А если!?

Бан никогда не думал, что будет так нервничать из-за бумажки. Он сидел в своей каморке уже час, перебирая струны гитары, но музыка не шла. Перед ним на столе лежал сложенный вчетверо лист бумаги и самодельная валентинка — криво вырезанное сердечко, разрисованное зеленым маркером. Внутри корявым почерком было выведено: «С днем валентинки. Ты норм. Бан». Он перечитал надпись в сотый раз и поморщился. — «Ты норм»? Серьезно, дебил? Зачеркнуть было нельзя — бумага и так уже почти протерлась на сгибах. Он комкал лист, разглаживал, снова комкал. В какой-то момент даже хотел сжечь всё к чертям и сделать вид, что ничего не было. Но потом вспомнил Вики. Она всегда была… другой. Не как остальные идолы. Когда Бан врывался в архивы с очередной проверкой, громкий, злой, готовый разнести всё к чертям, она не шарахалась. Не вжимала голову в плечи. Просто поднимала глаза от своих записей, поправляла очки в голубой оправе и спрашивала: «Тебе помочь?» Она помогала. Всегда. Даже когда он огрызался. Даже когда посылал её подальше. Вики просто кивала и продолжала заниматься своим делом, но Бан замечал: после его ухода на столе появлялась кружка с чаем. Для него. Которую он никогда не брал. Дорожил ли он ей? Бан фыркнул, засовывая валентинку в карман широких штанов. — Да просто по-человечески… по-идольски… короче, хватит ныть. Он активировал телепорт. --- Архивы встретили его тишиной и мягким гулом серверов. Высокие стеллажи уходили в темноту, на полках мерцали кристаллы данных. Где-то вдалеке, в круге теплого света за рабочим столом, сидела Вики. Она не заметила его появления. Бан замер за углом стеллажа, вжавшись в холодную металлическую стену. Сердце колотилось где-то в ушах. Он выглянул — Вики склонилась над голографическим экраном, длинные фиолетовые волосы переливались в свете мониторов, очки блестели. Белый халат был небрежно накинут на плечи. Она что-то помечала в документации, тихо напевая под нос. Бан сглотнул. «Просто подойти. Просто сказать: «На, это тебе». И всё». Он сделал шаг вперед. Потом еще один. Вики потянулась за чашкой — пустой. Поморщилась, поставила обратно. Переключила экран. Бан замер. Он стоял в трех метрах от нее. Открытый, нелепый, с дурацкой валентинкой в кармане. Она даже не поднимет голову. Она занята. У неё работа. А он тут со своими… чувствами? Дружескими? Колега? «Ты норм». Господи, какой же идиот. Бан попятился. Тихо, стараясь не шуметь, он вытащил валентинку и письмо. Положил на край стеллажа — так, чтобы она заметила, когда встанет. Сам отступил в тень. Вики дописывала строку. Бан смотрел на неё ещё секунду. На то, как хмурится, поправляя очки. Как кусает губу, задумавшись. — Ладно, — шепнул он беззвучно. И телепортировался обратно. --- Три часа Бан провел в агонии. Он метался по каморке, пинал стул, дергал струны так, что гитара жалобно выла. В голове крутились мысли: «А вдруг она подумает, что это розыгрыш?», «А вдруг письмо упало и никто не найдет?», «А вдруг она вообще не поймет, что это от меня?» На последней мысли он замер. — Без подписи же оставил. Он точно помнил, что не подписал. Только «С днем валентинки. Ты норм». Она же не догадается! Она могла подумать на кого угодно — на Лайк, на кого-то из техников, да хоть на Капитана! — Твою ж… Дверь распахнулась. Бан подскочил, выронив гитару. Инструмент с жалобным звоном грохнулся об пол. В дверях стояла Вики. Сиреневая кожа чуть порозовела от быстрой ходьбы, фиолетовые волосы растрепались, очки съехали на нос. В руках она сжимала такую же валентинку — только синюю, аккуратную, с ровными линиями. — Бан, — выдохнула она. — Я… — Он попятился, наткнулся на кровать и плюхнулся на неё. — Это не… я не… — Спасибо. Вики шагнула вперед, протягивая ему свою валентинку. — Я искала тебя три часа. Облетела все уровни. Думала, может, ты в администраторской, но Капитан сказал, что ты ушёл… — Она запнулась, поправила очки. — Я не знала, что ты умеешь писать письма. Бан смотрел на неё снизу вверх. Зеленые глаза расширены, белые патлы торчат во все стороны, бандана съехала на затылок. — Я не умею, — выдавил он. — Там всего два слова. — Там «ты норм». — Вики улыбнулась. Тихо, мягко, одними уголками губ. — Для тебя это много. Бан открыл рот. Закрыл. Открыл снова. — Ты… — голос хриплый, чужой. — Ты прилетела, чтобы сказать спасибо? — И чтобы отдать это. Она протянула валентинку. Бан взял, не глядя. Смотрел только на неё. — Там написано, — Вики опустила глаза, — что я тоже… ну… что ты мне дорог. Как коллега. И друг. — Ага, — выдохнул Бан. — Я тоже это… как коллега. Повисла тишина. Неловкая, но почему-то тёплая. — Слушай, — Вики подняла глаза. — Ты не хочешь… может, сходим куда-нибудь? Ненадолго. Я знаю одно место, там делают отличный кофе. Настоящий, не синтезированный. — Кофе? — Или чай. — Она улыбнулась шире. — Я заметила, что ты никогда не пьёшь тот, что я оставляю. Бан моргнул. — Ты… ты оставляла? Я думал, это техники забывают. — Это я. Он смотрел на неё и чувствовал, как внутри что-то тает. Что-то, что он всегда считал замороженным навсегда. — Ладно, — выдавил он, поднимаясь. — Пошли. Только если там правда кофе, а не эта ваша синтетическая бурда. — Правда. Вики протянула руку. Бан посмотрел на неё, на сиреневые пальцы, на аккуратные ногти. — Я сам хожу, — буркнул он. Но руку взял. --- Они вышли вдвоем в мягкий свет вечернего Технолайка. Где-то вдалеке мерцали огни виртуальных кварталов, играла тихая музыка. — Эй, Вики, — Бан толкнул её плечом. Легонько, почти невесомо. — М? — Ты тоже норм. Она засмеялась. Тихо, спокойно, как умела только она. — Я знаю, Бан. Я знаю.