Способ любить

Марк, как его начали называть все находящиеся в этом сне голубого мироходца, стоял над своей наковальней, закрывая лицо ладонью. Плечи напряжённо поднялись, голова опустилась вниз. Казалось бы, будто какое-то состояние... отчаяния. – Марк? – из-за угла деревянного дома багрянника выглянул Лололошка, заинтересованно осматривая чужие полноправные владения. – Слушай, у тебя случаем нет каких-нибудь парных клинков, чтоб атаковать быстро? – спросил он, подходя к другу. – У меня есть всё, связанное с оружием, – ответил Мрк'грш'траклар, снисходительно глядя на мироходца, – а ещё у меня есть разговор к тебе, поэтому приходи сюда, как освободишься, – продолжил он, кинув в руки шатена два стальных клинка. – Спасибо! – Дейв будто засверкал, хватая багрянника за плечо, чтобы опустить его голову немного вниз, и целуя того в щёку. – Обязательно приду. Марк остался стоять на месте. Он запрокинул голову, глубоко выдохнув. Казалось, он был готов крикнуть что-то вслед Лололошке, но промолчал. Щёки, на которых обычно ничего не видно, покрылись каким-то ярким красным оттенком, отражающимся в клинке длинного двуручного меча. Их отношения были непонятны никому. То эти двое были готовы на поединок выйти, перегрызть друг другу глотки, то миловались, сидя в келье багрянника. В принципе, тот был и не против. Длинный стальной меч с глухим стуком был отброшен в стену, когда Мрк'грш'траклар в очередной раз пытался уплыть в беззаботные мысли, как это всегда было в присутствии мироходца. Он пробубнил что-то себе под нос, облокотившись о деревянную стену дома, после чего лёг на кровать, задумавшись о чём-то. – Марк, – Лололошка зашёл без стука, мило улыбнувшись, – ты что, отдыхаешь? – Ты уже закончил со своими делами? – багрянник не встал, повернув голову к Дейву, игнорируя его насмешливый вопрос. – Я хотел бы занять тебя надолго, поэтому... – Не беспокойся, – прервал того шатен, подходя ближе. Он лёг прямо на Марка, положив голову на чужую грудь, – если вдруг я понадоблюсь кому-нибудь, они знают, где меня искать. – Мне бы очень не хотелось, чтобы они зашли в самый не подходящий момент, – ответил Мрк'грш'траклар, медленно ведя ладонью с каштановых волос до лопаток, вычерчивая длинным чёрным ногтем различные узоры на человеческой спине, – я думаю, тебе тоже. Лололошка промолчал, утыкаясь носом в грудь багрянника. Он усмехнулся, поднимая голову, и положил ладони на щёки друга. – Да ладно, мне всё равно на них, – он улыбнулся, чуть приблизившись, – а тебе нет? – Если тебе всё равно, то теперь и мне, – прошептал Марк, поддавшись в ответ и целуя такие манящие его губы. Он прищурил глаза пальцами цепляясь за край чужой белой толстовки, чтоб слегка приподнять её. Дейв закрыл глаза, промычав в поцелуй, после чего, глубоко дыша, вновь припал к подобию губ багрянника, не желая отстраняться. После нескольких тысяч лет, а то и миллионов, мироходец давно потерял значение слова "любовь" или "страсть". Но, блять... Сейчас он, как какое-то животное, цеплялся за Марка, даже не собираясь отпускать его. Ресницы трепетали, пальцы на ладонях, держащие щёки багрянника, нервно дрожали, а живот будто сковывали какие-то спазмы, отчего тот втягивался от каждого лёгкого касания. Мрк'грш'траклар особо не отставал, в порыве страсти каждый раз разрывая любимую толстовку Лололошки, которую из раза в раз приходилось зашивать. Когти царапали кожу, оставляя раны и неглубокое подобие порезов, словно от ножа. Взгляд у обоих расфокусированный, дыхание рваное. Такое желание ещё никто из них никогда не испытывал. Что-то на уровне инстинктов, бывающих только у животных в гоне. – Моя любимая толстовка, – Лололошка припоминал каждый раз, когда багрянник стягивал разорванную ткань и кидал её на пол. – Я зашью, – враньё. Он никогда это не делал, но всегда обещал. Марк прижимал к кровати, кусал шею, ключицы, а иногда грудь или руки. Медленно ввёл вниз, стягивал штаны, при этом шепча что-то. – Эти шрамы восхитительны... – а может что-то вроде: – Ты сегодня великолепен. Лучше некуда. Дейв не любил комплименты, но в такие моменты принимал их с радостью. Он приподнял бёдра, чтобы когтистые руки смогли с лёгкостью снять штаны, а потом немного раздвинул ноги, хватая с прикроватной тумбочки флакон смазки, которую сделал самостоятельно. Мрк'грш'траклар не церемонился. Конечно, его движения были аккуратными, но не лишёнными резкости. Пальцы двигались быстро, почти что грубо, когти нередко задевали чувствительные стенки. Лололошка не жаловался. Никогда. Он запрокинул голову, глубоко дыша, и мелко дрожал, ожидая пока это закончится. Нет, он не чувствовал боли или дискомфорта, обычно его внимание попросту было сконцентрировано на самой яркой части данного процесса. Марк знал. Поэтому и тянул. Он наблюдал, как поднимается и опускается юношеская грудь, украшенная яркой голубой звездой. Он наблюдал за прикрытыми глазами, трепещущими ресницами. Ему это удивительно нравилось. Дейв вздрогнул, когда в него вошли. Он простонал, хватаясь за плечи багрянника и притянув того к себе. – Давай чуть медленнее... – прошептал Лололошка, пока его вдавливали в кровать. И снова поцелуй. Такой страстный, мокрый, вульгарный. Шатен закатил глаза, расставляя ноги шире. На бёдрах появлялись следы от ногтей, в груди что-то нервно сжималось. Они делали это множество раз. Каждый раз это взрывало все шаблоны. Кажется, после всего этого чувства должны были поутихнуть, но подобного не происходило. Страсть не утихала в груди никогда. Заполняла собою каждую частичку сердца. Лололошка стонал громко, выгибался и в отчаянной попытке хватал багрянника за крылья, царапая его спину. Движения рваные, а из глаз начали течь слёзы. Не то боли, конечно, а от какого-то внутреннего возбуждения. Марк глухо выдыхал каждый раз, как пальцы мироходца царапали его кожу. Он двигался быстро, не останавливался, будто мстя за что-то, а может, просто желал выплеснуть всё, что накопилось за несколько дней невинных поцелуев и игр в кошки-мышки. – Тебе не больно? – тихо спрашивал Мрк'грш'траклар, резко хватая пышные бёдра и впиваясь в них когтями. Дейв не отвечал. Он потерялся в ощущениях, запрокинув голову. Такое липкое, тягучее чувство окутало его с ног до головы, разливаясь медовым блаженством где-то глубоко в груди, пораждая собой что-то более глубокое и искреннее. Один последний толчок, после которого Марк стиснул зубы, через секунду расслабив плечи. Он смотрел на то, как шатен замер в экстазе, кончив себе на живот. Спустя, наверное, каких-то двадцать минут они лежали на кровати рядом. Лололошка был сбоку, обнимая руку багрянника, и бормотал что-то. Возможно, это была очередная история прошлых похождений мироходца, где он познакомился с лучшими людьми в его жизни. Или не только людьми. Мрк'грш'траклар не слушал. Он просто наслаждался моментом после секса, который почему-то был намного приятнее самого процесса. Причину этого, к сожалению, ещё выявить не удалось. – Знаешь, а ведь ты... – начал Лололошка, глупо улыбаясь, – один из самых страстных любовников, что у меня были, – заключил он, проведя пальцем по груди партнёра. – У тебя были другие?