Piece of cake

– Милая, ужин на столе! Лиз вздохнула. Экзамены приближались, и хлопот навалилось столько, что даже Королева зоопарка перестала зыркать по сторонам в поисках самоутверждения. Лиз сложила тетради в ровную стопку и постаралась унять тревогу. Если родители дома так рано, да еще и оба вместе, значит, у них «есть серьезный разговор». Ни к чему хорошему это точно не приведет. По пути в кухню Лиз дважды пригладила волосы и одернула платье, но тревога все равно никуда не делась. – Как успехи в школе? – зашел издалека папа. «Началось!» – Все под контролем. Заявления уже подписаны, рекомендательные письма от преподавателей я собрала, остальные документы тоже почти готовы. Как только получу аттестат, можно будет отправлять. – Не хочешь подать лично? – лукаво улыбнулась мама. Лиз напряглась. – Мам! Это же другой конец страны. – А вот и нет, золотце. Мы с папой закончили местный проект и теперь будем работать в Нортбридже. Это всего в получасе езды от Торстона. Правда, удачно вышло? Лиз сложила приборы на тарелку. Кажется, сегодня она уже наелась. – Можешь укладывать вещи. В понедельник я заберу документы из школы, и начнем переезд. Лиз отнесла тарелку к раковине и молча вышла из кухни. – Я предупреждал, что она не будет в восторге, – донеслось следом папино ворчание. – Да бога ради, это всего лишь школьные экзамены! Я говорила с преподавателем: Лиззи сдаст их даже во сне. Ты столько сил приложил, чтобы заполучить этот проект, не отказываться же теперь?  Лиз тихо прикрыла дверь в свою комнату. Она всегда удивлялась маме: все у нее просто, все решаемо, побросать в чемодан предметы первой необходимости и унестись за сотни километров – хоть завтра! Лиз так не умела. Она подошла и села за стол. Выровняла тетради, переставила учебники на полке, чтобы стояли по высоте и толщине. Взгляд задержался на рамке, в которую был вставлен бережно разглаженный карандашный набросок. В тот день смотрительница музея остановила ее на выходе неожиданным вопросом: – Простите, это ведь вы нарисованы? Лиз отмахнулась: откуда в музее мог быть ее портрет, и вдруг увидела свою улыбку на измятом листе. – Похоже, ваш друг остался не слишком доволен, – вздохнула женщина, – но, на мой взгляд, очень хорошо получилось. У него большое будущее! – Она пробежала пальцами, расправляя складки. – Возьмете себе? Лиз прикусила губу и схватила телефон, стараясь не обращать внимания на то, какими мутными стали вдруг буквы. «Родители получили новый проект. Мы уезжаем.» «Сейчас?!» … «Погоди, а как же экзамены?» «Сейчас. Это очень важно для них.» Она отложила потемневший телефон и сморгнула, задрав голову к потолку. Экран вдруг осветился снова. «А ты? Как же то, что важно для тебя?» Ответа на этот вопрос не было. Неожиданно кольнула мысль: так вот почему он так злится, когда речь заходит об отце. Сейчас она тоже дочь своих родителей. Несмышленыш, которого нужно упаковать для переезда. Не страшно, что маме даже в голову не пришло узнать, что думает ее ребенок. Страшно, что ей самой это тоже в голову не пришло. Глаза вдруг стали сухими и горячими. Лиз вынула из ящика чистый лист, линейку и карандаш. Аккуратно расчерченная таблица с заголовком «ВАЖНО» поделилась на два столбца. «Нортбридж: вся семья вместе», – вывела Лиз и задумалась: что еще ценного мог дать этот переезд? «Мама спокойна», – дописала она после колебаний. «Вестерфилд: план подготовки; упорядоченный учебный процесс; экзамены, – она бросила беглый взгляд на соседнюю колонку. – Я спокойна. Стресс не повлияет на оценки». Глаза невольно скользнули к рамке с наброском, и пальцы дрогнули. «Реми», – честно дописала она. Правый столбик очевидно перевешивал, но только количества было недостаточно для принятия решения. Лиз снова и снова перечитывала ответы, взвешивая их на внутренних весах, и вдруг поняла совсем простую вещь. Она взяла маркер и выделила в норбриджском столбике слово «мама», а в вестерфилдском – «я». Это уравнение оказалось вовсе не про перемещение из точки А в точку В. Лиз достала стопку свежих листов. – Что это? – мама отставила чашку с утренним кофе. – План занятий, – Лиз принялась раскладывать листы на столе. – Распорядок дня. Список ближайших магазинов и сервисов доставки. Телефоны и адреса полицейского участка, пожарной части и клиники. Контакты мистера Левенсона и мистера Вудстворта. Пошаговые инструкции к стиральной и посудомоечной машине. – Это… – мама растерянно перебирала лист за листом. – Браво! – папа с довольной улыбкой показал большой палец, и Лиз улыбнулась в ответ. – Но как же ты справишься совсем одна?! Лиз с удивлением поняла, что в глазах мамы блеснули слезы, и поспешила обнять ее. – Я все время буду на связи! Обещаю не делать глупостей и приехать к вам сразу же после сдачи экзаменов! – она тоже всхлипнула. На плечи обеих легли большие папины руки. – Смирись, милая. Наша девочка выросла. Лиз благодарно чмокнула колючую щеку.