Уроки математики

Саске лежал в кровати, разглядывая что-то на белом невзрачном потолке. Мама еще несколько минут назад, а может и больше, попросила сходить за продуктами, однако тот все продолжал валяться, не желая подниматься. Мозг настырно прокручивал злосчастный день, возвращаясь к одному и тому же моменту. Голубые глаза. Эти чертовы голубые глаза, которые смотрели на его черные с таким интересом, что становилось не по себе. Устало вздохнув, парень зажмурился, стараясь выкинуть все из головы. Он метался с одного бока на другой, пытался думать о чем-то другом. Не помогало. Не выдержал и резко поднялся. В магазин все равно придется сходить, а там, может, и голова проветрится. И ветер сдует образ этого наглого, бесцеремонно ворвавшегося в его душу, взгляда. Ветер хлыстнул по лицу, возвращая в реальность. Улицы пустели, отставляя лишь детей и подростков, не боявшихся какого-то там холода. Наверное, стоило быстро доехать на машине, но он уперто шел дальше, с мыслью, что лучше освежиться. В темноте было комфортно бродить, несмотря на расставленные повсюду фонари. Всяко лучше, чем днем, когда свет чуть ли не ослеплял глаза. Однако, когда Учиха добрался до магазина, свет знакомых блондинистых волос все же ослепил. Он сначала даже подумал, что это галлюцинация. Окончательно сошел с ума и бредит. Иначе почему Наруто сейчас то ли полулежит, то ли сидит, примостившись к стене здания, и смотрит куда-то в пустоту? Приблизившись, Саске хмурится. — Узумаки, кто тебя так разукрасил? Наруто поднял голову, пытаясь сфокусировать взгляд на черном пятне, склонившимся над ним. Кровь застилала какой-то глаз, а голова от смены положения запульсировала с такой силой, что пришлось крепко стиснуть зубы, отвлекаясь от одной боли на другую. — Их трое было, — все же решил ответить парень, — что ты тут делаешь? Учиха раздражённо вздохнул. Бежал от этих голубых глаз, но и тут столкнулся с ними. — Знал бы, что ты тут будешь, остался бы дома Узумаки вяло усмехнулся, вновь откидываясь на прохладную стенку и закрывая глаза. Стало лучше. Голос разрезал тишину, и парень вздрогнул. Ему казалось, что Саске уже давно ушел. — Почему тут сидишь? — Домой не хочу — Пошли ко мне, — спокойно бросил Учиха, будто звал старого друга на ночевку. Вот только перед ним явно не его друг. Наруто распахнул глаза, пытаясь снова вглядеться в бледное лицо получше. Может, послышалось? — С чего такая щедрость? — нашел в себе силы съязвить. Саске закатил глаза, видя это подозрительное лицо, и схватил за запястье, заставляя подняться. Нашел в себе силы промолчать. — Нет, правда, ты точно Саске? — не унимался Узумаки, думая, что терять нечего. Точнее сказать, что он вообще не думал. — Замолкни, — прошипел Учиха, теряя самообладание. Хватка на запястье усилилась. — А то что? — пилил взглядом парень, цепко ухватившись за плечо, потому что стоять было трудновато. Гляделки длились недолго. Саске прикрыл глаза, сжимая челюсть. Наруто действительно было некуда идти. Домой, чтобы выслушивать причитания мамы, заставляя ее только больше переживать — так себе затея. Тревожить друзей не хотелось. Шикамару наверняка сейчас отлично проводит время с Темари, а Киба, как оказалось, не у себя. На самом деле, он особо и не задумывался, куда пойдет. Просто сидел и пытался прийти в себя. Перспектива идти к Учихе не вдохновляла, однако это последнее, о чем думал парень. Сейчас он концентрировался на чужом плече и выискивал ответы в хмуром лице. Получалось плохо. «Что же у тебя на уме, Саске?» — Сам идти можешь? — только и выдавил из себя Учиха, сталкиваясь с чужим взглядом. На чем держалось его терпение, было непонятно. — Да, — запоздало ответил Наруто, так и не увидя какой-то нужной ему реакции, переступая с ноги на ногу. Вроде, не болело. Парни неспеша, из-за одного побитого, зашли внутрь, так как Саске нужно было купить продукты, и только потом до него дошло, что родители дома. Придется выкручиваться. Не заявится же он просто так, мол, моего одноклассника побили, пусть поспит у нас. Микото скорее потребует позвонить его родителям, а это явно не то, чего хотел Узумаки, иначе бы уже пошел домой, вместо того, чтобы мёрзнуть на улице. Кажется, у того вообще отмерзли все мозги или язык, потому что молчал слишком долго. Не в его стиле. Женщина на кассе лишь осуждающе осмотрела двух подростков, и буркнула что-то про бестолковую молодежь, однако ни полуживого Наруто, ни отстраненного Саске это вообще не волновало. — Почему ты помогаешь? — все же решил задать волнующий вопрос юноша, продержавшись только минут десять в тишине. «И вправду, почему?» Учиха зло покосился на одноклассника, словно тот сказал что-то оскорбительное. Вот бы он сам знал ответ на этот вопрос. — Тебя тут оставить? Оба замолчали, раздумывая над одним и тем же. И если Учиха буквально терзал себя изнутри, пытаясь докопаться до нужного ему ответа, то Узумаки лишь вяло размышлял, полностью вымотанный сегодняшним днем. Подойдя к дому, Саске остановился, сканируя непроницаемым взглядом то дверь, то стоящего рядом парня, думая, как его бесшумно провести до комнаты. Забраться на второй этаж было нереально, учитывая, что никакого дерева или лестницы возле его окна не наблюдалось. Поджав губы, он подумал, что с Узумаки одни проблемы. — Телефон с собой? — Да, — вопросительно ответил Наруто, тут же доставая его из кармана темных спортивок. — Стой здесь, я напишу, и ты тихо поднимешься, — медленно проговорил Учиха, чтобы его точно поняли, и тут же скрылся за дверью, не давая высказаться. Узумаки что-то пробурчал себе под нос, и принялся топтаться на одном месте, не зная, чем себя занять. В голове уже не единой мысли, только ощущение, как горит спина и болит в районе солнечного сплетения. Осознание того, что у одноклассника дома родители дошло до парня, только когда Саске написал краткое «Заходи». Он колебался, пялясь на дверную ручку — ведь не поздно сбежать отсюда. Уйти. Наруто на мгновение показалось, что, зайдя туда, он совершит ошибку. Но это мгновение было таким еле заметным, что никто и не обратил внимания. И Наруто все же приоткрыл дверь, попутно оглядываясь. Было настолько темно и тихо, словно сейчас он единственный, кто находился в доме. Стараясь как можно быстро и при этом осторожно подняться, Узумаки тысячу раз проклял тех троих придурков. Потому что теперь, вместо того, чтобы сидеть в своей комнате за просмотром аниме, поедая горячий рамен, он несчастный и побитый идет ночевать к однокласснику, с которым, вроде как, они друг друга ненавидят. «В какой момент все пошло по одному месту?» Добравшись до нужной комнаты, Наруто открывает дверь, пытаясь выискать темную фигуру в такой же темной комнате, которую слабо освещал только светильник, стоящий на столе. — Ты вампир чтоли? — все также тихо спросил юноша, оставшись стоять возле двери. Желания двигаться дальше не возникало. Саске, наконец обративший внимание на своего гостя, цокнул, но свет все же включил. Взгляд медленно прошёлся по Узумаки: теперь уже отчетливо видно следы побоев на лице, засохшую кровь возле носа и брови, чёрное худи в пыли, и голубые глаза, щурившиеся от обилия яркого света. Тяжело вздохнув, Учиха направился к шкафу. — Снимай с себя все — А? — немигающе уставился на Саске Наруто, не особо понимая, что от него требуют. Парень закатил глаза, — Идиот, ты весь грязный, и у тебя наверняка синяки не только на лице. Обработаешь сам Пока один продолжил копошиться в недрах темного шкафа, второй нерешительно стягивал с себя верх, и не зная, куда положить, просто позволил одежде упасть на пол. Все это казалось каким-то странным и максимально неловким. Однако уходить уже не было смысла, да и других вариантов не появилось. А еще стоило написать маме, что сегодня он неожиданно решил уйти к другу на ночевку. Наверное, все же лучше остаться здесь, с молчаливым Учихой, которому, видимо, вообще наплевать, что именно произошло, чем долго и в мельчайших подробностях объясняться с матерью, с кем он в очередной раз подрался. А говорить ей о том, что на нем все быстро проходит, бесполезно — все равно будет каждый день спрашивать, как он себя чувствует и что себя обязательно нужно беречь. Надоедает. Наруто мялся, прежде чем снять штаны, но, когда Саске уже к нему шел с аптечкой в руках, предпочел не смотреть на него, а заняться делом и избавиться от остатков одежды. Кожу обдало прохладой, а некоторые участки тела все ещё продолжали гореть после ударов — такой контраст изрядно дурманил. Саске безэмоционально осмотрел тело и двинулся ближе, отчего Узумаки хотелось сжаться или испариться, однако он смирно стоял натянутый, как струна. Он не понимал, как себя надо вести: с Учихой всегда можно было подраться в любой день и час, плеваться едкими словами, желая посильнее задеть, выслушивать его нудятину про математику. А сейчас-то что делать? — Выдохни, — то ли насмешливо, то ли серьезно произнес парень, всучивая в руки небольшой контейнер. Он и сам не особо понимал, что происходит, но увидев явно смущенного и напряженного одноклассника, стало гораздо легче. Собрав одежду с пола, Саске куда-то уходит, оставляя Наруто наедине. Наконец-то, выдох. Оставаться при свете полуголым не входило в желания Узумаки, поэтому, выключив свет, он направился к столу, так как теперь увидеть и нормально обработать раны можно только там. Смоченная вата проходилась по лицу и сбитым костяшкам рук, по ссадинам на ребрах. Отрыв мазь для синяков, Наруто хмыкнул — далеко не у каждого парня можно найти в аптечке такое, а Учиха вообще не выглядел, как человек, который участвовал в каких-то серьезных драках. Развить мысль дальше не получилось из-за боли, резко стрельнувшей в голову, поэтому он просто продолжил заниматься делом. Увлеченно стирая запекшуюся кровь, юноша не услышал тихую поступь. На стол приземлилась упаковка сливочного масла, и только теперь Узумаки остановился бездумно тереть коленку, которая уже давно была чистой, поднимая взгляд на одноклассника. — У тебя завтра нос опухнет, приложи, — Саске оперся на стол поясницей, и скрестив руки на груди, смотрел куда-то вдаль. Словно чуял, как неловко было Наруто. Либо было наплевать, на то, что в его комнате сидел помятый одноклассник. Не разберёшь. Холод приятно коснулся носа. Узумаки прикрыл глаза, полностью отдаваясь этому ощущению. А Саске все думал, почему же решил помочь, и старался отмахиваться от этих мыслей, потому что раздражали. — Знаешь, это вообще из-за тебя все, — прошептал Наруто, боясь, что родители могут услышать незваного гостя. — Что? — Учиха недоуменно повернул голову в сторону парня, чтобы проверить, не тронулся ли тот умом окончательно. — Я домашку твою не мог решить, пошел к Шикамару, на обратном пути в магазин захотел зайти, а там к Сакуре три придурка лезут — Это ты придурок, — раздраженно выплюнул Саске, не понимая, что за бред он сейчас услышал, — Зачем ты пошел к Шикамару? Узумаки нахмурился, улавливая едкие нотки в голосе, — Я же сказал, твою домашку разобрать — А я тебе на что? Наруто поднял глаза, встречаясь с цепким взглядом. Помолчал. — Чтобы ты снова плевался, какой я бездарный? Сам справлюсь, — он потянул руку к волосам, взъерошивая те, — точнее, хотел справиться — Какой ты идиот, Узумаки, — он сжал край стола посильнее, а внутри уже плескалась злость. На себя? — А ты подозрительно добрый Учиха поджал губы, отворачиваясь к стенке. Разговаривать больше не хотелось. До слуха спустя время донеслось тихое: — Спасибо Наруто откинулся на спинку стула, но тут же громко шикнул, ощущая, как горит спина. До туда дотянуться не получилось, да и где именно болело посмотреть он не мог. Саске вздохнул, и оторвавшись от стола, выхватил тюбик мази из рук вместе с ватой. — Вставай, — голос Учихи прозвучал низко, отчего Наруто вздрогнул. Он поднялся медленно, как будто каждое движение отдавало эхом в тишине комнаты. Стул чуть заскрипел, но звук показался слишком громким. Узумаки отошёл на пару шагов дальше, чувствуя себя неуютно. Он повернулся к двери, но больше не успел сделать и шага — Саске уже оказался позади. Шустрый. Тепло чужого тела, оказавшегося так неожиданно близко, и одновременно холодный ток пробежал по позвоночнику. Казалось, воздух между ними стал плотным, вязким, от него хотелось либо отстраниться, либо сделать шаг еще ближе. Молчание затянулось, и никто его не смел нарушать. Наруто слышал только собственное дыхание, слишком частое и нервное. Он почувствовал, как по коже разливается странное ощущение, будто невидимые пальцы едва касаются спины. И когда к этим воображаемым прикосновениям добавились настоящие — он не смог сдержать тихого вздоха. Саске вел ладонью уверенно, будто изучая, запоминая рельеф мышц и тёплую податливую кожу. Мазь растекалась огнем, а пальцы — прохладой, или наоборот, уже не разобрать. Они скользнули ниже лопатки, задержались на синяке, чуть сильнее надавили на пояснице. От этих прикосновений по телу пробежала дрожь, и Наруто едва не дернулся, но стоял, словно прикованный. Саске тоже затаил дыхание, будто малейший звук все бы испортил. В какой-то момент ему показалось, что тепло чужой кожи прожигает ладонь, что он оставит на ней след. Нужно было отстраниться, закончить быстрее, но почему-то он не мог. И только резкий, слишком громкий для этой комнаты вдох вывел обоих из странного наваждения. Саске отдернул руку почти что грубо, будто действительно обжегся, и молча направился к шкафу. Он не повернул головы, не взглянул ни на секунду, хотя чувствовал на себе затуманенный взгляд. Наруто стоял, напрочь забыв, как дышать. Его спина все еще горела, будто пальцы Учихи оставили там след, который уже никогда не смоешь. — А где я буду спать? — немного прокашлялся и почесал затылок парень, оглядываясь по сторонам, словно видел комнату в первый раз. Саске, повернувшись к источнику звука, впихнул в руки что-то мягкое и черное, а сам пошел к кровати. — Я не гостеприимный, так что спишь на полу, — отозвался Саске, открывая нижний ящик, чтобы достать одеяла и подушки. Наруто, сначала повертев в руках одежду, принялся быстро надевать на себя, и теперь ему стало еще хуже. Сначала Учиха помог, доведя до своего дома, потом любезно привел в порядок, а теперь дает свою одежду. А ведь они даже не старые друзья. Кто они вообще друг другу? — О, я знал что ты жестокий придурок, — насмешливо протянул Узумаки, драматично скорчившись. Кто они друг для друга, он подумает когда-нибудь потом, — мое побитое тело не выдержит спать на полу — Будешь храпеть – задушу, полезешь в кровать – побью, — злорадно перечислял Саске, сгибая по одному пальцу на руке, — а, и если будешь громко дышать — убью — Мне кажется, ты много на себя берешь, — фыркнул Наруто, устраиваясь на расстеленом толстом одеяле. А так даже удобно. Обычно, если на ночевке уже не оставалось места и одеял, приходилось спать на тонкой простыне, а потом мучаться от болей по всему телу. — Не боишься, что нападу первым? — Предвкушаю, — Учиха подошел к столу, отключая единственный источник света. — Мы, что, уже спать? По внутреннем подсчётам Наруто, сейчас было около одиннадцати часов, может, двенадцать. Конечно, драка изрядно вымотала, но засыпать так рано непривычно. — Есть какие-то другие идеи? Узумаки хмыкнул, не найдя ответа, и попытался в темноте разглядеть силуэт парня. Свет луны упрощал задачу. Закинув руки за голову, он наблюдал, как Саске бесшумно приближается к кровати и ложится, укрывшись темным пледом. Каждый погрузился в свои мысли. Саске напряжённо размышлял о своем поступке — правильно ли он поступил? Почему он так поступил? Почему вечно раздражающий одноклассник сейчас лежит у него на полу и не вызывает привычной злости? В голову нещадно лезли только недавние касания к загорелой коже. Неужели человек может быть настолько горячим? Учиха нервно отвернулся к стенке, слушая чужие копошения снизу.

***

Наруто лежал неизвестно сколько времени на полу, пытаясь найти удобное положение и наконец заснуть. Он уже считал овец, вспоминал, как праздновал с друзьями свой День Рождения, или, как летом постоянно играл в футбол, наслаждаясь палящим солнцем и мягкой свежей травой на поле. В комнате стало еще тише, чем обычно; слышно только дыхание: свое и человека, который, очевидно, уже спал. Приятная прохлада касалась плеч и лица. Всё казалось странным: чужая комната, чужой запах — резкий, немного древесный. Конечно, за свои семнадцать лет Узумаки успел переночевать где только возможно. У самых разных друзей, у знакомых своих друзей, которых он едва знал. Но именно здесь было максимально непривычно. Он почти провалился в сон, когда вспоминал, где же еще ночевал, как вдруг услышал непонятный звук: глухой и такой сдавленный, будто из-под воды. Наруто медленно открыл глаза, пытаясь понять, что происходит. Сбоку что-то зашевелилось. Саске дернулся, сжимая простыню. Он тихо застонал, а лицо напряглось, как будто что-то душило изнутри. Воздух казался раскаленным до предела. Нужно проснуться, открыть окно. Не получается. — Эй, — Наруто растерянно приподнялся, вглядываясь в лежащее тело, — Саске? Тот не проснулся. Глаза под веками двигались слишком быстро, пальцы судорожно сжимали уже изрядно помятую ткань. Слово сорвалось с губ ломким голосом, с хрипотцой: — Нет И что-то в этом «нет» ударило прямо в грудь, пронзило до мурашек. Не насмешливый, не самоуверенный до ужаса, а уязвимый голос. Узумаки мог поклясться, что никогда не слышал такого Саске. Наруто тихо пододвинулся ближе к кровати, боясь сделать что-то не так, но все таки осторожно коснулся взмокшего плеча. Почти невесомо. — Эй… Проснись, слышишь? Но Учиха только сильнее напрягся, дернулся, как от удара. Парень отчаянно пытался понять, что лучше сделать. Видеть одноклассника в таком состоянии отзывалось непривычной болью или сочувствием. Наруто вспомнил, как в далеком детстве, когда ему снились кошмары, к нему приходила мама и успокаивала. Он прикрыл глаза. Набрал воздуха в лёгкие, как перед прыжком в воду. В неизвестную глубину. Надеясь, что это поможет, Наруто присел на край кровати и опасливо коснулся волос, принимаясь их неторопливо гладить. Вторая рука легла на бледную щеку. — Саске, все хорошо… Ты здесь,— голос шептал мягче, чем обычно. Он вообще никогда в жизни так не разговаривал, как здесь и сейчас, — Я рядом, понял? Глаза Учихи распахнулись резко, как у хищника, и Наруто на секунду почувствовал, как в них блеснуло что-то темное, больное. Но мгновение — и парень судорожно выдохнул, завертел головой, будто не понимал, где находится. — Ты, — с трудом вырвалось у Учихи. Губы пересохли. Он тяжело дышал. — Чёрт Наруто непроизвольно пододвинулся ближе, убирая руку с лица. Ладонь на волосах почему-то все еще лежала. — Часто у тебя такое? — тихо, чтобы не спугнуть. Ответа не последовало. Было слышно только шумное дыхание, постепенно приходившее в норму. Саске отвел взгляд, принимая горизонтальное положение и проводя рукой по лицу. — Забудь, — резко ответил Учиха. — Нет, — вдруг сказал Наруто, сам удивляясь своему стальному тону. Слышать возражения он сейчас не намерен, — я не уйду, пока ты не успокоишься Увиденное пару минут назад, всколыхнуло в Узумаки что-то внутри. Хотелось действительно помочь. Как ему тогда, в детстве. Ведь кошмары бывают очень болезненными. Тишина. Только стук часов на столе изредка возвращал в реальность. Саске замер, после чего тяжело выдохнул, словно сдался. Лег спиной к стене, чтобы не упускать парня из вида. Хмурился. Лицо буквально источало напряжение, однако Саске не начинал спорить с Узумаки. «Неужели, действительно сдался?» Он закрыл глаза, не желая что-либо отвечать своему внутреннему голосу, который уже хотел истерзать и без того потрепанное после кошмара сознание. Наруто аккуратно, как в бреду, опустился рядом, не касаясь плечом, но так близко, что чувствовал чужое тепло. Лицом к лицу. Они молчали. Минуты тянулись вязко. В груди у Наруто гулко било, однако не от страха, а от чего-то другого. Он чувствовал, что Учиха не спал, однако и глаза упрямо не открывал. Он вдруг заметил, как дрожат его пальцы. Не думая, Узумаки накрыл их своей ладонью. Затем с опаской глянул в глаза напротив, видя, что Учиха замер, пронзая черными глазами. Вглядывался в голубые то ли с укором, то ли с вопросом. Сердце стучало в ушах от пережитого там, во сне. Происходящее одновременно успокаивало и добивало. — Наруто Юноша сглотнул, чуя напряжение в голосе, но руку держал в своей, поглаживая большим пальцем. — Не думай ни о чем, ладно? — он старался звучать успокаивающе, но срывался в какую-то тревогу, — Я здесь и не уйду И Саске ничего не ответил. Только сжал пальцы в ответ: так крепко, до боли. И почему-то в этой боли было легче дышать обоим. Оба заснули, как в бреду. Уже никто не понимал, где была реальность, а где — сон.

***

Будильник заставил раскрыть глаза и поскорее избавиться от лишнего шума. Однако быстро не вышло — чья-то тяжелая рука сдавливала грудную клетку. Саске медленно повернул голову в сторону, замечая перед собой умиротворенное лицо Узумаки. Голову тут же прошибло воспоминание. Нервно стряхивая с себя конечность, Учиха подорвался с кровати, отключая звук телефона. Он замер. Что же он наделал? Саске всем телом чувствовал, как его окатывает злостью: к себе, к Узумаки. Парень смотрел в окно, пытаясь о чем-то подумать, но ощущал только свои сжимающиеся кулаки, и чертовы воспоминания, иглами вонзающиеся прямо в сердце. Узумаки тем временем проснулся и теперь наблюдал за стоящей фигурой у окна, не зная, что стоит сказать или, может быть, сделать. Кажется, сделал достаточно. Тихо поднявшись с постели, юноша подошел чуть ближе, но увидеть бледное лицо не решался. — Саске Голос сзади, как показалось, прозвучал жалобно. Стало еще противнее. Учиха не поворачивался, лихорадочно кусая губы. Срываться сейчас не хотелось. Он достаточно показал свои слабости. — Саске, все хорошо? Не выдержав, он резко развернулся. Узумаки увидел лишь лицо, которое теперь выглядело еще бледнее, чем обычно — это была вновь надетая непробиваемая маска из напускной черствости и холода. — Забудь все, что было ночью, — донеслось отрешенным, ровным голосом. Почти не дрогнул. Наруто тихо вздохнул, не зная, куда себя деть. Если вчера он чувствовал себя некомфортно, то сейчас осознал, насколько ошибался. Учиха давил своим видом, своими словами. — Хорошо, я забуду Ложь. Он понимал, что никогда этого не забудет. Саске понимал это тоже. А как можно такое просто выкинуть из головы? — Но сейчас с тобой все нормально? Учиха, взбесившись, в мгновение подошел вплотную, хватаясь за ворот футболки. «Почему ты лезешь? Почему ты все еще здесь?» — Это не твое дело, Узумаки, — ядовито прошипел Саске, глядя своими черными глазами так, будто пытался сжечь. Ведь пепел ничего никому не расскажет о произошедшей этой ночью. Наруто мысленно усмехнулся, услышав привычное шипение. Плечи опустились, а взгляд сместился в сторону. «Интересно, Учиха чувствовал тоже самое, когда помогал, а в ответ не слышал благодарности?» Паршиво. Но ожидаемо. Узумаки повторил движение, хватаясь за чужой воротник и глядя в упор. Немой диалог, в котором один хотел сказать слишком много, а второй хотел услышать. Понять. Саске, заметив слишком спокойного одноклассника, отпрянул. Выдохнул и отошел к столу. — Твоя одежда еще сушится, возьмешь мою. И выметайся

***

Нара, сидя за партой один, так как Чоджи сегодня не собирался появляться в школе, наблюдал занимательную картину. Он видел Узумаки в обычной толстовке, вот только она была не его, а Учихи — это можно было понять, подойдя чуть ближе. От одежды буквально несет привычным древесным запахом Саске. Он видел, с каким печальным видом парень посматривает на закрывшегося в себе одноклассника, а потом злостно отводит взгляд, переключаясь на Кибу. Видел Сакуру, которая теперь смотрела не только на Саске, но и на Наруто. Что уже успело произойти за несколько дней, связать до конца не получалось. Кажется, за последнее время Шикамару действительно стало немного интересно. Настолько, что хотелось узнать побольше.