ФФ ТС ЧАТ 14 ФЕВРАЛЯ

12:00 pm. 14 февраля. Система: > Что-то изменилось. Сегодня 14 февраля, а значит щас будет завозик. > В ТС чате проходит ивент! Система: > Каждому в ТС чате выдалось задание, на выполнение которого отведено ровно 24 часа. Над головами влюбленных участников загорелось имя. Имя возлюбленного, которому они должны признаться в любви, доказав её прочность. А если нет — тот, чьё имя горело над тобой, умрёт. Чат раскололся на две категории: на тех, кто должен был поклясться в вечной любви, спасая тем самым своего «друга», и на ебаных лохов, которые могли только ждать спасения, будучи не в силах ничего изменить. Или могли? Кто из них останется в тени, молча ожидая признания, а кто начнет изощренно манипулировать своим «партнером»? Неужели это и есть тот самый подарок, то самое празднование, которое подготовил им ТС чат на День святого Валентина? Влад очнулся первым. В полумраке комнаты, освещенной лишь зловещим светом монитора. Его сопровождали привычные тики. И Ледибаг. Это значило только одно — Мун вернулся. Вернулся в свою привычную, контролируемую форму. Новость о задании мгновенно разлетелась по чату, достигнув даже самых закоулков. Но как определить, кто ты? Влад подошел к зеркалу, вглядываясь в свое отражение в поисках изменений. Спасатель или спасаемый? А может, он вообще вне игры? Над его головой было имя “Артур”. Арун увидел надпись над своей головой. Там горело имя: «lauren». Ваня ахуел. Не женщина, Ни мужчина, а лаурен блять. Которого он держит в черном списке уже несколько часов. Потому что это был его второй аккаунт. Арун в целом, не воспринял этот вызов, как что-то серьезное и стоющее внимания. А может он просто не хотел жить? Арун решает открыть чат, подумал сначала,может быть ему не стоит делать таких необдуманных действий? Можно было сказать себе в зеркале: "я тебя люблю" и возможно, надпись бы пропала. Но арун, даже об этом не подумал. Его палец парил над открытым чатом и клавиатурой у лаурена. Ваня, все таки, решился сделать действие, нажал кнопку разблокировать и... он просто напускал газов, насрал под себя. В голосовом. Очистил чат у двоих и с чувством выполненного долга опять заблокировал Лаурен. У Ирин не было пары на 14 февраля, но она отчаянно хотела, чтобы она была. И так как Рог со своим космосом выглядел совершеннейшим шизом, она объявила на весь чат, что на самом деле он — её пара. Ирин начала манипулировать Рогом, заставляя его совершать странные, нелепые поступки, убеждая всех, что он просто сошел с ума. Рина и Феннек, верные подруги, вскоре начали поддерживать её версию. Никто не верил Рогу. А Рог, раздавленный, молчал. *** Свят и Алексей вместе сидели в дс, когда произошло нечто. Биг заметил первый. И он стал орать так, что динамики микрофона начинают захлебываться Свят: ЛЕХА, ТЫ ЭТО... ТЫ ВИДИШЬ ЭТУ ХУЙНЮ? У МЕНЯ ПРЯМ НАД ЕБАЛЬНИКОМ ИМЯ ТВОЕ ВИСИТ! ТЫ ЧЕ, УМРЕШЬ, ЧТО ЛИ, ЕСЛИ Я НЕ ПРИЗНАЮСЬ? Я НЕ ПОНЯЛ, ЭТО ЧТО ЗА НОВЫЙ ПЛАН ОТ АДМИНОВ? МЫ ЖЕ МУЖИКИ БЛЯТЬ! Алексей: Биг, башку снесёшь своим ором. Вижу, блин. У меня тоже твоя фамилия над головой горит, как будто я в майнкрафте на никнейм залип… Делает паузу, голос Алексея становится более напряженным и манипулятивным: Слушай, это, наверное, Мун опять козни строит. Помнишь, я говорил, что он меня травит? Вот, очевидно же, это его рук дело. Хочет поссорить нас, чтобы я нервничал и не мог контролировать сервер. Гарантирую, он за это бан схлопочет. Свят: ДА КАКОЙ МУН, БЛЯТЬ?! ТЫ ГЛАВНОЕ СЛУШАЙ! ТАМ ЖЕ СРОК! 24 ЧАСА! Если я тебе ща не ляпну что-то там, ты коньки отбросишь? Я ЭТО... НЕ, НУ ТЫ ЭТО... НЕ УМИРАЙ, А? ТЫ ЖЕ ГЛАВНЫЙ. КТО ТОГДА ВСЕМИ ЭТИМИ ПИДОРАСАМИ КОМАНДОВАТЬ БУДЕТ? Кекс с Ванькой-тарелкой вообще все разнесут, гриферить начнут по-страшному. Алексей: А ведь точно... Женя с Ванькой только и ждут, когда я ослабну. Они же меня ненавидят просто за то, что я порядок навожу. А тут я возьму и умру... Он внезапно переходит на угрожающий тон. - Слыш, Биг, только попробуй не признаться! Ты понимаешь, что если со мной что-то случится из-за твоей нерешительности, я тебя из Discord навсегда вышлю! И в Майнкрафт бан баном! Я тебя во всех чатах зарейжу! Свят смеется в голос, громко и раскатисто, говорит ему: ЛЕХА, ТЫ ДУРАК?! КАКОЙ БАН, БЛЯТЬ?! ТЫ ЖЕ ТРУПОМ БУДЕШЬ! Как ты меня зарейдишь с того света? Могильным червем? *Ржет* Но ты это... не боись. Я ща быстро. (Неловко мнется, что для него нонсенс) Короче... Люблю тебя. В смысле, не так, как девку какую, а по-пацански. Ты реально башковитый. Как ты там админам втираешь, как муну мозги паришь — это цирк просто. Ты хоть и тупой местами, но главный реально. Без тебя этот весь зоопарк развалится. И я без твоих приколов скучать буду. Так что живи давай. Алексей секунду молчит, переваривая. Потом голос становится слащаво-довольным. - Ну вот, видишь, как хорошо. А ты боялся. Я же говорил, что я обаятельный человек, все меня любят. Даже админы со мной считаются, а уж ты тем более. *Пауза, смотрит вверх* О, смотри, имя вродь гореть перестало. Работает схема. Теперь моя очередь. Свят: *Опять перебивает* ДА ТВОЯ, ТВОЯ! Говори давай быстрей, пока опять не загорелось. А то я уже вспотел весь, как будто 10 часов в майнкрафте рейдил. Алексей: *Приосанивается, говорит с пафосом, но видно, что ему приятно* Свят... Биг... Ты, конечно, орёшь как слон, перебиваешь всех, в чат пишешь только раз в год, но ты — моя правая рука. Пока ты орёшь в дискорде, все знают, что я за спиной, что у меня есть поддержка. Ты единственный, кто не гриферит, не бегает к Муну и не строит козни. Ты просто есть. И это... ну его нахуй, это задание. Короче, я тебя тоже люблю, бро. Оставайся всегда таким же громким дедом. А теперь пойдем разбираться, кто это придумал, и выносить им предупреждения за нарушение личных границ! Свят: *Снова ржет* ВОТ ЭТО ПО-НАШЕМУ! ЩА КАЖДОМУ, КТО ЭТО ЗАДАНИЕ ПРИДУМАЛ, ЗАДАДИМ ТЕХНИЧЕСКИЕ ШОКОЛАДКИ! ПОГНАЛИ, ЛЕХА! *** Система: До окончания задания осталось 6 часов. Кактус: я все понял это просто проверка на прочность вы все умрете а я останусь потому что я кактус moonlight: Артур, ты там живой вообще? Надпись над головой не чешется? Артур: охаё живой педикбаг сказала что все норм но я чет не уверен Влад: Артур, я хочу тебя пригласить на лс. Артур: Мир желток Я рыгаю в подушку Арун: у меня лаурен над головой написано я уже пернул чет не помогает Влад: Артур, это серьезно. Артур: КЕК не еби мозг Адмын мне кажется у тебя слишком много яичек выпало У людей нет вкуса в аниме а у тебя нет меня ыхыхЫ) Ёпт нуче Матье Бал батя в здании Я типо по секрету скажу Мне оооч нравится когда сигма гигабайт ставит в ник слово moonlight и о, дорогой Раз я в сети Хочу признаться тебе в любви АЙ ВИЛЛ АЛВАЙС ЛАВ Ю БЕБИ Влад: Мне очень приятно, я тоже люблю тебя, Артур. to0thpa$te: шахматы в моем сердце навечно остальное неважно п: вы все ебанулись это же просто игра или нет? Никто не ответил. Потому что никто не знал ответа. Мунлайт долгое время держал в голове сообщения Артура. Сегодня он осознал, что готов принять эту часть себя. *** Они не договаривались встретиться. Нокс просто приехал к универу Жени. Стоял у входа, уткнувшись в телефон, делая вид, что листает ленту. Мимо сновали чужие, шумные, живые люди. Кто-то задел его плечом, извинился — он равнодушно кивнул, даже не подняв глаз. В наушниках играла белая, бессловесная музыка — просто ритм, чтобы заглушить тишину в голове. Женя вылетел из университета(ведь сильным женщинам трусы не нужны), как всегда, быстрый и раздраженный. Освободившись от оков пар, он явно направлялся по делам. Нокс узнал его по походке — стремительной, чуть дерганой, с пальцами, нервно сжимающими лямку сумки. Нокс сделал вид, что не замечает его. Он вообще старался казаться незаметным, слиться со средой. Но Женя, конечно, увидел. Сбавил шаг, на лице мелькнуло удивление. — Ты чего здесь? — спросил Женя. — …Проезжал мимо. Женя хмыкнул — скептически, но беззлобно. Не поверил, конечно. — Ну, ладно. А пошли куда-нибудь. Они зашли в кофейню неподалеку. Женя взял привычный американо, Нокс — черный чай (кофе он бросил месяц назад, но объяснять не стал). Сели у окна, выходящего на мутную воду канала. Говорили ни о чем: о постмодернизме в новых сериалах, о вышедшем патче в Доте, о том, что Роговолод опять настрочил пять тысяч знаков про диалектику, на что Женя, как всегда, не отреагировал. Нокс молча наблюдал. Видел, как Женя нервно теребит крышку стаканчика, как сбивается с политики на философию и обратно, как злится, когда не может подобрать идеальную формулировку. Нокс хотел сказать: «Я скучал». Вслух же произнес: — Вот это да. Он старался поддерживать диалог, отвечал Жене, соглашался с ним, но ему совсем не хотелось ничего рассказывать самому. Он всё ждал, когда же разговор свернет на их личные отношения, на ту неловкую тишину, что повисла между ними после ссоры. Но Женя молчал. Почему? Кофе и чай были давно допиты. Темы иссякли. Между ними повисло молчание. Не то привычное, комфортное, когда можно просто молчать вдвоем, а тягостное, липкое, полное невысказанных слов и нежелания делать первый шаг. Казалось, они оба думали об одном, но никто не решался. Женя не выдержал первым. Резко встал и вышел на улицу. Нокс последовал за ним. Начал накрапывать противный, холодный дождь. Женя чертыхнулся, накинул капюшон. Нокс просто шел рядом, подставив лицо ледяным каплям. — Ты промокнешь, — буркнул Женя. — Я не сахарный, — парировал Нокс. Они вышли к парку, шли вдоль перил набережной, глядя, как в черной, маслянистой воде реки тают круги от дождя. Нокс ждал привычного: «Ну, я пошел, давай». Так было всегда. Но Женя молчал. Он остановился, уставившись в воду, и Нокс видел, как ходят его желваки — сжимаются и разжимаются, словно он пытался выдавить из себя что-то очень важное. — Ты чего молчишь? — выдохнул Женя. — А что говорить? — пожал плечами Нокс. — А тебе что, нечего? Я почти всегда инициатор наших разговоров. Нокс промолчал. Это было правдой. Его взгляд упал на руки Жени — худые, с длинными пальцами, нервно выстукивающими дробь по мокрым перилам. До боли знакомый жест. Знакомый до того самого чувства, которое Нокс годами пытался похоронить под слоем сарказма. — Скучал? — спросил Женя без тени насмешки. Просто спросил. Нокс поднял на него глаза. — А сам как думаешь? Женя усмехнулся. Горько, устало. — Думаю, что ты бы не пришел, если б нет. — Пришел бы. — Ну да. — Женя помолчал. — Ты всегда придешь. Снова повисло молчание. Многозначительное, тяжелое, как свинец. Оба хотели сказать слишком много. И оба молчали. Тишину разорвал Женя. — Пошли к тебе, останусь сегодня у тебя. *** Запускаем основной ивент на полную катушку. Теперь каждый выбор будет иметь последствия. --- 14 февраля. 18:16. ТС чат. Основной канал. Экран монитора пульсировал ровным синим светом. В чате творилось нечто невообразимое — сообщения летели со скоростью пуль, смазываясь в одну сплошную линию. Но никто не писал по делу. Никто не решался сказать главного. — Квартира Феннек. Феннек смотрела на свою голову в зеркало. Надпись была чёткой и пугающе конкретной: «Рина». Она знала, что должна сделать. Знала уже давно. Но признаться — даже себе — было страшно. Телефон. Рина: Ксюша мне страшно у меня над головой Женя а он даже не смотрит в мою сторону я умру да? Феннек: не умрёшь я не дам Рина: ты чё сделаешь? за меня признаешься? смешно Феннек: нет я признаюсь тебе Рина: ... в смысле? Феннек набрала воздух в лёгкие. Пальцы дрожали, когда она печатала. Феннек: у меня над головой ты уже полчаса я всё думала как сказать и не могла потому что ты же в Женю влюблена а я так подруга но если я не скажу ты умрешь а я не могу допустить чтобы ты умерла поэтому слушай Рина я тебя люблю по-настоящему не как подругу а как ту самую единственную с которой хочется просыпаться и пить кофе и молчать и говорить и всё сразу я люблю тебя Она отправила сообщение и зажмурилась. Минута. Две. Три. Телефон взорвался уведомлениями. Рина: Фенечка дурочка я тоже я тоже тебя люблю просто боялась признаться думала ты на меня как на подругу смотришь а Женя... Женя это была иллюзия понимаешь? он был недосягаемым а ты реальная ты здесь ты всегда была здесь прости что я такая тупая Феннек: не тупая просто мы обе тупые давай больше не будем? Рина: давай ❤ Феннек улыбнулась. Надпись над головой исчезла. *** Рог сидел на полу в позе лотоса. Перед ним горела свеча (на самом деле это была зажигалка, воткнутая в пластилин, но он убедил себя, что свеча). Над головой пульсировала надпись: «Космос». — Я должен тебе признаться, — шептал Рог, глядя в потолок. — Я люблю тебя. Не как планету или абстрактное понятие. А как... как... Он замолчал, потому что не знал, как признаться космосу. Космос был огромен, бесконечен и, судя по всему, совершенно равнодушен к его страданиям. Телефон завибрировал. Ирин: Ты где?!! Рог, бля, если я умру из-за твоей астрофизики, я тебя из могилы достану! Ты должен мне признаться! Слышишь? ДОЛЖЕН! Рог посмотрел на телефон, потом на потолок, потом снова на телефон. — Прости, космос, — сказал он с неожиданной грустью. — Кажется, я нужен кому-то другому. Он нажал ответить. Рог: Ирин я люблю тебя не как космос но тоже сильно прости что раньше не говорил я просто боялся что ты засмеёшься Повисла пауза. Рог затаил дыхание. Свеча-зажигалка догорала, обжигая пластилин. Ирин: ... Ты серьёзно? Или это чтобы я не умерла? Рог: серьёзно я когда на тебя смотрю у меня в голове вместо мыслей один белый шум как от телевизора который не показывает только приятнее Ирин: ... Рог ты гений я тоже тебя люблю иди ты нахуй Рог улыбнулся. Впервые за долгое время — искренне. Надпись над его головой мигнула и погасла. — Парк. Вечер. Лютая, пробирающая до костей холодрыга. Кекс сидела на скамейке в полной темноте, сжираемая липким чувством глобального одиночества. Она ждет разбана в ТС чате, но на всякий случай мерзнет на улице. Вид у неё был беспокойный, почти затравленный. Куртка нараспашку, шапка съехала набок, в руках — телефон с треснутым экраном, на который она смотрела каждые тридцать секунд, хотя прекрасно знала: сообщений не будет. Начальные стадии одичания: она осознала, что поговорить ей не с кем. Тарелка в спячке. Друзьям насрать. А Тимур Забыл. Кекс жевала конфету, которая противно прилипла к зубам и никак не хотела проглатываться. Она задумалась: а что, если бы рядом сейчас сидел Ваня и страстно, прямо вот взасос, поцеловал её? Картинка в голове была такой чёткой, что Кекс даже зажмурилась. Но ебаный рот. Всем было насрать. На Кекса, на её одиночество, на её фантазии. Она сидела в парке, одна, со своими ебанутыми идеями, на улице, как последняя бомжиха, и жевала конфету, которая скоро приклеится к пломбе и останется там навечно. Кекс задумалась. Это было опасно. Для жизни. Потому что когда Кекс задумывалась, происходила хуйня. Телефон вдруг завибрировал. Тарелка: привет Тарелка: я тебя люблю Кекс смотрела на экран. Экран смотрел на Кекса. Она осознала абсурдность этой ситуации и своих ебанутых идей. Но все же спросила: Кекс: че нах Тарелка: так ну ивент же у меня над головой ты Кекс выдохнула. Ивент. Точно. Этот ебаный ивент с признаниями. Она совсем забыла. Сидела тут, страдала, а у неё, оказывается, чужое имя над головой, прямо в воздухе, пульсировала едва заметная голубоватая надпись: «Тарелка». — Ну пиздец, — сказала Кекс вслух. И продолжила ржать как ебанутая. Кекс: а бля забыла сори я тебя тоже значит тарелка люблю давай жить долго и счастливо или чё там положено Тарелка: принято иди домой замёрзнешь Кекс улыбнулась. Впервые за весь вечер. Потом встала со скамейки, отряхнула куртку и пошлёпала в сторону дома. Надпись над головой мигнула и погасла. В парке остался только ветер и ощущение, что даже у тарелок есть сердце. Или что там у них вместо сердца. Подогрев нижний, наверное. --- ТС чат. Кекс: я домой пошла тарелка меня спас Ваня: от чего Кекс: от одиночества Ваня: 🏺 Арун: это чё Ваня: тарелка Арун: заблокировал Кекс: ❤️ Чат: ... Роговолод: Какая трогательная история! Прямо как зарождение новой звезды в космической туманности! Только теплее! Ирин: Рог заткнись Рог: ✨ — *** Квартира Нокса. Нокс рефлекторно поднял руку к волосам. И замер. Прямо надо лбом, в воздухе, пульсировала едва видимая голубоватая надпись: «Евгений», что теперь, в темноте, была заметна. — Ты чего там застыл? — Женя обернулся с подоконника. — Нокс отдёрнул руку, но Женя уже смотрел на него. Смотрел и медленно, очень медленно, подносил руку к собственной голове. — Какого хуя... — выдохнул Женя. Над его головой горело: «Нокс». Они смотрели друг на друга. Комната вдруг стала очень тихой. Даже дождь за окном, казалось, притих. — Это... — начал Нокс. — Вижу, — оборвал Женя. — Ты тоже? — Ага. Женя спрыгнул с подоконника, подошёл ближе. Встал напротив, почти вплотную. Теперь надписи над их головами пульсировали синхронно, как два сердца на кардиограмме. — Нокс, — сказал он наконец. Голос звучал тихо, но в нём не было прежней колючести. — М? — Ответь мне. Только честно. Нокс кивнул. В горле пересохло. Женя сделал глоток вина, помолчал, собираясь с мыслями. А потом спросил: — Если бы ты мог переписать любой момент своей жизни, но ценой этого кто-то другой потерял бы что-то важное, не зная об этом, — ты бы стал? Вопрос повис в воздухе. Простой. Сложный. Ловушка. Нокс замер. Он понял. Это был не вопрос о морали. Это был вопрос о нём самом. О том, готов ли он жертвовать другими ради себя. О том, считает ли он свои желания важнее чужих потерь. О том, насколько он эгоистичен в своей любви. Женя смотрел не отрываясь. Ждал. Нокс выдержал паузу. Длинную. Тягучую. Достаточную, чтобы Женя понял: его услышали. По-настоящему. — Нет, — ответил Нокс. — Не стал бы. — Почему? — Потому что если я перепишу момент, а кто-то потеряет что-то важное, я никогда не узнаю, что именно он потерял. А он — не узнает, что это из-за меня. — Нокс говорил медленно, будто вытаскивал слова из самой глубины. — Мы будем жить в параллельных реальностях, где я счастлив за чужой счёт, а он даже не поймёт, почему ему вдруг стало пусто. Это не справедливо. Это даже не эгоизм. Это просто... трусость. — Правильный ответ. — А какой был неправильный? — «Да, конечно, хули там». — Женя допил вино. — Ты прошёл проверку. — Какую проверку? Женя не ответил. Он просто смотрел на Нокса, и в этом взгляде было всё: годы молчания, страхи, надежды и, наконец, — узнавание. — Ты правда понимаешь, — тихо сказал он. — Не просто слушаешь, а понимаешь. Я думал, таких не бывает. — Бывает, — так же тихо ответил Нокс. — Я здесь. — Да, — Женя протянул руку и коснулся его ладони. — Ты здесь. Женя просто смотрел на Нокса, и в этом взгляде было всё: годы молчания, страхи, надежды и, наконец, узнавание. Они сидели в тишине. Каждый думал о своём, но мысли текли в одном направлении, как две реки, готовые слиться в одну. — И что теперь? — спросил Нокс. Вопрос прозвучал просто, без привычной защиты. Устало. Честно. — Признавайся. — А ты? Женя протянул руку и коснулся его лица. Осторожно, будто боялся разбить. — Я не умею говорить красиво, — выдохнул Женя. — Я вообще не умею говорить. О чувствах. О себе. О нас. Но когда тебя нет рядом, мне... мне пусто. Понимаешь? Не одиноко, а именно пусто. Как будто часть меня отрезали и забыли положить обратно. Нокс молчал, боясь спугнуть. — И когда мы поссорились, я думал, что задохнусь. Без тебя. Без твоего голоса. Без твоей дурацкой привычки молчать, когда надо говорить. Без всего. — Женя провёл рукой по лицу. — Я, блядь, люблю тебя, Нокс. Люблю уже хуй знает сколько. И молчал, потому что боялся. Что ты не поймёшь. Что я всё испорчу. Что ты уйдёшь. Он поднял глаза. Нокс вдруг улыбнулся. Светло, почти счастливо. — Я люблю тебя, Женя. Не знаю, с какого момента. Кажется, всегда. Ты был моим якорем, моим маяком, моей самой большой ошибкой и самой большой удачей одновременно. Я уходил, потому что боялся привязаться слишком сильно. Но было уже поздно. Я уже привязался. Навсегда. Он убрал руку. — Прости, что заставил ждать. Женя смотрел на него. В глазах блестело что-то, чему Нокс не сразу нашёл название. Потом понял — слёзы. Не от боли. От облегчения. — Иди сюда, — хрипло сказал Женя и потянул его за футболку. Они встретились в полумраке комнаты, под мерцание дешёвой гирлянды и шум дождя за окном. Надписи над их головами мигнули в последний раз и исчезли, растворившись в воздухе, как утренний туман. В одной реальности можно всё. Главное — чтобы в ней были вы оба 14 февраля. 23:59. ТС чат. Система: > Задание завершено. > Все, кто получил признание, останутся живы. > Все, кто не получил — увы. > Статистика: Спасены: Евгений (признание от Нокса), Нокс (признание от Евгения), Рина (признание от Феннек), Феннек (признание от Рины). Рог (признание от Ирин), Кекс (признание от Тарелки — тарелка выполз из спячки специально для этого), Тарелка (признание от Кекс), Алексей (признание от Свята), Свят (признание от Алексея), Влад (признание от Артура), Артур (признание от Влада), π (признание от to0thpa$te — они встретились в Dota 2 и поняли, что миньон и число пи — это судьба), to0thpa$te (признание от π), кактус (растение). Система: > С праздником, ТС чат. > Вы прошли испытание. > Некоторые — ценой собственной жизни. > Но такова любовь. > P.S. Арун и lauren будут воскрешены через 24 часа. > P.P.S. Это же просто игра. > Или нет? --- 15 февраля. 06:00. Квартира Нокса. Первые лучи солнца пробивались сквозь запотевшее окно. Нокс открыл глаза. Женя спал рядом, уткнувшись носом ему в плечо, и во сне выглядел почти беззащитным — без обычной маски раздражения и цинизма. Нокс смотрел на него и не верил. Что всё это было. Что надписи исчезли. Что они оба живы. Что они наконец сказали друг другу то, что молчали годами. Женя пошевелился, не открывая глаз. — Если ты сейчас скажешь, что это был сон, я тебя убью, — пробормотал он. — Не сон, — тихо ответил Нокс. — Хорошо. Женя придвинулся ближе, утыкаясь лбом в его шею. — Тогда спи дальше. У нас ещё есть время. Нокс улыбнулся и закрыл глаза. За окном начинался новый день. Самый обычный. Самый необычный. День, в который они наконец перестали бояться. --- Эпилог. ТС чат. 12:00. Кактус: я же говорил что выживу кактусы бессмертны Арун (воскресший): я пернул и воскрес вот это сила 1: я так и не понял логики этого ивента но признаю любовь сильнее аргументов π: конь сильнее to0thpa$te: π Роговолод: Дорогие участники ТС чата. Я размышлял над этим ивентом. Я пришел к выводу, что космос — это не только бесконечность и вакуум, космос — это мы. И я люблю этот чат. С Днём святого Валентина Ирин: заткнись иди сюда Рог: зачем Ирин: целовать буду быстро Рог: ✨🚀❤️ Чат молчал. Потому что в этом безумии была своя гармония. Потому что они были вместе. Потому что даже в самой тёмной беседе может загореться свет. Женя и Нокс заказали пиццу и не выходили из квартиры до понедельника. Чат продолжил существовать. Потому что такие чаты не умирают. Они просто ждут следующего праздника.