На расстоянии вздоха

Хенджин просыпается как будильник ранним утром. Глаза открываются и ни о каком сне и речи быть не может. Сегодня его день рождения. Он очень долго ждал этого дня и готовился, поэтому в этот день напряжение достигает своего максимума. Хван приводит себя в порядок долго, словно популярный айдол готовится к эфиру. Комната идеально убрана, одежда выглажена, на лице – ни прыщика. Он долго рисует стрелки, сверяя их ровность по линейке. Минхо это забавляет, но он остается в тени. С Минхо они были простыми соседями. Особо они не общались, просто съехались, чтобы платить за аренду меньше. Отношения никого не интересовали, поэтому во многом они сходились. Хенджин хоть и был взбалмошным, но Минхо в свои авантюры не втягивал, только лишь когда его хорошее настроение фонтаном стреляло на всю квартиру, Минхо с улыбкой слушал смешные истории его друзей. Всерьез Минхо Хенджина никогда не воспринимал, пока однажды Ли не вернулся домой уставший, а его уже ждал Хенджин с небольшим тортиком в руках. — Ты что забыл про свой день рождения? — Странно что ты об этом помнишь. Тогда Хвану удалось вытянуть его на чашку чая и просмотр боевика по телевизору. Тот день Минхо и считает отправной точкой в их отсутствующих взаимодействиях. За неделю до сегодняшнего дня Хенджин терся рядом с ним как брошенный котенок, ищущий ласки, но пугающийся любого движения. Минхо это смешило целый день, но под вечер он сам пошел навстречу и спросил, что его так беспокоит. — Я бы… хотел устроить вечеринку в честь своего дня рождения… если ты не против… — Но не до утра. Понимаешь же, что конфликты с соседями нам обоим не нужны. Тогда Минхо впервые увидел, как Хенджин просто взрывается от восторга. В его глазах рассыпались звезды и он, не удержавшись, повис на шее Минхо, пища тому на ухо от радости. Но для Минхо такой контакт был удушающим еще и в другом смысле. Хенджин был идеальным соседом, но был в нем один жирный минус. Хван не знал своего аромата и каждый месяц экспериментировал с запахами. Минхо же в первые полгода их совместного проживания едва вытерпел такое и вызвал его на откровенный разговор. — Хенджин, я хочу поговорить о запахах. — Что? О чем ты? — Дослушай. Я не хочу сделать тебе больно, но я задыхаюсь рядом с тобой. Буквально. В детстве я очень тяжело перенес пневмонию, долго лежал на кислороде и теперь все запахи я ощущаю очень остро. Я не в праве запрещать тебе парфюмы, но делай это, пожалуйста, в своей комнате. И бытовую химию я буду покупать сам. — А… прости, я не знал. Конечно, теперь я буду осторожнее. Хенджин свое слово сдержал, а если и выносил запах из комнаты, то всегда первым делом раскрывал окна. Минхо это тронуло. Он был искренне ему благодарен. Тесно они никогда не контактировали, даже если и смотрели что-то вместе, но сидели на разных уголках дивана. В тот же день Хенджин прижался слишком близко. Минхо невольно втянул воздух с его шеи и в почувствовал, как весь кислород в легких заменяется тяжелым запахом ванили. Тошнота подступила неожиданно быстро и Ли отпрянул, шумно втягивая воздух через рот. Хенджин будто испарился, но запах все еще оставался ванильным, пока Хван не протянул ему банку с зернами кофе на расстоянии вытянутой руки. За неделю они больше друг к другу не подходили, но Хенджин чувствовал себя виноватым и Минхо чувствовал это. Он даже говорил, что все в порядке и он не в обиде, пока у них есть кофе Хенджин может проявлять эмоции. Но Хенджин все еще держался от него подальше, до вчерашнего вечера. Ситуация в их квартире сгущалась, Минхо был в отпуске и не мог просто вырваться на работу, а прогулки по городу удовольствия не доставляли. Поэтому, чтобы показать, что он точно не в обиде, Ли решил начать делать генеральную уборку до прихода Хвана. Хенджин взял отгулы на три дня и сегодня должен был прийти с работы в обед, заскочив в магазин, чтобы в день рождения спокойно приготовить нарезки и открыть соджу и не бегать по магазинам. Когда Хван увидел убирающегося Минхо он сначала ничего не понял, а потом снова с трудом подавил в себе желание крепко обнять соседа. Вдвоем они доубирали оставшиеся комнаты, не пересекаясь, конечно, а под вечер Хенджин ушел спать без сил, пока Минхо застрял на кухне, приготавливая все продукты. Подарок он тоже, конечно, приготовил, но и так хотелось позаботиться о нем тоже. Сейчас Минхо смотрел на собирающегося Хенджина издалека, в щелку двери. В комнате Хвана всегда играло буйство запахов, поэтому внутрь он не заходил никогда. Сейчас же его нос был прикрыт собственной рубашкой, чтобы хоть немного облегчить себе дыхание. Зачем он вообще продолжал стоять и смотреть, Минхо не знал, но и уйти уже не мог. Хенджина он всегда считал красивым, но сегодня он был каким-то особенным. Со стороны туалетного столика стали раздаваться щелчки, что и вывело Минхо из транса. Он понял, что Хенджин закончил и теперь убирает косметичку, поэтому и сам отпрянул от двери. На кухне стоял только завтрак на двоих, а еще небольшая коробочка. Минхо долго решался на такой шаг, но все же подобрал для Хвана парфюм, который и сам мог переносить. Древесные нотки были похожи на истинный запах Хенджина, который появляется, когда Хван в отпуске или на больничном и долго не пшикается мощнейшей химией. Конечно, скорее всего это запах геля для душа, но он куда приятнее ванили и ярких цитрусовых нот. Хенджин выходит из комнаты, будто сам ангел спускается с небес на землю. Он выглядел невероятно, что Ли даже забывает, что хотел улыбнуться и поздравить его с праздником. Минхо подглядывал за ним в профиль, но, увидев полную картину, сам застыл от шока. — Доброе утро, хен! Не знал, что ты встал так рано. — Доброе… с днем рождения, Хенджин. — Спаси-ибо, — Хенджин улыбается как маленький ребенок. Широко и искренне, так, что глаза практически исчезают. Минхо тянется обнимать его первым, задержав дыхание. Хенджин обнимает его быстро и осторожно и первым отстраняется. Хоть он и выглядел напряженным, но вид у него был совершенно счастливый. Минхо сдержанно улыбнулся и показал ему рукой на кухню, пропуская первым. Хенджин и прошел, но потом Минхо услышал оглушающий крик. Вбежав на кухню, Ли заметил, как Хван держит в руках его подарок, будто какое-то сокровище. На пару минут Минхо теряется, еще пытаясь понять, что напугало соседа, пока он не понимает, что дело в самой коробочке, потому что Хенджин смотрел только на нее и практически не моргал. — Цвет не нравится? Или я твое имя с ошибкой написал? — Ты приготовил мне подарок… это… очень мило… Минхо уже открыл рот, чтобы спросить, что же дальше, ведь он на каждый день рождение дарит ему подарки, но потом вдруг понял, что именно вызвало в нем такие эмоции. Одной из главных причин наверняка стало то, что отношения между ними в последние дни стали лучше. Подарок теперь воспринимался как знак внимания, а не простая формальность. Да и сегодня он явно выспался и был в хорошем настроении. А еще Минхо впервые заморочился и подобрал коробочку и открытку. Раньше он не считал нужным нести в дом кучу лишнего картона, ведь они жили вместе, и он дарил либо в магазинной упаковке, либо вообще без нее. Пальцы Хенджина трясутся, когда он тянет розовую ленточку с бантиком и крышка сама отваливается. Не на пол, Минхо предусмотрел, чтобы она надежно приклеилась к ленточке и не валялась или не занимала лишнее место в руках. Хенджин в шоке смотрит на внутреннее содержимое коробки и сердце Минхо снова обливается кровью от его реакции. Его тонкие пальцы, словно созданные для рекламы, берут флакон с парфюмом и подносят ближе к носу. Хоть его и подбирал Минхо, распылять прямо тут он не решается и старается уловить аромат издалека. Его лицо сначала становится внимательным, но после губы растягиваются в до ужаса милой улыбки, от которой щемит сердце. — Господи, спасибо, хен! Это самый лучший подарок! Они невероятно пахнут! Хенджин пролетает мимо, оставляя сладкий ванильный аромат, а потом выходит уже с новым образом. Минхо сам не может удержать улыбку, замечая на Хенджине красивую атласную блузку цвета темного шоколада и черные строгие брюки. Он выглядел совершенно иначе, хотя макияж оставался прежним. Сейчас от него ванилью не пахло. Он был словно в романах о лесных жителях и их квартира тоже стала наполняться ненавязчивым ароматом леса. — Ты смотри, я стоны ночью слушать не буду. Сразу подушкой получишь. Хенджин хоть и смеется, но густо заливается краской. Он ставит чайник, не жалея помаду, и режет торт, что принес еще вчера. Минхо достает из шкафа свечи и расставляет их по кругу, вызывая у Хенджина неподдельный интерес. — Прям как в детстве. — Сегодня особенный день. Хенджин понимает это и без слов. По взаимодействиям с Минхо они уже обогнали прошедшие несколько лет. Минхо стал каким-то особенно мягким и нежным, что сильно подкупало Хвана. Солнце пробивалось даже сквозь зашторенные окна. Хенджин прикрывает глаза, создавая для себя полную темноту и загадывает желание. Оно сильно отличается от того, что он хотел загадать еще вчера. Задув все свечи, он позволяет Минхо нарезать торт, Ли работал в ресторане и у него это получалось красиво и аппетитно, а сам он разливает горячий ароматный чай с жасмином и чувствует, что это лучшее утро за весь прошедший год. День пролетает быстро. Минхо снова остается рядом и помогает украшать квартиру для вечеринки. Алкоголь стоит в холодильнике до последнего. Когда солнце стало клониться к закату и гости уже должны были подходить, они без сил увалились на диван, позволяя себе немного расслабиться перед приходом других, посторонних людей. Лежали они почти совсем рядом, а парфюм Хенджина не вызывал у него удушья. Это был хороший знак. Хенджин почти уснул. Минхо и сам понял, что зевнул за последние десять минут три раза и посмотрел на часы. Гости должны были начать приходить уже полчаса назад. Внезапно за окном завыли сирены скорой и пожарных машин, что заставило их быстро проснуться. Минхо приподнялся, тут же встретившись взглядом с тревожными карими напротив. Одновременно они поднялись с мест и направились к окну, чтобы посмотреть, что случилось. — Авария, что ли… - Минхо вздохнул, понимая, что окна их квартиры не выходят на место проишествия и виден лишь густой темный дым. — Какой ужас… Хенджин проговорил едва слышно, особенно на контрасте с вскриком. Сразу после его фразы свет погас во всей квартире и стало очень темно. Минхо тут же двинулся к Хенджину, ловя его за руку и подтягивая к дивану, на котором они еще недавно безмятежно лежали. Под ногами не было видно ничего, поэтому Хенджин даже спотыкается о ковер, но не падает благодаря поддержке Минхо. — Посиди тут, хорошо? Я сейчас, быстро. Хенджин шокировано смотрит на окно, которое особо не освящало. Светло было только в первой половине дня, а дальше без искусственного света было уже тяжело. Мысли молниеносно мечутся в голове, связываясь в огромный ком. Сердце колотится все быстрее, когда он понимает, что к нему больше не придут. Света нет, ни о какой вечеринке и речи быть не может. Да и мало ли где сейчас его друзья, но… он очень надеялся, что они не пострадали. По радио сообщают о взрыве одного из зданий в их районе, кафе, кажется. Хенджин слушает в полуха, улавливая, что электричество будет отключено в целом квартале ради безопасности мирных жителей. И когда оно будет восстановлено – точно неизвестно. Мысли из темной кучи внезапно становятся прозрачными. Это он виноват. Это все из-за Хенджина. Минхо появляется на горизонте неожиданно. Из окна уже ничего не видно, солнце ушло стремительно, словно больше не хотело видеть его. Вздрогнув от появления соседа, Хенджин выходит из своего состояния, смотря на него. — Ничего страшного. Никто не умер. А пострадавших обязательно спасут. И мы должны спасать. — Кого… спасать?.. — Вечеринку твою, кого же еще. Взгляд падает на столик перед диваном. Словно по волшебству он уже заставлен закусками и несколькими бутылками соджу с двумя бокалами. Пили они редко, поэтому под весь алкоголь у них стоял сервиз бокалов, вроде как для вина, но это было не важно. Рядом с едой стояли свечи, хотя бы немного, но освещая комнату. — Прости меня, хен… это я виноват в этой аварии. Минхо давится виноградом, который успел закинуть в рот. Хенджин смотрит со слезами сожаления и холодок пробегает по его спине. — Что? Ты устроил теракт? — Нет… но это случилось по моей вине… Минхо теряется, не понимая, что происходит. Как этот ангельский принц мог подстроить такое? Мозг упрямо отказывается верить в это, но вид Хвана заставляет задуматься. Ли осторожно берет его за руки, заставляя посмотреть на себя. — Расскажи, в чем дело? — Утром… когда я задувал свечи… я пожелал провести этот день только с тобой… это из-за меня произошла авария… из-за моего желания произошло… все это… Минхо смыкает губы и старается дышать как можно глубже. Хочется засмеяться, но нельзя, Хенджин ведь так серьезно в этом убежден. Нужно как-то помягче ему рассказать о том, что он заблуждается. — Хенджин… если ты действительно хотел провести со мной день, можно было просто попросить. Я бы помог придумать тебе причину для отмены вечеринки. Хенджин резко поворачивает к нему голову и Минхо несдержанно улыбается, притягивая его к себе. Удушья все еще нет и он облегченно выдыхает и целует его в макушку. Однако последнее точно не входило в его планы и Минхо даже рад, что сейчас темно и Хван не видит его выражение лица. — Прости меня, хен… — Хенджин, я шучу. — Минхо поднимает его голову к себе, но снова морщится от осознания того, что сморозил. — То есть, на счет… в общем, я бы и правда помог тебе придумать что-нибудь, но авария точно произошла не из-за тебя. Это просто отвратительнейшее стечение обстоятельств, не более. Не вини себя. Если ты, конечно, действительно не закладывал ту бомбу сам. — Нет… — Тогда не думай об этом. Твой день рождения еще не закончился, давай его отметим? Минхо вынужденно отстраняется и тянет к себе бокалы, но наполнить их не успевает. Хенджином движет импульс и он тянет старшего на себя, накрывая его губы своими. Минхо понимает это, когда чувствует, что Хван не может продолжить. Внешне ему Хенджин нравился. Поэтому он позволяет себе ответить на поцелуй и углубить его, чуть наклоняясь вперед и укладывая Хвана на спину, а его ноги раздвигая в стороны, чтобы быть к нему еще ближе.