Все будет хорошо, будет теплая весна

Быть может они давно думали об этом, но Сережа решает задать этот вопрос первым. И дело не в Гольдберг. Дело не в том, что Катя когда-то обмолвилась о том, скольких она хочет детей. Просто так вот совпало. Выдержав паузу он, наблюдая за женой, начал разговор. Сделать серьезное лицо не выходило совсем, она просто была в его рубашке и …в общем-то все. Не считая нижнего белья. — Кать, а что будет если я спрошу у тебя кое-что? — Что? — Соколова садится напротив и ставит перед ним чашку с кофе. Себе — зелёный чай. — Вот обычно наоборот бывает. Об этом девушки просят, мечтают, не знаю. А я вот хочу, чтобы ты мне дочку родила. А? Екатерина Васильевна, как ты на это смотришь? Катя молчит, потом смотрит на мужа, потом на чай. — Сереж. Я не знаю. Я наверное ещё не готова ко второму ребенку. Давай подождем ещё немного…хотя бы полгода. Да и ты сам помнишь, как не просто с Димой было. — Помню. Что-то я ступил, прости родная. Да подождем. Сколько хочешь, столько и подождем. Просто вертелось на языке. — Ты не подумай, я не против, но правда не сейчас. Я до сих пор помню, что Ирка шутила в день нашей свадьбы, про двойню. Там кто знает, как оно получится. Я помню, что мечтала о большой семье. И ты... — Катюш, все. Я все понял. Больше тему не поднимаю…- Соколов подходит к ней и обнимает за плечи. Наклоняется. Целует. Растегивая пуговицы. — Сереж. Серёжка… Серёж. Дима сейчас проснётся. Катя отталкивает его, и в то же время встаёт из-за стола, закинув руки ему на шею. Глаза в глаза. — Я просто хотел…да блин, я всегда тебя хочу. Вот только на работу пора. — Еще не совсем. Ещё есть десять минут, позавтракать успеваешь. Катя идёт к сыну, возвращается с ним на руках, когда Сережа уже позавтракал, и даже кружки помыл. — Я пойду. — Да. Хорошо. Мы как всегда, будем тебя ждать. *** — Вот ненавижу я конец года. — Соколов рухнул на кровать и тут же устроился под боком у Кати. — Устал? Бедный мой…- Катя отложив книгу провела мужа по волосам. — Спать пораньше? — Да. Видимо да. Хотел кино какое-нибудь, но не могу. Вырубает. — Тогда гасим свет. Дима давно сопит. Книгу Катя кладет на пол. Рассеянный свет только от детского ночника. Соколов не спит, так урывками. Просто обнимая Катю смотрит в подсвеченную лёгким отблеском ночника темноту. Димка просыпается среди ночи только пару раз. Соколов качает сына на руках и кладет его на кровать между ними. Маленькая ладошка перебирает массивный браслет, забыл снять. Катя улыбается. А он почему-то вспомнил один милый момент…