Linked

Исследовательская станция в Туманном лесу содержит ужасы, которые не только вызывают мурашки на коже, но и имеют реальные шансы прикончить того несчастного, который ступит за порог лаборатории. Охотники Альфа, Браво и Эхо, порожденные руками ученых, что давно покидают это место, доставляют Тамтей хлопот — ей приходится потратить немало усилий, чтобы вычислить местоположение базы, проникнуть внутрь и порыться в подноготной заброшенного проекта RDA. Здание практически стонет под её ногами, находясь в состоянии разрухи. Джунгли, сходясь с погодными условиями и отсутствием содержания проводки, смешиваются в коктейль, пожирающий металл и проводку. В очередной раз погрузившись с головой в восстановление электроснабжения, Тамтей напрягается, услышав скрежет где-то за стеной. Ей удается открыть дверь, и станция погружается в неестественную тишину на несколько долгих секунд, прежде чем на подвешенный контейнер сваливается огромная туша танатора. Зверь дёргает головой, встряхивается и поворачивается прямо к ней. Толстый слой стекла падает под натиском его тяжелого тела. Тамтей удаётся отпрыгнуть, сделав первый выстрел. Он попадает в грудь отсеченного животного, заставляя его оступиться и взвыть. Взбешенный появившейся на теле раной, танатор удваивает свои усилия, пытаясь схватить Тамтей любой конечностью, которая может дотянуться до девушки. На'ви, избегая выпадов твари, надеется измотать зверя прежде, чем тот окончательно разнесёт помещение. Сделав очередной прыжок, она упирается в спину танатора, сделав сильный толчок от его позвоночника. Пытаясь поймать добычу, тварь изворачивается, но подставляет шею. Тамтей ловит свой момент, замахиваясь тяжелым луком и ударяя прямо по дыхательному отверстию. Взвыв, танатор падает, не сумев подставить лапы под свой правый бок. Понимая, что на маневр у неё остается считанное мгновение, девушка берёт стрелу и, не дождавшись очередного движения зверя, засаживает острый наконечник как можно дальше. Танатор дёргается, испускает оглушительный рев и, сжимаясь в предсмертных конвульсиях, постепенно перестаёт дышать, превращаясь в безжизненную гору мышц и костей. Тамтей наполняет лёгкие воздухом, бормоча под нос молитву. Она отправляет животное к Эйве, от которой оно было отрезано на протяжении долгого времени. На момент представив себе жизнь без связи с окружающим миром, девушка дёргает головой. Судьба существ, подвергшихся экспериментам RDA, не завидна. Она проводит рукой по слегка открытой пасти танатора, проводя последние моменты наедине с телом. Разворачиваясь и смотря на помещение, Тамтей не спешит, перебирая электронные и бумажные записи. Переворачивая очередной ящик, она снова слышит скрежет. Перебирая в голове варианты, девушка пытается понять, насколько велика вероятность нахождения ещё одной особи в пределах лаборатории. Тем не менее, скрежет продолжается, совмещаясь с ударами и неприятным гулом, который становится заметнее при приближении с одному из закрытых отсеков. Девушка окончательно убеждается в чужом присутствии, когда её радио ловит сигнал. Настроив волну, она навостряет уши и надеется, что её несанкционированное проникновение в сеть не вызовет подозрений. — Альберто, какого черта там происходит?! — Охотник Дельта снова разносит верхние этажи, сэр. Это беспокоит- — Оставьте его в покое. Пока его агрессия играет нам на руку, мы должны оставаться на безопасном расстоянии. Лишние уши не должны приближаться к лаборатории. Привлекать внимание Сопротивления, а тем более руководства, нам не выгодно. — Я услышал вас, профессор. — Отлично. Ты умеешь слушать, когда хочешь. Продолжайте разгрузку. Мне нужно восстановить работу этого отсека в ближайшее время. Мы не можем ждать. Дёрнув хвостом, Тамтей понимает, что не может повернуть назад — выход наружу знаменуется подъемником RDA, но сейчас её привлекает совсем не это. Снова достав СЭМ, она начинает искать пути проникновения на нижние этажи. — Подруга, ты как? — Могу пропасть из эфира. Спускаюсь ниже. — Что ты там забыла?! — Тише, Прия, — Тамтей продолжает работать над системой. — Я поймала переговоры какого-то профессора с одним из солдат RDA. Похоже, что он действует без ведома своего начальства. — На той самой базе, где работал Хаджир? — Да. И я не думаю, что это место выбрано случайно. — Ты считаешь...? — Что он собирается возобновить эксперименты? Да, — Тамтей наконец удается заставить дисплей гореть зелёным. — Именно поэтому я иду в нижние отсеки. — Будь осторожна. Тамтей проходит через дверь, пригибаясь. Её ждёт гора пыли, брошенное оружие и несколько открытых шкафчиков. Найдя в них материалы, девушка пробивает крышку вентиляционной шахты и начинает красться вдоль трубы, когда внизу слышатся голоса. Солдаты переговариваются, не выдавая важной информации. И всё же, Тамтей старается не спешить, ожидая, пока те пройдут по коридору. Состояние этих шахт оставляет желать лучшего, а неожиданное столкновение с УМП не входит в план. Найдя конец шахты, Тамтей снова пробивает металл, оказавшись в одном из служебных помещений. Оно прорезано переплетениями труб, одна из которых служит неплохой точкой подъема. Найдя для себя прорезь в фундаменте, в которую оказывается довольно трудно протиснуться, Тамтей усаживается на очередную трубу. Она соединяется с группой других, уходя куда-то в стену. Под ней оказывается довольно просторный отсек, уже наполненный небольшим количеством солдат. Переговоры заставляют Тамтей сделать вывод, что этот таинственный профессор выбирает только тех солдат, кому может доверять. Привлечение внимания к его несанкционированным действиям повлечет за собой последствия, которых тот определенно хочет избежать. Прижав уши к черепу, Тамтей начинает осторожно двигаться вдоль несущих балок. Они находятся прямо под комнатой со стеклом, за которым девушка может слышать отчётливые шаги. Остановившись у стены, она осторожно втискивается в прогал между стенкой и заграждением, оказываясь у двери. Надеясь, что найдет внутри что-то стоящее, Тамтей напрягается и, дождавшись открытия замка, проникает в комнату управления резким движением. Снося с ног обоих солдат, на'ви разворачивается и, убедившись в отсутствии угрозы, наклоняется над компьютером. На нём лежит два планшета, которые содержат одинаковую информацию. Страница предлагает только базовые сведения, но то, что предоставлено на дисплее, уже заставляет Тамтей содрогнуться. — Прия, — Тамтей нажимает на кнопку, стараясь держать голос тихим. — Прия? — Я тебя слышу. Сигнал всё ещё идёт. — Они привезли сюда танатора, — девушка рассматривает фото хищника. — Это взрослая самка. Здоровая. Дикая. — Они выловили танатора? Чёрт, все может пойти не так в девяносто девяти процентах сценариев. — Меня удивляет способность вашего вида оказываться в ситуациях, которые угрожают безопасности всех окружающих. — Солидарна с тобой в этом удивлении, — Прия выдыхает. — Ты знаешь, где она сейчас? — Я слышала скрежет. Она должна быть неподалёку. Прервав коммуникацию, Тамтей разворачивается и проходит через дверь, начиная проходить вдоль коридора. Чем ближе она оказывается к большой двери склада на нижнем этаже, тем громче становятся звуки. Скрежет металла, громкое рычание и ругательства людей, которые сочетаются с трещанием электричества и лязгом цепей. — Вот и цель моего интереса. Тамтей смотрит вверх, обнаруживая закрытый люк. Выругавшись, она тратит время на перенаправление электрического тока, добившись открытия преграды. Ей удается залезть внутрь, удержавшись на небольшом выступе под своими ногами. Посмотрев вниз, она сканирует помещение быстрыми движениями глаз, пока не останавливается на массивной клетке посередине. Рядом с металлической коробкой стоят несколько УМП, а между ними — солдаты, держащие в руках заряженные электрические стики. Палки, защищенные стальным корпусом, трещат в руках людей. Входя в контакт со стенкой клетки, они пускают внутрь заряд, заставляя животное внутри дёргаться. — Vrrtep. Тамтей закусывает губу, но продолжает двигаться. Жестокость людей уже не удивляет её, но это не значит, что она перестает вызывать у неё негативные эмоции. — Что, не нравится? — Один из них смеётся, продолжая посылать электричество через клетку. — Она всё ещё дергается. Крепкая тварь. — Кто бы подумал, что эти уродцы такие устойчивые. Они снова смеются, на сей раз в унисон. Сделав несколько рывков, Тамтей оказывается на другой стороне помещения. Перед ней находится несколько щитков с проводкой. Прищурившись, Тамтей решает, что самым легким манёвром отвлечения послужит поджог. Люди слишком боятся огня, чтобы игнорировать его присутствие. Дёрнув хвостом, она берёт в руки тяжелый лук, отходит к противоположной стенке и стреляет, слыша характерный треск короткого замыкания. Зарождающийся огонь быстро заполняет помещение дымом. Тамтей удаётся скрыться в тени у потолка, когда солдаты бросают стики и несутся в сторону задымления. УМП отвлекаются вместе с ними, сконфуженные создавшейся паникой. Все помещение в мгновение погружается в темноту. Адаптированная к низкому освещению, Тамтей видит гораздо лучше людей, которые начинают бегать в попытке избежать задымления и найти рабочий источник света. Но не это становится их окончательном приоритетом, когда по отсеку разносится грохот. Тамтей поворачивает голову, и уши сами прижимаются к её голове, когда она видит выломанную дверь клетки. Та лежит на полу, выгнутая, разошедшаяся по швам. Несмотря на бурлящий в крови страх, Тамтей медленно поворачивает голову, вступая в зрительный контакт с танатором. Самка, покрытая кровью, синяками и порезами, но не менее свирепая, чем те, с кем уже встречается Саренту, резко переводит взгляд в сторону ближайшего УМП. Женщина внутри едва успевает поднять руку костюма, когда животное бросается в сторону защитного стекла. Последовавший хаос позволяет Тамтей рвануть в обратную сторону. Найдя свой путь к ранее закрытой двери, она делает резкий поворот и цепляется за подъёмник, оказываясь снаружи усилиями своих рук. Тяжело дыша, она сглатывает ком в горле и зовёт своего икрана. Тэмек появляется секундами позже, спускаясь на камни неподалёку. Тамтей спешит к седлу своего маунта, издав клич, когда она отталкивается от земли и взмывает в воздух. Исследовательская станция остаётся позади, но мурашки ещё долго не покидают загривок Саренту. * * * Охота в Туманном лесу всё ещё вызывает у Тамтей приступы паранойи. Она поворачивается через плечо слишком часто, чтобы списать это на усталость. В голове всё ещё висят те горящие глаза с вертикальным зрачком. То, как эта самка кидается в сторону УМП, позволяет думать, что она справляется с врагом — солдаты RDA редко могут противостоять фауне Пандоры, если не имеют сильное численное или технологическое преимущество. Танаторы, отличаясь особенной устойчивостью и агрессивностью, не зря становятся главным фокусом программы по изучению и приручению природы Пандоры. Отсеченные особи ставшие результатом этих исследований, и близко не подходят к своим здоровым сородичам. Быстрые, адаптивные и сообразительные, эти твари заслуженно занимают первое место в пищевой цепочке наземных хищников разных биомов. Встреча, о которой Тамтей думает слишком часто, происходит именно тогда, когда девушке нужда поддержка. Её забивают в угол — Тэмек не может пробраться через густые ветви сверху, а несколько УМП образуют у единственного прогала в корнях полукруг, ожидая, когда Саренту придется покинуть своё укрытие. Она старается не обращать внимания на издевательский тон и фразы, пытающиеся вывести её из себя, которые добираются до её ушей. Сглатывая, Тамтей мысленно произносит молитву для Эйвы и готовится сделать рывок, когда один из УМП начинает дёргаться в попытке найти утерянное равновесие. Повернувшиеся к товарищу солдаты позволяют девушке проскользнуть мимо, забравшись повыше для преимущества в позиции. Она натягивает тетиву тяжелого лука и стреляет, вызывая маленький взрыв за спиной одного из костюмов. Металлическое изваяние падает со скрежетом, пока оставшийся костюм пытается добраться до Саренту. Крик третьего ловит внимание обоих, когда разносящийся по поляне визг не посылает мурашки по её коже. Пытаясь найти опору, самка танатора хватается за рамку кабины УМП, проваливаясь раз за разом. На неё уже направлен пулемет, а мгновений на натягивание тетивы нет. Тамтей прилагает усилие, отталкивается от нароста на стволе и прыгает прямо на костюм. Пилот, механическая поддержка которого неожиданно становится тяжелее, начинает наворачивать круги вокруг собственной оси, пока Саренту наконец не удается пробить стекло. Схватив солдата за шею, она вырывает его из сидения, выбрасывая на воздух. Она уже не обращает внимания на лишенного возможности дышать человека, смотря на танатора. Самка всё ещё дышит, но не может слезть с уничтоженного ею механизма. Тамтей решается, спустя несколько секунд, помочь раненному животному. Уперевшись в землю, она начинает тянуть за лапы существа. Танаторы — плотные, возвышающиеся над многими представителями фауны, хищники. Ей приходится потратит немало сил и времени, чтобы помочь существу переползти к корням дерева. Самка пытается спрятаться, но ей не хватает места. Тамтей думает долго и тщательно, прежде чем ненадолго удалиться за припасами. Схрон, расположенный в ближайшей лаборатории, помогает ей набить сумку лечебными и съестными припасами. Уже начиная сомневаться в собственной затее, девушка возвращается к месту, где оставляет самку, вытаскивая из рюкзака несколько кусков жирного мяса. — Смотри, что у меня есть, — словно успокаивая лютоконя, говорит Тамтей. — Вкусное, свежее мясо. Хочешь? Хищник действительно смотрит с интересом. Не доверяя острым зубам, девушка кидает еду на землю. Танатор тут же выгибает шею и хватает кусок, заглатывая целиком. Внимание снова переходит на руки Тамтей, в которых быстро появляется новый. Только убедившись, что зверь останется с полным желудком, Саренту начинает прощупывать границы дозволенного. Самка начинает засыпать, позволяя ей почувствовать себя увереннее. При полноценной оценке ран становится понятно, что многие из них только начинают заживать. На теле танатора остаются выбоины от пуль, царапины от металлических обломков и синяки от особенно сильных ударов. Проводя рукой по краю рваной раны, она слышит рык, тут же убирая пальцы. — Поступим по-другому. Первым её занятием становится избавление самки от ошейника. Металлическая конструкция, впившаяся в кожу животного, не добавляет к комфорту. Работая со взломом системы и ослаблением болтов на конструкции, Саренту добивается того, что ошейник поддается её рукам. Она разламывает предмет напополам, слыша скрежет стали и видя редкие искры оборванной проводки. Избавившись от ошейника, девушка переходит ко второму пункту. Тамтей начинает обрабатывать раны так, как когда-то учит Налин. Промывает их водой, протирает марлей, а после начинает осторожно наносить внутрь простой лечебный состав, рецепту которого её учит Со'лек. Он должен держать возможную заразу под контролем, помогая с восстановлением. Убедившись, что покрывает все доступные ей травмы, Тамтей протягивает танатору дапофет. Зная танаторов, непривередливых к еде существ, она не удивляется тому, как самка принимает несколько кусков фрукта. Саренту воспринимает это в качестве лёгкой победы, решив оставить хищника до следующего восхода. Она лишь надеется, что самка протянет до утра. Со'лек определенно назовёт её безумной, если узнает. Подумав о члене сопротивления, Тамтей лишь фыркает, начиная двигаться обратно. Где-то в кустах она оставляет Тэмек, которая показывается несколько сотен метров спустя. Чувства не притупляются, а тело спокойно впитывает в себя шумы окружающего леса. Её никто не преследует. * * * Она посещает самку практически каждый день. Тратя все силы на восстановление, танатор позволяет подобное своеволие, удовлетворенная подношениями в виде мяса и плодов дапофета. Новая встреча, которую Тамтей предвкушает со странной смесью страха и нетерпения, происходит, когда день начинает клониться к закату. Саренту выслеживает добычу — нос направлен по запаху носорога, в шкуре которого нуждается девушка. Припав к земле, она концентрируется, видя впереди силуэт животного. Оставив между собой и зверем преграду в виде нескольких камней и стволов, Тамтей натягивает тетиву и, прищурившись, выглядывает из-за укрытия, целясь в уязвимые дыхала. Она не успевает отпустить тетиву, когда рядом слышится тихий шорох. Девушка застывает, пытаясь оценить ситуацию. Подобная грация в движениях не присуща эхоловам, а отсутствие яда на её спине намекает на то, что это не ползун. Появившаяся рядом морда заглушает вопросы в голове, а лук снова натягивается. Самка лишь наблюдает, не двигаясь с места. Она стоит настолько близко, что Тамтей чувствует тепло, исходящее от её тела. Локоть уходит назад до упора, стрела ложится на руку, и, дождавшись оптимальной позиции носорога, вылетает из оружия. Животное сопротивляется недолго — смертельно точный удар стрелы в уязвимое место быстро прекращает его страдания. Выдохнув, Тамтей спешит к туше, начиная разделывать её прежде, чем до неё доберутся микроорганизмы Туманного леса. Осматриваясь, она старается следить за окружением, но всё же пропускает, когда рядом появляется ещё один носорог. Готовый к нападению, он упирается в землю мощными ногами. Его показательная сила быстро оказывается бесполезной, когда из-за ствола сосны появляется самка. Танатор тяжело пыхтит, прижимаясь к земле и пытаясь не опираться на больную лапу. Но этого хватает, чтобы заманить травоядное в ловушку своих челюстей. Оно пытается вырваться, но сила пасти, развитая этими хищниками на протяжении их эволюции, ставит ему приговор. Продолжая разделывать свою тушу, Тамтей краем глаза наблюдает за тем, как танатор начинает поедать травоядное ещё до того, как оно полностью перестаёт дышать. Это не жестокость, это — закон природы. Танатор начинает трапезу со звуком, чем-то похожим на урчание. Она отвлекается лишь изредка, просматривая лес на признаки потенциальных конкурентов. Тамтей быстро справляется со шкурой, забирает несколько кусков мяса и встает, решая удалиться в спешке. Повернувшись, она встречает взгляд танатора, которая возвращается к своей еде уже мгновения спустя. Не стоит вставать между голодным хищником и его заслуженной добычей. * * * Тамтей нравится, как проходит восстановление её непредвиденной подопечной. Она практически перестаёт хромать на переднюю лапу, большинство ран покрывается коркой, а на теле проявляется более привычный силуэт мышц. Стабильное, естественное питание, возвращение в природу и отсутствие стресса совершают своё дело, и Тамтей не видит причины для дальнейших вмешательств. Лишь надеясь, что RDA не попытается приложить усилия для повторной поимки животного. Она наблюдает за ней издалека, когда представляется возможность. Выследить танатора — задача не из простых, учитывая практически полное отсутствие запаха и влияние этих животных на дар Эйвы. Большинство на'ви теряются, не имея возможности встретиться с опасностью лицом к лицу до самого нападения. Притупление чувств и практически первобытный страх сопровождаются появлением хищиника, который прекрасно сливается со своим окружением. Ирония смены ролей не ускользает от Тамтей — она сама использует растительность вокруг себя, стараясь остаться незамеченной. Конечно, самка может легко уловить её запах, если ветер подует не в ту сторону. Но, по той или иной причине, Саренту не боится этой перспективы. Иногда ей хочется возобновить их физический контакт. Подойти ближе, узнать, каковы настоящие танаторы на расстоянии вытянутой руки. Эта возможность падает ей в руки, когда Тамтей возвращается в лес в поиске материалов. На сей раз она нуждается в шишках — появившиеся в её голове дизайны требуют именно чешуйчатой текстуры этих плодов, растущих на стволах сосен. Вернувшись на знакомую территорию, Саренту не знает, стоит ли ей прислушаться. Если бы самка действительно хотела её убить, сделала бы это в привычной манере — бесшумно и яростно. Но та движется громко. Словно специально объявляет о своём присутствии. Что-то позволяет Тамтей продолжить работу, не оборачиваясь даже тогда, когда волосы у основания её куру колышутся под дыханием зверя. Она аккуратно сжимает пальцы у основания шишки, срывая её одним плавным движением запястья. Отвлечься от занятия её заставляет только тёплый нос, который упирается прямо в загривок. — Эй! Тамтей дёргается от неожиданности, но не уходит от прикосновения. Танатор начинает исследовать её спину носом. Касание едва заметно, но оно едва тревожит кожу у позвоночника и лопаток. Лишь закончив со сбором шишек, девушка поворачивается, тут же встретившись с хищником лицом к лицу. Она неожиданно осознает, насколько глупо выглядит морда танатор с такого близкого ракурса. Она улыбается, вставая на ноги. Несмотря на положение зверя, Саренту всё ещё ощущает себя маленькой. Стоя на всех шести конечностях, танатор практически достигает среднего роста на'ви. В такой позе, подмяв под себя некоторые ноги, она кажется не такой устрашающей. Но Тамтей не забывает проявлять уважение к её личному пространству, обходя зверя по широкой дуге. Танатор следит за ней с долей интереса, не сводя глаз с девушки, которая устраивается на заросшем мхом камне и начинает осматривать добычу. Шишки в её руках переливаются оттенками зелёного, слегка царапая кожу в некоторых местах. — Нужно зайти за советом к Нефике. Здесь точно нужна консультация в отношении цвета. Тамтей бормочет себе под нос, убирая всё обратно в рюкзак. Когда она начинает идти к утесу, на котором оставляет Тэмек, она отчетливо слышит шаги за своей спиной. Танатор непривычно громко следует за ней — привычно тихие и смотрящие под ноги хищники, они не издают много шума, за исключением того, что исходит из их глотки. Несколько минут проходят в окружении сосен, Тамтей видит своего икрана. Самка, взволнованная присутствием массивного хищника, поднимается на задние конечности и машет крыльями, пытаясь избавится от угрозы. — Tam tam, Temek, — она тянется рукой к морде икрана, начиная поглаживать. — Всё хорошо. Она нас не обидит. Слегка успокоившись, банши всё же не сводит глаз с танатора. Самка, удерживая расстояние, стоит на границе леса и небольшого пустыря, который образуется на утесе. Тамтей поворачивается к ней лицом, рассматривая. Она твёрдо стоит на всех шести лапах, смотрит остро и изучающе. — Nari si. Тэмек разворачивается и, дождавшись всадника в своём седле, срывается со скалы мощным прыжком, практически сразу поймав крыльями ветряные потоки. * * * Тамтей сама не замечает, когда начинает искать встречи с животным. Она обозначает на карте примерную территорию её охоты. Учитывая адаптивность этого вида, для Саренту места охоты этой самки не являются чем-то необычным. В отличие от многих хищников, танаторы быстро находят способы выжить в самых разных биомах. Начиная от равнин и заканчивая соснами Туманного леса, которые едва ли не достают до неба. Поднимая голову, Тамтей рассматривает одно из этих деревьев. Оно не колышется под воздействием ветров, уперевшись корнями в почву под собой с удивительной стойкостью. Рассматривая толстые иголки, девушка не замечает, как выходит на особенно широкую поляну. Вдали заметны несколько эхоловов, которых она надеется не побеспокоить. Она приходит в этот лес не для охоты — сейчас в её расписании появляется достаточно пробелов, чтобы найти время на отдельные вылазки. Устроившись на высоком камне, Тамтей в ожидании всматривается в окружающую растительность. Если самка захочет, она найдет её сама. Остаётся лишь надеяться, что другие танаторы не воспользуются этой ситуацией. Хотя сама Саренту начинает замечать за собой то, что отличает эту особь от других. Что-то в манере её поведения, в отдельных чертах морды позволяет быть уверенной в том, что перед ней та самая самка. Девушка навостряет уши, стоит этой самой морде показаться у одного из валежников. Длинные когти впиваются в древесину. Танатор вальяжно забирается на вершину одного из поваленных стволов, прижавшись грудью к коре. Самка издаёт тихий рык, показывая зубы. Тамтей отвечает ей тем же. — Кто-то рад меня видеть. На'ви спускается со своего камня, начиная приближаться к хищнику. Зверь не меняет своего положения, оставаясь на бревне. Девушка находит своё место на выступающем корне, держа равновесие с помощью хвоста и свободной руки. Вторая конечность тянется к морде танатора в странном приступе любопытства. Как только Тамтей протягивает руку, пальцы оказываются осмотренными. Дыхательные отверстия двигаются, сигнализируя, что самка вбирает в себя запах, исследуя. Саренту проводит кончиками пальцев по одной из складок, которая закрывает зубы зверя. Она поддается, прилегая к челюсти. Задержавшись ненадолго, рука двигается к выраженной горбинке на носу. Кожа на ощупь напоминает некоторые предметы одежды людей — твёрдая, блестящая и лишь слегка эластичная. Тамтей осматривает внушительный череп существа, переходя на воротник, лежащий у затылка. Разделенный на сегменты, он очень хорошо выражает эмоции танаторов. Когда он поднимается, а из глотки вырывается утробное рычание, Тамтей останавливается. Она понимает, что её рука оказывается слишком близко к нейро-косам. Куру являются основной целью учёных, пытавшихся найти способы подчинить местную фауну воле человека. Саренту практически не сомневается, что за короткое время заточения самка успевает перетерпеть немало опытов, которые так или иначе изучают строение её нервной системы. — Извини. Я не буду их трогать. Перемещаясь на нижние сегменты воротника, Тамтей берёт кончик одного из них между пальцев, рассматривая и потирая. Кожа здесь более мягкая и эластичная, а сама часть тела на ощупь напоминает хрящ. Спустившись от шеи, Саренту видит мощное плечо, переходящее в уперевшийся в бревно локоть. Три пальца, заканчивающиеся острыми когтями, привлекают её внимание. Она берёт один из них, потянув на себя. К её удивлению, самка позволяет Тамтей взять свою лапу на свои колени. Слегка повернув её, девушка быстро отмечает тяжесть. На кончиках пальцев, контрастируя с остальным строением, она нащупывает мягкие подушечки. Предназначенные для повышенного сцепления с почвой и преградами при передвижении, а также смягчения шага и перераспределения огромной мышечной массы, они сохраняют свою мягкость, без труда продавливаясь после лёгкого усилия. — Бархатные, — Тамтей улыбается. — Никогда не обращала на них внимания. Когда самка тянет на себя лапу, Саренту не препятствует, позволяя ей принять изначальное положение. С движением тела девушка невольно обращает внимание на тело танатора — на нём едва заметны следы пережитого. Шрамы, видимые лишь под определенным углом, отдают переливами серебра, имея чуть более светлые оттенки зажившей кожи. Тамтей морщится, вспоминая, как выглядят многие из этих порезов несколькими неделями ранее. Но они заживают, а самка выглядит так, словно и не попадала в руки солдат RDA. — Постарайся не набрать новых шрамов до нашей следующей встречи, м? * * * Со'лек позволяет Илею замедлится, когда они снижаются к кронам деревьев. Икран аккуратно маневрирует между торчащими ветвями, пока его наездник осматривает лес под собой. Тейлан направляет его в нужную точку, но найти его конкретную цель оказывается чуть сложнее, чем простой вопрос. Со'лек не ожидает ничего другого от Саренту — она скрытна, смертоносна и опытна. Несколько месяцев в родных лесах превращают её в то, чем не становятся некоторые на'ви, знавшие благословления Эйвы на протяжении двух десятков лет. Что-то в ней делает девушку адаптивной, быстро впитывающей информацию. Она напоминает ему водную лилию, которая падает в воду, употребляет предложенное природой и превращается в сильный цветок, нашедший свою нишу в пищевой цепочке. Хотя место Тамтей гораздо выше. — Тамтей? — Со'лек кричит в кроны деревьев, надеясь, что его услышат. — Тамтей! Он слышит не голос, но крик. Это Тэмек, которая привлекает его внимание взмахом крыльев. Она сидит на скрученном корне большого дерева, рядом с которым Со'лек практически сразу замечает мотыльков. Стараясь не тревожить насекомых, он снижается, и Илей, кружа над деревом, находит точку приземления в виде небольшой поляны. Икран касается травы плавно, тут же встряхнувшись от поднявшейся пыльцы. Со'лек гладит животное по шее, переходя на голову. — Sìltsan, Iley. Siltsan. Тэмек, которая делает лёгкий прыжок с корня, приземляется рядом с Илеем, тут же начиная бодать другого икрана в грудь. Хищник возмущенно пищит, но не остается в стороне, взмывая в воздух секундой позже. Тэмек летит следом, начиная кружить над лесом. Пронаблюдав за маунтами несколько секунд, Со'лек разворачивается и следует к дереву мотыльков. Он поднимается осторожно — сидящие на листве мотыльки, пусть и не являются беззащитными существами, не любят шумных гостей. Забравшись к платформе, образовавшейся между могучих ветвей, мужчина поворачивает голову, заметив сосредоточенную Тамтей рядом со скоплением коконов. Она рассматривает висящий шёлк, привередливо щурясь. — Тамтей? Она прыгает, но тут же подбирается, удивлённая. Хвост мотается за её спиной, пока образ Со'лека обрабатывается её мозгом. Подтвердив личность неожиданного гостя, она выдыхает и улыбается. — Прости. Я не думала, что за мной кто-то последует. — Я искал тебя, — Со'лек чуть наклоняет голову на бок. — Тейлан сказал, что мне понадобится твоя помощь. По-детски заинтересованный взгляд на лице девушки заставляет уголки рта Со'лека приподняться. Всего на секунду. — Что-то конкретное? — Да. Мне нужно проникнуть на аванпост. Отдаленный. — Дай угадаю, — Тамтей наклоняет голову на бок. — Один из тех, чьи имена я искала на станциях? — Ты быстро мыслишь. Она возвращается к коконам, наконец выбрав один из них. — Возьму этот. Аккуратно отделив его от ветви, Тамтей убирает находку в рюкзак. Посмотрев на одного из летящих мимо мотыльков, Со'лек не сдерживается, всё же заинтересовавшись: — Зачем тебе шёлк? — Хочу украсить свой уголок в Сопротивлении. Мне кажется, что там слишком пусто. Со'лек хмыкает. — Нефика хвалит твои навыки. Не забудь показать ей работу. — Чтобы она с новой силой распространялась о том, какой я хороший ткач? — Саренту смеётся. — У меня создается ощущение, что она пытается затянуть меня в Аранахе. — Тейлан тоже стал ближе к Зесва. Он в восторге от их сыра. — А Кин принимает его предрасположенность к человеческой технике. Мне нравится их понимание. — Тейлан — незаменимая часть наших операций. Поэтому и я искал у него совета. — Великий Со'лек? Ищет совета? — Тамтей подмахивает хвостом. — Ты точно в порядке? — Я не настолько стар, Тамтей. — Как скажете, karyu. Со'лек приподнимает бровь, кивая за свою спину. — Можем отправляться? Тамтей кивает. * * * Аванпост имеет неплохую систему защиты. На территории стабильно патрулируют УМП и опытные солдаты, а воздушные и наземные турели предотвращают проникновение с воздуха или по открытой территории. — Подожди здесь. Тамтей движется вперёд прежде, чем воин успевает сказать что-либо. Она достаёт СЭМ, взламывает систему и отключает турель, преграждающую путь ко входу в здание. — Осторожно. Она ныряет за угол, куда следует и Со'лек. Механический звук проходящего мимо УМП медленно исчезает. Концентрируясь, Тамтей убеждается в том, что за контейнерами их не ждёт сюрприза в виде солдата. Она тут же бежит в сторону открытого коридора, заставляя Со'лека спешить следом. Они оказываются в относительном пустом отсеке — за стеллажами, где прячутся на'ви, ходят несколько лениво настроенных солдат. Тамтей беспокоит лишь сидящий сверху снайпер, патрулирующий верхний уровень. Она прищуривается, натягивает тетиву и делает быстрый выстрел, тут же ныряя обратно. Стрела попадает в грудь врага, заставляя его завалиться назад. — Отличный выстрел. — Смотри и учись, старик. Она оставляет Со'лека с единственным взмахом хвоста, забираясь по подъемнику. Со'лек решает идти прямо под ней, держа глаз на ситуации в помещении. Тамтей исчезает в вентиляции, появляясь на трубах у потолка. Она перемещается по верхотуре, спрыгивает на противоположной стороне и, чуть наклонившись через перила, открывает дверь в углу отсека. Со'лек прижимает уши к голове, вылавливая момент и проскакивая мимо патрулирующего солдата. Оказавшись за контейнерами, мужчина делает быстрый выпад и, пропадая из поля зрения врага, проходит через дверь. Тамтей идёт следом, спрыгивая и практически сразу входя в проход спиной. У них появляется момент для передышки — в коридоре пусто. — Тамтей? — По передатчику передаётся голос Тейлана. — Тейлан? — Я нашёл планы нижних помещений. У того, кем интересуется Со'лек, есть кабинет на этом уровне. — Как туда пройти? — Тут же интересуется воин. — Вам нужно проскользнуть вдоль склада с нумерацией Б-1, найти путь в служебные помещения и оказаться в комнате контроля, где вы найдете лифтовую шахту, ведущую к нижним уровням. — Спасибо, Тейлан. Мы свяжемся для уточнений. Тамтей снова оказывается впереди, сметая электронные преграды. Со'лек замечает, насколько сильно возрастают навыки Саренту: она перемещается по помещениям не хуже тени, которая сливается со стенами. Страдают лишь те солдаты, которые стоят непременно на их пути — привлекать внимание окружающих неожиданным отсутствием большого количества патрульных она не намерена. Склад оказывается не таким большим, но довольно запутанным — коридоры, побочные и жилые помещения переплетаются в настоящем лабиринте. Тамтей старается находить время уточнять направление у Тейлана, когда они ловят момент для передышки в тихом уголке. Этих остановок оказывается несколько. Со'лек понимает, что смотрит на девушку каждый раз, когда настаёт такой момент. Она переговаривается с соратником тихим, ровным голосом. Представляет дальнейший маршрут, сопоставляет его с реальной раскладкой склада. Этот образ совершенно не сопоставляется со сконфуженной, неопытной девочкой, которую воин помогает вызволить из ТАП. Перед ним сидит настоящая воительница, готовая встретить опасность с агрессией танатора. Комната управления встречает их мягким синим светом. В ней находится всего несколько инженеров, которыми занимается Со'лек. Очищенное помещение вскоре оказывается под критичным взглядом Тамтей, которая начинает осматривать проводку и находить способы проникнуть в лифтовую шахту. Со'лек наблюдает со стороны, держа второй глаз на входе в помещение. Учитывая отсутствие поднятой тревоги, риск значительно снижается. Но воин никогда не отрицает возможности случайных посетителей. — Есть. Тамтей удается вскрыть двери шахты, на верхнем уровне которой стоит лифт. — Придется карабкаться вниз. Здесь не так много места, и не за что зацепиться. — Я пойду первым. Постараюсь тебя подстраховать. Со'лек втискивается в открытый проём. В нём не так много места, и шахта оказывается довольно тесной. Он упирается ногами в стены шахты, начиная сползать. Это занимает немало времени, но ему удается найти дно шахты, откуда он поднимает голову и смотрит на Тамтей. Девушка, имея не такую выраженную физическую подготовку, прикладывает больше усилий, стараясь удержаться. Металлические стенки предлагают хорошую опору, но начинают сдавать именно её конечности. Задержавшись примерно на середине, Тамтей старается упереться в стену спиной и найти немного передышки для своих рук. Со'лек наблюдает за ней с прищуром, надеясь, что она не упадёт. Когда до дна остается всего несколько десятков метров, Тамтей вздрагивает, когда её нога начинает соскальзывать. — Ой! — Прыгай, Саренту, я поймаю! Поддавшись сомнениям буквально на несколько секунд, на'ви громко выдыхает, напрягается и всё же позволяет своему телу упасть вниз. Со'лек тянется вверх, сильнее упираясь ногами в пол под собой в момент контакта Тамтей с его руками. Приседая для снижения отдачи, он всё же удерживает вертикальное положение, прижав Саренту ближе к себе. — Уф. — Прости. Хвост девушки дёргается, выдавая её волнение. Она осматривает мужчину на признаки дискомфорта, когда молодое лицо неожиданно покрывается пятнами глубокого синего цвета. — Что-то не так? — Ты держишь меня на руках. Бровь воина приподнимается. — Да. Что-то не так? — Н-Нет, — Со'лек видит, как горло девушки двигается. Она сглатывает. — Всё хорошо. Мужчина хмыкает. — Осталось совсем немного. Тамтей кивает, быстро опускаясь на пол. Она смотрит на створки лифта перед ними, стараясь понять, каким способом пробраться через преграду. — Используем грубую силу, или всё же попробуем взломать? — Не стоит оставлять следов. Девушка тратит несколько минут на то, чтобы пройти через защитную систему в помещении за металлическими створками. Ей всё же удается проникнуть в код, заставив двери разойтись в стороны. Тут же заняв себя осмотром помещения, она избавляется от одного из операторов, сидящего за компьютером. Мужчина успевает лишь сделать громкий вдох, прежде чем Тамтей ударяет его по голове. На'ви проскальзывают через открытую дверь в сеть помещений, напоминающих казармы — за стеклом и открытыми створками виднеются столовые, спальни и душевые. Большинство людей спят — скорее всего, по земным часам солдатам положен отдых. — Вон там, — Тамтей указывает на противоположную сторону перекрестка из коридоров. — Это кабинет? — С закрытой дверью. — Нам нужен код доступа. Вряд ли я смогу ограничиться простым взломом. — Или нам придется дождаться самого начальника. — Хороший вариант. С условием, что нас не выследят. — Будем надеяться, что Вэйланд не задержится. — Так зовут этого человека? За которым ты охотишься. Со'лек кивает. — Их почти не осталось. Участников битвы в горах Аллилуя. — Кажется, на'ви называют её Айрам Алусим? — Верно. Битва за Айрам Алусим. — Именно тогда Мерсер попытался от нас избавится. Из-за восстания Джейка. Тамтей смотрит в пол. Судя по её прижатым ушам, воспоминания, появляющиеся в её голове, связаны именно с ТАП. Со'лек кладёт руку на плечо Саренту, приводя в чувство. — Ты всё ещё здесь. Мерсер умер от твоей руки. Помни об этом. На губах девушки снова появляется легкая улыбка. Они всё ещё скрыты за поворотом, когда дверь кабинета открывается. Со'лек выглядывает, тут же прячась снова. — Это он, — шёпот в его горле почти превращается в рык. — Вейланд. — Это наш шанс. Со'лек не отвечает, срываясь следом за мужчиной. Тамтей едва успевает поймать его в коридорах — воин почти не издаёт звука, изредка мелькая среди человеческого металла. Тамтей идёт по следам человека и на'ви, пока не слышит хрип. Переходя на бег, она находит Со'лека в служебных помещениях. В его руке зажато горло человека. Мужчина становится почти синим от недостатка кислорода. Тамтей прижимает уши к голове и оборачивает хвост вокруг своей ноги, но не вмешивается. Вейланд быстро обмякает, повисая мертвым грузом в руке Со'лека. Он выдыхает, отпуская тело и позволяя ему упасть на пол. — Ты в порядке? — Саренту спрашивает из чистого рефлекса. — Да, — воин смотрит сначала на стену, а после переводит взгляд к лицу девушки. — Нам нужно уходить. Они пытаются вернуться тем же путём. Им удается оказаться снаружи, когда по внутреннему двору разносится звук тревоги. Солдаты начинают судорожно носится по территории, не позволяя на'ви проскользнуть незамеченными. Слышатся переговоры УМП, которые сигнализируют одно — кто-то обнаружил тело Вейланда. — Чёрт. Тамтей избавляется от одного из солдат, подошедшего слишком близко. — Придется выгрызать наш путь отсюда, — Со'лек перехватывает свою винтовку. — Ты готова? Саренту выдыхает, срываясь из их укрытия. Она избавляется от УМП чётким ударом по стеклу, вытягивая пилота из кабины. Он привлекает внимание своим криком, но Тамтей уже перемещается, начиная отстреливать солдат чёткими ударами тяжелого лука. Со'лек прикрывает её тыл, стараясь не позволить стрелам высунуться из укрытия. Звуки выстрелов наполняют территорию — они отскакивают от стен, смешиваясь с криками людей и шипением на'ви. По телам царапают пули. Рядом с ушами свистят гранаты, заставляя закрывать глаза или бежать за ближайший контейнер. Какофония быстро превращается в шум настоящего боя, пока Тамтей и Со'лек продвигаются к выходу. RDA определенно не намерены отпускать их так просто — главные ворота оказываются закрытыми. Но это не значит, что они перекрывают все пути отступления. Тамтей удается забраться на стену, затянув за собой воина. Мужчина тут же разворачивается ко врагу лицом, продолжая обстрел с высокой точки. За ними — граница Туманного леса, который обеспокоенно качается под воздействием ветра. — Бежим! Со'лек прыгает следом за девушкой. За стенами базы слышны переговоры. Суматоха сходит на нет, начиная превращаться в организованную попытку нагнать на'ви. Они приходят пешком — икраны слишком плохо воспринимают незнакомую территорию. Это не играет им на руку в условиях преследования — они несутся по корням деревьев, отчетливо слыша за спиной топот металлических костюмов. — Быстрее, они нагоняют! Тамтей, перегоняя Со'лека, пытается преодолеть очередную поляну, когда её подводят ноги. Она спотыкается, не успев найти баланс, когда рядом приземляется ослепляющая граната. Потеряв восприятие, Саренту пытается восстановить чувство направления, когда её тянут за хвост. Она кричит от боли, которая простреливает до самого загривка. — Попалась, синюшная! Пилот УМП ухмыляется, когда Тамтей шипит в его сторону, всё ещё пытаясь встать. Со'лек пытается избавится от преследователей, но его почти загоняют в угол — солдатам удается образовать полукруг, который продолжает сжиматься вокруг воина. Механическая рука УМП собирается нанести очередной удар, и Тамтей сжимается, готовясь сопротивляться. Вместо боли её уши прорезает чужой крик. Скрежет металла и скрип стекла смешиваются вместе, пока не затихают. Поле зрения девушки заслоняет массивная спина. Задние лапы, перебирая почву, вгрызаются в землю, секундой позже отправляя огромное тело вперёд. Разносящийся по лесу рёв рисует на лице Саренту почти звериный оскал. Она вскакивает на ноги, игнорируя боль в позвоночнике, с боевым кличем бросаясь следом. Создавшийся хаос играет ей на руку. Она несётся прямо в гущу отряда RDA, раскидывая солдат ударами конечностей. УМП пытаются сосредоточится для выстрела, но их открытым тылом пользуется танатор. Самка превращает костюмы в груды металлолома. Ей приходится изворачиваться и прилагать усилия, но даже закалённая сталь в конце концов становится жертвой её челюстей. Тамтей отправляет очередную стрелу в стекло одного из костюмов, когда под ней пропадает земля. УМП-Поджигатель хватает её за нагрудник, откидывая в сторону. Саренту пытается сгруппироваться для падения, которое не происходит. Вместо земли под её руками оказывается тёплая, плотная шкура. Перед ней — воротник, раскрытый в проявлении агрессии. Пилот делает шаг назад, посылая в сторону хищника струю огня. Танатор оказывается быстрее. Тамтей едва успевает схватиться за мощную тушу под собой, когда самка уходит влево, обходит УМП по фланку и отталкивается от земли, врезаясь грудью прямо в ноги костюма. Металлический монстр заваливается, пока пилот безуспешно пытается поймать свой аппарат. — Проклятая зверюга! Саренту, найдя своё место ближе к холке танатора, видит, как передняя лапа самки упирается в стекло костюма. Рык, вибрирующий в её глотке, отдаёт в ноги Тамтей, которыми она сжимает плечи зверя. Уперевшись руками в череп хищника, она ловит взгляд пилота. — Попался, faketuan. Тамтей нарочито медленно спускается со спины танатора. Она видит неприкрытый ужас на лице пилота, который судорожно пытается избавится от ремней, крепивших его к сиденью. Сильным ударом кулака Саренту вскрывает капсулу, вытягивает мужчину за грудки и продолжает смотреть на его лицо. — Вы никогда не найдете здесь места, небесный ублюдок. Такие, как вы — пища для зверей Пандоры, которая поглотит вас целиком. Человек начинает дёргаться, крича что-то неразборчивое на неизвестном Тамтей языке. Она подносит его голову к пасти танатора, который уже открывает рот в безмолвном предложении. Стоит шее мужчины коснуться нижних зубов, челюсти схлопываются. Кровь стекает по УМП, форме RDA, рту танатора и рукам Саренту. Фыркнув, она кидает обезглавленное тело обратно в кабину. Оно падает с грохотом, свалившись в кучу сломанного стекла и покореженного металла. Внимание Тамтей тут же переходит к танатору. Она тянется к морде зверя, который подается на встречу. Самка слизывает кровь с её запястий, позволяя гладить свою огромную голову. — Sìltsan, sìltsan palulukan, — она улыбается, проводя над глазами танатора. — Умница. Голова самки дёргается в сторону, когда рядом с ними тяжелое дыхание. Тамтей поворачивается, увидев Со'лека, наблюдающего за происходящим со смесью удивления и настороженности. — Ma'Eywa. — Со'лек шепчет себе под нос. — Mawey, ma' So'lek, — девушка проводит по переносице танатора пальцами. — Она не обидит. Самка спрыгивает с УМП. Её дыхательные отверстия расширяются, и она медленно обходит воина по кругу. Со'лек наблюдает за ней не менее пристально, но его плечи слегка расслабляются. — Ты не перестаёшь меня удивлять, Саренту. Девушка фыркает. — Она спасла нас. Будь благодарен. Тамтей прыгает на спину танатора, уже чувствуя себя увереннее. Самка под ней перебирает лапами, слегка поворачивая голову вбок. — Palulukan makto. — Всадница сухого рта, несущего ужас. Хорошо звучит. Когда голова зверя оказывается ближе к ней, Саренту приподнимает бровь и чуть наклоняется вперёд, смотря в глаз с узким зрачком. Перед ней неожиданно появляется нейро-коса, которая изгибается и приближается к её лицу. Девушка удивлённо моргает, переводя взгляд на Со'лека. — Она...? — Установи связь, taronyu. Тамтей чувствует, как тело дрожит в предвкушении. Она тянется за своей косой. Нервные окончания двигаются в плавном ритме, когда Саренту берёт куру танатора в свою вторую ладонь. Их разумы соединяются в резком, быстром танце. От нервного перегруза Тамтей закрывает глаза и сильнее сжимает бока танатора ногами. Самка отвечает тем же, приподнимая переднюю часть тела. Она встряхивается, и делает глубокий вдох. Девушка чувствует всеми частичками собственной кожи, как воздух Пандоры наполняет чужие лёгкие. Она чувствует силу танатора — неподчинённую, дикую, немыслимую. Подчинившую себе земли планеты, заставлявшую опытных охотников трястись в ужасе. Ту, перед которой склоняются в уважении многие кланы. RDA не имели ни единого шанса против этого могучего зверя. — Прислушайся к её дыханию, — Со'лек гладит Тамтей по колену. — Почувствуй её жажду крови. Инстинкты охотника. Стань таким же зверем. Саренту вздрагивает, распахивая глаза и смотря на воина. — Со'лек... — Я помню, какого это. Быть единым с разумом хищника, — мужчина отпускает колено девушки, вместо этого проводя по плечу танатора. — Не позволяй этому чувству поглотить себя. Ты — расчетливый, смертоносный хищник. Вершина пищевой цепочки. Ты не опускаешься до уровня тех, кто убивает из жестокости. Ты убиваешь ради защиты территории, ради пропитания. Тамтей сглатывает, но кивает. — Забирайся. Со'лек смотрит на девушку с долей недоверия. — Она тебя не съест, — фыркает девушка. — Ну, может, чуть пожуёт. — Ты обнадёживаешь меня, Саренту. — Перестань. Или я сама засуну тебя ей в пасть. Мужчина забирается на широкую спину хищника, который начинает нетерпеливо рыть землю когтями. Тамтей издаёт удивлённый вскрик, когда Со'лек кладёт руки на талию Тамтей. — Мне нужно за что-то держаться. — Я знаю! Саренту отвечает достаточно громко. Она знает, что мужчина ухмыляется в ответ. Зацепившись за основания куру танатора, на'ви прижимается ближе к спине зверя, одной мыслью послав её в галоп. Самка срывается с места, начиная двигаться вдоль леса. Тамтей едва успевает замечать проносящиеся мимо деревья — танатор проносится по родной почве с грацией и скоростью, которая может быть присуща только хищнику. Тело танатора бросает из стороны в сторону, стоит самке сделать очередной маневр между корней. Оба на'ви едва успевают заметить, когда они оказываются в более знакомых просторах. — Нависшие камни. Кажется, где-то здесь её территория. Танатор останавливается у одного из утёсов, смотря вперёд. Несмотря на задумчивость Тамтей, она продолжает двигаться вперёд. Несколько десятков минут приводят их Долину каменных облаков — месту, где прячется убежище Сопротивления. — Ты думаешь, она ведёт нас к убежищу? — Главное, чтобы она не перепугала тех, кто находится внутри. Как и предполагает девушка, танатор замедляется лишь тогда, когда они оказываются у главного входа в пещеру. Знакомые скопления скал приносят некоторое спокойствие. Самка останавливается у самого порога. Тамтей спешивается первой, разрывая связь с хищником. Со'лек слезает следом, останавливаясь у её правого плеча. Саренту вырисовывает несколько кругов на плече самки. Танатор трётся о её макушку головой. Проследовав внутрь, они тут же встречаются с Ри'нелой и Тейланом. Тейлан подбегает ближе, осматривая Тамтей. — Вы в порядке?! Я волновался! — Всё хорошо, Тейлан, — Саренту треплет юношу по голове. — Чуть-чуть потрепало, но мы живы. — Ты вся в царапинах.— Ри'нела критично осматривает подругу — Серьёзных ран нет, клянусь. — Я всё равно буду настаивать на том, чтобы обработать их. Тамтей выдыхает, зная, что спорить с их тцахик — бесполезная затея. — Хорошо. Ри'нела тянет подругу за собой, пока Со'лек идёт следом. Пока тцахик роется в своих запасах, воин опускается рядом с девушкой. Он проводит по её руке своей, привлекая внимание. — Ты в порядке? — Да, — Тамтей выдыхает. — Меня немного трясёт. — После связи? Саренту утвердительно кивает. — Это пройдет. Дыши глубже. Со'лек осторожно кладёт руку на её спину, успокаивая девушку круговыми движениями своей ладони. Манипуляцию прерывает Ри'нела, которая опускается рядом с миской в руках. Заживляющая мазь имеет глубоко зелёный цвет. Рядом с ней стоит ведро с водой, из которой Ри'нела берёт тряпку, начиная счищать налипшую на раны грязь. Следом Ри'нела берёт в руки миску с мазью. Тцахик наносит её отточенными движениями, пока Тамтей подставляет разные участки своего тела. Всё это время Со'лек смотрит на лицо Саренту — её лицо не выражает практически никакого дискомфорта. Она морщится лишь дважды, но остальное время в спокойствии принимает лечение. Мужчина не замечает, как тцахик переходит к нему. Его раны чуть серьёзнее — в некоторых местах расцветающие синяки впечатляют своим размером. На нём всё ещё виднеются пятна засохшей крови. — Тебе придется принять ванну, — говорит Ри'нела, держа в руках его запястье. — Тамтей тоже не помешает. Через несколько часов. — В моём убежище есть подходящий водоём. — Не стоит далеко путешествовать после такой битвы, Со'лек. Твоему телу нужно отдохнуть. — Здесь, неподалёку, есть водопад. Там тихо. Не придется карабкаться или лететь. — Отведи его туда, пожалуйста, — тцахик с улыбкой отдаёт подруге миску с мазью. — И нанеси на его раны смесь. Она должна помочь вам восстановится в кратчайшие сроки. — Ты прекрасно вписалась в роль, Ри'нела. Она бьёт хвостом по голени Тамтей. — Идите, пока я не принудила вас к постельному режиму. Со'лек позволяет Саренту взять себя под руку, пока она ведёт его в сторону чёрного входа. Они поднимаются по лестнице, проходят по настилу и оказываются снаружи. — Сюда. Через несколько минут перед ними открывается поляна. Вырезанная в скале, она становится приютом для просторного водоёма. С вершины Великана срывается вода, разбиваясь о поверхность и утекая дальше. Туда, где скала упирается в почву. Тамтей подходит к берегу первой. Она опускает ступни в воду, слегка дёргаясь от прохлады. — Я не буду смотреть. Со'лек смотрит на спину девушки с вопросом. — Я взрослый мужчина, Тамтей. У меня нет причин стесняться твоего взгляда. Девушка поворачивается к нему. Её хвост дёргается. — Я всё ещё не могу привыкнуть к такой открытости. — На'ви действительно близки к природе. У нас нет понятия "смущение", когда мы стоим перед Эйвой. — Моё понятие смущения, к сожалению, совпадает с человеческим. — Ты привыкнешь, если будешь практиковаться. Тамтей не отвечает, смотря на свои пальцы, зарывающиеся в песок. Ей всё ещё тяжело даются взаимодействия с теми, кто вырос на Пандоре. Это включает и гигиену, которая нередко соблюдается целыми группами. Возрастные группы посещают реку в разные дни и часы, но практически все соблюдают одно правило — полная нагота. Тамтей, всё ещё не уверенная в своём теле, едва ли может купаться в открытом водоеме. Она даже не задумывается о том, чтобы присоединиться к Аранахе в их водных процедурах. — Ты можешь отвернуться, если тебе станет некомфортно. Со'лек начинает стягивать с себя броню. Первым идёт бронежилет. Значки — его трофеи — звенят, когда руки воина начинают двигаться по одежде, расстёгивая и стягивая. Наручники, боеприпасы, оружие. Всё это оказывается в организованной куче, уложенной под ближайшим деревом. Опоясание держится на несколько плотно завязанных узлах, которые Со'лек начинает распутывать. Тамтей, всё это время рассматривавшая воду, решает подсмотреть краем глаза. Именно в этот момент последний слой ткани падает с тела мужчины, и он предстаёт перед ней таким же обнажённым, каким был в день своего рождения. — Ой! Саренту закрывает лицо руками и снова поворачивается лицом к водопаду. Она слышит что-то похожее на смех, но звук быстро исчезает. — Ты действительно смущена, hì’i'ioang. — Skxawng. Со'лек проходит мимо, заставляя Тамтей вскрикнуть в удивлении снова. Он быстро погружается в воду, не показывая дискомфорта от её низкой температуры. Его хвост показывается из-под поверхности, пока мужчина приближается к падающей воде. Подставляя руки, он делает несколько шагов вперёд, окончательно погружая себя под сильный поток. Отступая секундами позже, Со'лек показывается. В свете Полифема он скорее напоминает мираж — мокрая кожа, отражающая свет, переливается всеми оттенками синего и голубого. С этого ракурса заметны многочисленные шрамы. Более свежие раны затянувшиеся коркой. Те, что он получает на сегодняшней вылазке. Несмотря на всё, его спина остаётся такой же широкой и прочной. Мышцы, перемещающиеся под кожей, создают впечатление силы. Тамтей думает о том, как такая сила сдерживается в жилистом, но мощном теле. Она понимает, что начинает откровенно пялиться, когда Со'лек смотрит на неё в ответ. — Что-то не так? — Всё нормально. Фраза выходит натянуто и хрипло. Со'лек не продолжает, но Тамтей замечает, как край его губы дёргается вверх. Она сидит на берегу, рассматривая свои руки — на них всё ещё остаются небольшие пятна крови. Саренту словно чувствует, что на коже сохнет грязь. Потянувшись к воде, девушка начинает осторожно тереть свои запястья. Вода оказывается прозрачной, но с ней приходит то самое ощущение чистоты. Перебирая пальцами, она собирается зачерпнуть новую порцию воды, когда сзади раздаётся урчание. Напряжённые плечи быстро расслабляются, когда уши обрабатывают звук. Тамтей поворачивается, смотря на танатора, остановившегося в нескольких метрах от неё. — Решила присоединится? Саренту наблюдает, как хищница подходит к воде. Она наклоняется, начиная пить. Большой язык двигается по поверхности, зачерпывая жидкость в пасть. Сделав несколько глубоких глотков, самка отстраняется и облизывается. Словно задумавшись, она не сходит с места, опуская заднюю часть тела на землю. Тамтей гладит вдоль складки воротника, постепенно переводя взгляд в сторону Со'лека. Мужчина продолжает осторожно стирать грязь со своих ран, которые усыпают его плечи. Когда он пытается дотянуться до спины, воин быстро сдается. Тамтей закусывает губу и, несмотря на свои сомнения, начинает расстёгивать свой собственный бронежилет. Она раскрывает застёжки, стараясь вести себя максимально тихо. Словно хочет устроить Со'леку сюрприз. Приятный? На это можно только надеется. С каждым предметом одежды, который покидает молодую девушку, она сильнее ощущает жар, распространяющийся по телу. Она знает, что смущение красите её лицо в тёмный синий. На её руке остаются лишь песенные нити. Мамина и её собственная. Тамтей переводит взгляд на два дорогих предмета, снимая их бережным движением руки. Она не хочет потерять что-то настолько дорогое на дне водоёма. Пряча их внутрь бронежилета, девушка смотрит на себя. Обнажённое тело непривычно глазу, но оно физическая реакция совершенно другая. Приятные мурашки бегут по коже, словно вспоминая, что именно в таком виде оно принадлежит миру. Именно такое тело совпадает с замыслом Эйвы — неприкрытым от взгляда, подставленным ветру. Тамтей делает шаг, второй. Её рука инстинктивно тянется к спине танатора, проводя толстую линию по широкой спине зверя. Самка отвечает тихим, глухим урчанием. — Пожелай мне удачи. — Она шепчет, начиная входить в воду. Практически сразу её пробирает холод. Но ощущение быстро сходит на нет, когда её глаза фокусируются на Со'леке. Мужчина уже массирует свои голени, оперевшись на один из выпирающих камней. Тамтей знает, что он услышит её совсем скоро — сопротивление воды не позволяет ей двигаться бесшумно. Но на'ви всё равно пользуется моментом, смотря на сморщенные в концентрации брови и плавно двигающиеся руки. Со'лек скорее замечает, нежели слышит, её приближение. Создавшиеся на поверхности воды волны привлекают его внимание. Рассмотрев поверхность воды, он поднимает голову, наконец встретившись глазами с Саренту. Её грудь прикрыта руками, а лицо полно неопределенности и смущения. Хвост беспокоит воду на глубине, а уши почти сливаются с черепом. — Ты всё же решилась, — мужчина говорит тем самым спокойным тоном, который выбешивает Тамтей в стрессовых ситуациях. — Похвально. — Заткнись. В этом слове нет ни капли остроты. Только смущение. Тамтей спешит под струи воды, не то пытаясь показать смелость, не то пытаясь сбежать от прямого взгляда Со'лека. Она проводит по своей шее и ключицам, чувствуя силу воды, которая разбивается о её тело с большой высоты. Уперевшись в каменистое дно, Саренту поднимает голову и подставляется. Вода будоражит, очищает мысли. Приносит с собой лёгкость. Тамтей наклоняется, позволяя водопаду продолжить свой бег по её спине. Она дёргается, когда чувствует прикосновение на своей лопатке. — Прости. — Всё хорошо, — Тамтей поворачивается, смотря на Со'лека. — Ты хотел потереть мне спину? — Да. У тебя остались подтеки грязи. — М. Тамтей удивляется, насколько нежными оказываются прикосновения мужчины к её спине: он медленно ведёт снизу вверх, сверху вниз. Она расслабляется под мягкими, массажными движениями. Со'лек останавливается у её талии, возвращаясь к плечам. Когда его массивные ладони обхватывают аккуратные плечи девушки и начинают сжимать, она ощущает странную смесь боли и удовольствия. — Твои плечи очень напряжены. — Учитывая количество часов, проведенных мной за использованием лука, это совершенно не удивительно. Со'лек останавливается на загривке девушки, оценивая свою работу. Она разворачивается лицом к нему, стараясь не акцентировать внимание на своей открытой груди. Если Со'лек и замечает, он не привлекает к этому внимания. — Поворачивайся. Со'лек смотрит на неё с лёгкой насмешкой, танцующей на радужке. Всё же повернувшись, он тянется к основанию своей косы, когда Тамтей касается её пальцами. — У тебя очень спутанные волосы. — Я давно не распускал косу. — Я могу помочь. Тамтей понимает, насколько интимным может быть распускание косы в чужом присутствии — обычно эта привилегия распространяется на членов семьи и близких людей. По этой же причине её челюсть теряет контакт с верхней частью её черепа, когда Со'лек без лишних вопросов поворачивается к ней спиной. — Подожди. Я захвачу кое-что. Выбравшись на берег, она приближается к куче из своей одежды. Достав миску с заживляющей мазью, девушка поднимает голову и несколько раз сжимает горло, напрягая связки. Отвечая на клич, Тэмек кружит над поляной, приземляясь в нескольких метрах от всадницы. Тамтей тянется к ней рукой, поглаживая икрана по переносице с широкой улыбкой. — Прости. Мне нужна седельная сумка. Оттуда на'ви достаёт мешок с гигиеническими принадлежностями. Постепенно девушка учится воспроизведению местных рецептов, включая натуральное мыло из жира стурмбиста. Ощущения после применения этого продукта гораздо сильнее удовлетворяют её гигиенические потребности. Повернувшись к Со'леку, она замечает, что мужчина не сводит с неё глаз. Он продолжает стоять на том же месте, терпеливо ожидая, когда девушка продолжит. Стараясь не думать об этом слишком долго, Тамтей возвращается к воде и, погрузившись, снова заходит за спину воина. Она тянется к его косе, начиная распутывать пряди. — Я осторожно. Саренту скорее пытается убедить себя, чем успокоить мужчину. Воин не кажется взволнованным. Словно доверяет ей полностью. Это производит гораздо более сильный эффект, чем Тамтей ожидает. Её руки трясутся, когда она тянет на себя ленту, держащую косу вместе. Пряди отказываются отделяться друг от друга, скрепленные вместе засохшей кровью, грязью и застрявшими листьями. Тамтей высовывает кончик языка в концентрации, начиная работать через колтуны. Взяв в руки мыло, которое оказывается аккуратно уложенным на плоском камне неподалёку, девушка намыливает пальцы и продолжает. Грязь начинает поддаваться, придавая волосам более естественный вид. На поверхности воды начинает медленно плавать пена, которая быстро исчезает под воздействием течения. Тамтей старается не спешить, но и не задерживает взгляд на спине мужчины перед собой. Это может стать последней каплей в чаше её терпения. "Он просто попросил тебя о помощи, skxawng. Не ищи подтекста" Сердце подбирает ритм при одной мысли о том, что Со'лек прочитает в её действиях все существующие чувства. Подбираясь, она переходит на затылок, работая через более мелкие косы. Постепенно поддавшись, шевелюра Со'лека словно вырывается из плена резинок и лент. Тамтей замечает, что у него гораздо больше волос, чем кажется на первый взгляд. Ей становится интересно, и она задаёт вопрос до того, как может подумать: — Как ты ухаживаешь за всем этим? Со'лек хмыкает. — Иногда — с великим трудом, — признаётся он. — Но они позволяют мне ощущать себя ближе к лесу. — Лесные кланы более предрасположены к отращиванию волос. — М. Аранахе. У Зесва длинные волосы могут мешать в охоте и верховой езде. — Мне нравится украшать свою голову, — говорит Тамтей. — Заставляет меня ощущать себя...привлекательнее. Особенно, когда об этом говорят другие. — Ты не нуждаешься ни в чём подтверждении, чтобы быть красивой. Тамтей останавливается. Её волосы, всё ещё вплетенные в локоны на макушке Со'лека, застывают. Плечи мужчины напрягаются. Другой глаз, возможно, и не заметит. Но девушка улавливает то, как его тело подбирается. — Я- — Ты считаешь меня красивой, Со'лек? Смелость в этом вопросе удивляет их обоих. Воин не отвечает сразу. Саренту начинает думать, что он не заговорит вовсе. Но он сглатывает, а голова слегка поворачивается к ней. — Да. Да, Тамтей. Я считаю тебя привлекательной. Девушка подбирает ещё немного мыла на свои пальцы, нанося его на виски и линию роста волос. Со'лек осторожно опускается. Он садится на камень, спрятанный под поверхностью воды, чтобы позволить Тамтей более удобную позицию для работы. — И я всё ещё думаю, что это неприемлемо. — Почему? Тамтей спрашивает от чистого сердца. Её гложет вопрос о взаимности. И почему, если чувства действительно существуют, бывший член клана Трр'онг всё ещё не позволяет им выйти на свет. — Ты молода. Привлекательная, умная не по годам, талантливая и находчивая. Завидная партия. Стоит проявить интерес, как к тебе выстроится очередь ухажеров. Зесва, Аранахе, Кам’тир. Любой юноша, близкий к твоему возрасту, посчитает твоё внимание благословением Великой Матери. Охотники, умельцы, лекари, воины. Всё они в твоём распоряжении. — А если меня не интересуют эти кланы? Со'лек выдерживает паузу, не зная, что ответить. Тамтей тянет его на себя, осторожно подставляя голову мужчины под срывающийся поток воды. Она смывает мыло, оставляя волосы блестящими от впитанной влаги. — Если я скажу... Девушка позволяет Со'леку выпрямится, обходит его с левого плеча и останавливается перед ним. Её хвост поднимается над поверхностью воды, выдавая взволнованность. Она сглатывает, поднимает подбородок и смотрит в золотые глаза напротив. — Если я скажу, что жду внимания лишь от одного воина, что он ответит? Тамтей кладёт ладонь на запястье мужчины и сжимает, надеясь, что это даст ему уверенности. — Какой же мужчина поймал внимание могучей Саренту? Девушка цвыркает. — Он упрям, непробиваем и импульсивен время от времени, — она кладёт вторую руку на грудь мужчины. — Опытен, выкован в битвах. Холоден со своими врагами, но мягок с теми, кто близок его сердцу. Не обделен внешними качествами. Хотя этого он не признает. Выражение лица Со'лека практически нечитаемо — оно напоминает смесь беспокойства и чего-то, что пытается вырваться наружу. — Тамтей... — Покажи мне ту смелость, о которой говорят, Со'лек, — девушка встаёт на пальцы ног, вытягиваясь. — Поцелуй меня, ma' tsamsiyu. Первое прикосновение губ исходит от Тамтей, но мужчина отвечает. Поцелуй получается мягким, осторожным. Почти что напуганным. Саренту кладёт руку на щеку воина, поглаживая. Она остается на своём месте, когда мужчина отстраняется. — Ты играешь с огнём, somtìlor. — Предупреждаешь, а потом называешь меня таким именем. Ты действительно болван, Со'лек. Они снова целуются. На сей раз первым тянется Со'лек. Тамтей чувствует, как он становится смелее. Его руки бегут по её спине, держат за талию. Останавливаются у основания хвоста, позволяя ей прижаться ближе. Вода вокруг отходит на второй план. Тамтей кладёт руки на его загривок, сжимая. — Останови меня, — Со'лек произносит неожиданно хрипло. — Останови меня, ради Великой Матери. Тамтей... — Не останавливайся. Тамтей дёргается от громкости рыка, который вырывается из глотки мужчины. Его руки начинают исследовать ниже. Сжимая её ягодицы, мужчина поднимает её со дна водоема, прижимая спиной к скале. Камень под кожей холодный и непростительный. Но мурашки практически сразу отходят на второй план, когда Со'лек кусает её за плечо. Его клыки сжимают, но не пускают кровь. На шее его рот ведёт себя нежнее — Тамтей чувствует смесь языка, слюны и губ, которые намереваются оставить на ней следы. — Со'лек...! — Ты даже не знаешь, что делаешь со мной, верно, ma'yawntu? Мужчина нарочито медленно ведёт рукой вдоль груди девушки, и вырывает из неё тихий стон с твёрдым прикосновением ладони на её соске. — Заставляешь меня превращаться в зверя. Преследовать тебя в гущу событий, пока ты несешься на врага с яростью танатора. Тамтей тянет за волосы на затылке мужчины, слыша его шипение. На'ви не упирается в скалу и не пытается цепляться за его плечи в поисках опоры — она знает, что Со'лек держит её крепко. — У вас много общего, — мужчина не говорит прямо, но Тамтей знает, что он говорит о самке, которая всё ещё лежит на берегу. — Правительницы леса, заставляющие ваших врагов трястись в ужасе. Продолжая сжимать девушку между собой и камнем, он поднимает её чуть выше, позволяя себе дотянуться до открытой груди ртом. Саренту открывает рот в удивлении, когда острые зубы касаются её затвердевшего соска. Оставшаяся на нём слюна посылает мурашки по коже, когда влажная поверхность встречается с прохладной утреннего воздуха. — Неуловимые, могучие хищницы. Способные дать отпор любому, кто угрожает им на их территории. Со'лек прижимает её ближе. — Я боюсь тебя, palulukan makto. Ты приводишь меня в ужас своим существованием. Тамтей шумно тянет воздух через зубы. — Иногда мне кажется, что ты можешь сожрать меня целиком. То, как ты смотришь на добычу. Прямо перед тем, как напасть. Оборвать чью-то жизнь в самом страшной и красивой манере. Она видит настоящий огонь в глазах Со'лека. — Вынеси меня на берег, — Тамтей слышит хриплость своего голоса. — Возьми меня. — Nì’aw taronyu. То, с какой лёгкостью Со'лек носит её на руках, будоражит что-то в нижней части живота девушки. Стоит её спине коснуться травы, она обхватывает бёдра мужчины ногами. Она слышит дыхание танатора в нескольких десятках метров, поворачивает голову в сторону зверя, но Со'лек заставляет её посмотреть себе в глаза. — Она должна бояться тебя, — Со'лек практически рычит. — Покажи ей, кому принадлежит этот лес. Трава под лопатками колется. После камня и земли у неё определенно будет болеть спина, но сейчас её в голове существуют лишь беспокойства, касающиеся Со'лека. Словно в ответ на свои будущие страдания, она царапает кожу у позвоночника мужчины. Воин продолжает целовать её, будто бы не ощутив боли, но, когда ему удаётся поймать возможность вздохнуть, он облизывает губу и фыркает. — Царапаешься, ma' hì’i palulukan? — Ты сам назвал меня хищницей. Тамтей подтверждает свои слова тем, что цепляет клыками кожу вокруг ярёмной вены. Со'лек застывает. Девушке нравится чувствовать, как вена пульсирует под её языком вместе с ускоренным биением сердца. Со'лек не врёт. Саренту действительно может его испугать. — Тебе нравится. — Тамтей не спрашивает, а утверждает. Хвост мужчины бьёт по земле. — Только, если это ты. Со'лек подставляет ей свою шею, вытянув голову выше. Саренту позволяет себе схватить его за горло и поцеловать под линией челюсти. Кровь ускоряет свой ток по сосудам, когда Тамтей чувствует, как дыхание мужчины становится резче. — Ты вызываешь у меня все виды страха, ma'yawntu. Я боюсь за тебя. Когда ты рискуешь собой, чтобы вытравить RDA с нашей родной земли. Боюсь тебя, когда твоя сила вскидывается и вырывается наружу. Он сглатывает, и двигающийся комок слюны перемещается под пальцами Тамтей. — Я боюсь представить, во что превратится это тело, когда полностью созреет. — Я уже созрела для тебя, ma' So'Lek. Она двигает бёдрами, и создавшийся контакт вырывает из мужчины низкий стон. Тамтей отпускает горло Со'лека, двигаясь вдоль грудной клетки, спускаясь до поясницы и останавливаясь на внутренней части бедра. Её пальцы едва касаются напряжённого ствола члена, но она уже облизывает губы. Этот жест одновременно выражает предвкушение и показывает её беспокойство. Тамтей имеет лишь базовые представления о ритуалах, из которых состоит секс. Образование, включавшее основы человеческих процедур, совершенно неприменимы в истинном, естественном соитии с представителем их вида. Именно в этот момент Тамтей понимает, с какой целью их держали вдали от этих знаний: Мерсер не желал видеть их в настоящей, чистой среде. Любящими, принимающими эту любовь. Понимая, что воспоминания заставляют её грудь сжиматься, девушка встряхивается и возвращает своё внимание к Со'леку. — Всё хорошо? Воину всё же удается заметить её беспокойство. Она выдыхает и кивает, пряча лицо у его ключицы. — Да. Извини, меня снова преследует прошлое. — Вас не вводили в основы размножения, верно? — Очередная форма контроля. Со'лек берёт её руку в свою и целует внутреннюю часть ладони. — Ты — не продукт ТАП. Ты — охотник. Дитя Пандоры. — Я — охотник. Она повторяет. Становится чуть легче. Она благодарно касается губами его скулы. — Ты не забыл о моей просьбе, о великий воин? — Ma'Eywa, Tamtey. — Возьми меня перед ее лесом, Со'лек. Покажи Великой Матери нашу связь. Конечности переплетаются. В какие-то моменты Тамтей едва может отделить свое тело от чужого. Создается ощущение, что его руки оказываются везде. Пальцы сжимают ее соски, щекочут кожу на торсе. Руки, кажущиеся огромными в сравнении с её маленькими ладонями, сжимают каждую грудь. Она не знает, в какую сторону ей стоит выгнуться. Со'лек не останавливается, доводя это ощущение до пика. — Тамтей. Она ловит себя на том, что произносит имя мужчины, как мантру. Будто молится. И может признать самой себе, что готова молится на то, что предстаёт перед ней. Открытый Со'лек, поддавшийся инстинктам. Сдерживавший то, что чувствует на самом деле. — Как долго? Воин облизывает губы, зависая над ее талией. — Как долго ты ощущал эту тягу? — С тех пор, как тебя похитили, – он сглотнул. — Похитили в первый раз. Он опускается ниже, упираясь скулой в ее согнутое колено. — Я места себе не находил. Не мог показать себя остальным. Ждал тебя на пороге. Когда Ри'нела сказала, что смогла связаться с тобой...Великая Мать, я никогда не бежал так быстро. Я пытался успокоить себя, пока ожидал твоего возвращения. Едва сумел усмирить свое тело, показалась ты показалась из-за листвы. — Я была так рада тебя видеть, Со'лек. — Я тоже, paskalin. Его зубы продолжают оставлять на ней метки. Начиная с коленей, он медленно поднимает ногу Тамтей на своё плечо. Когда он остаётся доволен, его голова опускается настолько, что девушка может упереть пятку в его лопатку. — Держись за меня. — Со'лек... Единственное предупреждение оказывается полезным. Ей действительно приходится схватиться за его волосы, когда язык мужчины оказывается прямо на складках её лона. Она дёргается всем телом, и сила её спазма заставляет Со'лека оказаться глубже. — Ах! Тамтей не знает, что ей нравится больше: ощущения от языка внутри, или стон, который вырывается из груди мужчины из-за силы, с которой она вжимает его в свой пах. Отстранившись всего на волосок, Со'лек показательно облизывает губы. — Ловишь меня в свой капкан, ma'yawntu. — Хочешь оказаться в моей власти, могучий воин? — Разве ты уже не властна надо мной, Тамтей? Девушка не отвечает, позволяя ему продолжить. Она откидывается на траву, закрыв глаза и сосредоточившись на прикосновениях. Окружающий мир постепенно отходит на второй план, лишь изредка привлекая её внимание особенно громким шорохом сорвавшегося с ветки насекомого. Её фокус практически полностью переходит на то, как Со'лек умело стимулирует её чувства. От того, как её бедра сжимаются под воздействием его пальцев, вплоть до ловкого языка. Её мышцы начинают всё сильнее напрягаться, а узел в животе становится больше. — Со'лек- М! — Ты близко, somtìlor? — Д-Да. Он выдыхает через нос, беспокоя редкие волоски на её коже. — Ты расслабилась, — осторожно касаясь пальцами её промежности, Со'лек выбивает из неё почти весь воздух. — Готова, paskalin? — Начинай, — Тамтей делает несколько глубоких вдохов. — Я остановлю тебя, если понадобится. — Я знаю. Уверенность в его словах передается и ей. Закрыв глаза, она чувствует круговые движения. Его рука напряжена — он сдерживается ради неё. Одна мысль о том, как мужчина борется с собственными инстинктами ради её неопытного тела, заставляет её двинуться ближе. Мышцы поддаются медленно, но верно — Тамтей пытается понять, какие ощущения превалируют. Но боль и удовольствие смешиваются настолько, что стирают все возможные границы. Не имея возможности прощупать ни то, ни другое, она старается сконцентрироваться на своём дыхании. Со'лек прислушивается, стараясь поймать в ней признаки сильного дискомфорта. Они находятся в этом лимбо долгие несколько минут. Мужчина продолжает работать вокруг складок, касается её клитора кончиком пальца. Прикосновение выбивает из девушки весь воздух. Её макушка упирается в землю, глаза закатываются, а рот открывается в попытке снова наполнить лёгкие. — Со'лек! — Paskalin. Прелюдия растягивается на долгие минуты, по ощущениям растягивающиеся на часы. Со'лек оставляет на ней метки от зубов, умело работает руками и отстраняется лишь тогда, когда Тамтей практически теряет связь с реальностью. Удовольствие, которое течет по венам, расслабляет её мышцы и уносит мысли куда-то в сторону. Мужчина осматривает обнажённое тело, которое полностью доверяется ему. Сглотнув, Со'лек обхватывает себя рукой, тихо простонав и закусив губу. Напряжение достигает предела уже давно, а стекшая к плоти кровь будто жжёт изнутри. Сосредоточившись на медленных, плавных движениях, воин наклоняется над Тамтей, начиная проникать внутрь. Девушка под ним задерживает дыхание, в повисшей между ними тишине присматриваясь к выражению лица Со'лека. Боли практически нет — её опытный любовник убеждается в готовности её лона. Большая часть ощущений появляется от непривычности такой близости. То, как мышцы растягиваются под давлением органа, а пальцы скручиваются в предвкушении. — Тамтей... — Двигайся, Со'лек. Пожалуйста. Ритм оказывается рваным, нестабильным. Она видит, как на лице Со'лека появляются морщины. Он пытается сдержаться, но инстинкты начинают брать над ним верх. Начиная проигрывать бой, воин становится смелее, резче и страстнее. Тамтей едва успевает воспринимать бурю прикосновений, участившихся толчков и укусов, рассыпанных по её шее. Стоны становятся громче. Их соитие начинает напоминать звериное. Обнажённые, распластавшиеся на земле Великой Матери, они теряют счёт времени, удовольствия и сказанных слов. Со'лек осыпает её комплиментами и обещаниями. Тамтей верит каждой фразе, ловя их своими губами. Они становятся тёмно-синими — к ним приливает кровь, которая сочится через прокусанную кожу, становясь красной и застывая в фиолетовой корке на поверхности. Боль будоражит. Она опьяняет и отрезвляет одновременно, создавая конфликт. А раздающийся рядом рык зверя превращает это в настоящее безумие, когда Тамтей ловит взгляд ярко-желтых глаз. Самка наблюдает за действом, которое заложено замыслом Эйвы во всех существ, находящихся под её внимательным взглядом. Когда Со'лек наконец находит в себе силы отпустить, она изнемождена — на теле расцветают синяки, мышцы ноют, а усталость не позволяет поднять конечности. Это изнеможение кажется настолько приятным, что хочется остаться в этом моменте навечно. Заставив себя разлепить глаза, она видит Со'лека, уже успевшего собрать растущие неподалёку фрукты. Он кладёт её голову на свои колени, начиная кормить девушку отломанными кусочками. — Со'лек. Мужчина смотрит ей в глаза, видя в них уверенность. — Что это значит? Для нас. — Только то, что ты видишь, paskalin. Тамтей переводит взгляд на водопад. Она задумывается, начиная перебирать. Воспоминания, маленькие жесты. Он делает первую бусину для её песенной нити, дарит ей первое традиционное оружие. Позволяет помочь на своём пути мести. Они идут рука об руку. Проходит всего год с момента, когда Саренту становится частью этого мира. Но она уже хочет разделить его с кем-то особенным. — Ты станешь моей парой, ma' So'lek? Практически сразу на его лице появляется удивление. Его рука застывает в воздухе, а широко открытые глаза смотрят на молодую на'ви. — Ты станешь моей смертью, ma'yawntu. Тамтей смеётся. — Это положительный ответ? — Только, если ты позволишь мне провести полноценный ритуал ухаживаний. Саренту улыбается, смотря на него из-под опущенных век. — Пытаешься соблазнить меня, Cо'лек? — Тебя достаточно легко соблазнить без подарков. Она кусает его за палец, когда он подносит очередной кусочек фрукта. — Только, когда за мной ухаживаешь ты. * * * — Новая бусина? Ри'нела наблюдает за тем, как Тамтей пыхтит над изделием в своих руках. — Делаю её для Со'лека, — она хмурится, продолжая обрабатывать обрубок дерева в своей руке. — Я пытаюсь вырезать бутон тана’ринг. Тамтей тихо ругается, превращая бесформенный кусок в нечто похожее на цветок. Высунув кончик языка, она режет, сглаживает и отламывает, наконец видя один из лепестков. — Думаю, что это займет несколько дней. — Зачем ты делаешь для него бусину? — Ри'нела улыбается. — Обычно он преподносит тебе что-то. — Он сказал, что многие на'ви пополняют свою нить бусиной, которая сигнализирует начало периода ухаживаний. Тамтей наблюдает за тем, как меняются эмоции на лице её тцахик. Она хмурится, но сконфуженное выражение лица быстро превращается в широкую улыбку. — Со'лек начал за тобой ухаживать? — Он настоял на том, что должен сделать всё правильно. Ри'нела смеётся. Тихо, но искренне. — Я знала, что его тянет к тебе. Но не думала, что ты ответишь ему так скоро. — Я почувствовала, что это...правильно. Тцахик кладёт руку на плечо подруги. — Значит так и должно быть. Вас благословила Эйва. * * * Огромный цветок тарсью, спрятанный в глубокой пещере, становится её выбором. Связь, установленная перед Эйвой, считается окончательной — ставшая единой перед Великой Матерью, пара считалась полноценной. Принятие решения о такой связи нередко становится делом многих лет. Но, стоя перед цветком, Тамтей не ощущает ни сомнений, ни страха перед будущим. Она поворачивается, видя, как Со'лек спускается следом. Остановившись в нескольких метрах от неё, он разворачивает сверток из шкур. Он не встаёт, вместо этого оставшись на коленях. Саренту медленно опускается следом, оказавшись напротив. — Ты готова, ma'yawntu? — Как никогда прежде. Со'лек ухмыляется. — Настоящая хищница. Он тянется за свою спину, позволяя себе приблизиться к девушке. Её рука повторяет за ним, перетягивая куру через плечо. Нервные окончания двигаются, пока не входят в контакт друг с другом. Тамтей слышит, как оба испускают удивлённый вздох. Эмоциональный, физический перегруз. Всё это становится частью их связи. Косы переплетаются, передавая мысли и намерения. Через тело течёт чужая любовь, а желание бурлит в венах. — Со'лек... — Иди сюда, моя охотница. * * * Наклонив голову, Саренту подходит ближе к самке. Танатор склоняется перед ней, позволив коснуться своего воротника. Тамтей осторожно гладит основание головы, проводя рукой до плеча и останавливаясь на грудной клетке. — Я так и не поблагодарил её за наше спасение. Со'лек встал рядом с девушкой, посмотрев в глаза зверя. — Она знает. Тамтей смотрит, как мужчина кладёт свою ладонь поверх её собственной, чувствуя сердцебиение могучего зверя.