Уроки математики

Февраль начинается туманным утром и прохладным ветром, но не настолько, как еще было месяц назад. Как же быстро пролетает время. Особенно, когда ты в очередной раз опаздываешь на первый урок и каждая минута на счету. Вновь не выспавшийся парень впопыхах застегивает рубашку, параллельно спускаясь по лестнице. Кажется, Какаши опять позвонит маме, потому что часы на стене показывают пять минут до начала урока, а ему еще нужно добраться до школы. Мама вроде бы причитает о бестолковой голове подростка, но Узумаки даже не вслушивается, быстро убегая из дома. Пробежав пару кварталов, Наруто вспоминает, что мог бы взять велосипед, так как уже снег сошел на нет. Чертыхнувшись, он продолжает бежать дальше, при этом читая чат с Кибой. Буквы трудно сложить во что-то похожее на слова, поэтому приходиться затормозить на пару секунд. Киба: Чувак, он сегодня злой и страшный Давай поживее Наруто страдальчески выдохнул, ускоряя темп — не хватало ему еще от Какаши выслушивать лекции с утра пораньше. Мысленно проклиная тех, кто решил отличной идеей делать первый урок на третьем этаже, Наруто ворвался в кабинет. Дышать было трудновато, но юноша стойко держался — и не на такие дистанции бегали! — Извините, пожалуйста, можно войти? В глаза бросился черный затылок, стоящий прямо перед ним. Саске. Неловко отойдя в сторону, чтобы учитель видел, кто явился, хотя, с таким шумным появлением итак понятно, Узумаки старался не смотреть вбок. А хотелось. На пару мгновений. — Саске, я понимаю, он опаздывает, — Какаши кивнул в сторону только что зашедшего одноклассника, — но от тебя такое наблюдать не ожидал. Слишком часто стал опаздывать Учиха ровно стоял, ничего не отвечая. Смиренно ждал, когда ему перестанут делать мозги и дадут присесть на последнюю парту. — Это Наруто на тебя так плохо влияет? Может ваши уроки стоит прекратить? Парень резко вскинул голову, скосившись взглядом куда-то в бок. — Делайте, как считаете нужным, — раздраженный тон, — можно мне сесть? Узумаки отчего-то удивленно посмотрел на Учиху, словно видел впервые. Выглядел он как всегда отстранено, однако очень уставшим — на бледном лице прекрасно видно любые следы, и сейчас это были синяки под глазами, как будто не спал несколько дней. — Эй, я тоже опоздал, — замахал руками Наруто, — почему все внимание только Саске? Какаши долго смотрел на Учиху, пытаясь то ли что-то понять, то ли добавить чего хотел. Тяжелый взгляд сканировал натянутого, как струна, парня и только теперь учитель мотнул головой в сторону парт, наконец разрешая пройти. Саске направился вперед, перед этим бегло развернувшись, чтобы мельком глянуть на принявшего весь удар на себя Наруто. — А для тебя уже нужно наказание придумывать, Узумаки, — грозно уставился Хатаке на свою следующую жертву, постукивая пальцем по столу, — ты понимаешь, что у тебя будет в характеристике написано? Тебя ни один колледж брать не захочет с таким количеством опозданий Наруто почесал затылок, не зная, нужно ли отвечать на вопрос или стоит помолчать. — Я позвоню твоему отцу, будем договариваться о встрече с директором. И наказание еще придумаю, садись Выдохнув, Узумаки тихо прошел к своей парте, ловя сочувственные взгляды Инузуки. Умеет же Какаши с самого утра испортить настроение... Наруто вытянул руку вперед на парте, чтобы головой приземлиться на сгиб локтя. Теперь был отличный обзор на окно, и на Саске, безразлично глядящего в одну точку. Он вспомнил их последний урок. Сколько ночей он вспоминал этот урок? Наверное, все семь дней подряд, но ни к чему хорошему это не привело — мысли мучили, не давая возможности спокойно поспать. Это пугало и раздражало одновременно. «Интересно, думает ли Саске о том же?» Или из них двоих только Узумаки сошел с ума? Хотелось разъяснить ситуацию, поговорить. Понять, что происходит что-то не то, и он не один это чувствует — а что он вообще чувствует? Но каждый раз изо рта вырывались только подколы, на которые Учиха с радостью отвечал. Конечно, первые дни он морозился, но к этому у Наруто уже иммунитет. Последнее время эти тысяча и один вопрос мешали существовать и жить обычной жизнью. Вирус под названием «Учиха Саске» въелся в кожу, не желая отступать, а Узумаки старался противостоять. Честно. Поморщившись, Наруто уперся лбом о холодную парту. «Нужно не думать. Просто не думать.» Было бы это так просто — едко пронеслось в голове. Саске в очередной раз прокручивал один и тот же разговор, считая, что это интереснее, чем разговоры Какаши о приближающихся экзаменах. Или о чем он вообще там говорил? С последней парты толком и не слышно.

***

— Саске, ты же понимаешь, что я жду подробности, — произнес старший брат по телефону, — и не вздумай отключаться — Итачи, каких подробностей? — жалобно протянул парень, проводя рукой по лицу, — Мне это все уже надоело — Расскажи, и тебе станет легче, — серьезно сказал Учиха, не желая пререканий, — Я же могу помочь, Саске — Как? — с пол оборота разозлился младший, — Скажешь, что я дурак? Итачи выдохнул. Он буквально через динамики слышал насколько его брату нехорошо, и как вся эта ситуация с его одноклассником не дает покоя. Хотелось и вправду облегчить страдания подростка, который загонял себя в какие-то рамки и не хотел открываться. — Хорошо, прости меня, я не буду говорить, что ты дурак, — Учиха помолчал, — Просто расскажи, что тебя так беспокоит Саске открыл окно на полную, чувствуя, что становится душно. Наверное, действительно нужно рассказать хоть кому-то. Тем более, Итачи часто выручал во всяких проблемах, делясь советом с высока своих лет. — Я запутался, — тяжело вздохнул юноша, заглядываясь на темное небо, — он меня раздражает. Сильно. И я знаю, что раздражаю его тоже, только почему он вечно лезет, когда я убегаю? Почему он не отталкивает, когда я... — Саске запнулся. Слова шли трудно. — Когда я навис сверху, он даже не шелохнулся. Я не понимаю, зачем ему помог в тот день? А зачем он мне помог? Саске уткнулся лицом в колени, не желая ничего видеть. Итачи молчал, ожидая, скажут ли ему еще что-нибудь. — Итачи, что мне делать? — надломленный голос донесся до динамиков телефона. Сердце противно колотилось в ушах, а холод ночи не помогал остыть. — Саске, хватит бегать от самого себя. Подумай, что, возможно, он уже не так сильно тебя бесит. И, видимо, Наруто чувствует тоже самое А Саске молчал. Только тихо фыркнул — это казалось бредом. — Я прошу честно проанализировать ситуацию. Ничего больше. Просто пойми... — Итачи пытался подобрать слова, чтобы брат сейчас не отшвырнул телефон в ярости, — что тебе с ним не неприятно — А что мне с ним? — зашипел младший Учиха, отрываясь от колен. Грозно вгляделся в луну, будто она во всем виновата. — Мы деремся чуть ли не каждую неделю, потому что он придурок. Что я тут должен понять? — Тогда почему ты до сих пор помогаешь ему? Саске вздрогнул, но тут же попытался ответить, — Потому что — Нет, не отвечай сразу. Подумай — Хорошо, — прошептал юноша, а рука потянулась к пачке сигарет, — я подумаю. Спасибо, Итачи — Обращайся Звонок прервался. Саске еще долго сидел на стуле, наблюдая за выдыхаемым им дымом. Сидел, пока не увидел рассвет. Видимо, утро понедельника опять начнется с отвратительного недосыпа.

***

Вчера Учиха потратил несколько часов на свои рассуждения по поводу Узумаки, но прийти к чему-то однозначному не удалось. Да, возможно, этот тупоголовый идиот не совсем уж и плох — все-таки учиться он правда пытается, и даже делал домашку, пытаясь понять все самостоятельно. Может, в его упертости есть и плюсы, как бы иногда она не раздражала. Учиха закрыл глаза. Перед ними тут же встал Узумаки — с его краснющими ушами, с голубыми глазами, которые смотрели так внимательно, будто искали ответ. И с этой идиотской, абсолютно непонятной заботой «Не порезался?» Саске стиснул зубы. «Какого хрена, Наруто? Зачем ты спрашиваешь так, будто это имеет для тебя какое-то значение?» Узумаки на данный момент был самой сложной задачей, не поддавашейся рациональному объяснению. Он был чем-то непредсказуемым — сначала может вспыхнуть от ярости, вбивая свой кулак в лицо, а потом вспыхнуть от чужих прикосновений, и удивленно смотреть своими чистыми глазищами, но не отталкивать. И что у него на уме? Но что было на уме у Саске, когда сердце бешено билось, а взгляд был направлен на пухлые губы? Кажется, Узумаки заражал своей непредсказуемостью. Об этом хотелось думать меньше всего. Мозг отчаянно выталкивал мысль о том, что Узумаки мог его привлекать. Ни за что. Наруто, тем временем, продолжал рассматривать черную фигуру из под полузакрытых глаз, даже не стараясь что-то думать — за прошедшие дни это порядком надоело. Сейчас он просто смотрел на темные волосы, вспоминая, какими мягкими они были в ту ночь. Смотрел на бледный профиль, который так часто разукрашивал синяками и кровью. Смотрел на длинные пальцы, казалось бы, недавно сжимающие его запястья или проводящие по спине так необычно, что мурашки по телу. С этим срочно нужно что-то делать. И Узумаки решил, что здесь поможет только Шикамару — гений, как никак. Загоревшись идеей, Наруто встрепенулся, поглядывая на часы, которые сообщали, что оставалось несколько минут до звонка. Возможно, Узумаки смог бы уложить свой рассказ в пятиминутную перемену, однако Нара, услышав словосочетание «надо поговорить», сказал ждать до обеда и быстро слинял с поля зрения, поэтому парню оставалось лишь уйти на следующий урок и ждать. Как же он ненавидел ожидание — сидеть несколько часов, не имея возможности выплеснуть все накопившееся эмоции, было сложно. Радовало, что Киба мог хоть как-то отвлечь своей болтовней, но эффект был кратковременный — затем Наруто опять проваливался в пучину своего сознания, где уже плотно засел Учиха. Хоть бы совесть поимел этот Учиха — нельзя так бесцеремонно врываться в чужое сознание и прописаться там, кажется, уже надолго. Нервно теребя ручку, Узумаки отсчитывал секунды до большой перемены. Звонок, как назло, задерживали, либо кое-кто не умел считать. Когда же мелодия донеслась до ушей, Наруто чуть ли не выбежал из душного кабинета и пошел во двор школы, надеясь, что одноклассник не будет идти со скоростью улитки, обязательно рассматривая по пути небо. Облокатившись на стенку, парень заламывал пальцы на руках, рассматривая людей, выходящих из здания. Когда на горизонте показался юноша в сером худи, Узумаки немного нервно улыбнулся. — Я не знаю, с чего начать... я вообще уже ничего не знаю, — пробормотал он приближающемуся Шикамару, который как обычно выглядел так, будто ему все это в тягость. — Попробуй с самого начала, — лениво сказал он, также облокатившись возле парня, и прикрывая глаза. Нара уже подозревал о чем пойдет речь, однако, зная насколько непредсказуем его одноклассник, можно ожидать чего угодно. Восемьдесят процентов он поставил на то, что сейчас будет фигурировать имя «Саске». — Да какое, к черту, начало? — Наруто нервно засмеялся, почесывая затылок. — Понимаешь, мы терпеть друг друга не могли. Вообще. Ну, я про Саске. Да я до сих пор хочу ему морду набить, как и он мне! Но, — он запнулся, сжимая кулаки. — В какой-то момент все пошло не так — Не так? — Шикамару приоткрыл один глаз, скосив его вбок. — Ну, знаешь, эм, как это объяснить, — юноша вновь почесал затылок, стараясь напрячь мозг. — Понимаешь, я постоянно думаю про него, и когда он рядом... мне становится жарко? Да! Прямо как будто... ну,— он поморщился, не в силах найти слова, — Я не забуду, как он навис надо мной тогда... мое лицо просто горело! Наруто закрыл лицо руками, не в силах продолжать говорить. Слишком стыдно. Нара внимательно впитывал услышанное, пытаясь сложить картину воедино, и пока не торопил продолжать бедного парня. — Короче, мы переночевали вместе, и там произошло кое-что странное, — Наруто резко выдохнул, непроизвольно махнув рукой. — После этого он начал отстраняться, а я стал злиться. И недавно мы подрались. Но это... блять, это не похоже на обычную драку. Понимаешь? — Он повернулся к другу. — Я не понимаю, что со мной происходит. Я хочу выкинуть из башки гребанного Саске, но думаю о нем чуть ли не каждый час! Тишина повисла на пару секунд. Наруто почувствовал, как уши горят от того, что все это проговорил вслух. Он отчаянно посмотрел в сторону задумчивого одноклассника, который, чувствуя на себе пристальный взгляд, открыл глаза. Шикамару, как всегда, не спешил с ответом. Он прищурился, посмотрел на затянутое тучами небо. — Хм... звучит геморно — Что?! — взорвался Узумаки, услышав настолько емкий ответ. — Ты вообще слушал? — Слушал, — кивнул Шикамару. Настороженный взгляд, очевидно, ему не поверил. Вздохнув, Нара решил убедить, что не врет, — Ты его ненавидишь, но хочешь, чтобы он был рядом. Тебе нравится, когда он тебя задевает, и бесит, когда он тебя игнорирует. И ты до сих пор чувствуешь, как он навис над тобой, — он протянул последнюю фразу так, что Наруто чуть не провалился сквозь землю. — Заткнись! — юноша вспыхнул, как факел. — Это вообще не то, что ты думаешь! Шикамару изогнул губы в слабой усмешке. — Не я это думаю, Наруто. Ты сам себе все сказал Наруто замер. И от этих слов стало как-то не по себе. Потому что он действительно все сказал. Признавать этого не хотелось. — Ты его не ненавидишь, — продолжил Нара, как всегда спокойно, даже словно безразлично.— Слишком много думаешь о Саске, чтобы это была просто злость — А что это тогда?! — фыркнул Наруто, хватаясь за волосы. Как же раздражало думать. Весь этот разговор пока не приносил никакой пользы, а только вгонял в краску и заставлял взрываться от каждого слова шибко умного одноклассника. Шикамару пожал плечами: — Черт его знает. Но выглядишь ты так, будто боишься своих мыслей или желаний, — он зевнул, отталкиваясь от белой стенки, — Признай, чего ты на самом деле хочешь. Или кого. — Многозначительный взгляд упал на чужое лицо, которое только нахмурилось. — Иначе этот цирк будет продолжаться до бесконечности Наруто ударил стену, мирно стоящую позади, чувствуя, как всё просто кипит внутри. — Блядский Саске, — единственное, что он смог из себя выдавить. Шикамару хмыкнул и, уходя, бросил через плечо: — Наруто, я конечно не разбираюсь, но это что-то похожее на романтику. Удачи Наруто поперхнулся воздухом, ошарашенно смотря на уходящую спину. — Шикамару! Ты рехнулся, да?! — Возможно, — нерасторопно ответил Нара, не удосужившись обернуться. Все-таки, все эти разговоры о выяснении отношений очень выматывают. Однако стоит признать, это увлекательный поворот событий, который парень не ожидал узнать от своего взбалмошного одноклассника. Оставаться наедине со своими мыслями действительно страшно. И сейчас они были громче любого шума в школьном дворе. Даже после того, что он высказал и услышал мнение друга, легче жить не стало. Холодный ветер неожиданно хлыстнул по лицу, словно пощечина. Узумаки застыл, не решаясь что-либо делать. Закрыл глаза. Глубокий вдох и выдох немного привели в чувства, а звонок, доносящийся со школы, заставил шевелиться. Подумать о своих желаниях и мыслях, как советовал Шикамару, не получилось, однако впереди еще несколько уроков — думай сколько хочешь. Наруто медленно зашагал по ступенькам, прокручивая недавний диалог. Он не заметил, как вошел в кабинет, не заметил, как учитель отчитал за опоздание, и как Киба что-то пробубнил ему вслед. Не заметил даже Учиху, стабильно восседающего на последней парте. Саске сидел через два ряда у окна, с наплевательским видом вообще ко всему. Взгляд упирался в серое небо, пальцы слабо постукивали по парте. Снаружи мокрые хлопья снега налипали на стекло и тут же таяли, оставляя разводы воды. Парень ощущал себя также — вроде холодный, но внутри что-то противно расползается, оставляя следы, которые уже не стереть. Так пролетели два урока: литература и история, кажется. Однако следующий Узумаки пропустил, словно чувствуя, что на парковке его уже ждут. Либо Саске предупреждал, но он не помнил. Кроссовки звучно хлюпали по лужам на пути к автомобилю. А в голове звучно отбивался стук сердца, заглушая весь шум вокруг, и самое главное, внутри. Темная фигура парня становилась все ближе — было видно, что брови сведены к переносице, глаза закрыты, а руки скрещены на груди. Хотелось что-то сказать, как раньше, глупо отшутиться за опоздание, однако слова застряли где-то в районе горла, не желая выходить. Учиха приоткрыл глаза, наблюдая перед собой посеревшего одноклассника: голубая толстовка казалась выцветшей, а золотистые волосы сейчас отливали не золотом, а блеклой желтизной. Но больше всего выделялись глаза, которые еще пару недель назад искрились эмоциями и жизнью, а теперь пусто глядели куда-то внутрь себя. — Ты подозрительно тихий, — бросил вслед Саске, пока садился в машину. На языке вертелся вопрос, но юноша уперто молчал. — А ты подозрительно разговорчивый, — пробурчал Наруто, отворачиваясь к окну. Учиха дернул щекой, сосредоточившись на дороге. Рядом с молчаливым человеком Узумаки учился не только математике, но и различать тишину. Оказывается, она бывает разной. Она может быть неловкой и осязаемой, напряженной и тяжелой, но сейчас было что-то новое — невесомое. Тишина казалась этаким спасательным кругом, за который держались оба. Дом встретил привычной чистотой и отсутствием каких-либо звуков. Урок шел непривычно спокойно. Саске ровным голосом объяснял новый материал, который Наруто без лишних вопросов записывал. Чем дальше это шло, тем больше казалось, что нужно что-то сказать. Что-то сделать. Но один продолжал рассказывать тему, а второй слушать, уткнувшись в тетрадь. Потому что встретиться с этим взглядом было страшно. — Решай, — подал уже раскрытый задачник Учиха, поднимаясь из-за стола. Узумаки мысленно благодарил за то, что Саске запомнил просьбу о том, чтобы тот не смотрел на него во время решения задач, и каждый раз уходил на кровать. Цифры с буквами давались легко только первые полчаса — затем же Наруто чувствовал, как его мозг плавится, а задачи перед ним расплываются в месиво из символов. Парень пробовал отвлечься, понаблюдав за уличным пейзажем, вертел карандаш в руке, переключал внимание на то, как энергично дергается его нога, но возвращаясь к тетради, ничего не изменялось — все та же каша. Он закрыл глаза, сжимая тонкое дерево в руке. Когда до затылка коснулось чужое плечо, Узумаки распахнул глаза. — Перенеси здесь влево, — длинный палец вел по размашистому почерку на бумаге, — иначе не получится Наруто ничего не понял из того, что ему сказали. Он только чувствовал, как его уха касаются темные пряди волос. Слышал древесный запах, который находился так близко. Слышал размеренное дыхание. Сердце снова сорвалось в бешеный ритм. Узумаки сглотнул. Он так хотел что-то сказать, но взгляд сам собой метнулся в сторону — прямо в темные глаза, оказавшиеся опасно близко. На мгновение все стихло: ни часов, ни ветра за окном, ни шороха страниц. Только два взгляда: слишком открытых, слишком честных. Саске нахмурился, разглядывая чужую синеву. Оба отчаянно всматривались друг в друга, пытаясь найти ответы на все их вопросы, которые в последнее время свалились тяжелым грузом на плечи. Наруто, на секунду скосив взгляд к тетради, схватился за бледную кисть, накрывая горячей ладонью. Потому что хотел. Учиха вздрогнул, ошарашенно смотря то на руки, то на парня. — Саске, я... — шепотом сорвалось с губ. Мир будто замер. Внутри поднималось не то желание, не то страх. Непонятная смесь чувств, от которой становилось тяжелее дышать обоим. Саске резко отодвинулся, словно опомнившись. Он отвернулся и еле вымолвил: — Дорешивай Наруто уставился в пример, но цифры окончательно утратили какой-либо смысл. Сердце грохотало так, что казалось, было слышно на всю комнату или вообще, на каждом уголке этой планеты. Он сжал кулаки, чтобы хоть как-то вернуться к реальности. Учиха, пошарившись в рюкзаке, откопал пачку сигарет, и подойдя к окну, молча раскрыл на полную, впуская холод. Узумаки с удивлением наблюдал за потряхивающимися руками, в одной из который уже была сигарета, а в другой зажигалка. — Ты куришь? Саске даже не удосужился повернуться, все еще пытаясь добыть огонь. Лишь только когда он затянулся, решил смерить взглядом, в котором так и читалось одно излюбленное слово — «идиот». Наруто слабо усмехнулся, осознавая глупость вопроса, и принялся завороженно смотреть на открывшийся перед ним вид. Он никогда не видел, как курит Саске. В его окружении таким увлекался только Шикамару, предпочитая электронным сигаретам, которые сейчас были у каждого второго, обычные. Он видел, как постепенно расслаблялось лицо одноклассника, как губы касались фильтра, как он выдыхал дым, быстро уползающий в окно. Бледный точеный профиль лица напоминал древнегреческую статую — хмурый, серьезный и притягательный. — Дай попробовать Учиха медленно повернул голову, скептично выгибая бровь. — Ни разу? Узумаки отрицательно замотал головой, и Саске это действие напомнило подростков лет тринадцати, которые впервые хотят почувствовать себя взрослыми, но ведут себя все также по-детски. Он едва заметно усмехнулся и выставил руку с сигаретой между пальцами чуть вперед, молча приглашая испробовать. Наруто замялся, почему-то думал, что ему дадут отдельную сигарету, но отказываться уже не стал. Осторожно поднявшись со стула, парень подходит ближе и смотрит сначала в черные глаза напротив, а затем на руку. Саске почему-то думал, что Узумаки выхватит сигарету, однако тот лишь наклонился и обхватил фильтр губами, прикрывая глаза. Сердце предательски забилось, как птица в клетке, но Учиха не отрывал взгляда. Наруто нахмурился, втягивая в себя дым. Ресницы чуть дрогнули, когда резкая горечь коснулась горла. Он тут же отшатнулся, закашлявшись. — Дрянь, — выдохнул сипло и прикрыл ладонью рот. Саске покосился в окно, возвращая сигарету ко рту. И он всеми силами старался не думать, чьи губы сейчас были на ней. — Дрянь, — тихо усмехнувшись произнес Учиха, вглядываясь в дым. А в голове раздалось совсем другое: Не сигарета. Ты.