии. Старики в моей деревне говорили, что такие деревья отмечены Зевсом и становятся угодными богам. Ветер вдруг прошёл через крону, и листья зашуршали низко и тяжело. В этом звуке было что-то странное — не просто шелест, а глухой ропот, похожий на отдалённый гул медных щитов перед битвой. Я коснулась коры ладонью. Она была тёплой. На мгновение мне показалось, будто в глубине ствола дремлет сила — суровая и терпеливая, как воин, ожидающий часа сражения. Я отдёрнула руку и тихо сказала: — Мне кажется… это дерево выбрано богами. И сама не смогла объяснить, почему при этих словах мне вдруг представилась фигура, которая когда-нибудь будет стоять под его ветвями — сильная, как буря, и опасная, как сама война. —Василики, осторожно!-крикнул Александр Сначала, я не поняла его реакцию, а потом увидела чью-то тень. Это был женский силуэт, который крался из-за ствола. Я достала свой лук и прицелилась, сидя верхом. —Кто вы такие? И что здесь ищите? Голос был женский. Но не менее жеский. Девушка была в боевом обмундировании. На поясе ножны с мечом. На руках кожаные перчатки, грудь и живот покрывал тугой кожаный корсет. Волосы были умело собраны в косу. —А ты кто? Незнакомка не спускала с нас глаз. Но и отвечать не спешила. —Если вы пришли убить дерево Жизни, тогда я спешу вас разочаровать. —Нам не нужно твое дерево, мы просто идем на Запад, -Александр стоял около меня, совершенно спокойный. Девушка опустила свое оружие, а после и вовсе сложила в ножны. —Я Аннабет, дочь Афины, богини мудрости и справедливой войны. —Я Василики, ведьма клана Беннет. Александр медлил. Наверно думал, что стоит утаить, а что рассказывать незнакомке. —Александрос, из Аргоса. Кажется, нужно сделать привал.