Часть 7
1 апреля 2026 г., 14:22
Катя потянулась к нему, просунув руки под ткань водолазки. Сняла ее, бросила куда-то на пол.
Она целовала его шею, ямку между ключицами, водила руками по спине и плечам. Прикрывая глаза, была нежной.
Была лёгкой и невесомой.
Сережа целовал ее в ответ, приподнимая подол вязаного платья.
Он толкнул ее к окну, Катя упёрлась спиной в стекло.
Сережа обхватил ее за бедра, снимая колготки и запуская пальцы под ткань белья.
Катя стонала. Тихо так, словно боялась, отвыкла…со спящим сыном, в их питерской квартире приходилось сдерживаться.
А Соколов и не торопил.
Ласкал ее, заводил, смотрел на нее целуя, шептал что-то нежное.
Приподняв ее над полом, отнес в кровать, не размыкая объятий, не перывая поцелуев.
— Хочу слышать тебя, родная моя, любимая моя дорогая… девочка моя любимая.
— Ммм…да. Да! Люблю!
За окном валил снег.
За незадернутыми шторами в темном номере отеля они дарили друг другу себя, полностью без остатка.
Как раньше. Как тогда, когда все только начиналось.
На обнажённых телах блестели бисеринки пота, на спине Соколова виднелись следы от ногтей, на шее и груди Кати засосы.
Ее распухшие губы все ещё нежно касались его лица.
Руки перебирали волосы.
Она заснула в его жарких объятиях.
Чтобы просыпаться среди ночи от нахлынувших чувств и желания через край. Им было мало.
Зимний, морозный рассвет разбудил их ранним утром.
Приняв душ и позавтракав они покинули номер.
До выселения оставалось время.
А в кинотеатре, при отеле показывали романтический фильм.
На задних рядах они целовались, как влюбленные школьники.
Бесстыдно Соколов сминал ее грудь, нежно, настойчиво, ласкал между ног.
Катя кусала губы, благодаря создателей фильма за громкость и шумные моменты, очень вовремя заглушающие стоны.
После обеда, они вернулись на родную улицу Гагарина.
Было тихо, непривычно тихо, и пусто как это и бывает первого января.
У скамеек возле дома стояли ящики с пустыми бутылками из-под шампанского и водки.
Аккуратно сложенные мусорные пакеты ждали своего часа.
Родная улица спала. Шел тихий снег.
Дома тоже все спали. Шурша пакетами и одеждой, очень тихо Катя и Сережа разделись, и прошли к себе в комнату.
Катина мама спала на ее диване вместе с Димкой и Ильёй.
Баба Зоя, как всегда спала на диванчике в зале.
— Что делать будем? — Прошептала Катя.
— Пошли кофе тебе заварю. И вон сколько салатиков осталось. Оливье, крабовый, селёдочка под шубой. Даже нарезка. В общем, живём Катюха.
Катя прошла на кухню за мужем.
Села за стол, подперев голову рукой.
— Прикрой дверь. А то я представляю, как ты сейчас кофе варить будешь.
— Тише жена моя. Смотри, как работает профессионал.
Через некоторое время, квартира наполнилась вкусным запахом кофе. И первой проснулась Зоя. Затем Димка и Илюша.
Завтракать решили за большим столом в зале. Под тихий фоновый шум утренних шоу по телику.
— Кать ты какая-то другая. Светишься вся.
— Мам, я просто отдохнула.
— Наташ, не приставай ты к ним. Я вот хочу Диму похвалить. И Илюшу.
Весь вечер с ним нянчился, и покормил и помог его на ночь искупать.
И сам потом вместе с ним заснул.
— Молодец Илюха — Сергей потрепал мальчика по голове.
— А что вы будете делать… уже сегодня.
— Честно? Я хочу просто валяться и фильмы смотреть.- Сказала Катя с сыном на руках. Отдыхать.
— Аналогично.
***
Четыре дня пролетели несправедливо быстро.
Казалось бы, только приехали, и вот уже, в прихожей ждут когда приедет такси. Обнимаются с родственниками.
— Летом вас ждём. Обязательно. — Обнимая Катю, сказала ее мама. Или можно на море, ну это уже как решите. Дима ещё маленький.
— Да мам. Маленький и у Серёжи работа.
К вам приедем обязательно, как только отпуск Серёжке дадут.
— Давайте присядем на дорожку.
Они с минуту посидели в коридоре и у Кати зазвонил телефон. Такси.
Дружинина беспокоить не решились, вчера он долго сидел в ресторанчике на Арбате.
— Ну все. Поехали мы. Как приедем, напишем — Попрощался Соколов, примерно через час, такси довезло их до Ленинградского.
***
Дома в Питере они были уже вечером.
Сумки решили разобрать потом, выкупав сына, приняв душ вырубились все трое.
У них в запасе могли бы остаться два выходных, законных праздничных. Но Соколова вызвали на работу.
Несправедливо…
— Катюш, ну не расставайся маленький мой. Работа такая.
— Так хорошо было, но так мало. Ты ж не долго будешь?
— Как получится. Там наверное все ждут не дождутся выхода любимого начальника. Особенно молодняк. Трепещут и прячутся по углам.
— А поцелуй меня, м?
— Ну конечно.
— Чего на ужин хочешь?
— Не знаю. Ты же у нас тут хозяюшка.
— Ладно. Это значит — макароны.
По традиции Катя с сыном проводили папу смотря в окно.
