Лэйн и 14 февраля

День влюблённых. Обычный скучный день. Лэйн рисовала хуи теперь на особняке Бориса от скуки, не ожидания ничего. Генерал занят, Каин тюбик, а Романов умер. Что с них взять? Закончив свои дела, она поглядела на свою красоту и пошла в особняк, ища ответы на свои вопросы. Где-то час спустя раздаётся голос пернатого. — Поздравляю с днем влюблённых, грешница, — заорал Каин, — я придумал для тебя стишок. Конечно, придумал...Ноа за него все делал. — Внимательно меня слушай, — сказал очкарик в рацию, — и повторяй, понял? — В день святого Валентина, — начал математик и крылатый повторял его же слова, — хочу сказать, что ты блядина. — Что?! — такой расклад её не оценил, но криптограф смолкла и слушала, закрыв окно и занявшись тем, что кидала в фотографию пузочеса Романова дротики. Ноа вновь читал эту хуйню. — И нет на свете вещи пизже, — ехидно усмехнулся очкастый, а белобрысый, как попугай, говорил его слова, — Мужчина женщине своей отлижет. — Загляни сюда, — крикнул он, — я нассал твое имя на снегу. Лэйн даже не хотела видеть этот жёлтый снег с её именем. Это было слишком. — Пиздец, во что я вляпался, — огрызнулся Ноа, услышав это через рацию. — Хочешь, и тебе такой подарок сделаю, — тихо сзади подкрался Лестер. — Ещё одно твоё слово и я отравлю твоё блюдо, — улыбнулся математик. Она решила поспать. Во сне ей снился Романов. — Царица моего вонючего хуя, — ласково прошептал Борис, — хочу поздравить тебя с этим великолепным праздником и пожелать разделить ложе со мной. — Обойдусь, — сухо сказала она. — Всё моё приданное — твоё, — вновь говорил он, — с днем святого Валентина, королева моего трупного тела. Лэйн ахуела, но обрадовалась такому раскладу. — Я сижу на бутылке, которую вставил мне Дмитрий и жду тебя вечером, — пригласил её к себе народный артист Сибири. Она придёт. Ей хочется потом из этой бутылки выпить вина, чтобы чувствовать вкус её мужчины. Критограф проснулась счастливая. Наконец последним её поздравил генерал. Он ей просто всучил деньги, ружье и труп Бориса вместе с бутылкой в его заднице. — Мой подарок тебе на день влюблённых, лаборант, — улыбнулся Дмитрий, — ещё раз увижу этого очкошника рядом с тобой, я насру ему на бошку. А после Дмитрий жёстко засосал её, прижав к окну. А ангел видел и возбудился. Ему нравилось смотреть, как другие трахают его девушку. Он дрочил на это посреди улицы. Авель смотрел на это издалека и сделал вид, что не знает этого психа. Донован чуть в обморок не упала и уже сомневалась, а те ли служат святой. А Анна с Грегом курили травку, которую он выращивал, чтобы пережить этот дозовый день. Лэйн выкинула Бориса в окно и встала на колени, соснув хуй генерала. Он пах вкусно, как член её бати, который осеменил её мать. Это напомнило ей дом. Каин уже вошёл в комнату и смотрел на это зрелище вблизи. А криптограф нюхала и глотала его терминатор, словно это клей. — Твой член — самое лучшее блюдо из русской кухни, — прошептала она. — А твой ротик самое мягкое, что есть на этом свете, — в ответ одарил её комплиментом Дима. Она лизнула и его стальные яйца. Дмитрий пах как мужчина — грубый, страстный, опасный. Его российской империи между ног можно было завидовать. Он вдруг вынул свой пистолет с её рта и как треснул по лбу. А после кончил ей в глаза. Ангел достиг пика от этой картины, а сам мечтал уже о хуе генерала. — Шавка, — ласково толковал он, — если ещё раз будешь встречаться с тремя одновременно, вместо моего члена я болгаркой пройдусь по тебе. — Я буду тебе изменять, только трахни меня, генерал, — умолял пернатый. Дмитрий подошёл к нему и уебал с ноги, вырубив его. А после выкинул с окна.