Дикий

В их подвале чудовище. Джулс Блейк узнал о нём совершенно случайно. Он искал своего котёнка Шебy, и, после бесплодных поисков по всему дому, Джулс решил проверить подвал, которым никто никогда не пользовался. Надежда ничтожна, подвал очень холодный, тёмный и сырой, его не-очень-смышлёный котёнок умнее, и спустился туда, но, когда Джулс спустился вниз, он с удивлением обнаружил охранников у двери. Вооружённых охранников. Из-за двери доносились подозрительные звуки. Рычание? Кто-то только что вскрикнул? Глаза охранников были настороженными и встревоженными, их руки, близко к кобуре. Это более чем странно, учитывая, что дверь в подвал была массивной. Ничто не способно прорваться сквозь эту дверь. Почему же охранники так нервничают, тогда? - Что происходит? - спросил Джулс, делая шаг ближе. Охранники преградили ему путь. - Держись подальше от подвала, пацан, - сказал один из них. - Приказ твоего дяди. - Не пацан, - сказал Джулс, хмурясь - ему девятнадцать; он взрослый! Но, конечно, охранник не воспринял его серьёзно. - Брысь, - сказал он, и отвернуться, молчаливо отмахнувшись от него. Вот в чём дело: никто никогда не воспринимал Джулса серьёзно. К тому же, никто никогда не уделял ему много внимания. Он просто ничем не примечателен. Он не старший и сильный ребёнок: как его сводный брат Энтони. Он не младший или умнейший: семнадцатилетний Эрик. Он не красивый: это Лиам, со своими великолепными золотистыми волосами и золотисто-карими глазами. Он просто Джулс обычный, скучный Джулиан Блейк. Непримечательный ребёнок. Тот, на кого люди едва смотрят, прежде чем перевести взгляды на его братьев. Он не уродлив. Он просто… заурядный по сравнению с братьями. Ничего особенного. Его карие глаза и каштановые волосы не ужасны, только его кожа была хороша, но на этом всё. Он не тот тип омеги, который заставляет поворачивать головы, когда он шёл по улице. Это нормально. Джулс совершенно доволен тем, что он неприметный, даже если иногда чувствовал себя предметом мебели, когда Лиам в комнате. Это нормально. Это не вина Лиама, он ослепительный. Кроме того, почти все выглядели как мебель, когда Лиам рядом; Джулс не особенный в этом отношении. В любом случае. Он один из братьев Блейк, о котором люди всегда вспоминали в последнюю очередь. Джулс уверен, что охранник уже забыл, что только что видел его. Джулс нахмурился на широкую спину мужчины, и уставился на дверь подвала, его любопытство разбужено.  Очень хотелось узнать, что они охраняют. Всего один маленький взгляд. Уж точно в этом нет никакого вреда? Хорошо, возможно, в этом есть некоторый вред, если дядя узнает, его реакция будет некрасивой. Уэйн Блейк не снисходительный. Если дядя Уэйн хотел, чтобы они держались подальше от подвала, то, что он его племянник, не спасет Джулса от наказания. Если только он не будет пойман.

***

Потребовались дни тщательного наблюдения, прежде чем Джулс узнал, когда охранники меняют смены. Охранники всегда небрежные и легко отвлекаются, когда их смена приближалась к концу. Он также узнал, что подвал запирается снаружи и, к облегчению Джулса, благодаря типу замка, не будет заметно, когда дверь не заперта. После некоторых стратегических манёвров, которые могли или не могли включать в себя подкуп Лиама, чтобы тот помахал ресницами перед охранниками и попросил их о помощи, красивое лицо Лиама могло быть таким полезным иногда, Джулс прокрался в подвал, его сердце бешено билось от возбуждения, нервов и тревоги. Он ожидал, что подвал будет тёмным и жутким, с каким-нибудь опасным зверем, запертым в клетке или типа того. Но в подвале не было темно. Он полностью освещён. Фактически, он преобразован в… какую-то лабораторию? Джулс огляделся с хмурым видом, совершенно сбитый с толку. Его дядя бизнесмен, а не учёный. Медленно он продвинулся глубже в большую комнату, оглядываясь настороженно. Но нигде нет зверя. Он не понимал. Что же тогда производит такой шум? Неужели это не….. Что-то зарычало, и Джулс резко остановился, голова рванулась к звуку. Он уставился. Обнажённый мужчина, прикованный к металлическому столу. Таково было первое впечатление. Только ошибочным. Потому что это не мужчина. Это Ксеус-альфа. Ксеус-альфа в трансформированной форме. Смачивая свои сухие губы, Джулс движимый любопытств ом подошёл ближе. Он никогда не видел трансформировавшегося Ксеуса. Чёрт, ему никогда по-настоящему не позволяли приближаться близко к Ксеус-альфам, точка. Грязь, называл их дядя Уэйн. Мерзости. Омеги из хороших семей, как наша, держатся подальше от этих животных. У Джулса никогда не было причины сомневаться в словах дяди. Он никогда не разговаривал с Ксеусом за девятнадцать лет своей жизни, его дядя, несомненно, более осведомлён, чем он, на эту тему. Джулс никогда даже не покидал семейное поместье. Его мать была старомодной в этом отношении: неспаренным омегам не полагалось покидать родительский дом, пока их не представят высшему обществу. Джулса должны были представить в прошлом году, но потом его мать умерла и… Сглотнув, Джулс отогнал мысль. Сейчас не время для хандры. Он с любопытством изучал альфу. Ксеус … крупный. Чистые мускулы везде, мощное телосложение, с тёмная дорожка волос, ведущей вниз к….. Покраснев, Джулс отвёл глаза. Он чувствовал смесь смущения, возбуждения и болезненного любопытства. Он никогда не был так близко к обнажённому мужчине. Но является ли трансформированный Ксеус «мужчиной»? Большая часть выглядела как мужчина, но длинные, страшно выглядящие когти на кончиках пальцев Ксеуса, указывали на то, что ответ - «нет». Лицо альфы очень уродливо, его черты смутно мужские, но искажённые во что-то хищное и звериное. Тёмные, похожие на мех волосы на лице скрывали его черты. И эти глаза… эти светящиеся зелёные глаза, отслеживали каждое движение Джулса, и не казались полностью разумными, хотя они странно внимательные для простодушного зверя. Ксеус излучал силу и мужскую мощь, и Джулсу потребовалось некоторое время, чтобы осознать, что тот ранен. Повсюду на альфе были синяки и порезы, и на его левой руке была рана, длинная и рваная, всё ещё медленно кровоточащая. Выглядело так, как будто… как будто кто-то буквально содрал кожу с его бицепса. Никто даже не потрудился перевязать рану, вероятно, ожидая, что превосходное исцеление Ксеуса сделает свою работу. Тошнота поднялась к горлу Джулса. Его дядя ответственен за это? Зачем дяде Уэйну вообще держать Ксеуса здесь? Прикованным, очевидно, против его воли? Даже если дядя прав и Ксеусы-альфы больше животные, чем люди, даже животные не заслуживают, чтобы их калечили и ставили на них эксперименты и эта лаборатория явно использовалась для каких-то экспериментов над Ксеусом. Вокруг стола было много контейнеров с образцами крови. - Алло? - сказал Джулс, нерешительно. - Ты понимаешь меня? Альфа просто смотрел на него, его светящиеся глаза прищурены, ноздри раздуты. Джулс немного встревожен, если честно, и он отчасти рад, что цепи остановят Ксеуса от нападения на него. И тут же почувствовал себя ужасно за такую мысль. Никто не заслуживает обращения, подобного этому. Никто. Джулс сделал ещё один шаг ближе. - Ты не понимаешь меня, да? - Он вздохнул. Это так сбивало с толку. Ксеус луна не в своей полной фазе. Этот альфа не должен быть в таком состоянии. Насколько Джулс знает, Ксеусы-альфы не способны трансформироваться в свои звериные формы, когда их луна не полная. Некоторые могли использовать свои когти вне полнолуния, но не способны трансформировать свои лица - вот так. Это странно. Хмурясь, Джулс разглядывал альфу с любопытством. - Ну, ты явно не в состоянии сказать мне, почему ты такой. - Интересно, может ли Ксеус учуять, насколько он смущён и нервничает. Наверное. Джулс слышал, что чувства очень обострены по сравнению с не-Ксеус-альфами и омегами. Джулс улыбнулся с досадой, встретив взгляд Ксеуса. - Блядь, я действительно не в своей тарелке здесь, если честно. Я не ожидал, вообще не ожидал тебя. Я не уверен, что я должен делать теперь. - Просто уйти и притвориться, что он не видел в подвале … неправильным. Жестоко. Но что делать? Он не может прямо противостоять своему дяде. И не может сказать, чтобы тот отпустил Ксеуса. Одна мысль заставила Джулса съёживаться. Ему нравилось думать, что он не трус, но есть храбрость, а есть глупость. Дядя Уэйн не из тех, кто терпит вопросы. Строго говоря, он ещё не был хозяином дома, но с их родителями мёртвыми и старшим братом пропавшим, дядя Уэйн их законный опекун и де-факто альфа их семьи. И на данный момент они даже не уверены, жив ли Энтони. Он отсутствует так долго, что Джулс едва мог вспомнить лицо своего старшего брата. Ему было всего четыре, когда Энтони ушёл на войну. Ну, война закончилась несколько месяцев назад, но у них всё ещё нет новостей об Энтони. Если он не вернётся вскоре, он, вероятно, мёртв и дядя станет хозяином дома. Поместье Блейков передавалось по наследству альфам. Трое младших братьев Блейк омеги, и не могли унаследовать и оказались бы полностью на милости дяди, если Энтони объявят мёртвым. Рычание вырвало Джулса из его мыслей. Он вздрогнул, глядя на Ксеуса настороженно. Альфа оскалил зубы, его мышцы напряглись и натянули наручники. - Чёрт, остановись -Джулс поморщился, когда запястья альфы начали кровоточить. - Ты только причиняешь себе боль! - Он схватил его руку. Альфа застыл, его светящиеся зелёные глаза зафиксировавшись на Джулсе. Сердце колотилось, Джулс сглотнул. Несмотря на то, что Ксеус обездвижен, Джулс внезапно почувствовал себя добычей. Но не отпустил руку альфы, только смягчил своё прикосновение немного. - Ты причиняешь себе боль, - повторил он, тише. - Я сомневаюсь, что они сломаются, независимо от того, насколько ты силён. Слушай, я обещаю, что постараюсь помочь тебе. Ксеус мрачно смотрел на него, его тяжёлое дыхание было единственным звуком в комнате. Но он прекратил биться. Он понял? Джулс склонил голову набок. - Ты понимаешь меня? Зевс просто продолжал смотреть на него тем же интенсивным, не-совсем-рациональным взглядом. Его мышцы очень напряжены, несмотря на то что он неподвижен. Он никоим образом не расслаблен. Выглядел как животное, готовое атаковать в любой момент. Загнанное, раненое животное. Раненые животные опасны и непредсказуемы; это Джулс знает. Джулс огляделся, пока не нашёл бутылку кровоостанавливающего средства. Цокнув языком с отвращением, почему людям дяди не использовать его, если оно прямо здесь? Джулс схватил и направился обратно к альфе. Он замедлился, встречая враждебный взгляд. Он мягкосердечен, а не самоубийца. - Я не желаю тебе зла, - сказал он, сохраняя свой голос как можно менее угрожающим. - Ты позволишь мне обработать твои раны? Эта рана на твоей руке выглядит отвратительно. Ксеус не ответил, но язык тела не стал более враждебным. Ладно. Джулс приблизился. Альфа всё ещё наблюдал за Джулсом настороженно, но он даже не дрогнул, когда Джулс нанёс лекарство на рану на его руке. Джулс был доволен, когда кровоостанавливающее быстро сделало свою работу и рана, наконец, перестала кровоточить. - Вот так, - пробормотал Джулс, бросая взгляд на альфу. Ксеус всё ещё смотрел на него. Хорошо, это начало становиться немного жутковатым. Джулс смотрел в ответ. Эти светящиеся глаза странно завораживали: страшные, но приковывающие. Невероятно тяжело отвести взгляд, его чувства обострились и сконцентрировались только на этих глазах. Он чувствовал…. Его телефон завибрировал в кармане, и Джулс оторвал свой взгляд, чувствуя лёгкую дезориентацию. Верно. Его телефон. Сообщение от Лиама, предупреждающее, что у Джулса не так много времени, прежде чем охранники вернутся. - Мне нужно идти, - сказал Джулс, поднимая взгляд с телефона. - Мне нужно уйти, прежде чем меня поймают. Альфа зарычал. - Я вернусь, - сказал Джулс. - Я помогу тебе сбежать, обещаю. Ксеус не ответил, глядя на него с пугающей интенсивностью. Это заставляло желудок Джулса сжиматься, а сердце биться часто в груди без всякой чёртовой причины. Это страх, он чувствует? Не уверен. К тому времени, как он вернулся в свою комнату, его сердце всё ещё билось слишком быстро. Он чувствовал себя смущённым, взволнованным и очень потерянным. Его котёнок на кровати, вонзая когти в пуховое одеяло. Конечно же он здесь. - Это всё твоя вина, - сказал Джулс. Шеба мяукнула.