Just a Stupid Holiday

Февраль 2017

      Взяв пульт, Шейн включил телевизор, что висел на противоположной стене, когда его телефон запищал, сообщая о сообщении. Сначала он хотел проигнорировать его, не очень-то желая общаться с остальным миром, по крайней мере, до конца дня.       Он был у Ильи, и они только что закончили принимать душ после умопомрачительно горячего секса. Теперь Илья был на кухне, готовил им что-то, что подозрительно пахло сэндвичем с тунцом. Шейн же, напротив, был занят поиском чего-нибудь посмотреть.       Другими словами, Шейн Холландер жил свою лучшую жизнь, и он определённо не собирался разрушать иллюзию своего идеального мирка, и отвлекаться от парня в которого походу втрескался. Особенно из-за какого-то глупого уведомления. Он знал, как это бывает: он быстро проверит сообщение, потом другое, отвлечётся и забудет о своей первоначальной задаче. А потом придёт Илья начнёт его поддразнивать из-за этого. Снова.       Спасибо, но нет.       В конце концов, это могло быть простое уведомление о новостях или о погоде. Или что-то ещё менее важное.       Или это могла быть его мама.              Или батя.       Вообще, если задуматься, он давно им не писал и не звонил, так что они, вероятно, гадали, где он. Чёрт, они же ему позвонят, если он не ответит, да? Лучше написать им, прежде чем они позвонят в самый неподходящий момент.       Не обращая больше внимания на экран, Шейн разблокировал телефон и прочитал сообщение, слегка фыркнув.       Это был Хейден.       Ну, Илья однажды сказал, что он немного драматичен; возможно, в этом и была доля правды.       По-видимому, у Хейдена был свой собственный кризис, судя по количеству сообщений, которые он получил после того, как первое было отмечено как «прочитано».       — Выбрал, что посмотреть? — внезапно спросил Илья, напугав парня, и ставя тарелки с едой на журнальный столик перед ними.       — Пока нет, — пробормотал Шейн, уставившись на тарелки. Два отлично приготовленных сэндвича с тунцом. Он был прав. Подняв глаза, он заметил, что Илья уже наблюдает за ним, ожидая продолжения. — Хейден написал, попросил меня помочь выбрать подарок для его жены, — пояснил он, указывая на телефон.       — У неё день рождения? — спросил Илья, падая на диван рядом с парнем.       Покачав головой, Шейн потянулся за имбирным элем, который Илья принёс с едой. Охлаждённый, как он любил.       — Нет-нет, не день рождения, — сказал он, и продолжил, заметив растерянный взгляд Ильи. — Скоро День святого Валентина, поэтому он начал готовиться.       — Зачем?       Этот вопрос заставил Шейна тормознуть.       — Что значит «зачем»? — спросил парень, полностью сбитый с толку, и выпрямился на своём месте. — Потому что это мило? — продолжил он, словно желая что-то доказать, но в итоге прозвучал более неуверенно. — Что? Ты никогда не праздновал День святого Валентина? — Шейн спросил в конце, когда Илья закатил глаза.       — Нет, — Илья просто покачал головой. — Это просто глупый праздник, — добавил он, пожав плечами. — И у меня никогда не было кого-то, с кем можно было бы его отметить, — признался он тише, почесывая нос.       Он выглядел таким спокойным и невозмутимым говоря это, а затем взял пульт и начал переключать каналы, в поисках чего-то приличного для просмотра. Почувствовав, что разговор окончен, Шейн вернулся к переписке с Хейденом, но его не покидало ощущение, что он упускает что-то важное.       Помогая Хейдену выбирать серьги, Шейн невольно взглянул на Илью. Неужели его слова действительно правда и он никогда не отмечал этот день даже со Светланой? Шейн знал, что они были близки. Илья сам сказал, что раньше они иногда спали вместе, но насколько близки они были?       Одна мысль потянула вторую, и его размышления привели его к вопросу о том, как бы он отпраздновал этот день с Ильей. Если бы они были вместе, конечно. Пошли бы они куда-нибудь? Было бы неловко? Принесли бы друг другу цветы?       Ещё раз бросив взгляд на Илью, Шейн сжал губы в тонкую линию.       Эти вопросы навсегда останутся без ответа.       Закончив помогать Хейдену, Шейн потянулся и взял свою тарелку с сэндвичем с тунцом, когда Илья спросил:       — А ты отмечал День святого Валентина?       Застыв с едой на полпути ко рту, Шейн покачал головой.       — Нет, никогда, — признался он, наконец откусив кусочек и застонав от вкуса. Боже, никто не готовит сэндвич с тунцом так хорошо, как Розанов.       — О-кей, — кивнул Илья, не отрывая глаз от экрана телевизора, но Шейн заметил, что уголок его рта слегка приподнялся. Он явно был доволен тем, что Шейну понравилась приготовленная им еда. — В любом случае, это просто глупый праздник, — добавил он небрежно.       Пережевывая еду, Шейн согласно промычал, не желая выставлять себя идиотом перед парнем.       — Да уж, просто глупый праздник, — пробормотал он, игнорируя боль в груди.       Глупый праздник, который он бы хотел отметить с ним.

***

      В День святого Валентина Шейн Холландер изо всех сил старался отвлечься от того факта, что Илья сегодня ему не написал.       Ни разу.       Конечно, Шейн не был настолько наивен; он не ожидал, что Илья поздравит его, или, не дай бог, позвонит ему по FaceTime чтобы поболтать. Учитывая, что они не виделись больше двух недель. Но сегодня они даже не переписывались, и это было необычно.       За последние несколько месяцев их переписка эволюционировала с одного сообщения в месяц до нескольких сообщений в день. И иногда даже случались телефонные звонки. Шейн довольно быстро привык к этим изменениям, и теперь, ну, теперь он скучал по своему русскому придурку.       Ну, не своему, но в глубине души он позволял себе эту слабость.       Сегодня он уже отправил Илье два сообщения, но оба остались непросмотренными и, очевидно, без ответа. По какой-то неизвестной причине сегодня это раздражало Шейна больше, чем в любой другой день.       Он, честное слово, пытался отвлечься. Смотрел фильм, ходил в спортзал, готовил ужин… Но это не помогло, потому что все его мысли сегодня были сосредоточены на одном конкретном парне.       На парне, который его игнорировал.       Расположившись поудобнее в кресле у себя дома, Шейн в двадцатый раз перечитал в книге одно и то же предложение, но всё равно не мог понять ни слова. Он просто не мог сосредоточиться на тексте, ведь все его мысли были заняты Ильей. Шейн, уже спрятал телефон, чтобы избежать соблазна написать ему ещё, и теперь поднёс книгу ближе к лицу, словно это должно было помочь ему сосредоточиться.       Он знал, что не стоило питать иллюзий. Особенно после того, как сегодня он чуть не упал с лестницы, когда подумал, что Илья ответил ему. Сообщение было от его мамы, которая спрашивала, как у него дела, но Шейн был слишком расстроен, чтобы ответить сразу.       Он напишет ей позже, но сначала он покончит наконец с это глупой главой.       Не прошло и пяти минут, как он запрокинул голову застонав, и закрыл книгу. Проиграв битву с самим собой и игнорируя голос своего достоинства, Шейн взял телефон, чтобы позвонить Илье, когда в дверь постучали.              Вскочив на ноги, Шейн быстро убрал телефон, словно его застали за просмотром порно. Это было смешно. Был ли это знак свыше, что ему не нужно снова писать Илье? Сделав успокаивающий вдох, Шейн оглядел себя, проведя рукой по своей одежде, чтобы привести её в порядок.       Задумавшись о том, кто мог прийти к нему в гости в это время, Шейн открыл дверь и замер.       Потому что перед ним стоял Илья Розанов.       Илья Розанов, который должен был бы сейчас быть на другом конце страны, стоял перед ним с ехидной ухмылкой, в красивой рубашке и с огромным букетом бордовых роз.       Неудивительно, что Шейн потерял способность думать.       — Сюрприз! — сказал Илья вместо приветствия, улыбаясь во весь рот, но мозг Шейна всё ещё отказывался это воспринять.       Нет, не может быть, чтобы Илья был здесь, просто не может быть, чтобы он стоял на крыльце с цветами. Ради бога, в его руках были красные розы! Шейн обожал красные розы; они были такими простыми, но элегантными. Он всегда был очарован ими.       Но не так очарован, как парнем перед ним.       Это было нелепо, даже невероятно.       Он, должно быть, спал, и это был сон. Книга была такой скучной, неудивительно, что он не заметил, как заснул в довольно удобном кресле. Это было единственное логичное объяснение.       И всё же это было реально. Илья действительно был здесь.       — Я тебя сломал? — дразняще спросил Илья, явно довольный состоянием Шейна.       Медленно кивнув, Шейн отошёл, чтобы впустить Илью, едва оправившись от первоначального шока.       — Когда ты прилетел? — недоверчиво спросил он.       — Несколько часов назад, — пожал плечами Илья и повернулся к парню, когда они вошли в гостиную. — Но это не то, что ты хочешь знать, не так ли?       Покачав головой, Шейн подошёл ближе.       — Зачем ты прилетел? — тихо спросил он, не отрывая взгляда от лица парня, улавливая каждую новую эмоцию, отражающуюся на его красивом лице.       — Сегодня День святого Валентина, — пожал он плечами, переводя взгляд на цветы в руках. — Я хотел тебя увидеть.       Шейн проследил за его взглядом.       — Это для меня? — спросил он, указывая на цветы.       Если бы Шейн не знал его лучше, он бы сказал, что Илья покраснел, кивнув. Но это было невозможно, Илья Розанов никогда не краснеет.       — Для тебя, Холландер, — подтвердил парень, протягивая цветы Шейну. — С Днём святого Валентина, или что там говорят, — он снова пожал плечами, пряча руки в карманы брюк.       Шейн не мог сдержать улыбку.       — Я думал, это глупый праздник? — поддразнил он, поднося цветы ближе к лицу и вдыхая их сладкий аромат.       — Не глупый, если быть рядом с тобой, — тихо признал Илья, не глядя парню в глаза.       Шейну показалось, что комната закружилась, и ему понадобилась секунда, чтобы успокоить бешено бьющееся сердце. Боже, это было, пожалуй, самое милое, что кто-либо когда-либо говорил ему или делал для него, а Илья даже не догадывался об этом.       Это было слишком. Его сердце было переполнено обожанием к парню перед ним.       — Спасибо, они прекрасны, — прошептал он, глядя Илье в глаза.       — Я рад, что… — предложение было прервано Шейном Холландером, который грубо перебил его, прижавшись губами к его губам и целуя его так, словно тот был последним источником кислорода на Земле.       Завтра Шейн подумает, что вообще значат эти цветы. Он проанализирует каждую секунду их взаимодействия, вероятно, почувствует себя неловко из-за своей бурной реакции. Но это будет завтра.       Сейчас всё, чего он хотел, — это показать Илье, как он счастлив, что парень здесь. Он хотел выразить всю свою любовь к парню в этом поцелуе, позволив ему почувствовать всю эту пылающую страсть через их поцелуй. И не только поцелуй.       Осторожно отложив цветы в сторону, Шейн буквально набросился на парня, доверяя Илье, что тот его подхватит, и атаковал его губы в ещё более жадном поцелуе, разжигая искру страсти и изливая всю свою любовь.       Увлекшись поцелуем, Шейн пропустил момент, когда они вошли в его спальню. Только когда он приземлился на кровать, а Илья склонился над ним, он понял, где находится. Медленно Илья спустился поцелуями ниже, оставляя первые отметины на бледной шее парня. Шейн выгнул спину, когда Илья укусил особенно сильно, оставив новую отметину на чувствительной коже между плечом и шеей Шейна.       Бордово-красную. Прямо как розы, что он подарил ему.       Вслепую Шейн принялся расстегивать пуговицы на рубашке Ильи, когда почувствовал, как телефон завибрировал в заднем кармане брюк.       Застонав, он услышал, как Илья усмехнулся и отстранился, позволив Шейну взять телефон. Шейн, едва сдерживая желание отклонить звонок, посмотрел на определитель номера, отчего Илья рассмеялся ещё громче.       Это была его мама.       Ему действительно следовало ответить ей тогда.