Кодекс переплетчика

- Давно это было. Сейчас и не вспомню, когда. Лет тридцать назад, быть может. Или сорок? Или пятьдесят? Нет, не вспомню. Так вот, день шел, как обычно, солнце уже к горизонту клонилось. А лето тогда было, темнело поздно. А я уже тогда над мастерской жил. И вот, до конца рабочего дня осталось от силы минут, то ли пятнадцать, то ли двадцать. Я уж инструменты собирать потихоньку начал, вряд ли кто-то бы пришел. А еще чай заварил с мятой, хотел вечером полюбоваться, попить. И тут слышу, колокольчик дверной звенит. Смотрю, а там Он стоит, - Лев Игоревич глотнул чаю, - Я тогда сразу увидел, что клиент не из простого люда. Одежда, украшения, прическа – в общем, весь внешний вид говорил мне, что не абы кто зашел. Но тут черт меня дернул Ему в глаза посмотреть. И не дай бог тебе такого взгляда увидеть! Взгляд пустой, да только в глубине огонек отчаяния теплиться. Ну, думаю, случилось что у человека. Да только, что Он у переплетчика искать пришел? Я это, собственно и спросил. А Он, оказывается, хворью заболел. Лекари говорили, что до весны не доживет. А Он раскаиваться начал. Много нагрешил, говорит. Ну, я Его послушал-послушал, ужаснулся, да и прочь погнал. Явно же с ума человек сошел, что же время тратить? - И что, он так просто ушел? – У Виктора от любопытства перехватило дыхание. - В тот день ушел. Пришел на следующий. Пришел и на колени встал. И пообещал не вставать, пока я не соглашусь. Я, конечно, не поверил. Но вот и минутка прошла, и другая, третья… Вот и час прошел, а Он стоит и стоит. Видно было, что несподручно ему. Еще бы, явно же аристократ. Он меня еще, кстати, просил Графом называть. Ну так вот. Стоит Он себе, то на пол смотрит, то на меня. В общем, сдался я. Да, грех на душу взял, но, что уж поделать… - Стойте-стойте, Лев Игоревич, так почему он именно к вам пошел? - Ой, а я не рассказал? Прости уж, из головы вылетело. А затем Он пошел, что в согрешениях своих многочисленный раскаялся и захотел книгами стать. Божественными. «Пусть,» - говорил, - «я хоть так пользу принесу». Ну да, были у Него проблемы, но что же теперь говорить? – старик взглянул на шрам, - Я тогда сказал, что сначала все свои заказы доделаю, а потом и поговорим. Я, право слово, надеялся, что Граф одумается, но мои надежды оказались тщетны. Он пришел. Написал завещание и записку о том, что это был его заказ и я невиновен. Не знаю, имеет ли она вес, но сейчас поищу, - Лев с поиском управился быстро, - Вот, держите. он настоял на том, чтобы кожу снимали заживо. Процесс длился три месяца. - Постойте-постойте. Простите за то, что перебиваю, но разве такое возможно? – следователь в удивлении широко раскрыл глаза. Чай уже начал остывать, но всем сейчас было не до него. - Все в этом мире возможно. Если срезать лишь верхние слои кожи и делать это постепенно, то кожа восстанавливаться начнет. Первые два месяца Граф еще в поместье жил, а потом ко мне перебрался. Какую боль он испытывал, я и вообразить боюсь. Однако, его характер был тверд аки сталь. Еще при обсуждении условий мы договорились, что будет слово, произнеси он которое, все закончиться сразу же. Это было слово «Кодекс». - И он сказал? - Ни разу. Я же говорю, хоть он раньше и много чего недоброго делал, но во время наших «сеансов» он показал себя человеком стоящим. Может, это с ним близость смерти сделала? Но это, впрочем, дела дней минувших, а я итак душу излил. Прости уж этого старика за болтливость. Повисла тишина. Лишь дождь шелестел по крышам. Виктор погрузился в раздумья. Такая трагичная история… Следователь вздохнул. - А как же его звали, Графа-то? - Уже и не вспомню, да только он просил имя его не называть, не хотел излишней близости. - А вы же сказали, что он хотел стать книгами? Есть еще? - Может и остались где, да только большую часть я сжег. Не хотелось душу воспоминаниями травить. Тогда я, к тому же, и шрам этот получил, и заказы реже брать стал. А вот и дождь на нет сходит. Пойдемте, господин следователь? - Виктор. - Ну что же, Виктор, подождете, пока чашки уберу? Увидев кивок, переплетчик засуетился на кухне. - Готово. - Спасибо за историю, Лев Игоревич. - Просто Лев. Держите мяту. С ней хороший чай получается.