GOLDEN EUPHORIA

Утренне солнце нежно пробирались сквозь шторы, освещая помещение. Пыльнки в воздухе летали по нему, вещи которые лежали на стуле, неаккуратно лежали на его спинке. Но сам "хозяин" комнаты сладко посапывал в комнате. Лежа на кровати, он издавал тихий звук храпа. Наконец парень зажмурился, пробуждаясь от ярких лучей. Шмидт скрылся от света за одеялом. Прикрыв им свое лицо, боже. Как же не хотелось вставать, но надо.... Опять показавшись из своего убежища, он привстал на локтях. Пытаясь вспомнить что было вчера, комната казалась ему чужой. Ах да, он же был в гостях. Уже прийдя в себя полностью, Клим полностью сел на кровати и спустился с нее. Хлопая глазами, у него под ними виднелись темные круги. А повязка которую он завязал ночью — медленно, но верно спадала с лица. Не придав тому значения он лишь, выгнул спину. Сразу же услышав звук хруста, после, парень подошёл к комоду с зеркалом. Шмидт взглянул на свое отражение. Увидев там лицо, которое излучало усталость, мучения и что-то ещё. Мешки под глазами портили вид, На этом моменте повязка вовсе упала ему на плечо. И вид открылся на второй глаз, он был поглащен скверной. Глаз полностью стал черным, был виден лишь белый зрачок. Трещины медленно увеличивались, намереваясь поглотить всё на своём пути. Клим лишь раздражённо фыркнул, он открыл полку от комода и достал оттуда второй бинт. На этот раз побольше, и стал перевязывать этот район лица ещё толще, чтобы не были видны те места. После он опять взглянул в зеркало, вроде бы невидно. — лишь бы никто не заметил... — прошептал Клим, дотрагиваясь кончиками пальцев до своего лица. И вновь вздохнул, грустно разглядывая себя. Был ли у него шанс на свободу? Был ли у него шанс на спасение? Что скажут его друзья когда узнают что он — один из оскверненных, будут ли они даже в тот момент на его стороне? Вопросов было много, но ни на один из них не было ответа. Шмидт даже не был уверен в том, что его друзья примут в таком состоянии. Он — старший экзорцист является демоном, что случится если все узнают его правду? Что случится если все узнают его грех?... Клим быстро встрехнул головой, отгоняя такие мысли. Никто не узнает, пока он будет скрывать это. Так ведь?... Его взгляд передавал тревогу, он лишь хотел получить или найти шанс на спасение. Вдруг, ему кто-то постучал в дверь, парень вздрогнул услышав резкий звук. — господин Хаширо, к вам можно? — послышался голос за дверью. Клим слегка погодя, крикнул: — да, входи! — дворецкий услышав разрешение войти, медленно потянул ручкой двери и зашёл внутрь. Увидев темноволосого, он поклонился ему. — господин, госпожа Сопрано зовёт вас на завтрак. Вы должны позавтракать, а затем я могу помочь вам собрать вещи в дорогу. Если пожелаете — произнес блондин, на что Клим нахмурился. Он кивнул на его слова. — хорошо, передай ей что я скоро явлюсь. — дворецкий кивнул, а позже соизволил выйти с помещения. Давая парню свободное пространство, после того как дверь захлопнулась, Шмидт расслабился. Ему не очень нравилось постоянное внимание, и уже успокоившись окончательно, он решил переодеться, надо же быть в хорошем виде... Взяв со спинки стула свою одежду, он начал переодеваться. Мрачная футболка и свободные штаны быстро сменились на короткую темную шинель, с фиолетовыми рукавами. И ремнем вокруг пояса, на шинели слева была прицеплена брошь ввиде орла — знак свободы и единства Хаширо, но что там было про нее... Они всегда были у колен у Ханов и Сопрано, уже столько лет эти два клана держали один в своей власти, контролируя ее, но вскоре это изменится уж точно... У ключиц до обоих плеч висела цепь-обвес. Она дополняла образ, на ногах были широкие брюки — также фиалкового цвета. Парень обожал подобные оттенки, этот цвет излучал совместимость красного и синего. Союз двух контрастных друг для друга цветов, за что он и любил подобное. Одевшись полностью, он натянул на свою шею кулон с пурпурным камнем. Аметист? Ты ли это? Да, это он, этот кулон выдавали экзорцистам, когда они заканчивали обучение и уже официально становились ими. Только камень был покрыт скверной, даже кулон скверна покрывала своей нечистью... Клим взглянул на нее, вздохнув ещё раз. Не забыв ещё и про темные перчатки без пальцев. Наконец полностью одевшись, он сложил свою одежду и кинул ее на кровать. Уже выходя из комнаты, он свернул направо и пошагал в сторону гостиной. Но дойдя до конца коридора он застыл, Шмидт никогда не запомнит расположение комнат особняка.... Он конечно все понимает, что старшая Сопрано специально построила его будто лабиринт, она любит бродить по этим местам. Но зачем гостей так мучать?! Обернувшись на обе стороны, он просто стоял. Чувствуя себя глупо. Очень глупо. Клим столько раз ночевал в этом доме, столько раз был здесь. Но всё ещё не смог ничего запомнить. В это время проходила Дворецкая, юная девица. Которая несла на руках один свиток. Клим заметил ее, она прошла мимо него, но тот остановил девушку. — х-хей! — окликнул её он, на что Дворецкая красавица вмиг остановилась. Повернувшись лицом к нему. Он почтительно поклонилась к нему и выпрямила спину. — да господин, вам что-то нужно? — воскликнула девушка. Клим увидев ее красивое лицо и нежную натуру, раскраснелся. Он не умел общаться с подобными представительницами женского пола. — д-да, дорогуша. Видишь-ли у меня... Я... — Шмидт помялся перед ней, переминаясь с одной ноги на другую. Он захлопал глазами, парень хотел было сказать что-то, но девушка напротив опередила его. — вы заблудились? Куда вам надо? Здесь легко потеряться. — приветливо произнесла девица, Клим облегчённо выдох. — да, мне бы... А где старшая Сопрано? Мне бы к ней... — едва четко произнес он, продолжая краснеть. Темноволосый давно не испытывал подобного. Но тут же вспомнив что у него уже есть возлюбленная, он встрехнул головой. Уже выпрямившись и встав ровно. Дворецкая усмехнулся, заметив это. — ох, я как раз туда иду. Можете пойти за мной. — мило пролепетала девушка. Клим кивнул на ее слова и они оба пошагали. Встретив лестницу, ведущую на второй этаж, они поднялись по ней. Девушка открыла дверь которая, встретила их наверху, пропустив сначала парня. Шмидт зашёл первым, а после Дворецкая. Это была гостиная, старший экзорцист зайдя туда увидел свою подругу. Она сидела на кресле скрестив ноги, Сеня, встретив парня. Синеволосая улыбнулась при виде друга, — ох, с добрым утром, Клим. Как спал? — Клим посмотрел на нее, услышав свое имя. — да вроде бы нормально, а если точнее — то спал как дитя. — Темноволосый подошёл ближе и присел на боковой диван, Дворецкая, что держала свиток в руках поклонилась своей госпоже. — доброе утро, госпожа Сопрано. У меня для вас есть хорошие новости. — воскликнула она, старшая Сопрано лишь с заинтересованным взглядом вглядывалась в свиток. — доброе, какая же эта новость? Раз уж ты думаешь что она меня может обрадовать?.... И что у тебя за свиток в руках, дай-ка сюда. — Дворецкая протянула бумагу и Сеня взяла ее, открыв, она начала его читать. Клим неподалеку заскучал, оперевшись рукой о перила мебели. Девушка в бордовом платье, вокруг ее талии был черный корсет, который слегка сжимал не бока. А с боку, в районе груди также была брошь. В виде маски или головы Кицунэ, он также обозначал смелость и силу клана Сопрано. У каждого клана есть свой символ, который что-либо обозначает. Брошь выдавалась только главарям и значительным людям, у Сопрано символ — Кицунэ, у Хаширо — орёл, Ханов — накрест лежащий меч. У каждого он был особенным, также, главарям, особенно экзорцистам, выдавался кулон. Тоже своего цвета, экзорцисты были обязаны носить его. Для них, это было важно. Кулон символизировал их храбрость, мудрость и отважность. Поэтому в каждого уважающего себя охотника на шее было такое украшение. Сеня открыв свиток прочла его, там было написано следующее: «при много уважаемая глава Сопрано, мы старейшины Хаширо рассмотрели вашу просьбу. Мы постараемся выделить небольшой озелененный участок и даём свое согласие на вашу постройку.» Синеволосая прочитала сообщение вслух и усмехнулась при виде этих слов, конечно они согласятся. Сложив свиток, она передала его дворецкой. Та приняв его обратно, поклонилась и поспешила удалиться. Клим увидев такое замялся, ему не впервой видеть такое. Он хотел было возразить, но вспомнил что не имеет права и пискнуть. Давным-давно, когда в кланах появились только первые экзорцисты, произошла кровопролитная война. В результате которой, Сопрано и Ханы одержали победу над Хаширо. В момент когда они хотели оккупировать их территорию — бывший глава совета старейшин смог заключить с ними договор, в которой гласилось: «если люди Хаширо посмеют оказать сопротивление в том или ином действии, не считая захвата земель или власти. То весь клан будет истреблён, и свершится суд Ханов и Сопрано над нами и нашими грешными душами» Именно после того документа, клан Хаширо был возле ног у них. Были моменты, когда два клана из года в год, истребляли последний. Но к счастью, после того как на престол взошли девушки, они отменили подобное. — что там у тебя? Чего смеёшься? — Шмидт знал ответ, но он хотел услышать его из уст старшей Сопрано. — помнишь я хотела найти участок для строительства мятного двора? — начала девушка, — так вот, я написала письмо твоим старейшинам, на разрешение постройки. И представь что, они согласились. Дали согласие. Ещё бы они не согласились, теперь скоро я начну постройку у тебя на территории. Круто, да? — с весёлым тоном ответила Сеня, поджав колени к себе. Клим лишь посмеялся и начал кивать головой. — д-да, круто, очень. Но Сень, я думаю что нужно было спросить прежде всего меня. Ведь я правлю кланом, а напрягать старейшин с этим вопросом, как по мне не стоило... — пытаясь спокойно объяснить ей, говорил он. На что синеволосая фыркнула. Опять эти нравоучения, от главы какого-то клана, и то который находится в них под каблуками. Девушка вздохнула, отводя взгляд. Но вновь вернув внимание на друга, мило улыбнулась. — конечно, извини. Мне не хотелось тебя побеспокоить, поэтому... Ну ты понял, — Клим слегка поморщился, но также попытался успокоиться. Они весело пообщались, говоря обо всем. Словно старые, хорошие друзья. Ах да, они и есть друзья... Но да ладно, видать здесь ничего не поделаешь. Клим словно был личным шутом для Сени. Он часто старался ее развеселить, сделать так чтобы она улыбалась и никогда не грустила. Сама же Сеня ценила такое поведение друга, и хоть и не часто, но проводила с ним время. На момент дружеской беседы, в дверь постучали и эти двое оторвали друг от друга внимание, посмотрев в сторону выхода. Дверь отворилась, впуская внутрь красивую особу. Она была похожа на Сеню, но манерой поведения немного отличалась, девушка более высокомерная и гордая на вид, но это лишь внешность. Не судите книгу по обложке, это была сама Иофия Санеми Хан. Глава своего клана. По кулону можно было понять, что девушка тоже является экзорцистом выше среднего звания. Она одета почти в то же, что и Клим. Но оттенок рукавов был сине-бирюзовым. Брошь была справа, ввиде золотого камня. На плечах были изящные наплечники, оттенок кожи был слегка бледным. Глаза сияли чистым изумрудом, её волосы пострижены до плеч и чуть ниже. Возле глаз были небольшие круглые очки, ее зрению осталось желать только лучшего... Кончики покрашены в ярко-голубой цвет, широкие брюки такого же оттенка покрывали стройные ноги, а темные берцы были хорошо зашнурованы. Она даже не стала стучаться, а лишь открыла дверь. Санеми прошла внутрь, и уселась рядом с синеволосой. Перед этим дав кулачок старшему Экзорцисту. — доброе утречко всем, как у всех делишки? — Иофия удобно устроилась на диване, положив одну руку на бедро Сени. Та нахмурилась, но противиться не стала. — дела прекрасно... Были до того, как ты вошла сюда. — с сарказмом произнес темноволосый, ехидно улыбнувшись. Иофия приподняла одну бровь, при этом улыбаясь. — ой спасибо, у нас мнение оказывается абаюдное. Друг мой~ — шатенка подмигнула одним глазом. Оба посмеялись над этим. — вообще-то, у меня есть хорошая новость. — Сеня повернула голову в сторону гостя. Санеми вскинула брови, — говори, что там у тебя. — она устроилась поудобнее, и старшая Сопрано уже начала рассказывать. Старшая Хан обрадовалась услышав это, она поздравляла подругу. Положив руку на ее плечо и говоря что очень ей гордится. Клим в этом время сидел спокойно, не вмешиваясь в разговор. Он время от времени чувствовал себя третьим лишним, который находится здесь лишь для компании. Парень почувствовал как бинт медленно начинал сползать и привстал с кресла. — девочки, мне здесь надо сходить кое-куда, да и вещи надо собирать...я пойду пожалуй, провожать меня не нужно! — в панике произнес он и побежал в сторону двери, темноволосый полностью вышел с комнаты придерживая бинт так, чтобы он не упал. Девушки лишь пожали плечами и продолжили дискуссию. Шмидт вышел из комнаты, держа руки на голове и перевязывая бинт. Стараясь завязать его так, чтобы он больше не спадал. Наконец завязав его надёжно, старший экзорцист поплел по лестнице, ведущей вниз. Спустившись обратно на первый этаж, он быстрым шагом шел в сторону комнаты. Наконец дойдя туда, Клим открыл дверь и зашёл внутрь. Захлопнув ею, он запер дверь на ключ. Сам же выдохнув, парень поплелся в сторону зеркала. Шмидт подошёл к ней, и взглянул на себя. Все лицо было покрыто метками и шрамами. Он аккуратно снял с себя шинель, спустив её слегка вниз. Шея, ключицы и плечи не оставались без внимания. — что за... О нет... — прошептал темноволосый, обратно надевая элемент одежды. Он обколотился руками и тумбочку, которая была под зеркалом, начиная часто дышать. Сердце стучалось быстро, будто готовое выпрыгнуть из груди. Как теперь скрыть это? Может надеть одежду с высоким горлом? Или что-то надеть под нее? Так, так намного лучше... Клим подошёл к шкафу и начал рыться в вещах, но не найдя ничего подходящего закрыл ее с громким хлопком. Почему именно в этом время?! Он Попытался успокоиться. Вдох-выдох, Шмидт спокойно... Подумал он про себя, ему ведь не в первой в такую ситуацию попадаться! Он много раз попадался в подобное, но выкручивался же как то! Значит и в этот раз что-то придумает... По крайней мере он так думает. Парень вернулся к тумбочке, открыв верхний ящик темноволосый достал оттуда второй бинт. Взглянув на зеркало, он начал обматывать ей шею. Якобы у него горло болит и голос осел, это лучше чем что-либо. Он вернул свой взгляд на отражение, выглядит более менее нормально... Ему кто-то постучал в дверь, парень повернул голову в сторону двери и выдал негромкое: — войди — после это просьбы, дверь открылась и за ней стоял дворецкий с чемоданом. — господин, я пришел помочь вам собрать вещи. — лениво ответил блондин, Клим выдохнул, ах да, точно. Нужно собираться в дорогу. Со всей этой лабудой он забыл совсем про нее, он выровнялся. — да, конечно. Помоги.... *** Во дворе особняка Сопрано люди собрались толпой, Клим стоял рядом с лошадью, гладя её по гривам. Но лошадь видать не одобрила подобное прикосновение к себе и фыркнула, чуть не ударив парня копытом, от чего Шмидт вздрогнул, делая шаг назад. Затем усмехнулся, животные всегда его недолюбливали... Он был в своей черной шинели, с фиолетовыми рукавами. Его плечи покрывал средних размеров ткань, цветом хаки. Тем временем, карету готовили стражники. А девушки стояли рядом, провожая парня. — будь аккуратнее по дороге — начала Сеня, смотря на темноволосого с неким беспокойством. Старшая Хан также не стояла в стороне, держась за синеволосую. Она кивнула на ее слова. Клим заметив подобное, тепло улыбнулся. — конечно буду, на случай если поранюсь — вы ведь будете лечить меня, да? — с веселым акцентом произнес парень, ребята посмеялись. Хоть они и часто встречаются в определенных местах, им будет не хватать его... Карета была подготовлена, Клим сначала хотел поехать на верху, но вспомнив что не ладит с животными передумал и сел внутрь кареты. Она не была роскошной, скорее простой. Или что-то среднее. Дорога была долгой и томительной, парню было скучно просто сидеть внутри и смотреть в окно. Он пытался развлечь себя как-то во время пути. С ним ехала одна из его служанок, Шмидт задавал ей совершенно разные вопросы. Даже самые глупые и странные. Так как он знал, та всегда ответит. Служанку звали Киола Лекина, ей было где-то за тридцать. Именно она воспитала его после смерти матери и отца. Киола всегда была добра к нему, она ухаживала за ним, приглядывала когда тот был ещё ребенком. Клим будет ей пожизненно благодарен, эта женщина заменила нет, стала мамой... Она сидела напротив экзорциста, смотря на него там же теплым взглядом, что смотрела в детстве. Ее лицо стало терять свою молодость, морщины, мешки и одна бородавка возле носа выдавала ее уже не молодой вид. Но для Хаширо она всегда останется доброй и заботливой женщиной.... *** Они наконец приехали на территорию Хаширо, и оказавшись у себя дома он первым делом пришел и ушел к себе, Киола зашла следом, перейдя порог жилища. Она осмотрелась по сторонам. Ничего не изменилось с момента их отъезда, ей казалось что особняк в котором они живут никогда не изменится... По крайней мере она так считала. Женщина разулась и направилась в сторону кухни, есть ли что-нибудь поесть. Клим тоже мог проголодаться. Она взошла и сразу залезла в холодильник, найдя там пару яиц и коробку с молоком Киола решила зажарить яичницу, а что поделать? Ничего другого не нашлось. Надо будет потом не забыть сходить на рынок... Пока Служанка готовила еду, Шмидт находился в своей комнате. Он переодевался, наконец надев свою любимую домашнюю одежду. Напомните, какая у него любимая одежда? Ах да, черная футболка и штаны. База всех парней. Стоя перед зеркалом, Клим всматривался в отражение. Бинт который он перевязал на шее все еще стоит. Уже хорошо, да и повязка на лице отлично держится. Если что, он "неудачно" упал с лестницы... Взглянув на себя в последний раз, парень вышел с комнаты захлопнув дверью. В комнате у экзорциста было много чего интересного. Комнатка была небольшой, но просторной. В дальнем углу помещения была размещена кровать, тоже небольшая. Напротив нее рабочий стол, с папкой и стаканчиками. На ней всегда было грязно и не убрано. Клим никак не мог заставить себя убраться там, то устал сильно, то голова болит, то желания нету. Все не то... На столе валялись какие-то бумажки с набросками и просто скетчами. Их там было штук сто, если не двести. Стол был деревянным и испачканым всякими красками, Шмидт ещё любил рисовать и масляными красками и иногда простыми карандашами мог позволить себе создать какие-то каракули. Он пытался попробовать себя в других сферах рисования, пытался сделать свои рисунки ещё лучше. Да, они и так были хороши, но что-то ему не нравилось в них. Когда он показывал свои творения другим, одни говорили что у него неплохо получается, у других же — не было глаз для того чтобы видеть это. Но его не сильно задевало мнение других. Он вообще жил своей жизнью, не слушая людей, слушая лишь свое сердце. Народ говорил что у их правителя уж слишком низкая самооценка, даже шедевр он мог назвать полным кошмаром. Он мог порвать рисунок, мог смять ееи выкинуть куда-то в мусорку. Потому что по его мнению, он недостаточно хорошо рисовал. Раньше когда Клим был новичком, у него покупали картины и портреты. Его увлечение приносило ему хоть какой-то доход, но сейчас на подобное он даже не надеется. Плюс, Шмидт слишком редко выходил в люди и позволял себе самовыражаться. Нет, парень не был социофобом. Экзорцист лишь не любил большое скопление людей вокруг себя, даже его работа экзорцистом заставляла его контактировать с многими людьми. Ему не нужно сорок или тридцать друзей, три-шесть человек было ему достаточно. Спустившись к кухне, он почуял запах еды. Наконец-то поесть дадут, Киола тем временем готовила яичницу на сковороде. Клим подошёл сзади, ближе к женщине, положив голову ей на плечо он начал вдыхать ее запах. Она всегда пахла едой или подсолнечным маслом, это из-за того что служанка буквально не отходит от плиты целый день. Киола почувствовав прикосновение и лёгкую тяжесть в себя на плече мягко усмехнулась. — уже голодный? — ну, есть такое... — Клим выровнялся. Приподняв голову, он отошёл назад, пытаясь не мешаться под ногами. *** У каждого поколения экзорцистов есть свой долг и обязанность. Одна из них — это обучить новое поколение охотников, научить их сражаться и защищать народ. Такой долг не остался позади у наших защитников. На обучение избрали трёх детей, двоим было по тринадцать, но третьей исполнилось четырнадцать. Это было трое новобранцев, их должны были обучать сами экзорцисты. Как раз-таки во дворе Ханов решалось, кто кого возьмёт. Дети стоят шеренгой, не смея сделать хоть одно движение. В отряде получилось два девочек и одного мальчика, но они были готовы к подобному. Они знали на что идут, и какую цену придется платить за выбор. Тем временем наши экзорцисты спорили, Клима как более опытного и старшего по званию предлагали взять сразу троих, но тот отказывался. Он еле на одного согласился, тем более, обучать детей? Для него это трудно, парень никогда не контактировал с людьми. Особенно с ними, а тут.... — Клим, ну давай. Смотри какие они хорошенькие! — Саня указала пальцем на троих, но Шмидт лишь фыркнул. — неа, я не обязан взять сразу всех. Я вообще соглашался на одного! Вон, пусть Сеня возьмет, все равно ей делать нечего. — Синеволосая отреагировала на свое имя, нахмурившись, но ничего не ответив. — Клим, ну пожалуйста. Мы с Сеней нужны на границах, к тому-же: ты тот ещё бездельник, а у нас дел по горло! Мы должны отстроить мятный двор, контролировать дела в клане, решить дела с разбойниками.... — она сделала паузу, переводя дух. — Клим, ну будь другом... Пожалуйста, они будут тебя слушаться, честно-честно! — вопрос не в том, что они будут меня слушаться. Пусть только попробуют слово поперёк сказать — я им глотку оторву, а в том, почему вы не хотите их взять. Вы ведь тоже обязаны. — мы с Саней нужны на границах, а тебе все равно делать нечего. Клим цокнул языком и закатив глаза повернулся к детям, те стояли не двигаясь. — ну что ж, ладно. Если так нужно — то обучу, только своими методами... Девушки улыбнулись и пожелав удачи другу ушли, оставив парня наедине с мелкими. — удачи, не обижай детишек! — кинула сзади Сеня, а затем они полностью покинули двор. Шмидт смотрел на них с высока. Один из учеников смотрел черноволосому прямо в глаза, а этот мальчик смышлен. — окей мелкотня, меня вы уже знаете. Я ваш новый наставник, можете называть меня “товарищ Хаширо“, ну или Шмидт, и то и то будет верно. На моих тренировках прошу свой характер не показывать и следить за языком, отношения выяснять тоже не советую. Накосячит один — отвечать будут все. — он сделал небольшую паузу — а теперь давайте представьтесь: как вас зовут, сколько вам лет, ради чего вы здесь и так далее. — первым вызвался тот самый мальчик, — я Ханаби Шен, мне тринадцать и я здесь потому что хочу защищать людей от нечисти! — с интузиазмом воскликнул брюнет, — ой, да ну? Давай не пизди здесь! Родители небось заставили, поэтому торчишь, а так — ты бы в жизни не пошел в учения на экзорциста. Я угадал? — резко проговорил Клим и Ханаби замолчал, может частично экзорцист и прав, но он сам сюда пришел! Шен хотел было ответить что-то в ответ, но стоящая слева девочка остановила ему, мол, лучше молчи. Следующая была симпатичная девочка, она была русоволосой красавицей. Немного нервная и задерганная, но так наверно даже лучше. — я.. я... Ну, я Мира? Мне четырнадцать..- — да боже, что за мямли! Ты хотя бы слышишь что говоришь? Ц, четырнадцать ей, я думал что пять, не меньше! — язвительно бросил Клим, он не был доволен ни первым, ни второй. Мира вздрогнула услышав резкий голос наставника и отпустила голову вниз. Ханаби притянул подругу поближе, притягивая за плечо. — мы вообще-то дети! Это норм- — рот закрыл, говорю здесь я. — от нервов метки начали просвечиваться, но Шмидт это заметил и отвернулся к ним спиной. Последняя девочка была брюнеткой, с милым хвостиком и челкой “шторка“ — Жанна Кали, тринадцать лет. Моя цель такая же как и у Ханаби. — девочка пыталась выровнять свой голос и скрыть дрожь. Клим на этот раз сказать... Ничего не сказал. — вы свободны. Тренировку начнем в следующий раз, а сейчас все по домам! — кинул парень, пряча лицо за спиной...